Голос камня

      Бофур прислонился спиной к стене сарая и, зажмурив глаза, вспоминал…       Её запах, тёплую кожу шеи, куда он ткнулся носом падая… Сладко заныло в груди, а в штанах был настоящий пожар. Что же это?       Он не помнил такую реакцию на других женщин — будь то гномка, человечка или хобитанка. Шлепок пониже спины, пара поцелуев, а потом эх…       Почему-то сейчас вспоминать эти мгновенные романчики стало неприятно. Даже противно.       Так что с ним такое? Вновь всплыло в мыслях её «Ах!», когда, после короткой вспышки молнии, она упала на него. От воспоминаний о её голосе даже во рту пересохло и ладони вспотели. Неужто?..       От одной мысли о любви голова шла кругом.       Их род… угасает. Мать Бофура отдана была замуж по сговору с кузеном правителя Мории. Умерла в родах. Бифур… Сын брата отца. Схожая история. Только Бомбур был традиционным ребёнком. Вот только рано потерял родителей. Не везло их роду на любовь. Знать бы?..       От мрачных мыслей отвлек шум на крыльце. — Ив, почтенейшая, скажи — она и вправду ничего не помнит? — Торин редко спрашивал. Это было не к лицу правителю.       Старуха смерила гномьего короля презрительным взглядом и процедила: — Владыка Торин, я говорю один раз! И дайте ей какое-то имя. Своё она тоже не помнит.       Не привыкший к такому обращению, Торин почему-то шёпотом спросил: — Какое имя? — Не знаю! Лин — дочь молнии… Пусть будет Лин. «Лин значит!» — Бофур и сам не понял, как произнёс это вслух. И его услышали. Все, кто стоял на крыльце. — Махал! Второй голос! — Двалин, как обычно, выразил общую мысль.       Мориец чувствовал взгляды на себе. Особенно один — прожигал насквозь.       Эта старуха никогда не обращала на него внимание. Едва кивала на приветствие, а тут… Впилась зелёными глазищами, не спрячешься, и взгляд отвести сил нет. О глазах… Среди гномов такие глаза диковинка. В основном карие, серые, синие или темно-синие, как лесная черника. Но чтобы зелёные, как весенняя зелень, ни разу не встречал.       Резко развернувшись, знахарка вдруг, глядя в упор на Двалина, произнесла: — Я её хорошо осмотрела. У девчонки был всего один мужчина. И ещё, она два раза стала матерью. — Мы все поняли, почтеннейшая Ив! — почти проскандировал почему-то Балин.       Двалин разочарованно хмыкнул.       У Бофура сердце ухнуло так громко, что услышал, наверное, Смауг. «У неё где-то есть семья! А семья — это другой мужчина!»

***

«Кто она? Откуда? И как сюда попала?» — эти три вопроса мучили Лин с момента пробуждения. Первая, кого она увидела, была странная женщина. То есть, странная только по внешности.       Дородная, но не толстая. С огромными синими глазами, что напряжённо смотрели из-под густых, чёрных бровей. Прямой нос, пухлые, немного обветренные губы. Бородка аккуратная и не густая… Стоп! Борода?!!! У женщины борода?!!! От неожиданности Лин просто завизжала, как ненормальная.       В комнату ворвались ещё несколько человек. Ну как человек?.. Руки, ноги, голова… с огромными ушами, выдающимися носами, опять же — бороды. Благо что мужчины. Не придумав ничего лучшего, девушка просто потеряла сознание.       Второй раз очнувшись в новом мире, Лин уже была готова к неожиданностям.