Трэтеры. 2

8 глава. «Черныш» удобно завис рядом с торговой станцией, подальше от оживленных дорог, выбрав оптимальную точку, где никакая зараза даже нарочно не наткнется на нас. Один пункт плана выполнил. Без особого желания пришлось переходить к следующему. Коробит, а надо. Решив больше не тянуть с объяснениями, приказал поднимать всех. Естественно, кроме орса. Его я оставил на закуску. Будем решать все вместе будить его или прямо так, втихаря, отправить на планету. Есть вариант выкинуть капсулу недалеко от орбиты станции, пусть ищут того, кто потерял груз. Задолбаются вычислять. И шерстить вокруг начнут тщательнее, а нам этого не надо. Но ажиотаж нам нежелателен, навроде чествования героев, спасших жизнь разумному по собственной бескорыстной инициативе. Подобное в этом мире — нонсенс. Хотя не такие мы уж и бескорыстные. Вон Астор гребет всеми двигателями, так хочет покопаться в мусорных кучах орса. С другой стороны, он нас не видел, и ткнуть пальцем в нас как спасителей у него не выйдет. Пусть радуется, что вообще с собой потащили, а не оставили в космосе. Сплавить бы его на базу, а самим, немного погодя, следом. Мол, мы не в курсе, кто, откуда и не при делах. Хотя… Личный гид в незнакомом месте — дело дюже нужное и полезное. Почему бы не погулять по станции, пока Астор шерстит аукционы и лавки старьевщиков на наличие слез Ушедших? Опасности мизер, и орс, надеюсь, благодарный за еще один шанс, козни строить не станет. Первыми стали выбираться из капсул трэтеры. Заметив скромно стоящего меня, в едином порыве, не сговариваясь, взяли в плотное кольцо, блаженно жмурясь, принялись вытягивать часть энергии, давая возможность вздохнуть чуть легче. Хреново, проблемы с перенасыщением потихоньку начинают сказываться. Переполнение еще не явное, но уже дает о себе знать. А что будет через день? Неделю? Месяц? Почему же все так хреново-то, а? Ни дня без геморроя. — Ничего, детвора, главное, живы, а там прорвемся. Одевайтесь и бегите покушайте. Организму всегда полезней нормальная пища, а не лекарственная кормежка. Бегите, — малышня нехотя облачилась в скафы и гуськом потянулась на выход. Так… А сейчас придется объяснять все Орху. И как мне это сделать? Что, черт подери, ему сказать? Как сказать?! — Старший, тебе плохо? — обеспокоенный взгляд серых глаз и кучка птенцов, столпившихся в дверном проеме с хмурыми моськами. — Плохо, — попытка беспечно улыбнуться провалилась с треском. Слишком близко мы чувствуем друг друга, чтобы пытаться бессмысленно изворачиваться. Просекут ложь сразу. — Я потерял часть себя, малыш. Снова, как и раньше, не сумел уберечь того, кто мне дорог. И никакие суперспособности не помогли. Понимаешь? Помнишь, такой молчаливый варт, который за вами присматривал, и нянька… Совсем молоденькая девушка. Только-только из рабства выбралась, думала, жить начнет. Не вышло. И шаресы. Проказница Таира и маленький, преданный сестренке Надес. Совсем дети. Больно. Вот здесь, ткнул я пальцем в грудь, стараясь изо всех сил удержать слезы. — И Альдес… Вот так вот, ребятки. Живешь, кажется, тебе и горы свернуть по силам, а потом раз, и бьет тебя по башке жизнь, чтобы не зарывался и помнил: все мы смертны. Спас, твою налево, называется, от рабства! Спас, да не до конца. Сам же и угробил, к чертям. И сожалею, что не оставил их с Ульном на Рури, но начинаю прокручивать, как поступил бы, вернись время вспять, и ловлю себя на мысли, что поступил бы точно так же. Я бы все равно поперся в эту треклятую систему. — Проклятье! — с остервенением сжал кулак, безразлично наблюдая, как капают на пол капли моей крови. — Нет, Арвин, сейчас не время для подобных разговоров. Позже. Мне необходимо сохранять хотя бы видимость спокойствия. Беги, ребенок, остальные волнуются. Ты старший, успокой их. Со мной все будет в порядке. Беги. Не волнуйся. Скоро проснутся Орх и Лер, и меня ждет очень неприятный разговор. Они не знают… И я не знаю, как им сказать о них… — Орх… он эмпат, — я благодарно погладил по голове прижавшегося ко мне мальчонку. Остальная ватага вся решилась к нам присоединиться, наваливаясь на меня в порыве обнять. И каждый словно делится своим теплом, пытается успокоить. — Спасибо, — глаза на мокром месте, но на душе светлеет, и я впитываю исходящие от детей уверенность в моих силах и спокойствие. — Орх, угу, эмпат. Но это-то меня и пугает. Наши эмоции могут быть слишком насыщенными для него. — Ему будет очень плохо, — понимающе нахмурился Арвин. — Да. Ну, все, спасибо за лечение и поддержку, а теперь бегите кушать. Астор платформу подогнал, заждался вас. Не волнуйтесь, мне стало легче, — я легонько подтолкнул Арвина к выходу. Как я и думал, остальные потянулись за ним. — Старший? — замялся он перед открывшимися дверьми. — А? — еще немного, и они проснутся… с чего начать?! — Мы чувствуем твою боль… Ты не один, помни. Мой свет с тобой, брат. — Мой свет с тобой, брат, — невольно улыбнулся я, всей сущностью ощущая силу произнесенных слов. — Энергетические всполохи и переплетения, — благоговейно прошептал появившийся Астор, — это так красиво. — Хорошая терапия, действенная. — Энергетическая структура во время слияния выглядит наиболее четко. И она совершенна. Создатели превзошли сами себя. — Им необходимы были те, кто способен противостоять врагу, с которым они самостоятельно справиться были не в силах. Они вложили в первых из нас свою душу. А дети, в большинстве своем, всегда лучше родителей. — Данное утверждение спорно, Эльтан. — Ум… — замялся я, — согласен. Рептиры тому подтверждение. Но все же любимый ребенок всегда самый-самый для его родителя. Такова наша природа. Независимо от вида, расы и Вселенной. Нормальная мать глотку перегрызет тому, кто обидит ее кровиночку. И, как по мне, правильно сделает. Лечебная капсула с Халком выдвинулась чуть вперед, позволяя пациенту выбраться из нее с комфортом. Пёс, открыв глаза, уже через секунду кинулся выражать свою радость привычным для себя способом, облизав все не скрытые скафом участки моего тела, куда смог дотянуться длинным языком. — Фу, Халк, ты опять за свое, — оказывается, когда хохочешь, как умалишенный, увернуться от юркого мощного собачьего языка не так легко. Халк же, счастливо фонтанировал образами: то меня рядом с ним на прогулке, то громадную бадью с сочным свежим мясом, то всю нашу семью, которую он считал стаей, под теплым земным солнцем на зеленой полянке, играющих с ним в мяч. Видеть смеющегося Альдеса и играющих с Лером маленьких шарес оказалось слишком болезненно. — Тихо. Тихо, хороший мой. Сидеть, Халк. Мы поиграем. Обязательно поиграем. Но позже. Хорошо? А пока не мешай. Мне сложно… Пес моментально успокоился, почувствовав мое напряжение. Сообразительный. Капсулы с Лером и Орхом встали в определенную нишу, и крышки одновременно пошли вверх. — Думал, не выживу, — тихо буркнул себе под нос Лер, открывая глаза. Если Лер, принявший три порции эрситов, не думал выжить, то что творилось с шаресами и остальными, кто не принял ни одной и не имел подобной подстраховки?! Нет! Не хочу даже представлять, насколько мучительной была их смерть. Проклятые рептиры! Ррр… — Эльтан? С тобой все в порядке? Что произошло? Мы играли в каюте, а потом как будто плитой придавило и стало очень больно. А потом темнота. Думал, все, умер. О, Халк! Иди ко мне, собака ты бешеная, — обрадовавшись, зарылся он носом в густую шерсть. — Эль? — Все хреново, Лер. В системе оказались нестабильные звезды на стадии распада. Мы попали под взрывную волну. Очень мощную. Если бы не возможности «Черныша» и Астора, никто бы не выжил, — вывалил я разом, отслеживая смену эмоций и готовясь к назревающему взрыву. — Эль, — перебил собравшегося что-то сказать Лера очнувшийся Орх, — что… Ох, какое напряжение. Закройтесь, пожалуйста. Стою, как придурок, и не могу ни шага сделать, ни слова сказать. Орха коснуться страшно, вдруг оттолкнет. Язык не поворачивается сообщить о смерти Альдеса. Самому страшно, словно, если скажу, то оно станет реальным. Случившемся. А я не хочу… Мозгами понимаю, так и есть, и его не вернешь, но сердце ноет и почему-то верит, что все это дурной сон. Вот-вот проснусь и все снова встанет на свои места. И только когда щеки жечь начало, понял — слезы. Мои слезы, настоящие, не во сне. И проснуться у меня не выйдет, так как вот она — реальность. Сейчас. — Эль, почему?! — дернулся было ко мне Лер и, словно напоровшись на мой взгляд, резко остановился. — Не понимаю, Эль… А? Что произошло?! — Альдес? — скорее не спрашивая, а утверждая, прошептал Орх, и, сжавшись, всхлипнул, раз, другой и заплакал навзрыд. Видеть, как взрослый парень, любимый мужчина не в силах удержать рвущийся из горла вой жутко. — Эль, кто? — переведя взгляд с меня на Орха, бледнея, Лер вцепился в холку заскулившего Халка, вяло пытающегося повилять хвостом, подбадривая маленького друга. — Погибли Виата, Йдоргар и шаресы, — сухо сглотнув и видя, как в ужасе расширяются глаза Лера от понимания, все же закончил, — Надес, Таира и Альдес. Мы не смогли их спасти. Я не смог. Простите. Не в силах видеть, потерянный взгляд Лера, застывшего изваянием, стиснул его в объятиях. — Мы снова выжили, малыш. Должны жить. Еще не все дела сделаны и не все враги уничтожены. Держись, Лер, терять близких — самое ужасное из существующих наказаний. Орх? Иди к нам. Так и замерли, сплетясь в объятиях, поддерживая друг друга, под завывания Халка переживая одну боль на всех. — Она мне нравилась, — отстранившись от меня, шмыгнул носом Лер, зло стерев с щек слезы. — Глупая была, но веселая. — Простите меня, я должен был подумать о ловушке. — Ты не знал, — уверенно тряхнул головой Лер, опускаясь на колени и утыкаясь в массивную шею пса. — Не знал. Эти ящеры не должны существовать. Я слышал от ребят такое о базе рептиров, что опыты в лаборатории надо мной показались мне не настолько страшными, как я думал раньше. Там хотя бы я жил. Нельзя позволить им существовать! Ты Хранитель, Эль. Ты сумеешь уничтожить их всех! Всех до единого! — злобно оскалился он. — И я всегда буду помогать тебе. Я стану сильнее. Гораздо сильнее, чем сейчас. Я принял решение. Я скоро изменюсь. Я могу. Просто это больно, и я не хотел… не хотел взрослеть. Думал расти вместе с Таирой… Было забавно. Я пойду к остальным. А вы… Вам надо поговорить. Мне было бы очень-очень плохо, если бы с тобой что-то случилось, Эль. Хорошо, что ты жив. Орх, правда, здорово, что Эль тоже с нами? — Орх заторможено кивнул. — Я постараюсь сдерживать свои эмоции, чтобы тебе не было так сложно. И остальным скажу. Только вы недолго, ладно? Поцеловав меня в щеку и свистнув Халку, выскочил в коридор запрыгивая на проплывающую мимо платформу. Астор, как всегда, предусмотрителен. — Орхи, любимый, — не зная, как подступиться к судорожно всхлипывающему супругу, боясь усилить срыв еще и своим раздраем, — Орх… — Как же так?! Как?! Альдес… В душе неприятно кольнуло. А как же я? Неужели он был для него дороже меня? Ведь именно мне он сейчас делает больно. Я живой. Мне не все равно! Нет, мерзкие мысли, неуместные. Нельзя такое думать. Альдес, я тоже его любил. Но Орх… родной, он… Он стал врастать в душу раньше, дольше и засел в нее глубже. Или это я такая сволочь, что не умею долго оплакивать? Орх громко взвыл и рухнул на пол, хватаясь за грудь и сжимая пальцы, словно собираясь вырвать сердце. Болезненный животный крик разнесся по медотсеку. — Орх, родной, посмотри на меня, — перепугался я, падая на колени рядом с супругом. Остекленевший взгляд, тяжелое рваное дыхание. — Астор! — Капитан, — появился интекс, бросил на нас взгляд и виновато потупился. — Помоги ему, как мне. Я не хочу потерять и его! Слышишь?! Быстрее! — Помогите уложить его обратно в медкапсулу. — Орхи, родной, очнись, — успел подхватить его на руки, когда он стал заваливаться на бок. — Аррр, да снимайся ты уже! Трясущимися от волнения руками я с трудом нашел выпуклость на скафе, принудительно заставляя его стечь с тела Орха. — Лучше бы он его не надевал, только лишняя морока. Наконец-то скаф стек вниз под ноги. Я еле успел его вытащить, как крышка капсулы закрылась, отрезая меня от заходящегося в судорожных конвульсиях Орха. — Астор, что с ним? — Эмоциональный срыв. Перенасыщение эмоционального фона. — Ты все исправишь? — не открывая взгляд от бледного лица любимого, скорее утверждая, чем спрашивая, прошептал я. — Не сомневайся, Эльтан. — Потерпи, немножко, родной. Тебе станет легче, поверь мне. Я знаю, как разрывает тебя пустота. Она не уйдет совсем, но не будет резать по живому. Мы выдержим, любимый. Не так, как раньше, но мы будем жить… Слышишь? Ты только не вздумай оставить меня одного. Я больше не смогу бороться. А мне нельзя… понимаешь? Никак нельзя. Дети… Орх, ты дорог мне… помни… Я буду рядом. Сколько смогу, я всегда буду рядом. Пока ты хочешь, пока ты этого желаешь. Слышишь, любимый? Я люблю тебя, Орхи. Судороги прекратились, и напряжение с его лица пропало. Я с облегчением выдохнул. Сделав несколько шагов назад, наткнувшись спиной на стену, так и сполз по ней на пол. — Многовато… — Эльтан, я обеспокоен твоим здоровьем. Предлагаю пройти очередную проверку в лечебной капсуле, — одна из ниш выпустила капсулу с приглашающе открытой крышкой. — Не хочу. Належался. Сейчас немного посижу, и все будет в норме. — Готовы предварительные данные по пациенту. — Давай, — устало прикрыв глаза, махнул рукой. — Серьезные психоэмоциональные отклонения. Разрушение 2% нейронных связей мозга. Требуются восстановительные процедуры. Предварительное время лечения три часа двадцать одна минута. В процессе восстановления и коррекции возможно увеличения времени на стабилизацию пациента. — Все равно сколько времени, главное, чтобы ему помогло, Астор. Я не думал, что его накроет настолько сильно. — Я… — начал было Астор, но, так и не договорив, голограмма исчезла. Поднявшись, вернулся к капсуле. Жаль, приходится гладить стекло, а не бархатисто мягкую кожу любимого лелира. — Выздоравливай, — от всего сердца пожелал я и решительно вышел из медотсека. Устроил себе непродолжительную прогулку до каюты трэтеров. И прежде, чем сделать последний шаг, чтобы сработали двери, глубоко вдохнул и выдохнул. Лер, облокотившись на развалившегося Халка, о чем-то серьезно задумавшись, пальцами перебирал шерсть на холке, отреагировав на мое присутствие, когда трэтеры привычно облепили меня, вытягивая из меня энергию. В этот раз они поглощали ее еще более малыми порциями, чем несколько часов назад. Я же, отбросив все свои проблемы, сам не заметил, как перешел во вторую форму, транслируя умиротворение, чувство защищенности, мою радость, что они живы и рядом со мной. Дети, облепили меня, как игрушки новогоднюю ёлку, вместе с улыбающимся Лером, шутливо отбивающимся от Халка, возмущено порыкивающего в попытках втиснуться в нашу компанию, или хотя бы просунуть свой нос в щель, коснувшись им меня. Так и стояли, какое-то время, успокаивая друг друга, позволяя энергии беспрепятственно циркулировать между нами. На душе стало ощутимо светлее, а в теле легче. Легче, но ненамного. Энергия прибывала быстрее, чем я успевал её отдавать. Пробыл с ними чуть больше двух часов, старясь их шебуршанием и играми отвлечься от предстоящих проблем. И поиск баз рептиров — это наименьшая из бед. Сложнее переступить через себя и объяснить Орху то, что мне необходимо хотя бы еще двое, кто не даст сдохнуть от прибывающей энергии, медленно превращающей меня в бомбу замедленного действия. Морально ломать себя всегда хуже, чем терпеть физическую боль. Вернувшись в реальность из круговорота нахлынувших мыслей и образов, решил сходить поесть, а то желудок недвусмысленно подает сигналы, выдавая витиеватую руладу на всю каюту. Сытому и думается легче. — Лер, составишь мне компанию на перекус? — Халк, ко мне, — хлопнул он ладонью по ноге. — Составлю. Трэтеры только проводили нас взглядом, возвращаясь к своим занятиям. Кто к играм, а кто к визору с какими-то очередным слишком реалистичными фильмом. У каждого своё занятие, по душе. Астор расстарался, всем угодил. И ведь где-то отрыл в своих закромах детские фильмы. Хорошо, что боевики не додумался показывать. А то меня с их реалистичностью и спецэффектами Кондратий еще на первой же сцене хватил бы. Про ужасы вообще молчу, боюсь заикнуться. Лер у меня парень любопытный. А оно мне надо? Мне и в реальной жизни жести хватает по самое не хочу. Мультики гляну с удовольствием, а до остального нет никакого желания. Так и не начав разговор, в полном молчании доехали до зоны отдыха. Прежде чем заняться собой, пришлось накладывать приличную горку корма для Халка. Не знаю, что там в пищевом синтезаторе подкрутил Астор, но пес уплетает с огромным аппетитом, только за ушами трещит. Набрав себе целый поднос еды, машинально наполнил точно такой же и Леру. Привычка. Забота о супругах сказывается. Чувствуя себя опытным официантом, направился к ближайшему столу. — Я считаю, нам повезло выжить, — ходить вокруг да около я не собираюсь. Лер давно не ребенок, пусть и выглядит им.— По всем расчетам, уйти от взрыва звезды, и не одной… хм… шансов ноль. По всем выкладкам и расчетам. Уникумам, кто сконструировал «Черныша», мы обязаны жизнью. Не меньше Каждый из нас. Ни один современный корабль не в состоянии развивать такую дикую скорость и уходить в гипер чуть ли не с места, как это сделал «Черныш». Без разгона. Встал и вышел, как говорится. Вот так, Лер. Если бы не Астор с «Чернышом», все наши попытки поквитаться с рептирами там бы и закончились. Каюсь, не думал, что идем в ловушку. И от предчувствия беды отмахнулся, — раздраженно тряхнул я головой. — Но винить себя не могу. Вернись я назад, поступил бы точно так же. Лер, ты же видел, что там творилось на базе. После неё мне хочется рвать ящеров голыми руками. Если есть возможность вырвать разумных из лап чешуйчатых тварей, то колебаний у меня не было и не будет. Не верю я, что они знали, что заманивают нас под взрыв сверхновой. Про радиацию знали точно. Нам бы и этого хватило, если бы мы летели на обычном местном корабле. А тут так все совпало. Нарочно не придумаешь. Мелких приложило не хило, но они трэтеры, организм у нас неплохо приспособлен для выживания в этой Вселенной. Орх, ты, Халк и я, мы, как ты помнишь обзавелись эрситами. Остальным так не повезло… — устало вздохнул я. — Что не скажешь о шарес… Почему мне и в голову не пришло поискать «слезы» для них?! Почему? Черт, сейчас все были бы живы и сидели с нами за этим столом. Аррх! — Эль, ты же не виноват, — отодвинув от себя поднос, обойдя стол, он залез ко мне на колени. — Мы же хотели спасти еще кого-нибудь. Ты не виноват. — Поганый я, наверное, человек, но не чувствую себя ни в чем виноватым. Но мне так важно услышать это от вас. От тебя, близкого мне, родного человечка. — Я не человек, — фыркнул Лер, удобно устроив свою голову у меня на груди. — И ты тоже. — Факт. И не поспоришь. — А что было дальше? После взрыва? — Я очнулся первым. Когда отключился, уже не помню, скорее всего, перед прыжком. Волна была слишком сильной. У тебя повреждений оказалось меньше, чем у остальных. Астор сказал, что мы, в принципе, могли выкарабкаться и самостоятельно, но это было бы долго и болезненно. Так что эрситы в нас поработали на славу. Моей детворе не особо повезло. «Слез» они не глотали, и удержались на этом свете только за счет своей регенерации и расовой особенности. Нас все же создавали как оружие. Хлипкие тела для трэтеров стряпать не стали бы. Ты улавливаешь мою мысль? — Лер с серьезным взглядом кивнул. — «Искра». — Да, она. «Искра», «Слезы Ушедших», «Эрситы», — мне все равно, как их называют, главное, чтобы работали. Я больше не хочу никого терять, — жестко припечатал я, шандарахнув по столу кулаком, тут же виновато подхватывая подскочившие подносы с едой и возвращая их обратно. — Астор получил приказ отыскать «Слезы Ушедших» для всех остальных членов команды… Семьи. — Я принимал три штуки. Если съесть еще одну, она сделает меня сильнее? — Тебе больше не надо. По расчетам Астора, в нас с тобой оптимальное количество эрситов. Ни тебе, ни мне добавки не требуется. А вот Орху, Халку не помешает добавить. Остальной малышне придется искать для полного курса каждому по три. — Ни фига себе, — присвистнул Лер, — это сколько же их надо набрать?! — Вот-вот. Будем искать. Рисковать без них не хочу. — Эль, а ты разве брал себе три «Слезы»? Кажется, меньше. Или нет? — У меня они были крупнее твоих, так что эрситов во мне достаточно. — А как мы будем за них рассчитываться? У нас есть деньги? — Денег нет. Но у нас полный корабль прекрасных технологий, которые оторвут с руками и ногами. Конечно, светиться не хочется, но «слезы» важнее. К тому же Астор обещал подумать насчет оплаты. Он у нас головастый, думаю, эту проблему он решит, как надо. — Если Астор сказал, то сделает. Хочешь, я посмотрю про них в сети? Найду, расскажу. — Не надо. Астор уже прошерстил ближайший рынок. — Эль, я спросить хотел. На мониторах в коридоре я видел какую-то махину. Это планета? Мы на неё спустимся? А почему на ней не видно рек? И она серая, а не… Ну, не как Рури? — Не все планеты похожи на Рури, ты же видел. А про «махину» … Это не планета, Лер, — улыбнулся я, отпивая из стакана мерзкий на вид, но вкусный напиток. Я даже не рискую спрашивать у Астора из чего он, предполагаю, пить не захочется. И так первый раз приходилось закрывать глаза и затыкать нос, чтобы заставить себя сделать глоток, пока не распробовал. Понравилось. — Ты видел торговую станцию «Иргон». С постоянным населением в десять тысяч разумных, не считая гостей и перелетных торговцев. Астор ничего опасного не нашел. Работорговцев не приветствуют. Но и, как я понял, никто специально охотиться за этой падалью не станет. — Мы здесь из-за «слез»? — И да, и нет. На станции две штуки точно есть. Я планирую их купить. Орху как раз до трех одной не хватает. С Халком сложнее, ему надо две. Но он все же собака, так что еще одну и достаточно. Следующие на очереди мелкие. Купить бы все разом, но не судьба. Товар штучный и раритетный. Придется попотеть. — Искать лучше в больших городах, там выбора больше, — совсем по-взрослому задумчиво выдал Лер. — А что? Не правда? В лаборатории одна из ассистенток так говорила, когда что-то купить хотела. — Выбор, конечно, больше, но и дороже в разы, — хмыкнул я. — К тому же я сильно опасаюсь уровня технологий в центральных мирах. Пусть Астор уверяет, что круче нас только горы, но светить нашего «Черныша» ой как не хочется. Здесь, на окраине, нам плевать на всех. Замучаются искавши. Масксеть накинул и ищи ветра в поле. А выйдет ли подобный фокус там, где машинки поновее и разумные более ушлые, хрен его знает. Предпочитаю избегать ненужного риска. Но от мысли найти для всех «слезы Ушедших» отказываться не собираюсь. На базе подключимся к общей сети, и пусть Астор шныряет. — Ладно. Как скажешь, — привычно пожал он плечами, наглаживая млеющего от ласки пса. — Но это еще не все, Лер. Я сказал, что на «Иргон» нас привели не только камни. На одном из переходов мы наткнулись на тройку кораблей, еще до нашего появления сцепившихся и уничтоживших друг друга. Два работорговца напали на небольшой грузопассажирский корабль. С него мы с Астором сняли выжившего. В очень плачевном состоянии. Он оказался орсом, сам потом посмотришь, колоритный мужик. Оказывается, он владелец небольшой компании по переработке мусора, а наш Астор чуть не плачет, так хочет забуриться в его кладовые, полные мусора. Говорит, там можно найти редкие и очень нужные ему элементы. В общем, я не знаю, как поступить. Подскажешь? Или этого орса, кстати, его зовут Ист Варгон, у него две жены и четверо детей, подлечить и отправить спящего на станцию, или все же разбудить и представиться, а заодно попросить разрешить порыться в мусоре. Боюсь, Астор первый вариант мне не простит. — Уй! — радостно взвизгнул интекс, так и не появившись, на что я только хмыкнул. — Слышал? — Давай разбудим и поговорим, — сполз с моих коленей Лер, устраиваясь рядом. — Если что, я и укусить могу, заснет сразу. — Хм… Можно и так. Добро, будем будить. Астор, ты ментосканирование произвел? — Он чист. Ни плохих мыслей, ни поступков. Обыкновенный законопослушный гражданин. — А такие в этой Вселенной еще остались?! Ему же лучше. Тогда, как только курс лечения будет закончен, мы с ним встретимся. — Ты впервые за долгое время разговариваешь со мной, как со взрослым, — недоверчиво прищурился Лер. — Почему? — Я слишком увлекся мщением, забыв о том, что просто жить и быть рядом с близкими — это уже чудо для такого, как я. Для нас, подопытных. Хочу, чтобы каждый из моей семьи был в курсе того, что происходит в нашем доме. А «Черныш» и есть наш дом. Другого у нас пока нет и в ближайшее время не предвидится. — Я понял, — кивнул Лер. — Не мучайся, Эль. Мы знали, куда летим, и этого достаточно. Мы с Альдесом не особо уживались, но смерти ему я не желал. Клянусь. Мне жаль, что он умер. И я совсем не хотел, чтобы тебе было больно. Только не тебе, Эль. Ты единственный, кому я подставлю свое горло, если ты скажешь, что так надо. — Не стоит, малыш, обелять меня до такой степени. В лабораторию я попал не за красивые глазки. — Мой дом там, где ты, Эль. Маленьких только жалко… Я недоуменно уставился на Лера, услышав металлические нотки в голосе. — Ну что ты, черноглазик? — ласково потрепал я его по кучерявой голове. — Мы живы. А это уже много. Да? И не надо подставлять мне горло. Ни мне, ни кому бы то ни было. Слышишь? В тебе должен быть здоровый эгоизм, малыш. Цени свою жизнь. Я сожалею о Таире, вы с ней подружились. Она тебе нравилась? — Из нее вышла бы хорошая подружка, когда бы выросла. Она забавная… была… — вздохнул Лер, и крепко стиснув меня в объятиях, отстранился. — Мы живы, Эль. — Да. Живы, — почему-то вспомнилась клетка, сквозь прутья которой мы наблюдали за несчастными, шагающими на верную смерть в портал. Любит судьба над нами подшутить. И иногда шутки у нее слишком жестокие. — Эль, мне пора. Астор, ты подготовил все, что я просил? — отстранившись от меня, став каким-то непривычно серьезным, спросил малыш. — Все готово. Я… — Не стоит, Астор, — отрезал Лер. — Я сам скажу. — О чем? — напрягся я, внимательно наблюдая за изменившимся тоном и резкими жестами Лера. — Я запустил цепочку изменений в своем организме, — я непонимающе уставился на Лера, — прости, но я больше не хочу быть ребенком. Я решил стать сильнее. Помогать тебе. Я не изменю своего решения, Эльтан. — Я бы, может, и возразил, как ты думаешь, если бы понимал, о чем ты говоришь. Что «запустил»? Мне уже не нравится твоя задумка. Насколько это опасно? И что именно ты собираешься делать? — Успокойся, — с мудрой снисходительностью улыбнулся мне Лер, заставляя нервничать еще больше, — присмотри за Халком, потом сам все увидишь. Астор, идем. Время поджимает. — Лер? — поднялся я. — Ты меня пугаешь. — Не волнуйся, все будет норм. Тебе стоит позаботиться об Орхе, а я скоро вернусь. Поверь, все будет в порядке. Астор, где платформа? — Уже, — отозвался интекс, подгоняя транспорт. — Астор, что происходит? — Эль, не пытай его, он сам пока не в курсе происходящего, — хитро подмигнул мне этот сорванец. — Вернусь, и поговорим. Серьезно. — Я буду ждать. Если потребуется помощь, зови, — что еще я могу сказать ему, видя, насколько он в один момент перестал походить на беззаботного милого ребенка, в которого он превратился, слегка оттаяв после лаборатории. И вот сейчас… — Я могу подключить систему наблюдения в каюте, капитан. — Нет. Я обещал ждать, значит, так и будет. Он давно не ребенок, а я об этом стал забывать. Иногда хорошего щелчка по носу достаточно, чтобы вспомнить, кто мы и откуда. Лучше скажи, милый друг, есть какие-то интересные данные по станции? — Хочу обрадовать, капитан. Работорговля здесь не приветствуется. Так что те корабли не с «Иргона». — Я видел твои выкладки. Есть что добавить? — В целом мирная торговая станция. Никаких серьезных нападений не отмечено. Воруют потихоньку у приезжих. Есть легкие стычки, но без смертельных исходов. Здесь делается упор на торговлю — все покупается, все продается. — Хм… С таким понятием и нет работорговли, когда этой мерзостью кишит весь космос? Не особо верится. Ладно, будем надеяться, что самоубийц, собирающихся поживиться за наш счет, на «Иргоне» не будет. Считаешь, прогулка нам не повредит? — вытащить Орха слегка развеяться было бы неплохо. Мелких в первый раз брать поостерегусь, а дальше будет видно. Если база безопасная, то почему бы и нет? Самим погулять и на других поглазеть всегда полезно. — Астор, как у них с законной властью? — Законы действуют. Стражи не зря получают жалование. Примите меры безопасности и отдыхайте спокойно. — Смотря что в твоем понимании «меры безопасности». Конвой из Ин-5 или в тяжелой броне и на танке по коридорам базы? Ладно, шучу. Я подумаю. По «слезам» что? — Есть обе. Цена на 3% снижена от последней стоимости. Мной приготовлены минералы, эквивалентные стоимости «искр». Предлагаю сделку заключать под патронажем юридической конторы на станции. — Отлично. «Черныша» светить я и так не собирался. Найди контору и заключи с ними предварительный контракт на услугу. Время обговори с ними отдельно и подбей под встречу с продавцами. Продает один и тот же, или разные? — Владельцы разные, но камни находятся в хранилище торговой общины станции. — Тем лучше. Договорись о встрече в одном месте. Скажем… Хм. На завтра. Орх придет в себя, вот и сходим. Астор, ты уверен, что не стоит поторопиться? Я мог бы слетать сегодня, один. Перехватит какой-нибудь ушлый дядя, и пиши пропало. — Товар достаточно дорогой. Выставлен давно. Появление состоятельных покупателей на столь удаленной от центральных миров станции бывает нечасто. — Будем надеется, что по закону подлости их не перекупят прямо перед нашим носом. — Эльтан, ты сказал найти информацию об Акьесе. — Помню. Тот еще сон был. И? — Пришлось побродить по сети. Упоминаний мало. Обрывки. При более тщательном анализе видны следы удаления или изменения некоторых сведений. К моей базе данных по этому вопросу доступ блокирован. — Не тяни, Астор. — Акьес — сильнейший из первой десятки трэтеров. Они находились на материнской планете Создателей, когда произошел прорыв куруров. Спаслись вместе с ним семеро. Четверо погибли при следующем столкновении с порождениями тьмы. Через промежуток примерно в триста лет в разные моменты погибли и остальные трое. Отмечено, что Акьес участвовал в последней схватке с тенями: «Плечо к плечу стоял он с потомками своих первых братьев, не страшась сгущающейся тьмы» и «Не сдерживал он более сил своих, видя, как гибнут крылатые один за одним, стараясь удержать куруров». И еще: «Навечно погребен он в пещерах, где не появится отсвет сумерек, пока не придет тот, кто призовет его нести бремя власти». — Мда… негусто. — Что ты хочешь, Эльтан? Прорва времени прошла. Сказки, легенды, слухи, — расслабившийся интекс подобрался. — Обнаружены сигналы Ин-5. Место нахождения — северная часть торговой станции. Какие будут действия, капитан? — И почему я не удивлен, что место сбора Ин-5 именно на этой станции? Не отвечай, это риторический вопрос. Подготовь нам для завтрашнего вылета штурмовой челнок. В нем достаточно мест для всех нас. Маскировку не снимать. Придется делать отвлекающий маневр. На челноке установка для выхода в гипер имеется? — Он способен совершать гиперпрыжки на короткие расстояния. — Отлично. Вот и сделаем финт ушами. Главное, чтобы не стали интересоваться, откуда я нарисовался на такой крохе. Но и взяться из ниоткуда мы тоже не можем. Слишком подозрительно будет выглядеть. Куда ни глянь, проблема на проблеме. В случае чего слиняем и пусть ищут. Астор, охрану с «Черныша» брать не стану. Пригонишь Ин-5 к посадочному шлюзу. Из них возьму двоих, остальных оставлю в челноке. Пусть будут на подхвате, вдруг что-то не то случится. — Идешь в одиночку? — Одному скучно. Предварительно: Орх, Лер с Халком и орс. С последним пообщаемся и решим. Остальных оставлю на твое попечение. Мелких точно не возьму. Рискованно. Если все пройдет гладко, можно и задержаться ненадолго. — Принято. — Вот и ладушки. Я в медотсек, к Орху. В который раз за последние дни я нахожусь в царстве стерильной белизны? Хотелось бы в последний. — Как ты, родной? — улыбка вышла вымученной, хорошо, что Орх ее не заметил, занимаясь своим скафом. — «Астор, что-то он неважно выглядит». — «Все процедуры проведены в соответствии с предписанием». — Я чувствую себя нормально, — попытка поймать его взгляд не удалась. Смотрит куда угодно, но не на меня. Спросить или не стоит? Пусть немного придет в себя, а после мы поговорим. — Ты злишься? — не удержался я. Мне необходимо знать, винит ли он меня в смертях Альдеса и остальных. Хочется верить, что он этого не делает. Противоречия между супругами никогда ничем хорошим не заканчивались. — На тебя? — тихо переспросил он, бросив на меня взгляд, и вновь отвернулся. — Нет. На рептиров? Да. Пообещай… — Что? — наслаждаясь любимым ароматом земляники и шелковистою волос, прошептал я, обнимая свое сокровище. — Ты напряжен, постарайся расслабиться. — Пообещай, что мы уничтожим их всех, — резко вскинув голову с горящим жаждой крови взглядом, прошипел Орх. — Всех. Чтобы и воспоминания от них не осталось! Я не прощу им Альдеса и остальных! Не прощу! И всхлипнул. — Ни черта не работают твои корректировки, Астор, — вздохнул я. — Я обещаю тебе, любимый, я сделаю все, что смогу. У меня к ним приличный счет. Ты мне веришь? — Угу, — сквозь слезы хмуро кивнул он. — А сейчас приходи в себя, пойдем покушаем, а потом поспим. Завтра поговорим и о том, куда нам лететь дальше, и как поступить с новоприобретенными проблемами. Хочу просто прижаться к тебе и лежать, чувствуя тебя рядом. Я соскучился. — Эльтан? Эль-тан… Со сна мозг никак не сообразит, кто завет и откуда идет голос. Спать хочется, сил нет. Видимо, все же организм вымотался со всеми этими делами. — Эм… Астор? — вяло потянулся я всем телом, протяжно зевнув. — Что случилось? — Лер. — Что с ним? — сонливость как рукой сняло. — Видеонаблюдение в каюте отключено. Лер просил. Я обещал, — взволнованно затараторил интекс. — Двери заблокированы изнутри. На вызов он не отвечает. В каюте не срабатывает ни один датчик движения. Халк. Он, эм. Он сидит под дверью каюты и воет. Я не знаю, как поступить, Эльтан? — Давно? — быстро надев на себя скаф, вылетел в коридор, запрыгивая на приготовленную Астором платформу. — Двадцать семь минут, — голограмма виновато потупилась. — Черт! Чего тянул?! Ай, твою! — спрыгнув с платформы, в полную силу рванул к каюте Лера. Своим ходом будет быстрее. — Забрался же в самый дальний угол. Астор, почему он не у себя, а здесь? Специально, что ли, выбирал место потише и подальше от меня? — Сказал, что так надо, — пожал плечами интекс. — На все мои вопросы отвечать он отказался. — Маленький интриган, что б его! Вот что с ним там произошло, а?! Выколупаю из каюты, всыплю ремня. Честное слово, всыплю, чтобы не пугал. Лишь бы все обошлось… — завывания Халка, доносившиеся до нас, заставляют нервничать еще сильнее. — Гав! — сорвался с места пес, завидев меня и при этом на радостях стараясь сбить с ног хвостом. — Тихо! Фу! Сидеть! — Халк плюхнулся на задницу. — Молодец, мальчик. Что там с Лером? Халк тихонечко заскулил. — Ясно. Что-то произошло с нашим экспериментатором, но не слишком плохое. Так бы ты давно дверь снес. Да, малыш? — Халк согласно гавкнул. — Астор, разблокируй дверь. У тебя на это десять секунд. Иначе придется менять то, что от нее останется. — Принято. Произвожу подборку кода, — тихий шелест отъезжающей в сторону двери, и я на долю секунды замираю, чувствуя, как испуганно екнуло сердце. На полу, все покрытое с ног до головы какой-то белесой слизью, перемешанной с кровью, голое тело парня. Взрослого парня! Причем о том, что это может быть Лер, говорит только еле уловимый родной аромат и знание, что в этой каюте никого, кроме него, быть не может. Все же корабль в космосе, взяться неизвестным личностям неоткуда. Если только телепортироваться прямо на место. Надеюсь, до этого техника еще не дошла, а то страшно подумать. Тьфу, опять понесло не туда. Халк нерешительно замер на пороге, нервно подергивая носом. — Охренеть, — нервно откинув косу за спину, я в два шага оказался рядом с парнем и, присев, прощупал пальцами пульс. Бьется. — Фух, живой… Лер? Ты меня слышишь? Ты что с собой сотворил, чудо?! - Жизненные показатели в норме. Вир Лера можно поздравить с первым совершеннолетием, — огорошил Астор. — Тааак, господа заговорщики, а теперь поподробнее, — оскалился я. Не люблю, когда серьезные дела творятся за моей спиной, а расхлебывать последствия приходится мне. — Стоп. Чуть позже расскажешь. Его трогать-то можно? — Он пребывает в глубоком сне. Кратковременное перемещение не повредит. — В таком случае я его по-быстрому ополосну под душем, а ты прибери здесь. Не дай мать Вселенная, кто из мелких это безобразие увидит, снова кошмары вернутся. Он не говорил, после этого, хм… изменения собирается остаться в этой каюте или вернется в свою прежнюю? — Указаний на этот счет не поступало. — Отлично. «Указаний». Ишь, вырос, клоп черноглазый. С этого момента, Астор, ты меня хорошо слышишь? Я запрещаю любые эксперименты над собой без моего ведома. — Принято, Лэрд. — Замечательно. Тогда здесь он не останется. Я хочу этого умника видеть чаще и держать ближе. Вы меня седым сделаете раньше срока со своими выходками. — Старение тебе не грозит, Эльтан. — Спасибо, утешил. Но на нервах поиграть вам в радость, — хмыкнул я, подхватывая на руки обморочное тело, немного морщась от вони и ощущения слизи на руках. — Придется и самому душ принимать. Давай сюда платформу. И постарайся провести нас так, чтобы ни на кого не наткнуться. Мне только паники не хватает для пущего счастья. Чистый, благоухающий приятными ароматами мыла и шампуня, все еще сладко посапывающий Лер растянулся на кровати, обвив одеяло руками и длиннющими ногами. — Мда… Неожиданно как-то. А я и не знал, что он так может. Раз и вырос. Астор, — спросил я шепотом, стараясь не разбудить выросшее дитятко, — он же даруд? — Даруд, — согласно кивнул интекс. — И им свойственно за один день перескакивать несколько лет? — Развитие ребенка этой расы происходит медленно. И только он сам решает, когда готов стать старше. — Весело у них. Так можно прождать и до седой старости, пока твой отпрыск решит слегка вырасти. И как? Никто из родителей не возмущается по этому поводу? Вдруг ему понравится оставаться мелким до конца их дней? — Насколько мне известно, нет. Статистика не знает случаев задержки на столь длительное время принятия первого совершеннолетия. — Все бывает в первый раз, Астор. Ладно, главное, чтобы с Лером все было тип - топ. — Не переживай, Эльтан. Он абсолютно здоров. Эрситы быстро перестроились, и никаких сбоев в их работе не предвидится. — Это меня, конечно, очень радует, но предупреждать надо, — устало вздохнув, присел я на краешек кровати и, не удержавшись, зарылся рукой в смоляные кудри. Лер, улыбнувшись и поерзав, вновь засопел. — Смотри, красотища какая. Густые, шелковистые. Жаль, у меня так не вьются. Всегда кучеряшки любил. Жалко будет, если решит остричь, — шелковистая россыпь черного богатства как ковром покрыла спину до пятой точки, без стесненья выставленной напоказ. Так и хочется по ней рукой поддать, чтобы в следующий раз думал, прежде чем делать. — Сколько ему сейчас? Шестнадцать? Семнадцать? — Необходимо обследование в медотсеке для установления истинного возраста вир Лера. — Проснется, вот и займись. Мало ли что там не так. Если здоров, нам же лучше, — беспокойно причмокнув, Лер перевернулся на другой бок. — Мда… вырос сынок. Ох, и задолбаюсь я с оглоблей ходить, отшибая претендующих на это чудо. Пойдем, пусть спит. Халка запусти, а то он мне своими скорбными посылами весь мозг забил. — Ты забываешь, он претендует на место твоего супруга, Эльтан. — Тшш, — шикнул я на интекса. — Астор, хоть ты не говори ерунду. Какой супруг? Он мне как сын. Не как, а сын. Не воспринимаю я его по-другому. Не могу. Я, конечно, тот еще извращенец, но не до такой степени. Вырос он или нет. Он всегда будет мне сыном. Даже если отвернется от меня, я все равно буду любить его именно так. И никак иначе. Да ты посмотри на него. Не спорю, красивый парень. Вот он лежит, весь такой… сонный, изящный и в чем мать родила. И знаешь, что мне сейчас очень хочется сделать? Прикрыть его одеялом и подоткнуть, чтобы не раскрылся и не простудился. Как думаешь, с такими чувствами супругами становятся? Надеюсь, мы с тобой закрыли этот вопрос раз и навсегда? — Ясно, Эльтан. Я сделал неправильные выводы, считая, что ты поощряешь его признание тебе в любви и обещание стать твоим супругом. — Если я стану возражать, он будет стремиться забраться ко мне в постель из чистого упрямства. Молодым свойственно идти наперекор. И в таком случае ничем хорошим выяснение отношений между нами не закончится. А мне хочется, чтобы он, став старше, осознал, в качестве кого я ему нужен больше. И поверь мне, он ошибается. Ребенок, не видевший ласки, привязывается быстро к тому, кто хотя бы раз погладил его по голове. Думаю, до него дойдет, что в качестве отца или старшего брата я для него лучше. Ладно, заболтались мы что-то. Пусть отдыхает. Стоило двери открыться, пес понесся на всех парах, счастливо виляя хвостом и собираясь прямиком с разгона запрыгнуть на кровать. Пришлось ловить эту махину в полете и, аккуратно развернувшись, как можно тише валиться вместе с ним на пол. — Тшш… конь… он спит… — зашипел я, выбираясь из-под виновато прижавшего уши пса. — Аккуратно заползаешь на кровать и не мешаешь. Пусть хорошенько выспится. Я ему потом задницу надеру за все хорошее. Пес, решив, что подползти к кровати по-пластунски, а потом одним прыжком заскочить на неё — это «аккуратно», виновато спрятал морду, когда сонный Лер вскинул голову и непонимающе посмотрел на притихшего пса. — Халк, — тепло прошептал он, загребая мохнатого под бок. Усмехнувшись, я махнул рукой Астору и оставил мелкого поганца спать. Быстро преодолел коридоры, ощущая волнение проснувшегося Орха. — Астор, не забудь, как Лер проснется, отправить его в медотсек на обследование. Данные сообщишь. И после я хочу с ним поговорить. Помимо его сюрприза, у меня на шее висит орс и проблема с накапливающейся энергией. Сколько осталось до полного песца? — До критического насыщения осталось 504 часа. — Часа? Астор, ты бы мне еще в секундах выдал. — Двадцать один день, — поправился интекс. — Последняя точка — в 500 часов. — Охрененно! — я начинаю уставать от навалившихся проблем. — Сколько я могу продержаться, чтобы не слететь с катушек? Астор, мне необходимо знать точно. Не хочу, чтобы геморр с этой фигней вылез в самый неподходящий момент. Например, когда я буду убивать рептира и меня заклинит. — Я не могу указать точные сроки. Энергетическое накопление у каждого разумного твоей расы происходит в индивидуальном порядке. — Хорошо, пусть не точно, — раздраженно рыкнул я. — Приблизительно, Астор. Мне достаточно будет и этого. Итак? — Не более 12 дней. — Круто, — иронично хмыкнул я. — Меньше двух недель, чтобы найти замену Альдесу… Ррр… Черт! Я не могу… не могу… Как я объясню это Орху? Как?! — Эльтан, — я даже притормозил, уж слишком неожиданно устало прозвучал голос интекса, — наше с тобой общение позволило мне развиваться, и я все чаще ассоциирую себя с живым разумным. Мое тело отличается от твоего, но ведь и Вселенная разнообразна на виды и формы. — Астор, ты к чему клонишь? — насторожился я. Очередного «откровения» я, боюсь, не выдержу. — Твоя энергетическая структура разбалансирована. — В курсе. Только что про это говорили. И? — И… — вздохнул интекс, — если ты не сможешь контролировать отток энергии при близости с супругом, выжигание его внутренней структуры — это меньшее из ожидаемых неприятностей. Эрситы не в состоянии справиться с переизбытком поступающей энергии. — В худшем? — и спрашивать не надо, все понятно. Слишком много во мне скопилось, и как проводник Орх слишком слаб, и его мало. Мерзко думать о любимом в таком ключе, но жизнь мадам такая — как что вывернет, так замучаешься разгребать. — Смерть, — припечатал Астор, как гвоздь в гроб вогнал. — Если я тебя понял правильно, ты предлагаешь на «Иргоне» поискать пару парней для сброса энергии, чтобы не сдохнуть и не угробить супруга. Ёперный театр, Астор, ты не представляешь, как это мерзко звучит и насколько я мозгами понимаю необходимость этого шага, — пару раз приложившись затылком по стене для улучшения мозговой деятельности и от безысходности, прошипел я. — Астор, я не хочу причинять боль Орху. И не могу игнорировать проблему со мной… Почему же так хреново все, а? — Не все так критично, как тебе кажется, Эльтан. Тогда чего же ты дружок глаза в сторону отводишь, если все не так страшно? Врать не хочешь? Или даже твой искусственный мозг коробит от того, что я должен сделать? Наплевать на память о погибшем супруге и счастливо заниматься сексом с какими-то незнакомыми существами, чтобы не потерять то и тех, кто еще у меня остался?! Да и проблема, скорее, не в количестве, а в ситуации в целом. — Я понял, — тряхнув головой и стараясь не обращать внимание на усилившееся волнение, идущее от Орха, прошептал я. — Давай определимся и закончим этот разговор побыстрее. Мне от него тошно. — Прости, — потупился Астор. — Ты-то причем? — махнул я рукой. — Ты меня только из всякой хрени и вытаскиваешь. А так я бы давно сдох и остальных угробил. Я понял. Мне необходима парочка принимающих. Искать придется на станции. Искать быстро. Но и взять абы кого я тоже не могу. Так? — Так. — В таком случае назревает вопрос: а как понять, что они мне подходят? Или ты предлагаешь переиметь все 10 000 населения плюс приезжих, и после определить нужных методом тыка? — Со свободным перемещением по станции тебе поможет орс. — Скорее всего. Отказать в такой малости, как побыть гидом и гостеприимным хозяином на некоторое время, за спасение своей жизни? Согласится. А после? — Я собрал миниатюрный сканер. Он способен улавливать исходящие от разумного волны и сопоставлять их с твоими. За эталон взята энергия твоих супругов. При пороге в 80% — минимальном совпадении с ними — он подаст импульс в мозг, и ты точно будешь знать, кто тебе подходит. — Капец, — прижавшись к стене, сполз я на пол. — Выбирать себе любовника с помощью сканера?! Чем дальше, тем моя жизнь все чудесатее и чудесатее. — Отнесись к этому выбору проще, Эльтан. Как к взаимовыгодному сотрудничеству. — Предложить контракт и денег? Хм… А что? Это неплохая идея. Согласен, — мысленно встряхнувшись, я поднялся. — Главное, выжить. Идем, Астор, успокоим Орха. — Доброе утро, родной, — улыбка завяла сама по себе, стоило увидеть хмурого супруга. — Ты чего всполошился? — Извини, не хотел отвлекать. Уже все в порядке. — В таком случае пойдем поедим, и я тебе расскажу, что учудил Лер. Если бы не видел собственными глазами, не поверил бы, — обняв, вновь зарылся носом в его волосы, вдыхая приятный аромат земляники. — Слышится легкая горчинка. Смени шампунь, он портит твой природный запах. — Ты иди, а я еще раз приму душ и подойду. Смою неприятный для тебя запах. — Хорошо, — внутри что-то неприятно заныло. Спрашивать, почему за утро я ни разу не удостоился поцелуя и прямого взгляда, побоялся. Обострять и без того идущее от супруга ощущение напряженности нет желания. Буду надеяться, что ему просто надо время свыкнуться с потерей. А разговор о постельном контракте с посторонними я вообще не знаю, как начать. Сбор всех бодрствующих состоялся через три часа, после того, как я пропесочил очнувшегося Лера, получив в ответ, что так было надо и он хотел стать старше, быть полезным, и я молча свернул воспитательный процесс. А что я могу ему сказать? Если он хочет иметь шанс самостоятельно защищать себя и тех, кто ему дорог, кто я такой, чтобы упрекать его в этом?! Проверку в медотсеке Лер прошел на ура. После пятиминутного сканирования Астор вынес вердикт «абсолютно здоров» и отправил нас на все четыре стороны. — Все в сборе? — окинул я собравшихся взглядом. Орх, немного бледный, что-то тихо выговаривал хмурому Леру. Да уж, когда он увидел высокого девятнадцатилетнего, как выяснилось, паренька со знакомыми черными кудряшками и глазищами, то с минуту пытался соотнести одиннадцатилетнего Лера с повзрослевшим экземпляром. А мелкий пакостник, виновато потупившись, все же нет-нет да бросит на меня хитрющий взгляд. Как же витиевато и смачно ругался Орх, когда узнал, что эксперимент тот проводил в полном одиночестве и бесконтрольно. Меня и самого пробирало, когда я вспоминал первые мгновения в его каюте: кровь и неподвижное тело. Брр, как вспомню, так вздрогну. В общем, подзатыльником наградили разулыбавшегося парня оба разом, тут же оказавшись в его объятиях. А силушки у Лерки прибавилось. Глупыш ведь, сам перепугался того, что учудил. — Хорошо все то, что хорошо заканчивается. А теперь предлагаю послушать Астора. Он расскажет вам много интересного. Давай, Астор, услади наш слух ораторским искусством. Наблюдая вполглаза за реакцией остальных, я старался уловить эмоции Лера и Орха. Их отношение к тому, что рассказывал интекс, мне наиболее важно. Мелкие — тоже трэтеры, и, думаю, они если и не знают, то на интуитивном уровне понимают, что с энергетикой, накапливающейся в теле старшего, шутить нельзя. А вот Орх… Лер слушал с серьезным выражением лица и даже пару раз кивнул, соглашаясь с выкладками Астора по единственно возможному варианту избежать взрыва сверхновой в моем лице, найдя пару существ, способных принимать и рассеивать мою энергию, которая мне с каждым часом, не то что днем, давит на мозг. И в черноглазке я уверен. Мы прошли сложную школу выживания в лабораториях. Цель любого подопытного — выжить. А как — это дело десятое. Но вот мимика Орха и слабые отголоски его нарастающих эмоций напрягают. Там такой противоречивый клубок чувств — страшно распутывать. И в груди ноет все сильнее и сильнее. Не нравится мне это. Ох, как не нравится. Почему же смерть Альдеса стала для него такой тяжелой утратой? С ним он был связан через меня. Не желаю гадать о причине его поведения. Хм… Ведь поначалу Альдеса он встретил не с распростертыми объятиями, а вышло… Альдес… Черт побери, как же мне его не хватает. — Эльтан? — А? — вынырнул я из своих мыслей, отреагировав на легкий тычок в плечо. — Ага, — передразнил Лер. — Ты что, уснул? — Задумался. Астор, ты закончил? — Вся информация, касающаяся твоей энергетики, торговой станции и спасенного орса, доведена до сведения остальных членов команды. — В таком случае, у кого какие предложения? — встав и обведя всех взглядом, спросил я. — Старший, — робко подал голос Арвин, — если бы у тебя были крылья, то распределение энергии шло бы легче. Мне так погибший там, у рептиров, старший рассказывал. А почему у тебя нет крыльев? — Астор, — знал бы я почему, — ты у нас самый умный, не объяснишь, почему у меня нет крыльев? — Хрен его знает, — выдал интекс, разведя руками. Мда, что-то не особо хорошо я на него влияю. — Понятно объяснил, — фыркнул в кулак Лер. — А если серьезно, то думать нечего. Выбора все равно нет. Берем сканер и на охоту. Контракт Астор составил нормальный. Думаю, согласятся. Если здесь действительно такая сумма оплаты считается высокой. Так ведь, Орх? Кажется, я пропустил больше, чем думал. Контракт я еще не читал, а про размер оплаты вообще не в курсе. Надо будет узнать поподробнее. — Он не в ошейнике и у него нет хозяев, — ровный холодный голос Орха заставил всех притихнуть. — Орх, я… — растерялся я. — Замолчи, — наконец-то я увидел глаза любимого. О, сколько там было льда и презрения, мог бы, замерз бы сразу. — Молчи, Эльтан. — Отчего же? — Больше не Эль? Не принял. Спасибо сучьему миру, снова меня как бездомного котенка тычут мордой в лужу, хотя и не за что. — Выскажись, станет легче. — Орх, ты чего? — недоуменно переведя взгляд с меня на него и обратно, спросил Лер. Как же банально закончилась наша любовь до гроба. Обидно, что поддержку я получаю от детей, а не от того, от кого хотел её получить. Все правильно, мальчишка не понимает, как можно не принимать того, кто тебе дорог. Слишком много видел и пережил. Как и я. И вот снова, на тебе, Эльтан, помёта кучку, вдохни аромат и наслаждайся. Орх… Мой Орх не в состоянии принять меня таким, какой я есть. Возможно, к сожалению, я давно перестал быть чуткой романтичной натурой, если вообще когда-то таковым являлся. Годы в виде подопытной крысы очень хорошо умеют выворачивать душу наизнанку и кромсать ее так, как пожелают. Я пытался сохранить себя там и никогда не позволю потерять себя здесь. Здесь, мать его, где я должен был чувствовать плечо, а не затаенную злобу и презрение в свой адрес. Что я сделал не так?! Пытался спасти всех, кого мог?! Рвался вернуть Равновесие миру?! Никогда не стремился жить для себя, только для тех, кто рядом? Для тех, кто мне дорог. Я не всесилен, но жилы рвал, как мог. Альдес… Возможно, я действительно тварь, что не скорблю достаточно сильно по нему. Но кому будет лучше, если я перестану жрать, запрусь в своей каюте и начну выть?! Кому?! На кого мне переложить ответственность за жизни маленьких трэтеров, хлебнувших по самое горло? На Лера? Астора?! Халка?! На кого, черт подери?! Бросить всех, и предаться скорби — самое легкое. Но предательство, непонимание Орха — это как удар под дых. Больно, сука, и неожиданно. Может потому, что я ждал таких же слов от любимого, как и от Лера, меня так корежит? Предательство тех, кого ты любишь, оно самое поганое. С одной стороны, я его понимаю, он вполне может воспринимать необходимость новых любовников как мое предательство. Но ведь, это не моя прихоть! С гордо поднятой головой загнуться через две недели, но зато ни с кем так и не занявшись сексом! Трахнуться с кем-то — это конец света?! Аааа… Мне просто надо было знать, что я не один. И всё. — Не успел Альдес умереть, ты решил его заменить, — скривился Орх. Я и не помню, чтобы видел такое неприятное выражение на его лице. — Никогда не приму. Никогда! Ты врал, что любишь! Врал! Хватит транслировать мне свои чувства! Они фальшивые! Надоело! Я хочу уйти! Отпусти меня! Я не хочу тебя видеть! В груди звеневшая серебряным звоном, с каждым словом истончающаяся нить оборвалась с последним выкриком Орха, и стало как-то безразлично. Что-то умерло во мне. Переболело. Перестало существовать… Любовь, наверное. Любовь к солнечному парню с потрясающими фиолетовыми глазами и очаровательным ароматом земляники, сейчас пахнущей для меня гнилью и плесенью. — Заткнись, придурок! — взъерепенился Лер, я еле успел перехватить его за руку. — Ты чего несешь?! Он все сделал правильно! Халк недовольно заворчал. — Орх, ты переволновался. Иди отдохни. Мы поговорим позже, — спокойно произнес я, отчего Лер растерянно обернулся на меня, а взбудораженная малышня перестала шипеть на взвинченного Орха. Орх словно этого и ждал, мухой вылетев в коридор. А мне стало очень грустно. Я так цеплялся за любовь, так старался оберегать и сохранять ее и так легко её лишился. Грустно. — Слишком многое на него свалилось, — попытался улыбнуться я, но вышло как-то не очень. Халк, ткнувшись носом мне в руку, сочувственно заскулил. Вот и думай теперь, кто преданнее. Человек или животное? Малышня, облепив меня, осторожно потянула из меня разбушевавшуюся энергию. — «Много свалилось?» — передразнил меня Лер. — А на тебя нет? — Лер, — взъерошил я шелковистые кудри парня, — не стригись, а? У тебя очень красивые волосы. — Угу, — резко остыл он. — Не буду. Так и сидели четверть часа, пока я не почувствовал, что забирать им уже некуда, а излишек энергии им ничего хорошего не принесет. — Так, малышня, бегите к себе. Завтра я спускаюсь на станцию. Вас с собой не беру. Схожу гляну. Если все нормально, то потом решим насчет экскурсии. Хотя загадывать не буду. Мало ли что. Вдруг придется по-быстрому убегать. Идите, отдыхайте. — Эль, — хриплым шепотом произнес Лер, стоило последнему трэтеру отчалить на платформе, — а я могу стать твоим мужем? — Лерка, ты такая Лерка, — хохотнул я, усаживая его к себе на колени. — Сиди, никто не видит. Ух, и вымахал ты. Но все равно мелкий, что ростом, что возрастом. Не дуйся, глупый. Я же любя. Лер? А, Лер? Оставайся моим сыном, а? Ну его, это супружество. Поругались, развелись. А сын звучит гордо и навсегда. Поверь, брось ты эту ненужную мысль. Так будет лучше, малыш. — Я подумаю, — буркнув, все же чмокнул меня в щеку, как делал раньше, бальзамом проливая свое тепло на мою душу. Спрыгнул с коленей и, свистнув Халку, ушел. — Вот и ладушки. Со всеми все чудесно. Астор. Буди орса. Думаю, нам пора пообщаться. — Произвожу вывод из сна.