Лепестки цвета кармина

      Прошел месяц, я решил остаться с Гуком на эти несколько дней. Мы гуляем с Наму, готовим вместе еду и слушаем музыку. Оказывается, Чонгук отлично танцует, и я нашел себе новое хобби - наблюдать за ним в такие редкие моменты, когда он может позволить себе забыться и начать танцевать под любимую мелодию.       Я люблю сидеть на кровати с Чонгуком, держась за руки и наблюдать за нашими часами, в которых уже намного больше лепестков. Красные розы. Они везде. Даже белье, на котором мы сейчас сидим, все в этих цветах. Они прекрасны. Прекрасны, как и мой Чонгук.       От моих мыслей меня отвлекают легкие поцелуи, которыми покрывал мою шею Чонгук, спускаясь все ниже, то переходя на ключицы, то вновь поднимаясь и покрывая каждый сантиметр моей шеи. Кажется, я пропустил тот момент, когда Гук уже нависал надо мной, и его рука скользила по моей груди, изредка задевая соски. Почувствовав, как с меня стягивают штаны, я понял, что краснею от всей этой ситуации, но совсем не хочу это останавливать. Я готов вечно плавиться под этими пухлыми губами на моем животе, этими длинными пальцами, которые надавливают на колечко мышц. Я прикусываю плечо Чонгука, когда первый палец проникает в меня. Гукки склоняется к моему паху и скользит языком по чуть эрегированному члену. Я выгибаюсь, его поцелуи и нежные слова, которые он шепчет мне на ухо, разбавляют эту тянущую боль, когда второй палец проникает в меня. Контраст от его губ и пальцев, растягивающих меня, вызывает туман в голове.       Надавливая рукой на его торс, выпрямляюсь и лишь немного помогаю себе рукой, насаживаясь на его член. Выдыхаю, стараясь не сжаться и не причинить ему боль. Насаживаюсь до самого основания. Тяжелый, прерывистый вздох срывается с губ Чонгука.       Его сильные руки на мое стоящем члене, которые не прекращали движения, а только заставляли всё больше выгибаться от сладостных ощущений. И вот он, первый толчок. Размеренные и легкие толчки позволяют мне привыкнуть к его достоинству, которое пульсировало внутри меня. Движения становятся более быстрыми. Чонгук обхватывает меня за талию, и меня как будто прошибает током, когда при очередном толчке он задевает простату. Цепляюсь за его плечи и бурно кончаю, обессилено опускаясь на локти, и уже терплю последние сильные толчки, чувствуя член Гукки внутри. Громкий стон Чонгука и он кончает, заставляя сжимать эти чертовы кровавые простыни под собой и простонать его имя. Я даже не пытаюсь вытереть всю работу Чонгука со своего тела, а просто обнимаю его и шепчу: «Люблю, тебя Гукки», на что слышу: «Спасибо, Чимин. Спасибо».