Слишком плохой для тебя

***

       Маринетт бесшумно соскользнула с кровати, вздрогнув, едва кончики пальцев коснулись ледяного пола. Волна мурашек молниеносной струей разнеслась по телу, и девушка недовольно передернула плечами, будто это могло помочь избавиться от неприятного ощущения. Она накинула на себя бежевый халат, после чего направилась к своему письменному столу, на котором располагался её дневник. Пожалуй, это была единственная вещь, которая помогала лишний раз отвлечься. В первую очередь утром Маринетт тянулась именно к нему, никакая успокаивающая ванная или бодрый душ не могли сравниться с этим. Для Чэн дневник был неким антидепрессантом, в который она могла записать все свои тревоги и переживания.        Сидя на подоконнике и притянув ноги к себе, она писала что-то в дневнике, каждый раз останавливаясь и перепроверяя написанное предложение снова и снова. Дюпэн старательно избегала любых мыслей, которые могли быть связаны с событиями вчерашнего дня, но это оказалось практически невозможным. Каждое свое действие пришлось прописывать на белом листке, так как Мари считала их ошибочными. Её слова и мысли казались бессмысленными. Особенно её озадачил учитель.        Каждый день одно единственное имя вызывает бурю эмоций. Маринетт понимает, что никогда не прикоснется к нему, никогда смело не посмотрит в его зеленые глаза. Кого можно винить в этих чертовых бедах? Своих родителей? Себя? Ей так надоело проявлять слабость, которая сжирает изнутри. Почему именно он? Почему именно сейчас?

***

              Три дня спустя. POV Адриан.

***

       Я молча стою возле учительского стола и в очередной раз выслушиваю вылазки Бастьена. Он снова что-то хочет от меня, снова придирается и пытается поставить меня на место. Да, каждый здесь пытается это сделать, пытается убить во мне богатенького сыночка и включить желание учиться. Не сказать, что меня это раздражает. Я должен вызывать у каждого присутствующего какие-то эмоции и плевать, если это будет ненависть или зависть. Для этого я и существую. Я просто сравниваю себя с греческим божеством. — Ты видел свои оценки за тесты? И это только по французскому языку. Заметь, Адриан, я не затронул остальные предметы, — голос учителя оборвал мои тяжелые мысли. — Ты решил прямо в начале года усугубить свое положение?        В последнее время Клод стал для меня занозой в заднице. Он вечно пытается потакать мной, что собственно я и ненавижу. Никто не смеет указывать мне, что делать, даже учитель по французскому. Может, деньги все устроят? Я буду готов заплатить ему, и это будет больше его месячной зарплаты. — Или ты хочешь, чтобы я ввел в курс дела твоего отца? — Ну зачем же сразу отца? — с неожиданным жаром выпалил я, сам не понимая, от чего так занервничал. Но факт остается фактом. Нельзя, чтобы отец узнал о моей ужасной успеваемости в коллеже, особенно в начале года. Светлую голову посетил идеальный план, и моя рука непринужденно тянется к карману джинс. Отличный способ его подкупить, как и остальных учителей. Последний год и у меня будет все хорошо. Но не тут то было…        Дверь аудитории распахнулась, и мой вопрос повис где-то в воздухе без ответа. На пороге появилась Дюпэн-Чэн, неся в руках стопку с документами. Как же эта ботанша вовремя. — Здравствуйте, — сказала она, приближаясь к учительскому столу. — Я заполнила документы, которые вы просили. Я сделал шаг назад и осмотрел девушку с ног до головы. Когда эта девчонка перестанет быть такой правильной всезнайкой? Только вчера ей дали эти документы, чтобы она заполнила их на неделе, а она уже сегодня принесла отчеты. Она вообще отдыхает от этой учебы? Наш президент класса скоро совсем с ума сойдет. — Благодарю, Маринетт, — мужчина окинул меня уничтожающим взглядом, и я вовсе забыл, зачем я тут. — Кстати, как ты так быстро справилась? Странно, что он смотрит на меня и при этом разговаривает с ней. Я так понимаю, что он меня точно в покое не оставит. Ну ничего, стоит только Дюпэн-Чэн отсюда слинять, как я пущу в ход свой план. — Ничего особенного, — ответила девушка, на что я просто закатил глаза. — Просто люблю учиться и у меня есть много свободного времени. Именно. Ее жизнь такая скучная, как и она сама. В отличие от меня она не защищает Париж от Бражника. Как трудно все-таки понимать, что ты не можешь объяснить всё, как есть. — Тогда, как президенту класса, я доверяю тебе нашего Адриана, — после этих слов мои глаза автоматически расширились. — Понимаешь ли, у него есть трудности по литературе и языку, а еще по химии и математике. А ты, как лидер класса, должна помогать своим одноклассникам. — Стойте, что? — тихо рассмеялся я, пытаясь понять смысл сказанного. — Мне не нужна репетиторша-мямля. Если на то пошло, то я сам найму себе хорошего репетитора, — продолжил я, повышая тон своего голоса. — Маринетт, ты же не против? — Бастьен взглянул на Дюпэн и он всем своим видом давал понять, что отказ не принимается. — Вы почему её спрашиваете? Я всё ещё тут, — протараторил на одном дыхании я. — Эм… ну я даже не знаю, — и снова, снова она мямлит. — Я не уверена, что смогу взять на себя такую ответственность.        Внимание, вопрос. Что несут эти двое? — Я уверен, что ты справишься на все сто. Итак, решено, с сегодняшнего дня Адриан в твоем распоряжении, — Клод откинулся на спинку стула, как-то самодовольно натягивая на уста ухмылку. Видимо, так он хочет меня убить. — Нет, на такое точно не подписывался, — я отрицательно покачал головой, всем своим видом показывая, как я не рад этому решению. Но, видимо, Бастьену было уже наплевать на мои бессмысленные, по его мнению, слова. Кто бы сомневался. Внезапно для меня дверь класса настежь отворилась, и на пороге уже стоял Фред Апрэль — помощник педагогов. Еще тот подлиза, к тому же, он вечно пытается угодить всем учителям. — Бастьен, в кабинет директора, срочно, — беззаботно сообщил он, неожиданно натыкаясь на странный взгляд Клода. — Эй, вы двое, — скомандовал мужчина, желая как можно скорее вывести меня из себя. — Начинайте занятия прямо сейчас. Маринетт, возьми книги с моего стола и покажи ему параграфы, которые он должен выучить. Что-то из литературы двадцатого века. Темноволосый встал со стула и направился прямиком к выходу из аудитории, но я его вовремя остановил. — Стойте, нет, мне сейчас уже нужно уходить. Сегодня точно не могу! — крикнул я, заставляя Бастьена повернуться ко мне лицом. Он как-то подозрительно прищурился, после чего его слова последовали примерно так: — Я думаю, что твой друг переживет, если ты не попадешь на его вечеринку, — его слова повергли меня в некий шок. Когда это он успел про вечеринку-то узнать? Но сейчас нужно сделать все, чтобы не остаться на скучном занятии. — Какая вечеринка? Нет, мне нужно на…фотосессию, — более убедительно протянул я, скрещивая руки на уровне груди. — Нужно помочь отцу. — Тогда я сейчас ему позвоню и сообщу, что его сын задержится на занятии из-за плохих результатов по тесту, — хмыкнул мужчина. Меня просто оставили в безвыходном положении. Если отец узнает о моих оценках — он не на шутку разозлится. Чертов закон подлости. Ненавижу Бастьена. — Ну, с чего начнем, всезнайка? — проворчал я, поворачиваясь лицом к Дюпэн-Чэн.

***

       Все как и всегда. Адриан вел себя так же, как и на уроках: копошился в телефоне и всем своим видом показывал, что он не в восторге от происходящего. Маринетт пыталась ему объяснить, где и что учить и как лучше запомнить даты, которые будут в следующем тесте. Все идет стабильно. — Так вот, здесь лучше использовать словарь, к тому же, так тебе понятней будет, — Маринетт задумчиво убрала прядь волос за ухо и вновь облокотилась о стол, подперев подбородок рукой. — Слушай, зубрилка, давай мы по-тихому разойдемся? — парировал Адриан, убирая телефон в карман джинс. — Зачем тебе это?       Чэн застыла. Она продолжала взирать на книгу, даже не пытаясь поднять свой взгляд на Агреста. Было сложно просто находиться с ним рядом, а тут ещё и разговаривать с ним. Одно неверное слово со стороны Мари, как Адриан налетит на неё со своими «заветами». Странно, что он вообще просидел эти пятнадцать минут с ней. — Тебе нужна хорошая оценка, — выдохнула брюнетка, стараясь скрыть беспокойство.       Парень только хотел ответить, как за дверью раздались голоса. Адриан повернул голову к источнику и прислушался, а Мари спокойно продолжала записывать страницы учебника на листок. Однако дальше случилось непредвиденное… Юноша схватил Чэн за руку и ринулся вместе с ней под парту. Он заставил её сесть на колени и повернуться к нему лицом. Одной рукой парень прикрыл Маринетт рот, а второй держал её за кисть руки. — Конец моей репутации, если они нас увидят вместе, — жёсткие нотки в голосе Агреста все же заставили, в конце концов, Маринетт замолчать. Только теперь она поняла, что все это ради того, чтобы Адриана не увидели вместе с ней. Дверь со скрипом отворилась и теперь можно было разобрать довольно грубые голоса. — Ты видел, класс побольше нашего будет, — рассмеялся один из парней. — Здесь же учится тот самый Агрест? Адриан подозрительно прищурился, глядя Маринетт прямо в глаза. Девушка любым другим способом пыталась не смотреть на него. Её глаза блуждали по пространству, но Адриана сейчас волновало совсем не это. — Если сейчас зайдет учитель, я спихну всю вину на тебя, — протараторил второй парень. — Может, напишем что-то на доске про папенькина сыночка? — теперь-то Адриан узнал этот голос, да и Маринетт все быстро поняла. Самый худший враг Агреста — это Луис Дюкре с класса Миз Менделеевой. — Сейчас я ему покажу, — совсем тихо прошипел зеленоглазый, собираясь подняться на ноги, к счастью, Мари его задержала. — Что? — Не глупи, — очень тихо прошептала девушка. — Если не хочешь лишних сплетен, то лучше посидим здесь.        К счастью, ждать пришлось не очень долго. Ребята ушли после того, как исписали доску. Маринетт и Адриан на счастье спрятались на самых последних партах, что и послужило их тихому и бесцеремонному «беспалеву». Самым первым из-под парты выбрался парень со следующими словами: — Ух ты же, как оригинально, — выпалил блондин, приближаясь к исписанной доске. — Ничего особенного, пара-тройка матов в мой адрес, — озвучил свои мысли Адриан.       Маринетт выбралась из-под парты и кинула мимолетный взгляд в сторону доски. Ее глаза панически расширились после прочитанного слова, но к счастью юноша всё уже стирал. Оказывается, и его можно ненавидеть, хотя Мари всегда будет считать Агреста милашкой. Необъяснимо, но факт. — Итак, мы с тобой закончили, чао, — небрежно бросил блондин. — Скажешь Бастьену, что мы все выучили. — Я не могу врать учителю, — слова Мари потонули в скрипе закрывающейся двери. Однако через секунду блондинистая голова показалась в дверном проеме. — Ты просто скажи, что мы все выучили и тебе не придется ничего выдумывать, — Адриан прищурился, подозрительно взирая на девушку. — Успокойся, милочка, тебе не обязательно переживать из-за этого. Ты, главное, лишнего не взболтни. — А что завтра? — после длительной паузы спросила брюнетка. — А что завтра? — глупо переспросил Агрест. — Я не смогу прикрывать тебя всю неделю, — глухо отозвалась Дюпэн, глядя куда-то в сторону. — Ну, придумай что-нибудь. Ты же умная, — парень равнодушно кивнул, подтверждая этим жестом свои слова. — Это неправильно, — проговорила Мари. — Ты должен подтянуть свои оценки, для тебя это должно быть важно. Но все эти слова оказались пустыми. В классе оставалась только одна Маринетт. И это была окончательная точка их разговора.