Влюбилась в ту,которую ненавидела.

Проснулась я в любимой кровати под стойким запахом чего-то вкусного. С кухни я слышала звуки пения моей богини. Я резко встала с кровати. В глазах на секунду потемнело, а ноги подкосило. Приведя себя в порядок, я пробралась на кухню. И что я там увидела? Мое солнышко, крутя своей аппетитной попкой возле плиты, жарит бифштексы под песню «Woman in the love-Barbara Streisand» при этом еще и подпевает. Это чудо стояло в кружевном белье бежевого цвета и в фартучке с персиками. Не удержавшись перед таким искушением, я подошла к ней сзади и, пританцовывая с ней в такт, поцеловала в шею. Ее восхитительный запах свежести и невыветрившегося парфюма наполнил все мое существо. — Ой, неужели кто-то наконец-то проснулся? Я думала тебя уже будить, — повернув ко мне в пол-оборота голову, произнесла она нежным, еще заспанным голосом. — Ой-ой, я давно проснулась, просто специально ждала, чтоб меня мой персик разбудил, а нет, фиг там был, — с усмешкой сказала я. — Ну простите великодушно, у вашего персика не было времени. Мне-то на работу нужно, а еще между этим покормить тебя, мой хомячок. А тебе разве не нужно в школу?! -лисьими глазами посмотрела она на меня. — Да… нет, ты что, у меня каникулы. Я к Ларке пойду, выпьем с ней винишка за окончание года и за ее отъезд. — Да ты что? А мне сказали, что ваш класс еще неделю будет ходить к 9 на мед.подготовку. Обмануть меня решила? Не выйдет. Кто-то обещал мне быть моим верным защитником и врачом, который излечит любые раны и болезни, — она приподняла брови, будто делая вид, что и тут она все про меня знает. — Вот черт, гребаная школа, тебя срочно нужно вытаскивать оттуда, она же как стекло прозрачная, все до тебя доходит. Даже не улизнуть от тебя, вот ты, конечно, молодец. — Да-да, это так, от меня никто и ничто никогда не улизнет. Так что я тебя завезу к Ларисе только при условии, что ты уйдешь от нее в трезвом состоянии и в срок будешь в школе, хорошо? Иначе я тебя в школу заведу под ручку в свой кабинет, и там будешь сидеть и ждать мед.подготовки, а потом так же за ручку на мед.подготовку. — Ладно, ладно, мой генерал, — скрипя зубами, проговорила я. Вот блин, ничего от нее не скрыть. Вскоре еда была готова. Мы поели, оделись и выехали. На улице была весьма противная погода. Небо серое, с беловатыми разводами, — все признаки указывали на дождь — но при этом был теплый ветер. Тут, смотря в окно, я вспомнила, что сегодня нам нужно с моей королевой к Жанне. — Милая, ты же помнишь, что после работы мы едем на осмотр? — сказав это, я положила свою ладонь на ее руку, которая лежала на коробке передач. Ее передернуло машина начала ехать значительно быстрее. — Эм… Да, я помню, — с дрожью в голосе проговорила она. — Почему ты вздрогнула и ускорила машину? — с невероятной нерешительностью сказала я. —Не знаю, что-то с рукой целое утро, судорога бьёт. — Так, может, не стоит ездить на машине? А вдруг… — на этих словах она меня прервала. — Так, успокойся, все хорошо я же сказала. ЭТО ПРОСТО СУДОРОГА. Может, отлежала или еще что, — внезапно повысила тон она, не отводя глаз от дороги. — Знаешь, мне кажется, что ты что-то скрываешь от меня, мне страшно, неужели ты не понимаешь, страшно не за себя, а за тебя! — на моих глазах проступили слезы от внезапного крика Ольги. На ее лице не дернулся ни один мускул, она мне даже ничего не ответила. Так мы проехали в молчании всю дорогу до Ларки. И только выходя из машины, я сказала: — Я зайду за тобой после мед. подготовки, — и хлопнула дверью. Только я вышла из машины, как она тут же дернулась и уехала. Я поднялась к Ларке, она встретила меня возле порога. — Опа, привет, гоу покурим? — обняла она меня. — А у тебя есть? Гоу. Мы зашли на кухню. Я села на стиралку, а Ларка облокотилась на подоконник возле меня. — Тебя Ольга подвозила? — посмотрела с призрение на мое лицо Ларка. — Да, — рявкнула я. Во мне все бурлило, как в жерле вулкана. Я была на пороге нервного срыва. — Эй, а чего ты так орешь, что случилось? Вы поругались? — она подошла ко мне и обняла. — Ай, да, блять, просто надоело, мне кажется, что она от меня что-то скрывает по поводу болезни. Сегодня ехали, и я ей напомнила об обследовании, а у не рука дернулась. Я начала спрашивать, что это было, а она ни с чего начала орать, что у нее все заебись и тип это просто судорга, — и опять проступили слезы. Ларка прижалась еще крепче и сказала: — Может, она боится тебя ранить, ведь видно, что она старается, пьет все те таблетки, что ей прописали, и ходила на обследование, и т.д. Успокойся, в крайнем случае, сегодня вы все выясните, я думаю, Жанна тебя не обманет. — Ну, это да. Ай, блять, надоело. Ведь она знает, что бы там не было, я всегда с ней. Докурив, мы пошли в зал и налили по бокалу красного полусладкого «shoto taman' duo», заныканного нами к концу года. — Мне нельзя много пить, на подготовку обещала этой какашке прийти, — проговорила я, предупреждая Ларку. — Ну ок, тебе же никто не заливает, лол. Да и я много не буду, потом выпьем, я ж не лысая, одна пить, -пыталась поддержать меня Ларчик, смеясь. — Ну хорошо, полная. Ловлю на слове. Время близилось к 8.30, и мне нужно было выходить. Скурив по еще одной, я ушла. На улице уже распогодилось, и я больше не печалилась, что попаду под дождь. Быстрым шагом я дошла до школы. Поднимаясь по лестнице, я почувствовала, что меня кто-то схватил за плечо. — А-а, зачем так пугать?! — вскрикнула я, обернувшись назад. Там была Анна. — Что, пришла на мед.подготовку? — засмеялась она. — Да, ненавижу ее и всех, кто с ней связан. — Значит, и меня сегодня будешь ненавидеть, потому что я веду ее сегодня, химичка не вышла на работу. — Вот черт, еще лучше! — сказала я со стебом. — Ой, ладно, можешь, если не хочешь, идти к Ольге. Кстати, чего это она написала сегодня заявление на уход с работы раньше на два часа? — Хм, странно, не знаю, мы сегодня собирались идти к моей знакомой-врачу. Это интересно. А ты откуда знаешь? — Ну, я заходила в приемную и увидела на столе ее заявление. Только, если у вас будут по этому поводу разборки, не говори ей, что это я тебе сказала. — одновременно с этими словами Юла схватила меня под руку. — Ладно, пошли на мед. подготовку. Кстати, у Ольги же заканчивается рабочий день в 2? — Ну да, как и у всех на каникулах. — Значит, если она написала уход на 2 часа раньше, уйдет она где-то в 12.50? — Да, Насть. — Можешь меня отпустить в 12.30? — Да, хорошо. Пойдём, а то уже все ждут. Мы с Анной пошли к кабинету, где проводилась мед.подготовка, и я уже была даже рада, что она у нас ее ведет. Просидев до 12.00, я вышла позвонить Жанне. — Алло, привет, Жанна. Слушай, тебе сегодня моя подруга не звонила? Я подумала, что, скорее всего, Ольга поедет к Жанне одна, без меня, и, зная ее, она бы смогла уболтать столь сентиментальную Жанну на то, чтоб не рассказывать мне ничего плохого. — Привет. Да. Она позвонила сказать, что приедет раньше и без тебя. А что, ты все-таки сможешь? — Да, смогу, но дело в том, что я думала, что мы приедем, как договаривались с ней, в 15.00, к тебе. Но, видимо, ей правда есть, что скрывать, раз она решила обмануть меня. Я сейчас закажу таки и приеду к тебе, только ничего ей не говори, если позвонит. Зайдя обратно в кабинет, я попросила шепотом Аню заказать мне такси. Как ни странно, она без лишних вопросов исполнила мою просьбу в ту же секунду. Такси подъехало через 10 минут, до клиники Жанны ехать 20 минут, я еще успевала. До 12.00 мне оставалось проехать одну улицу, но тут была проклятая пробка. Решив, что я не сильно опоздаю, я не стала торопить таксиста, чтоб тот хотя бы посигналил. Наконец, спустя 20 минут пробка рассосалась, и мы двинулись, доехали очень быстро, за 5 минут, на часах было 12.30. Ольга должна была уже быть там, если учесть, что по времени она, скорее всего, тоже опоздала, но приехала на 10 минут раньше. Оплатив такси, я вошла в клинику и стремительным шагом почти бежала к кабинету Жанны. POV Ольга Я не знала, как отреагирует Настя на то, что увидит ее подруга на моем МРТ и рентгене, и решила съездить одна, а ей сказать, что с работы раньше отпустили, и я не стала ее забирать со столь важного урока, как мед.подготовка. С Жанной я договорилась без проблем, мне удалось уйти с работы уже в 11.30 и не пересечься с Настей. К моему удивлению, улица, которая никогда не стояла, сегодня встала в пробках, но меня от движения отделяли лишь три машины и я приехала, слегка опоздав на минут 5. Я зашла в кабинет. Меня встретила рыжеволосая с невероятно зелеными глазами женщина, как оказалось, это и была Жанна. Как только я вошла, она меня спросила, улыбнувшись слишком подозрительно: — Здравствуйте! Вы Ольга? — Здравствуйте! Да. Настя не смогла приехать, она на мед.подготовке., — что-то все-таки встревожило меня в ее взгляде. — Ладно. Есть ли какие-нибудь у тебя… ой, простите, у Вас жалобы? — явно хотела перейти на «ты», но внезапно споткнувшись. — Эм, можем перейти на «ты», если вам так будет легче. Явных нет, но уже два дня почти все время сводит судорогой то руки, то ноги. Но я не считаю, что это может быть связано с моим заболеванием, — оправдывалась я. — Ох, спасибо, просто так сложно обслуживать друзей знакомых. Хм, очень интересно, а какие ты таблетки принимала? — она изучала меня взглядом, возможно, искала что-то. Я протянула весь список моих терапий, помеченным подписью врача. — Это просто вздор! Я полагаю, ты дуришь Настю, я знаю этого врача и его подпись, она невероятная. Зачем ты это делаешь? Вот по лицу видно, что ты сделала только 6 процедур из 12-ти, это я тебе говорю, как специалист высшего уровня, — она резко изменилась в лице и приняла строгий вид. — Ладно-ладно, да, я подделала подписи за эти гребаные 6 процедур, но я больше не могу, мне становилось не лучше, а хуже от них, я перестала верить в свое выздоровление, а как только перестала ходить на них, стало лучше: и румянец появился, и волосы начали расти, да и внутри было так легко. А таблетки я все принимала, — с разочарованием на лице сказала я. — Слушай, я просто не хотела, чтоб Настя видела меня каждый день в таком состоянии. — Ладно, но ты понимаешь, что-то, что ты не закончила курс, ничего не дало, просто замедлило твои симптомы, а таблетки дали побочные эффекты, видимо, в виде легкости внутри. Вот и все, — она подошла ко мне и обняла за талию. — Вроде бы взрослая женщина, а ведет себя так не разумно, не понимаю, зачем так изводить себя, мне кажется, что Настя за тебя очень волнуется и, видимо, ты для нее не просто друг. Но не стану вникать в вашу жизнь, давай приступим к обследованию. — Жанна провела меня до аппарата КТ. Я разделась и надела все, что нужно было для обследования, легла на подстилку и закрыла глаза. — Фобий же у тебя, надеюсь, никаких нет, например, боязнь закрытого помещения и тому подобного? -спросила Жанна, взяв меня за руку. — Нет, — сухо ответила я. — Тогда начнем. — с этими словами она удалилась из комнаты за стекло. Аппарат двинулся, и на моём лице почувствовалось легкое тепло, хоть глаза и были закрыты, но в них светил настолько яркий свет, что это не помогало. Когда все закончилось, и койка начала выдвигаться обратно, я ощутила дрожь, охватывающую меня и все мое тело. Когда я привстала и не поняла, почему Жанна до сих пор не вышла, я повернула голову с непонимающим взглядом на стекло. — О, нет, Настя. Ты все не так поняла, прости-прости! — за стеклом я увидела Настю, стоящую, сложив руки на груди, и смотрящую на меня, испепеляющим взглядом. Мне стало так страшно и обидно за девушку, я хотела провалиться под землю, но увы, это было невозможно. Мне оставалось только смотреть на Жанну, которая уже взяла результаты в руки и что-то интенсивно объясняла Насте. Интересно, что же она там нового увидала, кроме того, что я не сделала все процедуры? Спустя минут 10 они вышли. Жанна вышла вполне со спокойным лицом, даже можно было сказать, что там больше бушует уверенность в себе и улыбка от мыслей в голове. А Настя вышла, на мое удивление, улыбаясь, но она была не от счастья, а от чего-то другого. Я знала, что что-то плохое Жанна найдет точно, потому что я не исполняла все предписания врачей. И эта мысль приводила меня не в ужас за себя, а в ужас за моего самого любимого человечка. POV НАСТЯ Когда я пришла к Жанне, она впустила меня через другую дверь, потому что процедура КТ началась, а посторонним там находиться нельзя. Я стояла и смотрела, даже не задавала лишних вопросов Жанне, просто молча наблюдала. — Ты знаешь, что она не все процедуры химиотерапии прошла? Хотя, откуда ты могла знать, она тебя дурила, как первоклашку, — завела разговор Жанна. — Что?! Как??! Как она могла?! Не понимаю, зачем? -меня как будто током ударило, не могла даже пошевелиться. Жанна взяла меня за руку и сжала её, сказав: — Ну, ты не переживай пока, я это выявила на глаз, может, и правда ей стало намного лучше, но тогда это был не рак. — А что тогда? Не могу, у меня скоро сдадут нервы, это невыносимо, что я делаю не так? И стараюсь делать все, чтоб она не оставалась никогда одна, и люблю ее безумно, чего ей не хватает, почему бы просто не сделать так, как я попросила? — мне стало дико обидно и в тот же момент страшно: что если не рак, что? — Все-таки твоя новая бабенка. И где ты их таких берешь? Ой, прости, не смогла выдержать, ты же знаешь меня, — она усмехнулась, но в глазах читалось сочувствие. Я не винила Жанну в ее легкомыслии, и сама была такая, мы давно дружим и поэтому никогда почти не обижаемся на друг друга. — Ну да, мы любим друг друга. Каких — таких, — кстати? — с презрение и улыбкой уже посмотрела я. — Ну как всегда, конечно, твой выбор красив и хлещет харизмой да и умом, и ты как всегда правильно приняла мой намек. Почти все были старше тебя, я бы ей дала лет 30. Неужели не угадала? — Не-а, хорошо сохранилась, да? Ей 45 годиков, но ведет себя она как будто младше меня, правда, в школе она гроза, — я рассмеялась. Взяла гордость за то, что моя малышка выглядит на целых 15 лет моложе. — Ёпт, нифига себе, ты что, мать? Ну ладно было у тебя 25, но 45 — это уже перебор, хотя, признаюсь, выглядит она действительно хорошо. Да и ведет себя действительно, как ребенок, — высказалась Жанна. — Ну… любви все возрасты покорны, подруга. Она мне уже давно нравилась, и тут удача, — вспоминала тот день, когда у нас все произошло впервые, вспоминалось это с невероятной нежностью и болью из-за того, что теперь с нами происходит. — Так, очень интересно, скажу сразу, можешь выдохнуть, рака у нее больше и вправду нет, но есть опухоль, от которой и были ей назначены таблетки. Написано, что она их каждый день принимала, но, минуточку, написано, что они от опухоли, а они от того же рака для терапии. Что за хрень? Либо врач сделал опечатку, либо она сама дурит что-то. Ладно, пойдём разберемся, — сказала Жанна, и мы вышли из стеклянной кабинки в приемный кабинет. Ольга уже привстала и почему-то плакала и просила простить ее, только вот за что? За то, что она не ходила на все процедуры, или за то, что обманула и поехала без меня, а, может, еще за что-то новенькое? Сказать, что я была зла, — ничего не сказать, но моя любовь к ней все глушила. Эта засранка меня так бесила, но ее глаза говорили, что она сдается, и поэтому я плакала вместе с ней, но не показывала этого. Я подошла к ней, обняла и сказала: — Солнце, все хорошо. И не стоило ехать без меня. Рака у тебя и вправду нет, но то, что ты не закончила курс, очень плохо. Ну, впрочем, пускай тебе все Жанна объяснит. Жанна разглядывала снимки и результаты другого теста, который я ей послала 3 дня назад. — А что это за бумажки? — спросила Ольга, указав на те самые, что я прислала Жанне. — А это тест на внутренние токсины и т.д. Просто Жанна предположила, что-либо ты беременна, что вызывает судороги у больных онкология ми, либо много принимаешь алкоголя. Но ты же всего этого не принимаешь, да и тем более не беременна, правда? -спросила я, улыбаясь. — Ну… Да, конечно. Ты же со мной почти 4 дня в неделю, правда, не круглосуточно, но все же. Мама не узнает, пока не выпустишься, пупсик, — на ее лице выступил пот, она заволновалась и сказала это очень боязно. — Так, а вот тут не надо врать, по анализам видно, что ты, Ольга, пьешь через день и причем не просто какое-то винишко, а что-то на подобие хорошо выдержанного коньяка. Плохо ты смотришь за своей сударыней, Насть. Это и вызвало опухоль и, кстати, те симптомы во время секса тоже опухоль, она была доброкачественной. Врач ваш промахнулся на снимке. Если бы стаж был такой, как у меня, было бы все хорошо, -приподняв брови и сделав высокомерную улыбку, сказала Жанна. Она, конечно, была провокатором, но всегда старалась помочь. И тут мне стало стыдно и за себя и за нее перед Жанной. Как так? Когда успевала? Какие причины? Меня рвало, и тут мои нервы не выдержала, я закричала: — Что?! Да как ты могла?! -я подошла к Ольге и начала трясти ее за плечи. — Я наивно тебе верила, как дурочка, ты что, блять, не понимаешь, что ты можешь умереть из-за опухоли, а она бухает! Зашибись, принцесса! Как только я за порог, так ты сразу бухать?! Может, еще и с Андрюшкой там развлекаешься, что-то давно я этого пидорка не видела?! -я трясла ее еще сильнее, она мне не отвечала. И только когда я уже вышла из себя и хотела ударить ее по щеке, Жанна меня остановила. — Успокойся, Насть. Ваши дела и вправду не очень хороши, потому что она беременна. — Жанна обняла меня и прижала как можно крепче к себе. Эта новость была убивающей, я почувствовала подкосившиеся ноги. Я чувствовала все, что происходит со мной. Слышала, как бьется мое сердце, каждый удар, глаза закрывались, но на последних силах я приоткрыла глаза и села в кресло, прошептала: — Не ожидала. Мы больше никто друг другу. Видимо, моя любовь к тебе была навязанной. -меня отключило, я слышала все, но не могла отреагировать. Я слышала, как Ольга, лежа на моей груди, кричала: — Настя, Настя, что с тобой?! Это все было по-пьяне на той неделе на корпоративе, потом он начал ко мне приставать и все случилось, просто была в говно! Прости! — ее слезы доходили до ее рта, а соленые губы целовали мои руки. Я все это чувствовала: каждый запах, каждый шорох — так же слышала разговор Жанны: — Зачем ты так с ней? Она тебя не простит. Если Настя смогла полюбить женщину старше себя на 28 лет, значит, ты, получается, ее обманывала в чем-то, но в чем? Ты давала ей любовь, но не всю, видимо, раз она была слепа. Потому что, когда люди отдаются без остатка друг другу, они видят насквозь друг друга. — Я ее люблю всей душей, всем сердцем, просто я запуталась. Но запуталась не в людях, не в партнерах, а в себе. С Андреем это было один раз и по-пьяне полторы недели назад. Я была в дрова, поверь, я до сих пор корю себя. — Ольга истерически плакала, а Жанна стояла и выменяла мне пульс. — Поздравляю, у нее нервная кома! -произнесла Жанна. — Вызываем санитаров, я положу ее в VIP. Тебе лучше вообще первые три дня не появляться у нее в палате. Сама понимаешь. А, кстати, завтра на операцию, будем опухоль удалять — сказала Жанна Ольге. — А с ней точно все будет хорошо? Это как, нервный срыв или что? Ты будешь удалять мне опухоль? Ой, что-то мне нехорошо, можно водички? — Ольга облокотилась о кресло, где все еще без сознания лежало мое тело и ждало санитаров. — Да, я удалю и еще нам придеться сделать тебе аборт, потому что мы не знаем выдержит ли ребенок в стрессовом организме. Там ничего сложно, но если бы Настя не спохватилась, ты бы могла умереть, вместе с ним. Тебе повезло, что она так любит тебя и знает меня. Настя, а что Настя, похоже это на обычный обморок, только на протяженное время, через день или два должна прийти в себя. — после этих слов пришли санитары и забрали меня.