You're My New Muse

— Чувак, я ждал вечность, чтобы увидеть этот фильм, — говорит Намджун, практически прыгая всю дорогу до кинотеатра, пока два его друга и брат следовали прямо за ним. — И теперь, когда я свободен, я слышу, что мой брат уже купил мне билеты, — улыбается он и смотрит искренним и благодарным взглядом, оборачивая руки вокруг Тэхена. Тэхен ярко улыбается, глядя на своего бестолкового брата, хлопая ресничками: — Не я ли самый лучший брат, существовавший когда-либо? — Самый лучший брат, существовавший когда-либо, — хвастается Намджун, а его глаза превращаются в полумесяцы. Смотря на это, Хосок и Юнги не знают: смеяться им или плакать. — Хэй, не должны ли мы все сначала купить попкорн и напитки? — предлагает Намджун, когда они все ближе и ближе подходят к назначенному кинотеатру. — Эээ, — заикается Тэхен, оборачиваясь к двум друзьям, ведь они трое знали, что Чимин и Чонгук уже обо всем позаботились. — Тогда я куплю их. Вы, хены, идите вперед, хорошо? Хосок поднимает большой палец вверх, и Тэхен принимает это как знак к отступлению. Он похлопывает их троих по плечу, ступая особенно тяжело, ведь дело касается его старшего брата. — Так, — по-особенному обаятельно начал Юнги, — ты взволнован или что? — Знаешь, — начал Намджун, приподняв брови, — вы трое ведете себя сегодня со странным энтузиазмом. Что-то происходит? — Что? Нет, нет, — говорит Хосок, махнув рукой. — Мы просто счастливы, что у всех сегодня появился шанс выбраться. — Ты самый худший в мире лжец, и ты знаешь это, — сообщает Намджун, указывая на нерешительную улыбку Хосока. Они наконец-то добираются до Кинозала №5, как раз вовремя, и Юнги достает свой телефон. — Этому плану лучше не провалиться, — бормочет он сам себе. — А? Улыбка материализуется на лице Юнги, когда он читает сообщение от Чимина. Он поднимает глаза и хватает Намджуна за плечо, поворачивая его. — Иди и скажи привет своей паре. — О чем ты, блять, гово-, — слова Намджуна застревают в горле, когда он видит Афродиту в очках, одетого в серую рубашку-поло и джинсы, держащего два ведерка с попкороном и две бутылки содовой в полиэтиленовом пакете, который зажат в левой руке. — Боже мой. Афродита выглядит таким же шокированным, как и он сам. — Господи Иисусе. Только тогда они оба осознают, в какую ситуацию попали против собственной воли. Половина сознания Намджуна говорит развернуться и убить своих друзей, а другая — не быть грубым к другому. Но Афродита, кажется, опередил его, уже поворачиваясь, чтобы ударить своих друзей в живот. — Юнги-хен, беги. Мы напишем вам позже, где встретимся, — хрипит Чимин, уже совершая свой Грандиозный побег, Чонгук немного отстает, через секунду уже перегоняя его. Юнги и Хосок следуют их примеру, убегая в противоположную сторону, получив перед этим поощряющие шлепки по спине. Две жертвы застыли на месте, не зная, должны ли они погнаться за своими друзьями или просто пойти вперед и посмотреть этот чертов фильм. Намджун первым находит мужество посмотреть на другого. — Хэй, ах, — неловко начинает он, — я…я знаю, для тебя это возможно супер-странно, но…я, ах, я типа ждал выхода этого фильма действительно очень долго, так что я на самом деле хочу пойти туда, независимо от того пойдешь ты или не- — Я пойду, — просто говорит он, кивая в сторону входа. — Я не собираюсь тратить зря такой прекрасный билет. Пойдем. Намджун чувствует, как шестеренки начинают крутиться в его голове*. — Да, се... я имею в виду, да, отлично. Сокджин спокойно идет вперед, достает свой телефон и набирает что-то неизвестное. Намджун завидует, каким крутым и собранным он был в тот момент. Кому: Как бы мама [Сегодня, 14:22] ААААААААААААААААААА

***

Пять парней становятся близкими примерно через четыре минуты после первого взаимодействия. Через час они уже объявляют о своем братстве и верности друг другу. — Хорошо, правда или действие, — говорит Тэхен, глядя на Хосока. — Действие, — мгновенно отвечает Хосок, не прерывая зрительного контакта. — У меня сегодня хорошее настроение. Я могу сделать все что угодно. — Купи билет на самый поздний фильм ужаса и посмотри его в одиночестве. — Хорошо, может быть, не все, — говорит Хосок, подумав с полсекунды и заставив всех лопнуть от смеха. — Понятно, — смеется Чимин, ударяя рукой по столу. — Ты просто должен выбрать правду, неудачник. — Хорошо. Правда, — говорит Хосок, ожидая требования от Тэхена. — Хм, — гундит последний, постукивая по подбородку. — Когда ты последний раз делал или получал минет? Он думает в течение минуты, прежде чем ответить: — Две недели назад. Вечеринка. Я был принимающей стороной. Юнги гримасничает. — Черт, это был тот парень с факультета литературы, которого ты жаждал на протяжении последнего месяца? Хосок рисует круги на столе. — Может быть, — говорит он, не поднимая взгляда на Юнги. — Ты отвратителен мне, — отвечает Юнги, отодвигая свой стул подальше от друга. — Я видел, как он чихает в свою руку и вытирает ее о голову собственного друга. — Такова жизнь. Мы берем то, что мы можем получить, — возразил Хосок, заставляя всех опять разразиться смехом. — Чувак, серьезно, — говорит Чонгук, утирая брызнувшие слезы, — это было бы еще забавнее, если бы Джин-хен был здесь. В его жизни не хватает такого. — Намджун-хену тоже, — добавляет Тэхен, слегка надув губы. — Он не развлекался с тех пор, как он поступил в колледж. — Это то, почему вы, ребята, отправили то сообщение Джин-хену за него? — спрашивает Чимин, бессознательно играясь с пальцами Юнги на столе. — Потому что вы хотите, чтобы он расслабился на некоторое время? — Потому что мы хотим, чтобы он потрахался, — безэмоционально поправляет Юнги. — Черт, мы все здесь по одинаковой причине, — говорит Чонгук, забавно качая головой. — Пытаемся свести двух людей, которые лишены действия, происходящего у нас трижды в неделю. — Но в то же время, — добавляет Чимин, — я вроде надеюсь, чтобы они действительно поладили. Знаете? Больше, чем «Я хочу трахнуться» путь. Трое успокоились, молча кивнув в согласии. — Какой он? — спросил Чонгук, нарушив тишину. — Намджун-хен, я имею в виду. Какой он человек? Кроме того факта, что он из Йеля. — Он.., — вздохнул Юнги, прежде чем продолжить, — он самый умный глупый ребенок, которого я когда-либо встречал. — Самый безэмоциональный чувствительный человек, — добавляет Хоби. — Самый мужественный нежный ботаник, — подчеркивает Тэхен. — И действительно хороший друг, — говорит Юнги. — Он по-академически мудрый, но глупый, когда дело доходит до принятия собственных решений. Он не очень нежный, но показывает, что заботится теми малыми способами, которые знает. Он быстро учится. Но слишком быстро сдается… — Он на самом деле очень чувствительная личность. И очень честный человек, — заканчивает Тэхен. — Он удивительный. Вы полюбите его. Чимин и Чонгук с нежностью смотрят на них. — Вы, ребята, выглядите мило, когда говорите о нем. — Что насчет Джина? — спрашивает Юнги, скрестив руки на груди. — Я тоже хочу знать, кого получит наш друг. — Джин-хен…жил немного необычной жизнью, — говорит Чонгук, наклонив голову в сторону, когда образ мисс Ким предстал в его голове, — в основном из-за его необычной мамы. — О, мы слышали, — говорит Хосок. — И видели. Благодаря его Фейсбуку. Черт, чувак. Срань господня. — Если бы я был натуралом, я бы вдул, — прибавляет Тэхен. — Не осуждайте меня. — Никто не осуждает, — говорит Чимин, взмахнув рукой. — Я думаю об этом каждый день моей жизни. — Поэтому Джин-хен тоже типа странный, — продолжает Чонгук. — Он действительно талантливый, и он ничем не занимался все эти дни, кроме работы. Он хорош в готовке. И он независимый и сильный как в физическом, так и в эмоциональном плане. — Это займет время, чтобы стать его другом, — добавляет Чимин. Чонгук стонет от воспоминаний. — Боже, потребовалась вечность, прежде чем он действительно назвал меня одним из своих друзей. В течение гребаного года он относился ко мне, как к «соседу», сука, какого черта? Я видел твои блядские какашки. Чимин кивает, решительно соглашаясь. — То же самое, блять! После полугода он представил меня тебе и назвал своим «младшим по классу», и это был первый раз в моей жизни, когда я захотел ударить кого-то, кто старше меня на три года. Хосок, Тэхен и Юнги уставились на них. — Но в любом случае, — продолжает Чонгук, — когда вы станете его другом, Боже, он как мама, знаете? Он очень хорошо заботится о нас. Возможно, заботится намного больше, чем наши собственные братья. И как только он начинает по-настоящему заботиться о вас, вы просто знаете. Вы узнаете. — Как? — спрашивает Тэхен. — Мне нравится думать, что для каждого человека это происходит по-особенному, — говорит Чимини. — Для себя я понял это, когда моя собака умерла, а Джин-хен прятал все фотографии Чангу всякий раз, когда я приходил, потому что они заставляли меня плакать. — Я узнал это в тот день, когда заболел в средней школе, а он пришел ко мне и купил для меня еды, когда я даже не просил об этом, — говорит Чонгук. — Это маленькие вещи. Совсем крохотные. Это то, как вы поймете. — Иисус, — посмеивается Юнги. — Интересно, как они будут признаваться друг другу, если в конце концов влюбятся? — Намджун начнет мямлить: «Я типа, может быть, ты мне нравишься, я не уверен», — а Джин просто даст ему конфетку, — невозмутимо говорит Хосок. — Мне интересно, что они делают прямо сейчас?

В то же время, первый этаж, Кинозал №5

— О Господи, — вздрагивает Сокджин, когда зомби начинают стучать в стеклянные двери. Намджун неуклюже пьет содовую, изо всех сил стараясь не повернуть свою голову, чтобы посмотреть на парня рядом с ним. У него не хватает смелости, чтобы сказать Джину о том, что он положил свою руку на его, и это забывается. Первые несколько минут было мучительно неловко. Но когда началось действие, Сокджин, очевидно, забыл о неловкости и начал ругаться каждые три минуты. Намджун не знает, как он может сосредоточиться на чертовом фильме, когда сама Афродита сидит рядом с ним. Через десять минут Намджун наполовину шептал, наполовину кричал. — Они не могут убить его! — яростно говорит он, когда мужчина, главный персонаж, заботится о своей жене. — До сих пор он был самым полезным персонажем! Мужчина умирает. У Намджуна разбито сердце. — Я не могу поверить в это, — говорит Сокджин, качая головой. — Я чувствую себя обманутым. Я хочу потребовать возврат денег. — Все будет в порядке, — рассуждает Намджун, прочищая горло и садясь прямо. Он чувствует, что пытается убедить себя больше, чем Сокджина. — Может, все будет не так плохо. — Ты прав, — соглашается Сокджин, стараясь оставаться позитивным. — Это всего лишь один человек. Пф. Все будет в порядке. Фильм близок к концу, а Сокджин с Намджуном рыдают. — Почему он должен был сделать это? — всхлипывает Сокджин, сердито вытирая слезы. — Он не должен был принести себя в жертву таким образом. — Что будет делать его дочь? — вопит Намджун с болью во взгляде. Сломлен вне всякого ремонта. — Намджун, что мы собираемся делать? — говорит Сокджин, сжимая запястья парня. — В чем смысл этого фильма? Где гребаная справедливость? Намджун кладет руки поверх сокджиновых и серьезно смотрит на него. — Этот фильм был…уроком. Это говорит о нашем моральном компасе. Что бы мы сделали, если бы оказались в такой ситуации? Были бы мы слишком напуганы, чтобы думать? Можем ли мы на самом деле ненавидеть людей, которые заперли их в поезде, когда в действительности мы могли бы сделать то же самое, оказавшись в их положении? — Чушь! — возмущается Сокджин, пока слезы продолжают катиться. — Зомби-апокалипсис или нет, я никогда бы не бросил человека на верную смерть. Намджун закрывает свои глаза и серьезно кивает. — Черт, — он вздыхает, — ты прав. Двое продолжают разговаривать, утирая свои слезы, пока выходят из кинотеатра. — Чувак, я заплачу, чтобы увидеть, как кто-то трижды не заплачет на этом чертовом фильме, — Намджун наполовину скулит, наполовину смеется. — Я тебя чертовски понимаю, — соглашается Сокджин. — Черт возьми, они должны были предупредить меня, что будет грустно. — Тэговые предупреждения, — добавляет Намджун. — Хэштэг смерть главного персонажа и прочего дерьма, знаешь? Как в фанфиках? Сокджин действительно громко смеется и слегка ударяет Намджуна по руке. Именно тогда двое остановились и осознали, чувак, когда им стало комфортно друг с другом? Они идут медленнее, Сокджин оборачивается к лицу Намджуна, и Джун поворачивает свою голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Лицо Сокджина все еще выглядело липким, а глаза оставались красными по краям. Первоначальная прическа Намджуна сейчас была в беспорядке, благодаря всем хватаниям за волосы от разочарования. Они смотрят друг на друга в течение двух секунд и начинают смеяться. Намджун поднимает руку. — Я думаю, я не представил себя должным образом. Я Намджун. И помимо того, что я хожу в Йель, я люблю рэп, плачу, смотря фильмы про зомби, и я на 100% не тот, кто отправил «хэй, горячая штучка» сообщение. Сокджин смеется над этим и пожимает протянутую Намджуном руку. — Я Сокджин, но ты можешь звать меня Джином. Я старше, так что «хен» для тебя. Кроме того, что я из Пратта, я люблю готовить и тоже плачу, когда смотрю фильмы о зомби, и я на 100% не тот, кто сказал, что хочет потрахаться. Намджун наигранно вздохнул. — Какая жалость. Сокджин одаривает его тяжелым взглядом и бьет его. — Только формально встретились с тобой, а ты уже ведешь себя, как мудак. Намджун хихикает и смотрит вниз, играясь с ногами. — Хэй, ах, сегодня было действительно весело, — бормочет он, слишком смущенный, чтобы поднять голову. — Самое веселое времяпровождение, которое у меня было. Знаешь, колледж заставляет людей нести потери. Сокджин кивает. — Я понимаю это больше, чем кто-либо, — он говорит и улыбается, когда добавляет. — Мне тоже было очень весело сегодня. Они знают, что это часть, где они, возможно, должны сказать пока, и часть, где они, возможно, никогда не увидят друг друга снова, если не захотят. В конце концов, это действительно было лишь тем, что их друзья обманом заставили их сделать. Двое стоят лицом к лицу, не зная о следующем шаге. Знают, что пришло время сказать прощай, но в то же время знают, что в действительности не хотят этого. — Хочешь.., — начинает Намджун, делая неловкие движения руками, — погулять чуть-чуть подольше? Сокджин удовлетворенно вздохнул внутри себя. — Да. Двое идут вместе, еще немного обсуждая фильм и смеясь, забыв о своих друзьях, которые все время наблюдали с безопасного расстояния, теперь вместе прыгая и держась за руки. — Я визжу! — говорит Тэхен, схватившись за грудь. — Это делает моему сердечку больно.

***

К тому времени, когда небо стемнело, они в конечном итоге сидят на берегу реки, сжимая сосиски в одной руке и баночку пива в другой. — Хорошо, — говорит Намджун, откидываясь назад и откусывая кусочек от колбаски. — Так что же с твоей мамой? Сокджин смеется и качает головой. — Знаешь, мне бы хотелось, чтобы у меня был ответ на этот вопрос, но, к сожалению, я думаю, мне придется прожить всю свою жизнь, не зная, почему она такая, какая есть. Намджун улыбается. — Должно быть весело, — говорит он, открывая баночку с пивом, — я имею в виду, иметь такую маму. — Это сплошная головная боль, вот что это, — возражает Сокджин, но Джун видит выражение лица парня и понимает, что в действительности он не это имел в виду. Сокджин поворачивается. — Что насчет тебя? Какие у тебя отношения с твоей мамой? Намджун наклоняет голову в бок и улыбается. — Мои отношения с обоими родителями хорошие. Но по сравнению с твоими? — он приподнимает свои брови. — Относительно нормальные. Сокджин делает большой глоток пива и улыбается. — Да, что ж, — он пожимает плечами, — по-другому и быть не могло. Так что все в порядке. — Выпьем за это, — говорит Намджун, поднимая свое пиво, чтобы чокнуться банками. — Думаешь, наши друзья все еще думают, что мы в торговом центре? — спрашивает Сокджин, становясь резко озабоченным, не задумываясь об этом раньше. — Зная моих друзей, ставлю на то, что они прыгали в течение минуты, как только увидели, что мы разговариваем и выходим из кинотеатра, — смеется Намджун. Сокджин улыбается сам себе, молча соглашаясь. — Они беда на наши головы. — И они причина, по которой мы сейчас здесь, — добавляет Намджун. Сокджин молчит с минуту, обдумывая в своей голове, как же чертовски он прав. — Полагаю, они не совсем ужасны, — мягко говорит Джин, больше для себя, чем для Намджуна. Намджун улыбается, делает еще один глоток пива и комкает обертку, где находилась сосиска. — Это здорово, что мы пришли сюда сегодня. Здесь не так много людей. И чертовски потрясающий вид. Сокджин собирается согласиться, поворачивает свою голову и чувствует, что весь его мир остановился. Это полнолуние, когда звезд больше, чем обычно. Ближайший мост засветился желтыми огнями, а река спокойна и чиста, практически светится в темноте. Осколок лунного света придает расслабленности лицу Намджуна, его волосы в легком беспорядке, после кино и от ветра. Он откинулся на спинку кресла, одна нога вытянута, а другая согнута, и он держит баночку с пивом. Это красиво. — Подожди, — поспешно говорит Сокджин, уже открывая свою сумку и доставая скетчбук с карандашом. — Стой просто вот так. Намджун приподнимает брови. — Черт. Сказал бы мне прихорошиться, когда захотел нарисовать меня, притормози, — смеется он. Сокджин задорно качает головой. — Нет. Это идеально. Просто стой так. И Намджун остается. Ему не нужно оставаться в таком положении долго, но он готов оставаться в нем так долго, как этого попросит Сокджин. Он поворачивается всякий раз, когда голова парня опущена, и Намджун не мог удержаться от улыбки, которая расцветала на его губах, когда он смотрел на парня с высунутым языком и нахмуренными бровями. Когда они желают друг другу спокойной ночи, Намджун знает, что это не последняя их ночь. Он не позволит этому случиться. Когда Сокджин возвращается в собственную квартиру и закрывает дверь, первым делом он открывает свой скетчбук и переворачивает страницы, чтобы посмотреть на его новейшее произведение искусства. Он мчится к своему столу и включает лампу, аккуратно кладя скетчбук на стол. Он моргает. Минутой позже, его телефон прижат к уху, а на другом конце играет мелодия его мамы. Проходит всего три гудка, прежде чем она отвечает. — Джин? — отвечает Сохё и звучит так, словно только что очнулась от глубокого сна. — Что случилось, детка? — Мам, — говорит Сокджин нехарактерно мягким голосом. — Всего лишь хочу сказать спасибо. — Хмм? — фырчит она, очевидно, находясь еще в полудреме. — Ничего. Прости, что побеспокоил тебя. Просто хотел сказать…спасибо, — говорит он, улыбаясь, и кладет трубку до того, как она ответит. Он смотрит на свою работу снова. Это всего лишь набросок. Даже незаконченный наполовину. Но это лучшее, что он сделал за период длительного времени.