Белая ворона

Я споткнулась, спускаясь с перрона, и мне повезло, что Хагрид - добрый Хагрид, он, как всегда, встречал студентов, - поймал меня и поставил наземь. -Что ж ты под ноги-то не смотришь? - укоризненно спросил он, но тут же отвлекся, занявшись первокурсниками. На пиру после распределения я пару раз уронила вилку, разлила сок и решила, что этого пока достаточно. На третий день занятий уже все однокурсники заметили, что я сделалась какой-то рассеянной, путаю кабинеты, могу споткнуться на ровном месте или опрокинуть на себя чай. Однако дело ограничилось парой шуток - мол, влюбилась, ха-ха! - и только. Потом я получила замечание от профессора Спраут за то, что по невнимательности чуть не схватилась за ядовитую тентакулу голой рукой. Затем профессор МакГонаггал отругала меня за несобранность - никак у меня не выходил нужный взмах палочкой, и вместо того, чтобы превратить ужа в ежа, я его... в общем, лучше было этого не видеть, а увидев - поскорее забыть. К концу недели я заметила: за лето большинство ребят, особенно, если они не дружили и не общались во время каникул, успели позабыть привычки и обыкновения друг друга. Со мной вышло то же самое: почти никто не помнил, что я была отличницей на первом курсе, даже слизеринский декан ставил мне хорошие оценки, хотя, я знала наверняка, такого удостаивались немногие. Это и должно было стать последним штрихом к моему новому портрету. Зелья всегда мне удавались - мама шутила, что у нас это явно наследственное, но... Пришлось пожертвовать и этим. Профессор кружил по классу, похожий на очень тощую черную летучую мышь (к нам как-то залетела такая на чердак, да и осталась зимовать, а весной там образовался целый выводок), заглядывал в котлы и морщился. У него очень выразительное лицо, но обычно на нем было написано искреннее отвращение и заметное сомнение в наличии у нас умственных способностей. Я кое-что слышала о нем от родителей, да и он наверняка знал, кто они, однако никогда не давал этого понять. Но все изменилось в этот день. Профессор коротко глянул на мою работу и отвернулся к Лизе. И вот тут-то я и зацепила некстати развернувшимся рукавом мантии сложенные на столе ингредиенты, и... Зелье взбурлило, котел подпрыгнул и опрокинулся, а я отскочила и сшибла котел Дэна, другого моего соседа. По полу потекло нечто невообразимое, и однокурсники принялись живо запрыгивать на стулья в попытках уберечь обувь. Если честно, такого эффекта я не ожидала... -Тонкс! - мою фамилию сложно прорычать, но у профессора это получилось преотлично. -П-простите, сэр... - сказала я, стоя на парте. Пол немного дымился. - Я нечаянно... Он движением палочки убрал текущие реки жуткой жижи, поднял голову и посмотрел на меня в упор - сейчас наши лица были на одном уровне, - и сказал: -Минус десять баллов с Хаффлпаффа. И ноль за урок. -Сэр, я правда... -Завтра в восемь вечера жду вас в своем кабинете, Тонкс, - оборвал он, - на отработку. И слезьте со стола! Я невольно поежилась и неуклюже спустилась, едва не опрокинув этот самый стол. -Тонкс, ну как ты могла... - простонала Лиза, разглядывая испорченные туфли, когда мы вышли из класса. Ей их тетушка подарила, Лиза давно выпрашивала такие. Я хотела было починить их, ничего сложного в этом нет, просто подметка немножко оплыла и лак потрескался от брызг моего адского зелья, но вовремя остановила руку, потянувшуюся за палочкой. -Прости, пожалуйста, - сказала я, понурившись. - Я не нарочно, правда. Я... я попрошу папу прислать тебе такие же туфли, только скажи, где купить... -Тонкс, ты плачешь, что ли? - всполошилась она, тут же позабыв обо всем. - Перестань! -Как же я перестану, - я вытерла глаза рукавом, - если факультет из-за меня баллов лишился... и еще на отработку идти-и-и-и... -Ой, это жуть, - включился Дэн, разглядывая прожженую дыру на мантии (он ухитрился на горелку налететь, хорошо, сам не обжегся!). - Я был в прошлом году. У него не кабинет, а... просто кошмар какой-то! Банки с какими-то уродами, темно... Я котлы чистил часа два, а показалось - неделю! Лучше уж лестницы мыть... -Ну перестань, Тонкс, - Лиза потянулась меня обнять, - подумаешь, ошиблась! -Я правда нечаянно... Удобно быть метаморфом: нос мгновенно краснеет, веки распухают, слезы брызжут... как у клоуна в цирке. Они утешали меня до самого вечера, а ночью Лиза - я слышала - вставала проверить, сплю ли я, не плачу ли. Как же, золотая девочка вдруг так оплошала, от такого, бывает, топиться идут... Но я вовсе не собиралась топиться. Я просто думала о том, сколько же людей вокруг притворяются не теми, кто они есть! И от этого становилось страшно. * На отработку меня провожали чуть не всем курсом, уверяя, что это вовсе не страшно, а резать флоббер-червей или там рогатых жаб, конечно, противно, но от этого никто еще не умер... А еще профессор вроде бы никогда не заставляет девочек чистить котлы. -Войдите, - раздалось из-за двери, когда я робко постучала. -Сэр? -А, это вы, мисс Тонкс, - кивнул он. - Проходите. Присаживайтесь. Я села на краешек стула и покосилась по сторонам. Кабинет в самом деле выглядел жутко, но я была уверена - большая часть всех этих заспиртованных уродцев здесь просто для красоты. Ну, как некоторые ставят на камин статуэтки, всякие сувениры, чучела птиц, головы животных на стены вешают, так и профессор. У нас вот дома на стенах только несколько картин, потому что мама не любит излишеств. А в телекомнате - уйма плакатов и фотографий, и у меня в комнате тоже: тут мама делает послабление и говорит, что с возрастом это пройдет. -Я жду, - сказал он. -Чего, сэр? - я зажала ладони между колен, чтобы не видно было, как у меня пальцы дрожат. Я знала, что бояться, в общем, нечего, но даже моему организму не всегда прикажешь. -Объяснений, мисс Тонкс, - профессор поднялся из-за стола, обошел его и встал рядом со мной. -Я не понимаю, сэр... -Мисс Тонкс, я не слепой и не идиот, - резко сказал он. - Прекратите тратить мое время попусту и скажите - зачем вы испортили своё зелье? Оно было... пускай не идеально, но вполне соответствовало стандарту. -Я нечаянно, сэр! - воскликнула я. - Просто зацепила рукавом банку и... -Не лгите. Рукавом вы могли зацепить совершенно другие ингредиенты. Вы намеренно опрокинули в котел именно эти. И я хочу знать - зачем? Он смотрел на меня сверху вниз. Глаза у него были черные, как у мамы, только не теплые и добрые - очень холодные и какие-то... пустые, что ли? У моего плюшевого медвежонка глазки-пуговицы и то выразительнее. -Мисс Тонкс, я жду, но терпение у меня не бесконечно, - сказал он, - подите в ту комнату и займитесь нарезкой червей. Надеюсь, работа хоть как-то стимулирует ход ваших мыслей! Я вздохнула с облегчением и потащилась в указанную дверь - за ней оказалось что-то вроде кладовки, на лабораторию это не походило. Та, наверно, была подальше... Резать флоббер-червей нудно и довольно противно, но - вот уж правда! - думать это занятие совершенно не мешает, а даже помогает сосредоточиться. Что мне сказать профессору? Он ведь не отстанет, он ужасно дотошный, мы сколько раз убеждались... И вранье он прекрасно отличает. Кто-то из старшекурсников говорил, что профессор умеет читать мысли. Я спрашивала у мамы, и она ответила - это называется легилименцией, и, по слухам, профессор владеет этим искусством. Только прочесть мысли не так-то просто, это же не книжка на понятном языке! И еще от этого можно защититься, только такому тоже надо долго и упорно учиться, и то не у всех получается. Но если это правда, он запросто может узнать, зачем я это делаю! И что тогда? Посмеется и велит мне больше не переводить ингредиенты понапрасну? Напишет родителям? Или скажет профессору Спраут, чтоб она со мной побеседовала, она же наш декан, не он... Или... -Мисс Тонкс! - раздалось прямо над ухом, и я выронила нож. - Я так и знал, что вы врете. -О чем вы, сэр? - тихо спросила я. -О том, что вы не глядя поймали нож, не дав ему коснуться пола, - сказал он. - И о том, что червей вы режете лучше, чем королевский шеф-повар. Я представила королевскую кухню и тучного повара в белом колпаке, нарезающего флоббер-червей для завтрака Ее величества, и невольно улыбнулась. -Мисс Тонкс, я дождусь от вас ответа хотя бы в этом семестре? - спросил профессор. «Ладно, была не была!» - решила я, зажмурилась и выпалила: -Я не хочу отличаться от других, сэр! -В каком смысле? -Ну... - я вдохнула поглубже и начала заново: - Я и так выделяюсь, ну... вы видите, сэр... А если еще быть отличницей, и... И даже вы меня в прошлом году два раза похвалили... нет, полтора, я тогда так удивилась, что передержала зелье... А все знают, что вы только слизеринцев хвалите, и то редко! И... и... -Мисс Тонкс, только не вздумайте плакать! - с откровенным ужасом в голосе произнес профессор и попятился. -Я... я не буду, простите... - выговорила я и все-таки разревелась. Со мной всегда так: долго терплю, но если уж прорвёт, то, как папа говорит, готовь спасательный плот... И, как обычно, прорвало невовремя. Ну почему не у профессора Спраут? Она добрая... И профессор Флитвик тоже, и даже МакГонаггал... -Так, Тонкс, зажмите нос и выпейте залпом, - услышала я. - О господи, за что мне это наказание! Под носом у меня оказался стакан - профессор сунул мне его так резко, что чуть зубы не выбил. Я вынужденно глотнула и едва не задохнулась от жгучего отвратительного пойла. Зато в голове сразу прояснилось. -Не вытирайте об меня руки, Тонкс, вы перемазаны в флоббер-червях и собственных соплях, - брезгливо сказал он. - Успокоились? Я прислушалась к себе: сомнение и тревога никуда не делись, но теперь хотя бы не хотелось начать бить кулаками в стену, умоляя отпустить домой! -А что это было за зелье, сэр? - невольно вырвалось у меня. -Вам еще рано это знать, - был ответ. - Вытрите нос, приведите себя в порядок и идите спать, скоро отбой. -Да, сэр, конечно... - я наскоро почистила мантию, придала волосам унылый фиолетовый оттенок (а каким еще он мог быть после отработки?) и направилась к дверям. -Тонкс, если вы намерены и впредь портить зелья, - сказал профессор, когда я уже взялась за ручку, - делайте это не настолько топорно. Не знаю, кем надо быть, чтобы купиться на вашу внезапную потерю разума и координации движений... гриффиндорцем, не иначе! Но меня вы не обманете. Я молчала. -Думаю, профессор Спраут сама сообщит вашим родителям о ваших успехах, если сочтет нужным, - добавил он. - Можете быть свободны. -Пусть сообщает, - ответила я из чувства противоречия. - Они поймут. Они знают, что такое - быть белыми воронами. -Тонкс, с уязвленными чувствами - не ко мне, - сухо сказал профессор. - Обратитесь к своему декану или к мадам Помфри. -Нет, спасибо, сэр, я не стану, - сказала я. - Чем они помогут? Если на вас никогда не показывали пальцами и не называли в глаза монстром и выродком... а еще если учишься лучше других... вы все даже представить не можете, каково это! Откуда вам знать о таком?! -Да, в самом деле, откуда бы? - после долгой паузы произнес он. - Идите, Тонкс. И, повторяю, постарайтесь портить зелья более изобретательно, иначе я разочаруюсь в ваших умственных способностях. И я оказалась за дверью, сама не поняв, как это вышло.