Бог любит троицу (La tercera es la vencida)

Даже тот факт, что холод пробирал до костей уже около двадцати минут, не помогал. Уэйд, лежащий рядом с Питером, все никак не мог заткнуться, бесконечно говоря о том, как удивительно было бы пойти в парк развлечений, поесть сладкой ваты, а может быть, даже попугать клоунов. — Знаешь, что самое лучшее? — спросил Питер, еле проговаривая слова и стуча зубами. — Не умереть от переохлаждения. /Ну, нет. Я не буду голосом разума./ <Но ведь ты у нас всегда отвечал за всякие логичные штуки! > /Гм… ладно. Хоть я и не хочу быть голосом разума, но в данной ситуации Свитамс прав./ «Не называй его так! Только я могу так к нему обращаться!» <Почему? > — Уэйд… ты меня слушаешь? — Питер скрестил руки на груди, дрожа. «Потому что это мой Спайди!» /Ты… ты не можешь ревновать самого себя./ <Я думаю, у него настал новый уровень безумия.> «Да плевать я на это хотел. Спайди только мой.» — Уэйд! /Но мы тоже его хотим! / <Да! Не будь эгоистом! > «Не хочу ничего слышать, он мой, мой, мой, мой.» Питер зло фыркнул, понимая, что ответа от Уэйда он не дождется. Он застрял здесь, с самым нестабильным человеком, который, несмотря на все ими перенесенное все еще был горячим, как печка. Как ему это удавалось? — А? /Что? / <Почувствую любовь.> — Прекрати спорить с Табличками и лучше помоги мне найти место, где мы могли бы засесть, — он потер руки, пытаясь их хоть как-то согреть. /Да он же дрожит как котенок./ <Обними его! > — Гм… я… — Уэйд понимал, что выглядел глупо (ну, пытался понять). — Нам нужно найти, где остановиться, и надеяться, что Мстители получат мой сигнал, — медленно, с расстановкой произнес Питер, будто обращаясь к ребенку. /Я, кажется, сломался./ <А ведь он еще не начал умничать.> /Очень умный мальчик./ — А? — Уэйд, казалось, пробудился от оцепенения. — Просто… иди за мной, — вздохнув, пробормотал Питер. Сейчас его все раздражало немного сильнее, чем обычно. *** После долгих скитаний, они все-таки нашли пещеру, но та была настолько мала, что едва ли в ней помещалось два человека, единственным выходом было сидеть, прижимаясь друг к другу. А, тем временем, температура на улице стала заметно падать. — Почему же они опаздывают? — Питер положил голову на плечо Уэйда, приподняв свою маску, чтобы можно было дышать. — Может быть, они встретили снежного человека? — спросил он, «совершенно случайно» обняв Питера за плечи. /Больше клише и штампов! / <По крайней мере, мы не умираем в ванили.> «Тихо» — Наконец-то ты говоришь как более или менее нормальный человек, — фыркнул Питер, не двигаясь. — А то я задавался вопросом, долго ли ты будешь спорить со своими Табличками. — Ой, да ладно, просто признайся, что ты обожаешь меня и мой волшебный голос. — О, ну безусловно, — фыркнул Питер, в очередной раз чувствуя сковывающий его холод. — Вот видишь! — засмеялся он, обнимая. — Телесное тепло! — Нет, спасибо, — засмеялся Питер, прижимаясь к нему, в разрез своим словам. — Я надеюсь, что нас вот-вот найдут. Мне кажется, что мои пальцы вот-вот отвалятся. — Этому не бывать! Я могу высосать из себя тепло и передать его тебе! — оживился тот. — Уэйд! — Питер покраснел, пряча руки в подмышки. — Да, это мое имя. /А у нас нет имени./ <Мы голоса в его голове, это же очевидно.> — Но не твое, — надул губы он. — Спайди! Я не знаю твоего имени. <Это конец.> /Настоящий конец света./ — Ах… — тот явно замешкался, закусив губу. — Ты прав… — Так что? Ты мне скажешь? Мы же родственные души, и что-то там еще. И я же не могу постоянно называть тебя Спайди, верно? — Конечно, — кивнул он, приложив руки ко лбу Уэйда, оттягивая время. Не то чтобы он не доверял ему (если только самую малость), но было очевидно, что доверять тайну своей личности наемнику с серьезными психическими проблемами — не самая лучшая идея. А с другой стороны, они же и правда были родственными душами, это же что-то значило, да? — Меня зовут Питер. — Как? — Уэйд с глупым видом воззрился на него. <Ты салат с гуакамоле.> /Я думаю, он все же нам представился./ <Я не ослышался.> /Он сказал, что его зовут Питер./ <Питер? > /Питер./ «Питер… Пит… Пити…» <Ну, мы уже поняли.> /Давно поняли./ — ПИТИ!!!!! — Уэйд закричал так громко, что, Питеру показалось, что его барабанные перепонки вот-вот лопнут. — О, Один, я же знал, что это была плохая идея, — посетовал тот, в то время как Уэйд, словно заведенный повторял его имя. *** Когда их нашли Мстители, Уэйд лежал на полу, завернутый с головы до пят в паутину, рядом с Питером, с подергивающимся глазом.