Любовная головоломка

***

      Женя по обыкновению ехала в школу со своим личным водителем. Скоро у неё день рождения, а это могло значить лишь одно… Свадьба с Ромой, такого ненавистного ей, не за горами.       Март выдался по не обыкновению теплым, поэтому на Жене была лишь голубая рубашка и классическая школьная юбка. Последствия зимы исчезали на глазах. Площадки, лавочки, заборы красили новой свежей краской, что придавало городу какой-то очень приятной новизны; трава постепенно становилась яркой и сочной, добавляя приятного ощущения и тепла.       Женя с большим удовольствием наблюдала за красивой картиной, которая очень быстро сменялась. Люди торопились на работу, шагая по тротуару в ярких весенних куртках различных цветов. Нависавшие над прохожими деревья были еще не в зеленой оправе листвы, но изредка, если приглядеться, можно заметить едва заметные почки.       Солнце придавало этому дню еще больше позитива и ярких эмоций.Ничто не предвещало беды, но сейчас не об этом.       Когда машина затормозила у ворот, Женю окликнул водитель. Это был низенький дяденька лет сорока с красиво уложенными каштановыми волосами и местами проглядывающей сединой, возраст брал свое. Он посмотрел на девушку немного прищуренными зелеными глазами и негромко сказал:       — Евгения Игоревна, простите меня, но сегодня я не смогу приехать за вами по окончанию учебных занятий. Я могу попросить коллегу… — хотел было продолжить тот, но шатенка прервала его, изображая на лице улыбку.       — Ничего, Василий, я сама доберусь до дома, — Женя напоследок одарила мужчину своей шикарной улыбкой и вышла из машины.       На пороге школы по обыкновению стояла Ксюша и строчила что-то на телефоне. Она было одета в красивую полупрозрачную блузку с рукавом в три четверти и свои любимые насыщенно синие джинсы. Одной рукой Ксения придерживала прядь короткий, рыжих волос, а второй быстро набирала сообщение. На лице девушки сияла улыбка. Женя, глянув на подругу, тоже заулыбалась.       Стоило Жене сделать шаг на лестницу, как Ксюша в спешке спрятала телефон в карман своего рюкзака, который все сообщал и сообщал о новых сообщениях. Серо-голубые глаза с испугом глядели по сторонам, а потом девушка едва слышно выдавила из себя:       — Привет…       — Привет! С кем болтаем? — начала говорить Женя, игнорируя постоянные оповещения телефона подруги. Ксюша покраснела и потупила глаза, отвечать на этот вопрос девушке не очень хотелось.       — Можно я не буду отвечать на этот вопрос? — с опаской спросила рыжеволосая, пряча свое лицо от стоящей рядом с ней девушки, которая с удивлением и искрами в глазах наблюдала за ней.       — Ладно, я сегодня добрая, — улыбаясь, сказала Женя, заходя в здание под звуки телефона Ксюши, только теперь не оповещений, а мелодию звонка, которую серо-голубоглазая упорно игнорировала, то и дело краснея, — Ответь, — попросила Женя с улыбкой, — Я тебя прикрою, — шепнула она ей в след и пошла дальше по коридору к кабинету физики.       Давить на лучшую подругу Женя не стремилась, да и не за чем. Она верила, что рано или поздно она ей во всем признается. Ничто не предвещало беды, но сейчас не об этом.

***

      Уроки сегодня проходили довольно громко и шумно.       На первой паре физики звезда класса Александр Цветков успел поспорить с преподавателем, насчет формулы силы Архимеда. Когда отличница класса, Люба Семенова, рассказывала, как Архимед пришел к этому выводу, Александр смеялся на последней парте, куда перебрался подальше от Жени.       Спор заключался в том, что Цветков утверждал, что Архимед сглупил и обманул всех, прыгая в ванну с водой в одежде, на что Наталья Павловна говорила, что этого никто не знает. Доказательства были настолько смешными, что через несколько минут смеялась и сама учительница физики.       Второй парой была обожаемая классом биология. Туда класс заявился намного раньше звонка, чтобы послушать, как красавчик класса — Кирилл Волков будет выведывать у биолога тему самостоятельной.       Вел этот предмет молодой учитель, который был старше Алёны Дмитриевны и Даниила Федоровича года на три, а звали его Симон Германович Бергер. Да-да, он не русский, а приехал из-за границы. Мужчина был всегда добрый и шутил со своими учениками, но вместе со своей радостью и веселостью он оставался неприступной крепостью, давая ученикам самостоятельные каждый урок.       Выглядел он тоже довольно прилично и официально. Белые, пшеничные волосы, которые по удивлению были у него до плеч, всегда собраны в низкий хвост-пучок. Темные, почти черные, глаза зорко смотрели из-под тонкой оправы очков на каждого ученика с некой заинтересованностью. Рост его позволял смотреть даже на самого высокого ученика 11 «А» класса сверху.       Несмотря на приезд из-за рубежа, разговор Симона Германовича был грамотно сложен и правильно построен, а немецкий акцент со временем пропал вовсе, что, не зная его имени, нельзя было отличить учителя от чисто русского человека.       Кирилл медленно, почти бесшумно, подошел к столу учителя, но Симон Германович, даже заполняя журнал предыдущего класса заметил его.       — Чего тебе, Волков? — не отвлекая от своего занятия, бросил учитель, едва заметно ухмыляясь. Женя и Ксюша, стоя у двери в кабинет, едва заметно хихикнули в ладонь.       — Вот, Симон Германович, скажите мне… Сегодня хорошая погода? — начиная из далека начал Кирилл, с интересом наблюдая, как педагог выводит оценки, а после кладет ручку и поднимает взгляд своих глаз на ученика.       — А что, Волков, зрение подводит или любовь глаза залепила? — с насмешкой спросил Бергер и покосился на Женю, которая с Ксюшей держались за животы, сдерживая свой смех. Учитель понял, что попал в точку.       — Да, ну, вас! — воскликнул Кирилл в сердцах, — Вижу я, вижу, но меня очень интересует мнение настоящего биолога.       — Что сказать тебе, Волков. Географию ты вообще не учишь. Я тебе не метеоролог, чтоб о погоде рассуждать, — возвращаясь к своим делам, бросил учитель. Класс с надеждой смотрел на Кирилла, мол обещал, выведывай тему.       — Симон Германович, — протянул парень тонюсеньким голоском, — Помогите мне, — громко крикнул Кирилл, от чего учитель, сидя на стуле, вздрогнул от неожиданности.       Кирилл упал на пол к ногам биолога и стал что-то невнятно бормотать. Учитель вскочил со своего места и посадил Волкова спиной к стене мятно-зеленного цвета. Класс тоже встрепенулся и обступил одноклассника с педагогом.       — Волков, что с тобой? — встревоженно спросил учитель, хлопая ученика по щекам.       — Меня спасет только тема самостоятельной, — прохрипел ученик, после чего все помещение взорвалось дружным смехом.       — Ты тупой, Волков! — грозно сказал учитель и одарил всех учеников таким брезгливым взглядом, что те были готовы провалиться сквозь землю. Кажется, пара по биологии пройдет весело. Так и случилось…       Четвертым урок была поставлена физкультура. В связи с отъездом Даниила Федоровича этот урок заменяли все, кто могли. Сегодня эта учесть посетила и Алёну Дмитриевну. Физкультура проходила сразу у двух классов 11 «А» и 11 «Б». Выйдя на улицу, учительница сказала:       — Друзья, давайте так. Сейчас вы делаете все, что хотите, но только тихо. Я не учитель физкультуры, поэтому…       — Поэтому лучше вам идти в кабинет Алёна Дмитриевна, — сказал кто-то за спинами учеников, которые выстроились в шеренгу на поле. Тщетно женщина пыталась разглядеть за высокими выпускниками причину беспокойства, — Пять кругов вокруг стадиона. Вперед-вперед! — и все ученики сорвались с места, кто-то радостно ликуя, а кто-то грустно вздыхая. Вернулся Даниил Федорович, так неожиданно и скорее всего ненадолго.       — Какие люди в Голливуде! — по старому обычаю сказала Алёна Дмитриевна, складывая руки на груди и ухмыляясь, — Уже вернулись, а выпускной не скоро.       — Ой, как не скоро, — крикнул пробегающий мимо Кузнецов, за что получил вслед: «Еще два круга ждут тебя, Роман».       — Подумаешь, — отмахнулся физрук, вставая рядом с Алёной Дмитриевной, — Как вообще дела в школе? Как мой класс? — спрашивал Даниил Федорович с улыбкой на лице. Он выглядел свежо, бодро, в отличии от учительницы русского и литературы, которая с трудом переваривала слова коллеги.       — Все нормально. Живем, работаем, учимся, как всегда, — пожимая плечами, ответила педагог, садясь на скамейку и беря в руки тетради одиннадцатиклассников, — Приехал, чтобы жалобы на свой класс послушать? — проверяя тетради, попутно бросила Алёна Дмитриевна.       — Не только, мне отличники в классе нужны, а то вот у Тихонова одна четверка по русскому… — садясь рядом, сказал Даниил Федорович с довольным лицом.       — Тянуть его я не собираюсь, — не отвлекаясь от своего занятия, говорила Алёна Дмитриевна, исправляя ошибки в тетрадях, — Показать Вам его тетрадь по русскому? — спросила учительница и положила в руки коллеги тетрадь Тихонова, — Полюбуйтесь.       — Я могу надеяться на встречу после уроков? — рассматривая тетрадь, спросил физрук, совершено переходя к другой теме. Алёна Дмитриевна смутилась.       — Я не знаю, — робко ответила женщина, продолжая читать тетради и прислушиваться к собеседнику.       — Я зайду к тебе после уроков, — бросил Даниил Федорович, кладя тетрадь в стопку, а потом добавил, — Я в выпускном классе писал так же, — Алёна Дмитриевна засмеялась.

***

      — Ай, — громко крикнула Женя, когда не смогла подняться на ноги и снова сел на газон. К ней сразу подбежал Даниил Федорович, Ксюша и Дима, а после подоспел и Кирилл.       — Где больно? — спросил физрук, смотря на ученицу.       — Нога, лодыжка, — ответила Женя, стараясь встать самостоятельно, но этого у неё не получилось. Вскоре девушка снова сидела на газоне, с таким недовольным лицом, как будто ей весь мир изменился против её воли и желания. Теперь Жене помогали встать Кирилл и Дима, а она держалась за их шею.       Стоять на двух ногах оказалось проблемой, поэтому Женя с трудом, опираясь о парней, пыталась маневрировать на одной. Только Даниил Федорович хотел что-то сказать, как его взгляд упал на еще одну звезду своего класса — Кузнецова Романа. Тот бегал за Владиславой, которая тщетно пыталась отбить от него. Его беготню прервала просьба физрука.       — Кузнецов, подойди-ка сюда, — грозно сказал Даниил Федорович, Роману ничего не оставалось делать, как послушаться преподавателя.       — Что сразу Кузнецов? Чуть что сразу Кузнецов! — возмущался Рома, подходя к физруку.       — Так, Роман, ты мне надоедаешь, поэтому отведешь Лебедеву в медпункт, — спокойно проговорил Даниил Федорович, зная, что этот парень не лыком сшит и не станет никому жаловаться.       — А что сразу я?! У неё во парень есть, пусть он и ведет, — пытался отвертеться Кузнецов, понимая, что этим сделал себе еще хуже. Женя и Кирилл слегка смутились, но виду не подали.       — А это меняет дело… — протянул учитель, чаща подбородок, — Поэтому именно ты, Кузнецов, и поведешь Лебедеву, — только Рома хотел что-то сказать, как учитель, цокнув, опередил его, — Ты ведь все равно не испытываешь к ней чувств, верно? — искоса смотря на ученика, промолвил физрук.       — Пошли, Жека, — процедил Рома, беря несчастную девушку за руку, а себе под нос не прекращал бубнить, — Когда же ты от меня отстанешь! — Женя и все остальные окружающие слышали его недовольство, но перечить не стали.       Когда Кирилл снимал руку Жени со своей шеи, он буквально прожигал дырку в теле Романа, настолько он ревновал свою девушку к её будущему мужу, хоть и знал о сложившейся ситуации. Стоило Роме и Жене скрыться за пределами стадиона, как Кирилл стоял возле Владиславы, что-то обсуждая. Дима и Ксюша переглянулись.       — Это не я! — сказали они одновременно, после чего все вместе рассмеялись. Ничто не предвещало беды, но кажется это не конец.

***

      Стоило Роме и Жене скрыться за пределами стадиона, где они занимались физкультурой, парень резко отпустил руку девушки, которая не ожидала этого и села на асфальт, искривившись от боли.       — Ой, прости. Рука соскользнула, — ухмыляясь, сказал Кузнецов, удовлетворенный выходкой.       — У тебя это всегда, — тихо сказала Женя, пытаясь встать со своих ягодиц. Это выглядело очень весело, поэтому Рома уже не сдерживал смеха, держась за живот, — Помог бы, — грубо сказала девушка, смотря на парня.       — Ладно уж, — сжалился парень, поднимая Евгению за руку. Они продолжили свой путь до медпункта, столь медленной и осторожно, чтобы несчастная одиннадцатиклассница не повредила и вторую ногу.       Вдруг Рома тяжело выдохнул и недовольно фыркнул, а через секунду он уже нес на руках больную Женю. Девушка удивленно вытаращила свои голубые глаза на него, она явно не ожидала этого от Кузнецова. Женя продолжала смотреть на него, что могла прожечь взглядом в теле юноши дырку.       — Что ты на меня так смотришь? — возмутился парень, бросив мимолетный взгляд на свою ношу и прибавляя шагу, — Жека, тебя на руках что ли никто не носил? — уже не смотря на девушку, продолжил Рома.       — Не носил… — медленно ответила Женя, хватаясь за шею Кузнецова.       — Непорядок, надо будет Кириллу пожаловаться, — сказал Роман, приближаясь к медпункту. Лишь возле двери в медицинский кабинет тот отпустил девушку и помог ей зайти внутрь. Женя повернула голову в след закрывающейся двери и едва слышно промолвила:       — Спасибо, — Рома услышал её и, кивнув, скрылся за дверью.       У обоих в голове была каша. Рома до сих пор не мог прийти в себя после того, как взял девушку на руки, а Женя путалась в себе, думая из-за чего так поступил её «заклятый» враг. Казалось, что на этом приключения должны закончиться с Женей, но это не конец.

***

      Все оставшиеся уроки Женя провела у медсестры, которая попросила после растяжения и наложения повязки побыть у неё. На перемене к ней забежали Дима и Ксюша. Они очень переживали за свою подругу, но стоило им уйти, как в кабинет зашел и Кирилл.       Он одарил свою девушку шикарной улыбкой и обнял, что Женя невольно покраснела. Он сел рядом и просидел с девушкой всю перемену, разговаривая обо всем на свете. Эти минуты Лебедева Евгения готова была хранить в сердце долго-долго. Но стоило только Кирилл скрыться за дверью медпункта, как глаза Жени резко погрустнели, а мозг задавал все один вопрос: «Действительно ли я его люблю?».       Весь урок девушка лазила в своем телефоне, под звуки щелканья ручки и переворачивания листов медицинских карт. Неожиданно на телефон Жени пришло сообщение от Ксюши: «Нас отпустили пораньше. Прости, но я не смогу сегодня тебя подождать. У меня дома Сашка болеет, а родителям нужно уехать. Прости…». Шатенка грустно выдохнула и посмотрела на медсестру.       Это была женщина лет шестидесяти с милыми морщинками и мягкими, седыми волосами. Заметив внимание своей пациентки, медсестра подняла свои карие глаза.       — Ну, что? Домой пойдешь? — спросила женщина, смотря на Женю, которая радостно закивала головой.       **Девушка встала с кушетки и, поблагодарив медсестру, вышла из кабинета, хромая.       На улице сгущались тучи, закрывая своим грозным видом яркие лучи солнца, которые так нравились Жене. Когда девушка медленно шла по направлению к остановке полил дождь. Лебедева подняла глаза вверх и тихо пробормотала:       — Ничто не предвещало беды, за что мне все это!       — Что мокнешь? — спросил кто-то, что заставило девушку развернуться лицом к голосу. Это был Рома, который стоял возле девушки с черным зонтиком, — Пешком сегодня? — снова задал вопрос парень, предлагая девушке зонтик. Женя продолжила молчать. Они дошли до машины Романа, и когда Лебедева хотела уже идти в сторону привычной для себя остановки её руку дернул Кузнецов, крепко хватая её за локоть, — Эй, Жека, куда собралась, садись! — скомандовал парень и усадил девушку в машину.       Автомобиль тронулся и оба молодых человека стали рассуждать о многом, что сейчас их тревожило, а вернее заботило. Пищи для размышления подкидывал весь сегодняшний день, который никак не предвещал такого развития событий. Ничто не предвещало беды, и наконец этот день кончился.