Лекарство от смерти

      Когда прошло больше часа милой болтовни между парочкой шинки, Ято не выдержал и решил покинуть их. Да как у них ещё языки не поотваливались? Он делал большие и медленные шаги, ступая по неровной плитке, которая была разбита и в местах приподнята, а из-под трещин виднелись зелёные комочки травы. Он по привычке засунул руки в карманы куртки, расслабленно прохаживаясь по храму богини ветра, чуть ссутулившись. Проходя мимо старой двери с немалыми щелями, сквозь которые просачивался пар горячих источников, Ято остановился около входа в купальню, глядя в только ему известное направление задумчивым взглядом. Нет, он не собирался шутить над Хиёри или чисто из мужского любопытства за ней подсматривать, так как не было сейчас никакого настроения. Но, по закону подлости, дверь открылась, и из купальни вышла раскрасневшаяся после горячей ванны Ики, удивлённо хлопая своими длинными ресницами. Ято мигом расплылся в идиотской улыбке, осознавая всю нелепость ситуации. Она инстинктивно ухватилась за край обёрнутого вокруг тела банного полотенца, чтобы в порыве своей злости не остаться нагой перед этим извращенцем, который божился, что не будет подглядывать. Врун!       — Я-я-я-то, — Хиёри угрожающе растянула его имя, что бог невольно попятился назад, махая руками в знак поражения и невиновности.       — Хиёри, не горячись только. Я просто проходил мимо, и тут вышла ты. Просто совпадение, чесн… — Ятогами развёл руки в разные стороны, таким образом говоря, что он, мол, не при делах. Хотя так оно и было. Но навряд ли здравый рассудок Хиёри будет присутствовать в данный момент. Ну в самом же деле, не покинет она своё тело, чтобы хорошенько ему треснуть, правда ведь? Хотя, судя по её лицу, он всё же ошибся в своих доводах…       — Так я тебе и поверила, озабоченный болван!       Почему-то Хиёри всегда переклинивало, когда она попадала в неловкие или даже немного интимные ситуации с Ято. Она моментально подавалась необузданной ярости и выплёскивала её над рабом нелепой случайности. Поэтому Ики, даже не заметив того, что в порыве эмоций покинула своё тело, которое сползло вниз, благо чудом оставшись в полотенце, с воинственным кличем бросилась на ошарашенного бога, и тот даже не успел ничего предпринять. Хиёри в обличье духа — просто монстр. Голубые глаза только зажмурились, а сам Ято морально приготовился к последствиям женского гнева.       — Дикий Сават! — она одним ударом правой ноги снесла его с места; Ято отлетел на приличное расстояние, словив пару птичек над головой.       На грохот, что на веки вечные оставил в храме отпечаток в виде контура тела бога войны, прибежали Юкине и Мароме. До этого подростки беседовали, не замечая никого и ничего вокруг, так как каждый из находящихся в храме тихо занимался своими делами, но такое уж трудно игнорировать. Шина тоже примчалась на шум в полной боеготовности, ведь вдруг враги настигли её в собственном жилище? Всегда нужно быть начеку. Но, остановившись около шинки, она недовольно нахмурилась, сжимая губы в тонкую полоску. Шина смотрела то на бессознательное тело Ято, то на разъярённую Хиёри, которая глубоко и часто сопела, сжимая руки в кулаки. В мыслях она выстраивалась теоретическая картина произошедшего.       — Что тут происходит?! — Шина довольно-таки грубо спросила, отчего Хиёри ощутила всем своим телом неприятную дрожь. Не стоило ей так горячиться, ибо теперь неизвестно, что сделает с ними богиня ветра, а взгляд у неё уже был лихой.       — Неужели он к тебе приставал? — серьёзным тоном спросила молчавшая до этого Гина.       — Нет, нет, не то чтобы он приставал. Просто иногда он слишком активен, — Хиёри нервно хохотнула, стараясь разрядить накалившуюся обстановку. Чёрт, не хватало им ещё получить пару стрел в лоб из-за похотливости Ято.       — Хм… — Шина задумчиво вздохнула, переводя свой взгляд на толстую лиану, которая как раз послужит отличной верёвкой. — Гина, принеси мне вон ту лиану…       Гина быстро метнулась к растению, срубив его небольшим ножиком, который достала из кармана. Через минуту Ято был обмотан самодельной бечёвкой и подвешен на какой-то бетонной балке. Придя в сознание, он начал возмущаться, точнее горлопанить на всю округу, из-за чего птицы от испуга всполошились и покинули свои гнёзда. Юкине едва удержался от желания обречённо закатить глаза. Вечно этот выпендрёжник попадает в переделки, а потом страдает от собственной тупости. Взглянув в округлённые, давящие на жалость собственного орудия голубые глаза, Юкине мигом отвернулся, чтобы совесть даже отдалённо его не мучила. Ято заслужил это больше, чем кто-либо.       — Всё же надо ему рот заткнуть, — предложил Юкине, и все одновременно кивнули, ибо не желали слушать ночной ор.       Хотя, даже такой немного извращённый способ не смог утихомирить и вразумить Ятогами до тех пор, пока он просто-напросто не отрубился. Юкине оставшуюся ночь не мог заснуть, ворочаясь в гамаке, сделанном из огромных листьев папоротника, как ужаленный, ибо пережитый день был чересчур насыщенным даже для него. Хиёри сладко-мирно спала в таком же гамаке, наслаждаясь сполна долгожданным сном. Утром они покинут территорию Шины и отправятся домой. Наконец-то! И Хиёри будет спасена от безумного плана бога войны, ведь без Шины они не смогут словить нингё. Хотя не факт, что Ято так просто примет подобное положение вещей. Если этот засранец что-то удумает, то его не переубедить и не остановить, даже закатав по шею в цемент. Юкине перевернулся на другой бок, подсовывая руки под подушку, тяжело вздыхая. С другой стороны, он не хотел покидать это место, и точно не потому, что оно сказочно-прекрасное и сама Шина довольно-таки радушное и гостеприимное божество, а потому, что Юкине хотел подружиться с Мароме. Уж больно она ему понравилась, что при только мимолётном её взгляде парень начинал краснеть, как самый спелый помидор. Ято, видимо, не напрягало подобное общение между орудиями, а раз так, то это может быть единственный шанс обрести друга. Поэтому им нужно остаться ещё на некоторое время в храме у Шина-То-Би, и в этом Юкине был готов помочь своему бездарному хозяину.       Как только солнце взошло над горизонтом, Шина, полностью экипированная, возникла около сопящего Ято, размышляя о чём-то своём. Неужели когда-то ярый бог хаоса теперь выполняет такую грязную и низкую работу, как эта — словить мифическое существо для какого-то учёного. Мир сильно изменился, как и ценности, и от этого ей было вдвойне обидно. Обитая вдали от цивилизации, Шина порой забывала насколько быстро плыло время. И хоть она и понимала Ято, как никто другой, но помогать ему не собиралась чисто из-за своих соображений. Шина полоснула острым ножом по лиане, с первого раза разрывая её, отчего Ято с грохотом приземлился на землю, отчётливо заскулив от боли, пытаясь разлепить присохшие друг к другу веки.       — Хватит спать. Вам пора, — она скрестила руки перед грудью, грозно смотря на бога в спортивках, который отряхнулся от пыли и листьев.       Ято прищурено на неё посмотрел, активно обдумывая веские аргументы, чтобы, во-первых, тут остаться, а там уже он как-нибудь ухитриться облапошить древнюю богиню. Ну, а во-вторых, не схлопотать очередную порцию проблем с этим женским коллективом. В какой-то момент Ятогами окончательно потерял страх, так как им двигала только одна мысль — спасти воспоминания Хиёри. Хотя он сам точно не понимал, почему так зациклился на этом. Юкине не казался расстроенным из-за убогого шанса на поимку нингё, что немного раздражало, ведь он обещал помочь!       — А как насчёт пари? — лукаво улыбнулся Ято. Он знал про эту одну маленькую слабость всех богов — азартные игры. Конечно, не все были так падки на этот мизерный грех, но попытаться стоит.       — Пари, говоришь? — Шина усмехнулась, стараясь не поддаться соблазну, хотя так и хотелось уделать этого своевольного божка, чтобы понял, с кем он затеял этот спор. — На каких условиях?       Гина и Мароме, что будто из тонкого воздуха явились рядом со своей госпожой, вздрогнули, осознав, что их хозяйка всё же решила принять участие в пока неизвестном споре. Они обречённо вздохнули, ведь они прекрасно знали, чем все эти игры и споры заканчивались. К ним подошли Юкине и Хиёри, которые пока что не особо вникли в суть разговора между богами, удивлённо созерцая сцепившиеся в немой битве и полные игривого запала взгляды божеств. Что-то явно произошло, пока они собирались, а самодовольная ухмылка Ято только подтверждала этот факт. Остановившись, ребята прислушались к диалогу.       — Ты предлагаешь какое-нибудь задание или же состязание. Если выигрываю я, то ты помогаешь нам, дамочка, а если нет, то мы сразу же свалим. Согласна? — Ято протянул ей руку, чтобы скрепить их спор крепким рукопожатием.       Юкине и Хиёри, окончательно осознав сегодняшний идиотизм Ято, хлопнули себя руками по лбу, поражаясь его очередному бреду. Юкине совсем не хотел таким способом остаться здесь, ведь сейчас богиня ветра придумает такое, что им лучше уже уйти по-доброму, по-хорошему. Покосившись на Мароме, что молча наблюдала за своей госпожой, точно взволнованно хмуря брови, он решил, что прав. Если Шина примет предложение, то им придётся сражаться против Мароме, а подобное не входило в его планы. Он хотел подружиться, а не поругаться с ней!       — Согласна, — с вызовом в голосе ответила Шина, сжимая ладонь Ято с ощутимым давлением, точно хотела сломать ему пальцы. — Сегодня мы выйдем на охоту фантомов. Кто больше их перебьёт, тот и выиграл.       — Госпожа… Может, всё-таки не стоит… — Мароме немного пугливо попросила свою хозяйку, чтобы та передумала, ведь не первый раз встанут на эти грабли.       — Мароме, не мешай, — Шина серьёзно на неё посмотрела, отчего та потупила свой взор вниз, делая шаг назад. — Ты лучше подготовься, так как я на тебя надеюсь, — она вмиг лучезарно улыбнулась, смягчив голос.       — Пс-с, Гина, наша госпожа опять взялась за старое? — точно копия худощавой брюнетки шепнула ей на ухо, отчего первая вздрогнула.       — Аяха, перестань так подкрадываться со спины!       Аяха беззвучно перекривила слова своей старшей сестры, которая появилась на свет всего лишь на пару минут раньше. Девушки были очень разными, несмотря на зеркальное сходство. Словно подтверждением этому, Аяха обрезала свои длинные тёмно-каштановые волосы до каре, чтобы было хоть какое-нибудь визуальное отличие. Хиёри и Юкине вздрогнули от неожиданности, ибо совсем не заметили ещё одного шинки в храме богини. Изогнув брови, мол, а она вообще кто, ребята покосились на Мароме. Аяха ощутила на себе пристальный взгляд пары глаз и развернулась к гостям, в ответ так же откровенно рассматривая их. Конечно, она их видела и знала поимённо, включая всё, что произошло с момента их прибытия на берег. Но, видимо, Аяха совершенно забыла представиться вечером, поэтому эта странная компашка таращилась на неё как на призрака. Кроме, конечно, Ятогами.       — Ой, совсем забыла, я — Аяха, — она задорно покружилась вокруг своей оси, подмигнув ребятам. — Приятно познакомиться!       — А мы…       — Я знаю: Хиёри и Юкине, так? А это бог Ято?       Аяха перебила Ики, заставив ту почувствовать себя более, чем неловко. Хиёри озадаченно покрутила головой в разные стороны, так и не услышав Ято, который поспешил познакомился с новым одним орудием Шины, почему-то находясь вдали от своих друзей. Интересно, во что Аяха превратится во время сражения? Ещё одна красноглазая девушка только уменьшала шансы Ято на выигрыш в этом пари, ведь Юкине будет один против трёх опытных орудий. Хиёри знала, конечно, что парни отличная команда, но всё же такой явный перевес в боевой силе не мог её не беспокоить. Она за них очень волновалась.       — Нам тоже приятно познакомиться, — Ики слегка наклонила свой корпус в знак учтивости, как и Юкине.       — Так, — Шина вновь будто появилась из воздуха точно дымка. — Мы идём на патрулирование, — её очи оттенка лимона остановились на Хиёри, отчего той стало как-то не по себе. Да почему она всё время сверлит её таким едким взглядом? Ики этого не могла понять. — Если хотите, то можете присоединиться к нам.       Мароме ощутила прилив будоражащего волнения, так как в этот раз на неё будет смотреть Юкине, перед которым она не должна упасть лицом в грязь. Уж больно он ей понравился. Заметив на себе её взор, Юкине приветливо улыбнулся. Мароме вздрогнула и поспешила за своей госпожой, подавляя нерешительность.       Под чётким руководством Шины все направились к пещере, идя по той же вымощенной плоскими камнями тропе. Хиёри всё время искала взглядом Ято, который в мгновение ока и непонятно когда так бессовестно оставил их. Вроде бы он ещё присутствовал, когда явилась Аяха, так неужели решил заключить пари и слинять? Хотя это не совсем в его стиле, но… Уже по привычке, когда Ято находился рядом, Ики чувствовала какое-то спокойствие и защищённость. Как бы ни скрывала, а ей это порядком нравилось, как и то, что она проводила время с ним и Юкине. Вот только сейчас ей казалось, что в этом их маленьком путешествии она лишняя. Парни до жути скрытные насчёт этого задания от профессора. Она была уверена в том, что они что-то недоговаривали, и почему-то стало очень обидно от подобного поведения друзей. Хиёри вновь шла позади всех, смотря на сияющего Юкине и на эту миловидную девчушку с золотистыми волосами. Она слегка приподняла уголки своих бледно-алых губ, несомненно радуясь за Юкине, ведь первая влюблённость — это просто замечательно. Не то, что влюблённость, которая досталась ей, и которую черноволосый бог явно не замечал в её глазах.       — А что за патрулирование? — Юкине перепрыгнул на другой камень, подавая руку Мароме, которая с виду такая хрупкая и маленькая, что даже не верится, что она является железными и острыми крыльями богини.       — Почти каждый день бывает буря фантомов, поэтому мы и должны быть на страже, чтобы вовремя их уничтожить, — пролепетала она, ощущая под ногами тёплый жёлтый песок.       — Понятно. Трудно, наверное, вам… — то ли спросил, то ли констатировал Юкине.       — Ну, Гине и Аяхе намного легче… — он услышал в голосе Мароме нотки огорчения. Неужто он что-то не то сказал, огорчив её таким комментарием? Поспешив реабилитироваться, он спросил:       — Почему?       Мароме немного нахмурила светлые брови, размышляя над ответом для Юкине. Она не очень-то и хотела взваливать свои тягости на парня. Никто не любит слушать нюни, а потом ещё сопли вытирать, тем более незнакомому человеку. Да и ей самой трудно признаться в своих слабостях, ведь она считала, что это только сделает её более жалкой в глазах нового друга. Молчание затягивалось и шинки начинал ощущать себя редкостным засранцем, ибо из-за его реплики и вопроса настроение Мароме резко ухудшилось. А вот как правильно исправить эту оплошность, Юкине не знал. Так они шли молча почти всю дорогу, пока Мароме наконец не собралась с духом и первая не заговорила, с лёгкой дрожью в голосе:       — Юкине, скажи, ты священное оружие? — он только кивнул, не понимая к чему такой вопрос. — Понимаешь… Я давно уже служу госпоже Шина-То-Би, но я так и не смогла превратиться в священное оружие, как Гина и Аяха… Может, я не настолько преданная… Может, я переродилась с дефектом и поэтому не могу доказать госпоже чистоту своих чувств к ней. Я действительно очень сильно люблю Шину, но…       Он с каким-то сожалением посмотрел на неё, теряясь в словах, которые хотел бы высказать в знак поддержки. Было заметно, что признаться в подобном Мароме было тяжело, но она перешагнула через себя, словно это являлось некой тайной, которую она поведала своему другу, и Юкине, после минуты молчания, обдумал как правильно изложить мысли, чтобы подбодрить хоть словом.       — Знаешь… у меня всё получилось так спонтанно, что я до сих пор не могу понять, что я тогда точно чувствовал по отношению к Ято.       Она глубоко вздохнула, будто это не совсем удовлетворило её немой вопрос. Юкине сразу же смекнул, что шинки хотела услышать от него совет, а не исчерпывающий ответ. Должно быть, находиться в небольшой команде, где товарищи превосходили её по уровню, было для Мароме в неком роде унизительно. Это отличалось от того, что он видел в отношениях между шинки Бишамон, ибо там все они слаженно работали под руководством одного навигатора. В их с Ято команде тоже другая ситуация: Юкине был одним единственным орудием бога и не существовало никакой конкуренции, разве что споры с самим Ято во время сражений. Здесь же, Мароме ощущала себя недостойной, потому что у Шины было всего три орудия и близняшки, явно прожив с богиней дольше, стали священными, что ущемляло их подругу. Юкине только надеялся, что Гина и Аяха не насмехались с неё из-за этого.       — Мароме, ты не расстраивайся. Неважно, священное ты оружие или нет. Главное, что ты желаешь защищать свою хозяйку, — Юкине лучезарно улыбнулся, смотря на смущённую Мароме. — Шина заботится о тебе и любит, это очень заметно.       Захлопав ресницами, точно потеряв дар речи, она только улыбнулась в ответ, что Юкине принял как знак душевного облегчения. В этот момент Шина остановилась на берегу, изучая океан пристальным взглядом. На горизонте виднелись тёмные грозовые тучи, которые могли быть той самой бурей фантомов, что к обеду или даже раньше доберётся до этого побережья. Оглянувшись, Юкине попытался отыскать глазами своего тупоголового бога в спортивках, чтобы выдавить из него дурь, а заодно и ответ на важный вопрос: какого чёрта он увязался в пари с Шиной и что им теперь делать? Но неподалёку стояла только Хиёри, опираясь на огромный булыжник, явно с грустным выражением лица. Юкине ощутил волну горечи в душе: они несправедливо с ней поступают, ведь от подобного обмана ничего хорошего не получится. Он хотел было подойти и поболтать, но внезапно из-за камня показалась фигура Ятогами. Он подошёл к ней и Юкине поспешно отвернулся, не намереваясь подслушивать.       — Хиёри, чего грустим, ась? — Ято положил свою ладонь на хрупкое плечо, отчего та вздрогнула, посмотрев на него немного с испугом. Да чтоб этого Ято, который так неожиданно подкрадывается! Так можно и сердечный приступ получить!       — Ничего, — буркнула она в ответ, дёргая плечом, чтобы тот убрал от неё свою тёплую ладонь.       — Ну ты чего злишься? — он приобнял её уже за второе плечо, прижав крепче к себе раскрасневшуюся Хиёри.       — Ято, что ты себе позволяешь! — Ики начала пихаться, чтобы разорвать такие пленительные объятия. — И да, объясни: зачем ты поспорил с госпожой Шиной? Неужели ты не понимаешь, чем это закончится? — рыкнула она.       — Что ты этим хочешь сказать? — Ято нахмурил свои брови. — Намекаешь, что я не выиграю спор? Я правильно понял?       — Нет, просто…       Ятогами стало неприятно от такого весьма колкого подтекста в словах Хиёри, особенно от того, что она не может чётко изложить причину своего раздражения его же поступком. Просто замечательно! Она считает его настолько ущербным божком, что даже не верит в его силы. Конечно, он-то тоже ещё тот гений, ибо причина её недовольства кроется именно в непросвещённости, в том, что Хиёри даже не подозревает о его истинных мотивах, так и должно быть. Вот поймает он свою рыбку, приготовит, попросит Ики отведать и дело в шляпе! Хиёри никогда его не забудет и такой способ будет считаться легальным среди других божеств. Чем не идеальный исход? Отвернувшись, Ято покосился на стремительно приближающиеся облака.       Глядя на него, Хиёри понимала, что бог уже успел придумать себе тысячу и одну причину её неозвученных слов, а ведь она хотела сказать, что она не считает его слабым или бездарным богом, а наоборот. Просто Ики боялась того, что он из-за своего же упрямства может пострадать в шаловливой схватке против фантомов. Да и Юкине пока ещё не был настолько опытным в таких массовых истреблениях призраков, не то что шинки Шины. Парни могут оплошать, пораниться или ещё чего лучше — подцепить скверну, и этого ей совсем не хотелось.       Ики уже приоткрыла уста, чтобы озвучить свои мысли, как поднялся сильный ветер, который разбушевал море. Буря, что во время их прибытия казалась темнотой на горизонте, достигла берегов слишком быстро, намереваясь пробиться сквозь защиту Шины. Огромные фантомы начали выпрыгивать из морской пучины, пытаясь добраться до суши. Богиня ветра среагировала молниеносно, призвав своих шинки, что вмиг превратились в синюю шаль, широкие крылья и лук со стрелами. Она взлетела ввысь, замерев над водой, и, натянув тетиву, пустила в извивающееся в воде стадо первую стрелу. Едва заметная серебристая игла в воздухе умножилась на несчитанные копии, целясь точно в ближайших, ужасающих своим видом фантомов. Небо начало сверкать алым цветом, и с каждым поражением призрака оно светилось белым, точно затмевая всё перед глазами Хиёри яркими вспышками.       Ято, увидев, как богиня начала массово истреблять гибридных и громадных фантомов, выигрывая пари, только усмехнулся. Именно на подобное развитие событий он и рассчитывал. Не медля ни секунды, призывая Секки, он побежал по песчаному берегу, игнорируя голос Хиёри, что видимо кричала вслед с просьбой вернуться назад. Они не могут проиграть в этом бою! Сжимая пальцами рукоятки катан, он стремился к своей цели, попутно разрубив парочку призраков, что выпрыгнули, преграждая путь.       — Ято, куда мы? — раздался в его мыслях голос орудия.       — В воду!       — Чего?! Ты, что, совсем уже рехнулся!       — Юкине, доверься мне.       Пока Шина во всю атаковала полупрозрачных и рычащих от гнева существ, отчего, следуя её неоспоримому статусу богини ветра, появился лютый и бушующий ураган, морские волны поднялись на несколько метров вверх, создав то самое явление, которое в своей милой беседе с Юкине описывала Мароме. Визуально было заметно, что под сине-зелёной водой мелькает жёлтое песчаное дно, где, не в силах ничего поделать, плескалась какая-то рыба — много разной рыбы. Ято резко поменял направление, пользуясь таким судьбоносным шансом. Водой его не убить, уж пытались, а вот вечности, чтобы исследовать дикие пучины океана у него не было. Там, где сейчас подпрыгивала рыба, должно быть и то, чего он так сильно хочет. Конечно, так нагло обманывать богиню было верхом подлости, но Ятогами не мог изменить своим убеждениям, поэтому пришлось затеять этот спор, чтобы вовремя оказаться в эпицентре шторма. Теперь он точно найдёт нингё и вытащит это существо на берег для достижения самой главной цели — для сохранения воспоминаний Хиёри о нём и о Юкине. Пока Шина была полностью увлечена своими обязанностями, орошая берег стрелами и затмевая небо бликами, Ято, забравшись на скалу, прыгнул вниз, ныряя в тёмную воду вместе со своим священным оружием.