Слишком плохой для тебя

***

       Конец летним каникулам. Наконец учеба возьмет верх над всеми бестолковыми учащимися школы. Последний учебный год. Нужно очень постараться не завалить экзамены и, конечно, подтянуть оценки. Этот год должен решить все.        Маринетт стояла напротив входной двери в коллеж, нервно переминаясь с ноги на ногу. Ей не очень хотелось лелеять и бежать обнимать всех своих одноклассников, ведь ни с кем толком девушка не ладила. А, нет. Только на контрольной со своим случайным соседом по парте, который весьма уместно включал дурачка. В этом и проблема. Мари настолько зажалась в себе из-за циников в этом кругу, что и вовсе забыла каково это… Каково нормально общаться с одноклассниками, сплетничать на перемене, обсуждать вещи и бренды нового сезона. Именно это всё и обходило стороной бедняжку Чэн.        Вдох. Выдох. Дюпэн, мысленно отругав себя за трусость, все-таки решилась отворить парадную дверь коллежа. Ей показалось, что именно сейчас привлекла внимание учащихся. Она почувствовала, как проходит мимолетная дрожь по телу, сопровождающая ступор. Брюнетка беспомощно смотрела на то, как мимо нее проходят подростки. Если прислушаться, то можно понять, что они обсуждают свои хорошо проведенные летние каникулы. От этого девушке стало еще хуже, ведь она даже никуда и не ездила, никак не отдыхала и тем более не веселилась. — Кхм, мне можно пройти? — мягкий голос привлекает внимание Маринетт. Девушка резко обернулась, дабы наконец понять, кому она загородила путь. К счастью или сожалению, это был всего лишь Нино Ляиф. По крайней мере Чэн не начала паниковать и выдумывать всякие отговорки. Нино всегда относился хорошо к Маринетт. Он никаким любым образом не пытался поставить себя выше девушки и никогда не унижал её, себе он этого не позволял, поэтому она в некотором роде благодарна ему. Был ли этот человек единственным, кто хорошо относится к Мари? Нет. В их классе так же учится Алья Сезер — девушка Нино. В прошлом году она заступилась за Дюпэн, в то время, как на нее налетел Брюэль, который в два раза больше самой Альи. Этой девушке можно было позавидовать, не только из-за внешних данных, но и за ораторское мастерство. Алья Сезер — этакий лидер в классе. — Прости, пожалуйста, — Мари сделала шаг в сторону, дабы пропустить Ляифа вперед. — Все нормально, — мулат поправил свою кепку, после чего взглянул на Маринетт. — Как непривычно возвращаться к этим стенам после такого отдыха, да? — Есть такое чувство, — девушка улыбнулась, чувствуя небольшое облегчение. Маринетт понимала, что в этом году ей будет сложно. К тому же, по слухам, Калин Бюстье заменят на другого учителя. Маринетт думала об этом пару дней на каникулах, она очень надеялась, что это всего лишь глупые слухи, и учительницу не заменят. Это будет ужасно, потому что находить общий язык с незнакомым человеком для Чэн очень сложно. Может ли Нино что-то знать об этом? Маринетт только решилась спросить, как внезапно, будто из ниоткуда, на Ляифа буквально накинулась девушка со светло-каштановыми волосами. Дюпэн больно прикусила себе язык, чтобы не ввязаться в очередные, по её мнению, неприятности. — Я безумно скучала, — пролепетала девушка, обнимая парня, как казалось, изо всех сил. Со стороны это выглядело очень мило, и лицо Чэн на секунду залилось румянцем. Она не понимала, как можно вести себя в подобных ситуациях. Хотя, если верить книгам, то в такие моменты ты испытываешь незабываемые ощущения, и тебе уже все равно на то, как ты себя ведешь, ты просто наслаждаешься моментом. — Еще увидимся, — промурлыкала девушка, рассеянно проводя руками по волосам Нино. Она тут же ринулась вперед, оставляя за собой только недопонимание со стороны Маринетт. — А я думала, что ты встречаешься с Альей, — брюнетка резко помрачнела, как только сказала эти слова. Она понимала, что это вовсе не её дело, но, увы, справедливость внутри Мари просто просилась наружу. — Это моя знакомая, — расплывчато выдал парень, толком и сам не понимая, как потом будет разгребать эту ложь. — Ну, мне пора. Еще увидимся! — До встречи, — пробубнила Мари, скорее самой себе, чем Нино, ведь он уже увяз в другой компании. В компании, которая никогда не обращает внимания на таких, как Маринетт. Увы, так устроен мир, что одним все, а другим ничего. Именно за этими людьми Дюпэн наблюдает очень долгое время. Да и как вообще можно не замечать их? Они в центре внимания, одни их обожают, а другие ненавидят — это прям дьявольский круг с хорошим концом. Но, к сожалению, Мари никогда не попадет в такой круг общения…никогда.

***

      Девушка перелистывала книгу в надежде найти хоть какую-то иллюстрацию, но все без толку. Так Маринетт пыталась отвлечься, так она пыталась затаить в себе интерес и не посмотреть на задний ряд, где и находился ее «предмет обожания». Чэн передернула плечами, испробовав все методы личного самоубеждения, пытаясь избавиться от грызущего чувства собственной слабости, но не удавалось. — Ты только посмотри на это. Очень забавно!       Маринетт бросила беглый взгляд в сторону окна. Как и рассчитывалось — ничего не изменилось. Все те же балбесы, которые то и дело любят издеваться над слабыми. В очередной раз это был Натаниэль — скромный и неуверенный в себе парень. Дюпэн всегда сравнивала его с собой, но в отличие от него она не является постоянной жертвой для насмешек. Даже в таких ситуациях некому заступиться за тебя, и каждый день приходится испытывать чувство досады и ненависти. В обществе всегда были и будут «ненужные люди». От этого не убежать и не спрятаться. Ты ничего не можешь сделать, пора смириться и понять, что свет не из добрых людей. Однако, все равно кто-то должен остановить это. Маринетт неоднократно наблюдала за тем, как издеваются над Куртцбергом. Но почему они это делают? — Прекратите. Вам, видимо, совсем жить надоело? — выдохнула девушка, поднимаясь на ноги. — Найдите себе занятие поинтересней, — пролепетала Алья, выхватывая из рук обидчика блокнот. Вот она. Именно та девушка, чье имя настолько же прекрасно, как и она сама. Бесстрашная личность класса, которая не переставала удивлять. Маринетт очень завидовала Сезер, её умение подать себя было безупречным. Если бы так могла Чэн, то она бы сейчас не сидела за передней партой и не стала бы со стороны рассматривать эту ситуацию. — Нино, с каких это пор твоя девушка стала такой правильной? — Адриан усмехнулся, легко и просто бросая слова, зная, как легко поставить всех на место. Непозволительно быстро. Только теперь Маринетт дала себе волю повернуться назад и заглянуть в эти зеленые глаза. Сердце забилось сильнее, как только его уста тронула еле заметная ухмылка. Дюпэн-Чэн влюблена в него очень давно. Она влюбляется в него. С каждым днем любовь все сильнее и сильнее порождает в себе свойство быть.       Реакция Ляифа была ужасна, но, кажется, он был в замешательстве. Но, а как же иначе? Ведь Алья не входила в клуб богатеньких мажоров, и все друзья Нино до сих пор не понимают, что нашел парень в этой простушке. Мулат просто не мог разделиться на две части, он никогда не сможет выбрать между девушкой и лучшим другом. Очевидный факт того, что репутация и любовь не стоят в одной строке. — Ты, видимо, хотел сказать, что тебе жаль? — повторила шатенка, чувствуя, как нервы натягиваются тоненькой ниткой. — Хотя подожди! Точно! Тебе же даже не знакомо это чувство. В очередной раз Алья пытается выставить Адриана бесчувственным кретином в глазах остальных. Вражда между этими двумя продолжается уже очень давно, а одноклассники, которые не первый раз видели эти разборки, просто перестали реагировать. Однако Маринетт все равно напрягалась каждый раз, когда проходной тон Альи менял улыбку Агреста на что-то уничтожающее. — Алья, — коротко буркнул Нино, порядком начиная злиться на свою девушку. — Хватит. — Даже твой парень предлагает тебе уже заткнуться, милочка, — блондин игриво подмигнул Сезер. В помещении раздался смешок, но лишь Алья стояла подобно мрачной статуе, продолжая взирать на Адриана своими большими золотистыми глазами. — С возрастом заводить новых друзей становится сложнее, — на том конце аудитории послышался незнакомый для всех мужской голос, и Маринетт почувствовала, как тревога, которая окружала её сейчас, чуть отступила. Все внимание переключилось на него: высокий мужчина с темно-русыми волосами, с кожей цвета слоновой кости. Никто не ожидал увидеть этого гостя здесь, но видимо все уже догадались, кто стоит перед ними. — Вы не похожи на учителя, — Адриан недовольно покосился на мужчину в очередной раз. Догадываясь, что тот больше ничего не намерен говорить, Агрест неохотно достал из кармана телефон, проверяя новостную ленту. — Господин Агрест, — начал мужчина, медленно приближаясь к учительскому столу. — Мы все знаем кто вы и кто ваш отец, — вслух рассуждал мужчина, прохаживаясь прямо возле доски. — А вы знаете, кто мой отец? — усмехнулась блондинка, чуть прищурившись. — Я знаю вашего отца, Хлоя, — продолжил учитель, кидая мимолетный взгляд в сторону Буржуа. — Именно поэтому предлагаю отложить со стола косметику, или мы продолжим разговор в кабинете директора. Все в классе замерли. Даже Кэлин Бюстье не позволяла себе лишний раз «тревожить» Хлою. Ее отец большой авторитет в колледже, конечно, ведь он мэр города. Однако девушка на замечание учителя не отреагировала. Она лишь гордо вскинула подбородок вверх, а Сабрина мигом отложила вещи подруги в сторону. — Замечательно, — мужчина повернулся лицом к доске, начиная писать по ней мелом. — Меня зовут Клод Бастьен и я ваш новый учитель французского языка и литературы.       Даже поверить трудно, что этот год изменится. Маринетт не готова была к таким поворотам, особенно в плане учебы. Неужели это только начало? — Итак, кто-нибудь может рассказать мне разницу между поэзией труверов и старофранцузской поэзией? — вопросительно изогнул бровь мужчина, наблюдая, как после заданного вопроса весь класс помрачнел. — Ну же, кто-нибудь?       Маринетт повернула голову чуть в бок, замечая, как некоторые достают мобильные с карманов. Ну конечно, в отличие от Дюпэн они веселились, о какой учебе может идти речь? Либо спасти ситуацию, либо Бастьен распотрошит всех сейчас. Учитель тем временем уже сидел на стуле, продолжая осматривать присутствующих пронзительным взглядом. Брюнетка неуверенно подняла руку, ожидая разрешения ответить. Клод как-то странно качнулся, не сразу обращая внимание на девушку, но все же он отреагировал. — Да, конечно, — темноволосый посмотрел на Маринетт, глядя прямо в безумно красивого цвета глаза. — В отличие от старофранцузской поэзии у поэзии труверов есть еще и требование к куртуазности, — не успев толком начать, Мари замолчала, облизывая губы. — То есть светскость и возвышенность чувств должна присутствовать у героев, — вскоре ответила девушка. Бастьен наградил девушку добрым взглядом, после чего продолжил: — Замечательно, — мужчина резко выпрямился, произнося фразу громче, чем рассчитывалось. — Не напрягайся, Нино, убери мобильный, и мы продолжим, — учитель встал со стула, после чего взял книгу в руки. — Если Маринетт знает ответ на этот вопрос, то я думаю, что вы замечательно ладите с литературой. Проведем небольшой тест, который покажет ваш уровень знаний. В классе раздался гул, все были в замешательстве. — Да-да, я уже плохой, — ухмыльнулся Клод, раздавая по партам заранее подготовленные задания по литературе. — Зубрилка, — выпалил на одном дыхании Агрест.       Маринетт напряглась, ей не особо хотелось придираться к словам и как-то вообще реагировать. На миг ей стало безумно больно, и чувство вины заглотило ее полностью. В этот же момент Бастьен остановился возле парты Мари. Кажется, он заметил, как тревога накрывает Чэн с головой. — О, да, Адриан, видимо ты хочешь получить отдельный профильный вариант? — резко отреагировал учитель. Маринетт медленно подняла взгляд, осматривая черты лица Клода. На вид ему не больше двадцати семи и, видимо, он уже давно работает учителем. Как ни странно, но он напоминал кого-то, но сейчас Мари наверняка не вспомнит. Но это минутное изучение нового преподавателя закончилось тем, что взгляд Дюпэн и Бастьена столкнулись. Лицо Маринетт тут же приняло карминово-красный оттенок, заставляя девушку еще больше занервничать, но взгляда отвести она все равно не могла. Лицо мужчины из недовольной гримасы сменилось на добрую улыбку. Он положил лист с заданиями на парту Чэн и тут же подмигнул ей.

***

      Вот и все. Уроки пролетели, и первый учебный день приближается к концу. Все мигом освободили класс, по-видимому, были не в восторге от нового учителя и его манеры преподавания. Маринетт была последней, кто остался в классе, а точнее - единственной из учащихся. Клод сидел на стуле и проверял тесты, которые были сданы еще на первом уроке. Девушка попутно складывала книги в сумку и успевала еще смотреть на Бастьена, который усердно черкал что-то ручкой на листе. — Почему ты ничего не ответила? — обронил мужчина, продолжая проверять работы.       Маринетт закинула сумку на плечо и снова посмотрела на учителя. В глубине души она знала, что ответить что-то Агресту — это прямой путь к еще одному году ада. В этом нет необходимости. Лучше уж пережить одно колкое словечко, чем сто таких же от разных людей. Просто все было бы легче, если бы девушка ничего не чувствовала к Адриану. Это сложно. — Мне нужно идти, — девушка направилась к выходу, намеренно лишая возможности Клода разглядеть себя получше. — Маринетт, чего ты боишься? — точно подметил мужчина, продолжая что-то писать. — Простите? — куда более спокойно и уверенно спросила Чэн, обхватывая ремешок сумки с такой силой, будто и вовсе не собиралась расставаться с ним. — Ты должна прекратить позволять другим мешать тебя с этой кучей глупых подростков, — озвучил свои мысли Клод, пытаясь быть убедительным. — Я твердо верю в одно, что всегда надо признаваться в любви тем, кого мы любим. Даже если это будет Адриан Агрест.       Она чувствовала, как тяжело бьется сердце, как тяжело ей приходится себя сдерживать. Но было уже поздно, Маринетт давно по уши погрязла в этом болоте, где каждый шестой считает ее ничтожной. — Я его не люблю, — продолжила брюнетка, не поворачиваясь лицом к Бастьену. — Вы ошиблись. — Может быть, — не особо скрывая сарказма в голосе, ответил кареглазый, в глубине души подозревая, что Маринетт вообще не умеет врать. — В таком случае, прекрати вырисовывать его имя в своей тетради.       Неловко. Очень неловко. Маринетт хотелось развернуться и полностью объясниться или оправдаться, но… в этом не было необходимости. Девушка давно уже не умеет скрывать свои чувства. — До свидания, — Дюпэн с этими же словами покинула класс, направляясь к выходу из здания.