Почувствуй

      Чонгук проснулся один. Всё тело было мокрым, одежда, пропитавшись потом, прилипла и не добавляла приятных ощущений. Осмотревшись, Чон понял, что он находится в своей комнате. Последним воспоминанием, которое всплывало в голове, было как они с Юнги проезжали мимо одной из тех ярких вывесок какого-то клуба.       Заставив себя сесть, Чонгук поморщился: всё тело ломило. Но это было ожидаемо. Сейчас нужно было просто заставить уставшие мышцы двигаться. Чон медленно и осторожно начал стягивать с себя майку, которая больше напоминала сейчас какую-то мокрую тряпку. Закинув её в корзину для грязной одежды и, скрипя сердцем, натянув на себя домашние штаны, парень вышел из комнаты с твёрдым намерением провести в горячем душе час минимум.       Открыв дверь, Чонгук на секунду остановился: запах готовой еды сбивал с ног. До этого он не чувствовал голода, но сейчас понял, что не ел уже очень давно. И словно в подтверждение этому живот жалобно заурчал. Пройдя вперед по коридору, Чонгук медленно выглянул из-за стены. На кухне никого не было. Но на столе лежал лист бумаги, на котором аккуратным почерком было выведено: «Мне надоело тебя ждать. Паста в кастрюле, соус в холодильнике, мясо в духовке. Не забудь подогреть, если оно уже холодное». Парень даже не сомневался в том, кто это написал. Чонгук подошёл к плите, от неё всё ещё чувствовалось тепло. Значит он ушёл не очень давно. Чон осторожно подошёл к окну и выглянул на улицу: ни одной машины. Осмотрев кухню ещё раз, Гук улыбнулся. Что бы кто не говорил, а Мин Юнги всё-таки было очень добрым, хоть и не показывал это.       Юнги подъехал к агентству. Сегодня у него было свободное время, чтобы заняться чем-нибудь, кроме уже надоевшей подготовки к концерту. К удивлению Мина, у входа в здание было довольно много людей: журналисты и фанаты, которые держали в руках плакаты со словами: «С возвращением!», «Мы любим тебя!», «Ты всегда прекрасна!». У мужчины появилось плохое предчувствие, но он постарался побыстрее забыть это и попасть к своему роялю. Работать сейчас хотелось больше, чем угадывать, кто из артистов их агентства вернулся из очередного тура. В самом же здании на удивление было всё тихо. Периодически по коридору пробегали люди, из-за закрытых дверей доносились слабые звуки музыки.       Зайдя в студию, мужчина задумчиво обвёл её взглядом. Он не был тут довольно давно, но все вещи стояли на своих местах, словно никто сюда и не заходил. Единственным показателем того, что кто-то всё-таки иногда заходил, было отсутствие пыли. Юнги усмехнулся, вспоминая сколько споров было, когда он заявил, что будет работать дома, но никак не на студии. И вот он приехал сюда, потому что дома в последнее время ему было слишком тихо. Слишком пусто. Мужчина подошёл к роялю и медленно поднял крышку. Он даже почти не играл на этом инструменте, хотя директор специально привёз его откуда-то из-за границы. Мина это не интересовало, но сейчас ему даже стало интересно. Мужчина покачал головой, будто отгоняя эти мысли, и сел за инструмент. Руки тут же сами легли на клавиши, и раздались первые звуки чего-то нового и на удивление не трагичного.       Юнги так увлёкся, что совсем не заметил, как открылась входная дверь. Внутрь заглянула девушка. Она удивлённо посмотрела на мужчину, а затем, усмехнувшись, тихо зашла внутрь. Осторожно, стараясь не стучать высокими каблуками, девушка прокралась к столу, который стоял за спиной Юнги, и тихо устроилась там. Сердце забилось в ускоренном темпе — так всегда было, когда она слышала его музыку. Но главным отличием того, что происходило сейчас, было то, что эта музыка не разрывала её душу. Она ощущала странное спокойствие. Эта музыка расслабляла, успокаивала. Что же случилось пока её не было?       Юнги вдруг перестал играть. Мужчина скривился. Он не любил, когда его отвлекали, но телефон настойчиво завибрировал в кармане. Мужчина взглянул на экран: звонила Джи Хо. Мин цыкнул и сбросил звонок, положив телефон на инструмент. Как только он поднёс руки к клавиатуре, снова раздался звонок. Мин раздраженно схватил телефон.             — Алло! — нервно буркнул Юнги в трубку.             — Ты только звонок не заканчивай, — обеспокоенно произнесла Джи Хо. — Ты сейчас где?             — Я в агентстве, — Юнги устало прикрыл глаза и помассировал веки. — В кой то веки решил поработать здесь. Так что тебе надо?             — В агентстве?! — удивлённо воскликнула девушка. — Это нехорошо.             — Джи Хо, ты можешь нормально объяснить?             — Я уже подхожу, подожди.       И Джи бросила трубку. Юнги хмуро уставился в экран.             — Совсем страх потеряла, — пробубнил он и снова положил телефон на рояль.       Через секунду дверь начала открываться, и девушка прямо на ходу начала говорить:             — Бешеная вернулась в… — на этих словах Джи Хо с широко открытыми глазами уставилась на что-то позади Юнги.       Мин быстро развернулся и подскочил со стула. Девушка, которая всё это время сидела на столе, элегантно встала и поправила юбку.             — И тебе привет Джи Хо, — усмехнувшись произнесла она. — Я так скучала!             — Ким Су Ра! — обе девушки тут же вздрогнули от выкрика Юнги, но затем он уже спокойно произнёс: — что ты здесь забыла?             — Хё-ё-ён, — обиженно протянула девушка, сделав несколько шагов в сторону Мина, — ну зачем ты так жестоко! Я ведь скучала.       Юнги схватил телефон и направился к выходу.             — Позаботься о том, чтобы они не встречались, — прошептал Мин, проходя мимо Джи Хо, а затем, напоследок хлопнув дверью, покинул комнату.       Су Ра, казалось, опешила от такого резкого поведения Юнги, но, быстро взяв себя в руки, повернулась к Джи Хо и прошипела:             — Что ты с ним сделала?             — Ни-че-го, — девушка, широко улыбаясь, подошла к Су. — Но чтобы ты не питала каких-либо надежд скажу вот что, — Джи приблизилась вплотную и сказала: — Юнги был тем, кто попросил отправить тебя в Америку.       И оставив девушку в ещё большем замешательстве, она гордо прошла к выходу, но уже почти выйдя, она обернулась и, будто забыв, произнесла:             — Ах, да. С возвращением.       Ким Су Ра взбесилась. Она никогда не любила Сон Джи Хо, которая всегда имела возможность находится рядом с Юнги, но сейчас она ненавидела её всем сердцем. Юнги, её любимый Юнги, должен принадлежать только ей. А она и так делила его со всем миром. Когда директор вдруг решил отправить её в Америку «набираться опыта», она была в отчаянии. Она не хотела оставлять Мина здесь, в окружении других людей. Но сейчас то она наконец вернулась. И Мин Юнги снова будет рядом с ней. Она уверена, что он сам не сможет держаться далеко от той, кого он привёл в этот мир так называемого «искусства».             — Нет-нет, Чонгук, подожди, — Мун Хо подошёл к парню и придержал его от выполнения очередной части хореографии. — Давай мы заменим движения в этой части на те, которые мы репетировали как запасной вариант.             — Но у меня же получается…- расстроенно прошептал Чонгук.             — Да, согласен, у тебя всё прекрасно получается, — Мун Хо улыбнулся и успокаивающе похлопал парня по плечу. — И если бы этот танец был отдельно, то всё бы было нормально. Но ты и так перед этим танцуешь активно, а тут ещё и это. Ты будешь выглядить как лошадь, которая весь день только и делала, что пахала, — Мун Хо усмехнулся. — А так мы покажем, что ты вполне легко можешь вынести немалые нагрузки.       Чонгуку оставалось только согласно кивнуть и в очередной раз повторить те движения, которые его тело уже выполняло даже без его участия.       До дебюта Чон Чонгука оставался день.       Среда. Середина рабочей недели. Не самое удачное время для проведения концерта. Но время было выбрано именно в среду в 19:00. И несмотря на занятость людей на работе, билеты на концерт знаменитого Мин Юнги были распроданы уже через полчаса после начала продаж.             18:27. Люди медленно стекались в здание концертного зала и также медленно занимали свои места.             18:30. Начали проводить финальную проверку освещения и работу микрофонов. Всё было готово.             18:48. Чонгуку поправляют макияж и причёску. Юнги стоит рядом и не сводит взгляда с подрагивающей руки парня.             18:54. Мин подходит к парню, который нервно оглядывает полный зал из-за ширмы, и хватает того за руки. Чонгук вздрагивает и переводит удивлённый взгляд на Юнги. «Ты справишься. Я верю» — произносит одними губами мужчина. Гук понял. Глубоко вдыхает слегка прохладный воздух и, улыбнувшись, кивает. Мин ещё секунду смотрит ему прямо в глаза, успокаивающе проводит большим пальцем по тыльной стороне ладони и выходит на сцену.             18:55. Зал взрывается аплодисментами от одного появления Мин Юнги. Это его люди. Пленники его музыки.             18:58. Вслед за мужчиной на сцену выходит Чонгук. Он старается как можно увереннее дойти до мужчины, но под сотнями пар глаз, которые не сводят с него своего взгляда, ноги так и норовят запутаться. Чудом нигде не споткнувшись, Чон становится посреди сцены и кивает Юнги, который уже сидит за инструментом.             18:59. Юнги подаёт знак ДжиХо, и практически весь свет в зале потухает, и вместе с ним замолкают все люди в зале.             19:00. Чон Чонгук, забыв о себе самом, становится проводником для музыки, который усиливает давление и так царившее на каждом концерте Юнги. Люди завороженно следят за плавным движением руки, сопровождающим нисходящую секвенцию.             Так началось первое выступление Чон Чонгука. Так он захватил своих первых пленных. Так он начал свою новую жизнь.