С купидоном не поспоришь!

Вскрикнув, я больно ударился о воду и сразу пошёл ко дну. Я даже не пытался для очистки совести чутка побарахтаться, заранее решив, что это бесполезно. В далёком детстве местные ребята едва не утопили меня в озере, у которого жила моя бабушка. Мелкие черти, не знающие границ в играх, ага. С тех пор желание переходить на близкие отношения с водоёмами совсем отпало. Поэтому всё, что я мог сделать в данной ситуации, это поблагодарить Будду, за то, что он послал мне этого придурка-шизофреника, а после потерять сознание. Солнце было слишком ярким даже сквозь закрытые веки, а на щеку мне монотонно капала вода, неимоверно раздражая. Я распахнул глаза, тут же встретившись взглядом с нависшим надо мной парнем, с мокрых волос которого собственно и срывались эти бесючие капли. — Ты как? Слышишь меня? Видишь? — обеспокоенно затараторил тот, откинув ладонью назад розовую чёлку. — Сколько пальцев? — подставил мне пятерню едва ли не под самый нос. — Ты делал мне искусственное дыхание? — в ответ серьёзно поинтересовался я немного охрипшим голосом. Удивительно, но это был единственный вопрос, который интересовал меня в данный момент. — Что? — тот явно не ожидал подобного. — Искусственное дыхание, говорю, — заулыбался, будто и не я вовсе тут умирал несколькими минутами ранее, — рот-в-рот, делал? — Да ну тебя, — его щёки, виртуозно косплея волосы, вмиг порозовели, и он отодвинулся чуть подальше, вытирая мокрым рукавом губы. — Значит, всё же делал, — заключил я довольно, привстав на локтях. — Ты мог умереть! Да если бы не я… — задыхался он от возмущения. — Наверняка бы умер! А ты тут… говоришь… — Да ладно тебе, я ведь не против. Думаю, твои губы очень даже приятные. — Прекрати. — Жаль, что я без сознания был и не смог оценить. Может, повторим? — Прекрати! — Прекратить что? — Не смущай меня. Зачем ты в воду полез, если плавать не умеешь? — решил перевести тему. — К тому же, вода совсем холодная ещё. — Меня толкнули. — Такое чувство, что тебя всегда кто-то толкает, — фыркнул недоверчиво. — Так и есть. — Надо нести ответственность за собственные действия, а не скидывать на кого-то вину. Так и скажи, что упал, зачем что-то придумывать? — Много ты знаешь, я смотрю! — поморщился, сев и пытаясь выжать кофту на животе. — Так что? — косо взглянул на него. — Повторять-то будем? Я, кажется, снова умираю, — прижал ладонь ко лбу, изображая головокружение. — Не будем, — отозвался сухо. — Думал дать тебе, как пострадавшему, свою спортивную форму, чтобы переодеться, — он встал и поднял с земли рюкзак. — Но тогда придётся снова с тобой пересекаться, чтобы ты мне её вернул. А как-то совсем не хочется. — Почему? Что я сделал-то? — Я, пожалуй, пойду. — Зовут-то тебя как? — Тебе знать ни к чему. — Как так? Ты ж мой спаситель! — Ты даже это слово произносишь как насмешку, — пробормотал, насупившись. — Но я правда спас тебя, а благодарности так и не услышал, — и он, сжав свои маленькие ручки в кулачки, побежал прочь по набережной, оставив меня в недоумении.

***

— Это ведь был беспроигрышный вариант, — ворчал купидон, укутывая меня в большое махровое полотенце. — Как можно было всё запороть? — Ты чуть меня не убил! — Не цепляйся к мелочам. — Действительно. — Ни один из моих расчудесных способов знакомства не сработал! — продолжал сокрушаться. — Я спросил у него имя. Честно, спросил! — я даже ногой для убедительности хотел притопнуть, но кроссовки неприятно хлюпали, и я передумал. — Я сделал всё, что мог. — Послушай, это правда важно, — оправдывался он, ведя меня по направлению к дому. — Я не справляюсь с планом. И сегодня последний срок. Остались только вы. И теперь меня ждут большие проблемы. — Меня должна сейчас мучить совесть? — Вероятно, да. — Ладно, предположим… Только предположим! Что ты и правда купидон. Но вы всегда действуете такими способами? В огонь и в воду! Под машину и под поезд! Всё ради благого дела, да? Всё ради любви! — Вообще-то нет, — он заметно смутился. — Обычно напрямую никто не действует. Но я пытался! Честно пытался вас сводить нормальным способом! — И как же? — Твоё удостоверение личности. Оно ведь не так давно пропало, так? — Уже нашлось. — Я подкинул его тому парню. Но он, балбес этакий, вместо того, чтобы самостоятельно найти тебя и вернуть, отнёс его в полицейский участок! Тоже мне, законопослушный гражданин! А на прошлой неделе я ненадолго одолжил у него телефон и сменил номер его мамы на твой. И что в итоге? — Ну ошибся человек номером и что с того? Я должен был с ним беседовать? — Ну, а почему бы мило не пофлиртовать? — Без обид, так себе у тебя методы. — Но они работали! — Мы пришли, — кивнул на многоэтажный дом. — Спасибо за полотенце, — протянул его парню. — И спасибо, что чуть не убил, — и похлопав его на прощание по плечу как следует, вложив в эти похлопывания всю свою огромную благодарность, побрёл домой, чавкая кроссовками.

***

Я сидел на ступеньках балетной школы, сам до конца не осознавая, что я тут забыл. В груди ютилось неприятное, паршивенькое такое чувство. Словно маленький такой червяк, неспешно и монотонно поедающий мои внутренности. Как ни крути, а этот парень, несмотря на то, что он обладатель розовых волос, всё же спас меня, а я в итоге его обидел. Хотя я вроде и не обижал… Просто тот оказался каким-то сверхчувствительным. Да и что если тот сумасшедший и правда купидон? Что если у него из-за меня серьёзно будут проблемы? Разве мне так сложно помочь ему? Всего-то и надо, просто познакомиться наконец. Что со мной будет от этого? Чай корона не спадёт. Хлопнула дверь, и я вскочил со ступенек. Розововолосый парень взглянул на меня и обошёл по дуге. — Эй! Госпожа балерина! — окликнул его. — Зефирка! Игноришь? — догнав, приобнял его мягко за талию. — Не делай так, — извернулся и ускорил шаг. — Меня Тэхён зовут, — поведал я, отчего-то дофига довольный от лицезрения его розовеющих щёк. — Знаю. Это я твоё удостоверение нашёл. — Чудно. А твоё имя? — Я не хочу знакомиться. — Я что, зря целый час тебя прождал? Твоё имя настолько ценное? — Если честно, — он остановился и обернулся ко мне. — Ты меня пугаешь, — заявил в лоб, заставив меня в недоумении замолкнуть. — Почему? — прервал я затянувшуюся паузу, решив всё же выяснить подробности. — Сначала падаешь на меня и не извиняешься, потом преследуешь, затем вдруг тонешь у меня на глазах, теперь вот снова преследуешь, — он выглядел рассерженным, вот только у меня это вызывало отчего-то лишь умиление. — А ещё… Ещё ты знаешь, что я занимаюсь балетом! А значит, следишь за мной. Зачем? — Влюбился, — брякнул первое, что пришло в голову и растянул губы в глупой улыбке. — Снова ты меня смущаешь, — он вздохнул и натянул на подбородок горлышко водолазки. — В общем, ты высказался, я высказался, всё чудно! Все облегчили душеньку, все довольны. Так что давай скажем, что обмен любезностями уже состоялся и теперь просто перейдём к делу, ладно? — О чём ты? — Будь моим парнем. — Что? — Давай встречаться, говорю. Будем вместе. Пара, ты да я. Ну как тебе ещё объяснить? — Не пойму никак… Ты псих или извращенец? — боязливо попятился от меня. — Ты всегда так поздно заканчиваешь занятия балетом? Тогда я буду тебя провожать! — воодушевлённо хлопнул в ладоши. — Каждый день! Ночной воздух — как раз по мне! — перекинув руку через его плечо, наклонился к уху. — И раз уж мы уже пара, могу я наконец узнать твоё имя? — Чимин, — пролепетал сдавленно, пытаясь освободиться. — Отлично. Чимин… Мне нравится. — Но я не соглашался. Я не буду с тобой встречаться! Я не хочу! Очень не хочу! Я серьёзно! — Да ладно тебе, — потрепал того за розовую щеку. — Я в курсе, что ты влюбился в меня прям без памяти! Мне купидон сказал. И я решил ему довериться и в связи с этим даже пересмотрел свои взгляды касательно зефира, вот прям только что. — Ты несёшь какой-то бред. — Я несу только мармеладных мишек в кармане, больше ничего. Так в каком направлении мне их нести?