Голос камня

Валинор

— И что это? — Илуватар сверлил Ауле нечитаемым взглядом, сохраняя при этом спокойный тон и привычный цвет свечения.       Кузнец и Создатель стояли у груды камней, среди которой угадывались странные не то фигуры, не то статуи. — Гномы. — Что? Что ты там бормочешь? — Йаванна отряхнула руки от земли и растительного сока. Вот ее тон не предвещал ничего хорошего.       Ауле поежился, представляя, что его ждет дома. Диета, на которую несчастного посадила ненаглядная супруга в прошлую эпоху, покажется петушком на палочке. Это он знал точно. — Тише, дети. Так кто это, гномы? Давай, Ауле, расскажи мне.       Вздохнув, Кузнец пустился в пространные рассуждения-объяснения о природе камня, гор и непосредственно гномов. — Балбес! Они как размножаться будут?! — Йаванна не слишком плавно перешла на визг и заискрилась темно-зелеными светляками. — В смысле?! — хором вскинулись на нее Эру, Ауле и подоспевший к ним Манве. — Ты из чего их состряпал? — на этом вопросе один светляк влетел Кузнецу в глаз, а второй впечатался прямо в центр лба. — Да из камня! Ну…каменны…тьфу, гадость! — отмахивался от живности супруги Валар. — И как они будут понимать, что это любовь? Каменные-то? Цвет менять?!       Эру странно поморщился — и как с такой сиреной Йаванна умудрилась когда-то попадать в ноты, — наконец вынес вердикт: — Во-первых, Йаванна права, этих твоих гномов нужно доработать, так что думай пока, как. А я тем временем своих младшеньких подготовлю к высадке на Арду. Надумаешь — тогда и поговорим, а сейчас пусть еще спят.       Прогудев что-то среднее между «хорошо» и «они хорошие», Кузнец утопал в свою кузницу, плотно закрыв за собой двери. Йаванна притворно-измученным взглядом проводила своего благоверного и повернулась к Отцу: — Это сейчас серьёзно? — Конечно.       Пререкаться с Илуватаром никто не рискнул.

***

— Нашел!!! — ор Ауле слышно было по всем чертогам. — Что?! — Йаванна давно не видела своего благоверного таким радостным.       Это ее насторожило, поэтому ящик с редкой рассадой для Лориена перекочевал в дальний угол. Подальше от чересчур счастливого Кузнеца. — У них будет два голоса! Один — на каждый день, а второй — когда влюбятся!!!       Выслушав сбивчивые пояснения Кузнеца, Отец махнул рукой: «Сойдет!» Затем пристально взглянув в огненные очи Ауле, Эру изрек: — Но у меня будет условие. — Какое? — не чувствующий подвоха, Кузнец заранее был согласен на все. — Феа влюбленных должны быть похожи. Максимально! И только тогда этот, твой голос проявится. — Согласен! — только не пританцовывал создатель гномов.       Йаванне оставалось лишь качать головой.