Секреты Нарю. Жизнь или смерть?

      – Хён, ты достал информацию по Мин Юнги? – с порога задаёт вопрос Чонгук, скинув с себя верхнюю одежду, и присаживается на соседний от Чимина стул.       – В данный момент только общие сводки, Чон, – Пак тяжело вздыхает, сжимая пальцами переносицу и с силой зажмуривая глаза, ведь поспать ночью так и не удалось.       – Опять всю ночь пялился на девочек, которые в порыве страсти выкрикивают немецкие слова? – Чонгук двусмысленно двигает бровями, оторвав взгляд от монитора, свет от которого отражается в глазах напарника.       Чимин уже не реагирует на подколы младшего, ведь знает, что переговорить его не сможет. Всю свою бессонную ночь он разыскивал закрытые данные по поставщикам амальгамной нити. Несколько раз в прописанных кодах он видел несостыковки, и по ним нельзя было точно сказать, что покупки были совершены на территории Кореи. Несколько адресов находились в США и числились за крупными развлекательными сетями. Чимин выяснил, что нить используют для исполнения трюков мировых звёзд и фокусников, если те не хотят раскрывать свои секреты полётов над сценой. Вполне безобидная, на первый взгляд, вещь, если не учитывать того факта, что с помощью неё было удачно совершено преступление.       – Мин Юнги, тридцать лет. Воспитывался в семье обычного клерка и учительницы старших классов до шестнадцати лет. Когда ему было шестнадцать, его родители погибли в автокатастрофе. Глава семьи не справился с управлением, и они съехали с обрыва. Причиной неисправности машины выявили повреждение тормозного шланга. Мин Юнги в тот момент находился у сестры матери. После смерти родителей опека над несовершеннолетним передалась по праву ей. В восемнадцать он устроился в Kain в качестве помощника бармена, и по прошествии нескольких лет он добился повышения до администратора. Ещё несколькими годами позже – стал правой рукой сынули его начальника, и по сей день он занимается его поручениями, – на одном дыхании выпаливает Чимин и вздыхает полной грудью, на что Чонгук удивлённо присвистывает. Ему точно стоит отдохнуть. Сегодня.       – Ты не перестаёшь меня удивлять, – Чон похлопывает напарника по плечу, – но тебе точно надо взять перерыв. А не то в скором времени у нас появится Хосок-хён номер два, и на одного «зомби» в нашем отряде будет больше. Хотя зомби тоже люди, только «несвежие», – и заливается смехом, не обращая внимания на Пака.       Внутри Чимина взрываются тысячи фейерверков, затуманивая его и без того нерабочий мозг и заставляя приструнить до боли расслабленного мелкого. Если этого наглого человека вовремя не остановить – всё пойдёт под откос.       – Чонгук, ты знаешь, что от смеха ещё никто не умирал, кроме тех, кто пошутил неудачно? – Пак выгибает бровь, глядя на постепенно затихающего младшего, у которого зрачки немного расширяются, а взгляд бегает по лицу напротив.       – Хён, ты слишком нервный. Тебе нужно завести кота. – Детектив медленно поднимается и неспешным шагом движется в сторону выхода.       – Действительно, – хмыкает Чимин и приподнимается так же медленно, постепенно искажая лицо в оскале, – коты помогают снять стресс и нервное напряжение, и ведь правда: пнёшь засранца – и сразу легче. Только вот, Чон-и, – выдерживает паузу, – мне кот не нужен, когда у меня есть ты…       Резкий хлопок двери заставляет Пака облегчённо выдохнуть и расслабиться. Улыбка появляется сама собой, и плохие мысли в один момент покидают его перегруженную голову. Он смог. Рабочий день начался час назад, и сегодня он и так перевыполнил план. Выпросив у шефа выходной и представив данные, собранные им и двумя другими офицерами по другому делу, Чимин решает сегодня расслабиться. Озарение возникает внезапно, словно разряд молнии в пасмурный день. Вытащив из кармана телефон, он набирает знакомый ему номер:       – Чонгук, ты ничего не забыл? – Глаза блаженно прикрываются, и нега растекается по всему организму.       – О чем ты, хён?       – Где. Моё. Мясо? – отчеканивает Пак, стараясь придать голосу как можно больше строгости, но совладать со своими эмоциями получается с трудом.       – Давай завтра. Обещаю, что я вывезу тебя, куда захочешь, – голос по ту сторону трубки заметно напряжён.       – Нет, Чон. Сегодня, и это не обсуждается, – Чимин настаивает на своём, ведь малой ещё долго будет оттягивать, если не надавить на его девственный мозг.       – Я сегодня не смогу. У меня встреча. Хён, пожалуйста, давай завтра, – умоляющие нотки в его голосе не заставляют дрогнуть стальные нервы Пака.       – Я сказал – сегодня. И больше ничего не хочу слышать. До вечера! – Чимин сбрасывает вызов и вдыхает полной грудью свежий весенний воздух.       Перед офисом, возле патрульных машин, стоят полицейские, о чём-то переговариваясь и иногда посматривая на проезжую часть. Большинство из них – необъятных размеров пухляши, которые поедают пончики с капота машины, попивают кофе и лениво почёсывают выпирающее брюхо. «Где же ваш спортивный дух? Набили животы, рассказали пару домашних историй таким же колобкам и поехали кататься по городу, не обращая внимания на всё, что творится на улицах. Бесит». Тряхнув головой, Пак засовывает руки в карманы и движется в сторону остановки. До вечера надо восстановить свои силы, а там можно и развлечься. Но сначала – сон.       – Ну и что теперь делать? – Чонгук тяжело вздыхает и устало опускается на лакированный стол, обдумывая вечернюю вылазку. В груди клокочет чувство тревоги, стремясь разорвать грудную клетку и вырваться наружу. Тэ-хён ожидает его вечером в своём заведении, и, как поступить с Чимином, он не знает.       – Малой, ты чем-то недоволен? Что за кислая мина? – раздаётся довольный голос Хосока между полками архивного шкафа, после чего появляется лицо с хитрым прищуром и широкой улыбкой. – Неужели некая малышка обломала тебе вечерний секс?       Офицер, захватив несколько листов, выплывает из рядов и движется в сторону детектива. Чонгук поднимает взгляд и рассматривает сияющее лицо напротив. В голову лезут изощрённые мысли – поиздеваться над хёном, но совесть молчит и не желает вмешиваться. Голова забита абсолютно другим. Хосок ожидал нечто колкое в свою сторону, но поразительное молчание заставляет его стереть улыбку и присесть рядом с младшим, рассматривая его растерянное лицо. Гук прикрывает глаза, дабы спрятаться от изучающего взгляда; спешно собирает бумаги, принесённые хёном, и быстрым шагом покидает архив, не обращая внимания на нахмуренную пару бровей. Чонгука терзают сомнения относительно Тэхёна и Чимина. Как Тэхён отреагирует на чужого человека? Встреча должна состояться тет-а-тет. Голова взрывается от неопределённости, стремительно посылая сигналы в тело, которое не желает работать с мозгом. Не раздумывая над своими действиями, Чон достаёт телефон.       – Хён? Ты не будешь против, если со мной придёт друг? – Детектив прикрывает динамик, слушая десятисекундное молчание и изредка поглядывая на проходящих мимо офицеров, которые косо смотрят на шифрующегося детектива.       – Чонгук? – протяжное томное выдыхание сопровождается громкими битами и гомоном. – Этот друг с твоей работы? – получив однозначное «да», Тэхён хмыкает. – Приезжайте. Но не забудь: это дружеская встреча. Я надеюсь, что не увижу на тебе рабочей одежды.       Чонгук слегка опешивает от двусмысленности сказанного, но вовремя берёт себя в руки.       – Это встреча давних друзей, хён, – Гук лукаво улыбается, мысленно радуясь тому, что одобрение встречи прошло гладко. Сбросив вызов и положив телефон в карман, он движется в сторону парковки.       Чёрные узкие джинсы, крепко облегающие накачанные бёдра; свободная белая футболка с V-образным вырезом, украшенным серебряной цепочкой с подвешенным на ней кольцом; поверх – кожаная куртка с металлическими вставками на груди. Несколько гвоздиков в ушах поблёскивают при каждом движении парня. Серебряные часы на руке показывают половину девятого. Хищный взгляд подведённых чёрной подводкой глаз устремлён на железные двери огромного трёхэтажного здания, из тонированных окон которого вырываются разноцветные лучи. Огромная вывеска «Paradise» подсвечена неоновыми прожекторами, мигающими светодиодами – мечтой эпилептика. Биты, доносящиеся сквозь толщу стен, завораживают сознание, медленно пробираясь в каждую клетку тела, создавая вибрации по всему организму.       Изучение этого заведения прерывает ладонь, аккуратно опущенная на плечо. Чонгук оборачивается и удивлённо присвистывает. На Чимине джинсовая куртка с подкатанными рукавами; под ней виднеется обтягивающая чёрная футболка с пёстрым принтом, не скрывающая подкачанную грудь и прорисованные кубики пресса. Чёрный чокер с блестящим камнем украшает тонкую шею. Голубые потёртые джинсы прорезаны, открывая вид на острые коленки. Чон невольно ухмыляется такому решению в одежде, что изрядно ему к лицу.       – Прекращай пожирать меня взглядом, похотливый извращенец, – смеётся Чимин, – иначе твоим пассиям придётся сказать, что ты подался в голубые дали. Тогда ни одна к тебе не подойдёт.       – Хён, ты отлично выглядишь. – Чонгук закатывает глаза, пытаясь совладать с назойливым напарником. – Я тебя в последний раз такой «нарядной» видел на нашем выпускном. – За что получает тычок локтём в рёбра. – Когда ты налакался виски и полез на стол со стаканом в руке, крича, что сейчас покажешь самый лучший стриптиз. – Когда вспоминаются моменты совместных попоек, невольно поднимается настроение.       – Ну, нужно же когда-то отрываться. – Скрестив руки на груди, Чимин спокойно пожимает плечами. – А теперь веди меня на встречу с красивыми цыпочками. – Подняв руку вверх, офицер слегка заминается. – Кстати, с каким другом у тебя тут встреча?       Чонгук в ответ многозначительно молчит и кивает в сторону входа. Он даже не представляет, чем это может обернуться.       Толпа медленно просачивается в железные двери этой обители. Перед входом стоят два человека, одетые в строгие чёрные костюмы, и настороженно рассматривают входящих людей, тщательно проверяя их карманы. Когда подходит очередь Чонгука и Чимина, один из охранников внимательно рассматривает их лица, обдавая несвежим дыханием и поглядывая на планшет. Одобрительно кивнув, они открывают двери со словами: «Второй этаж. VIP – X зона. Центральная лестница».       Огромное помещение, примерно несколько сотен квадратов, встречает белыми клубами тёплых паров, нещадно забивающих рецепторы Чона. Кисло-сладкие, мускусные, цитрусовые запахи вперемешку с запахом потных тел, дорогих парфюмов и алкоголя. Дикая смесь вызывает желание развернуться и покинуть рассадник этого убийства клеток. Танцпол забит толпой разгорячённых тел, сливающихся в одно целое под глубокие биты, извивающихся и соприкасающихся друг с другом всеми участками кожи. Сердце качает кровь, сливаясь с басами в унисон, – неприятное ощущение. Столики, за которыми расположились далеко не бедные люди, «украшены» девушками в развратных нарядах, так и липнущих к телам своим клиентов; ласкающих своим голосом уши этих людей. Снующие официанты разносят заказы, пытаясь в то же время увернуться от назойливых лап старых извращенцев.       «Что здесь, твою мать, происходит?» – единственная мысль в голове Чона, которая не даёт ему покоя.       Центральная лестница заметна сразу: мрамор, обрамлённый витиеватыми золотыми узорами, призывает ступить на этот ангельский путь, в конце которого сияет бордовый свет, завлекающий в свои сети. Схватив ошарашенного Чимина, который с открытым ртом наблюдал за всей анархией, что творится на первом этаже, Чонгук спешно поднимается вместе с ним по лестнице.       – Ты это видел? Видел? – Огромными глазами Пак смотрит на Чона. – Да тут можно развлекаться круглые сутки!       – Хён, мы здесь по другому поводу, – цыкает Гук и сразу прикусывает язык.       – То есть мы сюда не развлекаться пришли? – Чимин изгибает бровь, зло уставившись на Гука. Не такой исход он ожидал от своего отдыха.       – Сначала мне надо с другом встретиться, – Чонгук слегка заминается, но решает добавить: – А потом пойдёшь разбрасывать феромоны на доступных дам.       – Что у тебя за друзья такие, которые могут тратить деньги на такие заведения.       Коридорам, кажется, нет конца. Длинная бордовая дорожка простирается между стен, освещённых разноцветными надписями. Чем дальше парни идут в глубь этажа, тем чётче различимы звуки. Сквозь двери, находящиеся друг напротив друга, доносятся протяжные стоны и звон недешёвого стекла; пошлые причмокивания сопровождаются истеричным смехом. В конце коридора виднеется дубовая дверь с большими белоснежными колоннами. Над ней подсвеченная надпись – «VIP-X». Цель достигнута, и можно укрыться от наружного гама, полного похоти и разврата. Чонгук открывает дверь.       Большое помещение с изысканными картинами, по бокам которого расположены несколько античных столиков с алкоголем. Огромное, слегка тонированное панорамное стекло открывает вид на всю нижнюю площадку, где цветёт буйство красок светящихся лазеров и лоснящихся тел. По центру помещения стоит огромный кожаный диван. Глаза Чонгука увеличиваются в размерах. Внимание привлекает кресло в винтажном стиле, расположенное возле дивана у стекла. Даже не само кресло, а спина, судя по всему, молодого парня. По ней блуждают тонкие, изящные пальцы, пробираются под тонкую футболку, очерчивают разнообразные узоры, иногда поглаживая короткие белые шорты. Тонкие ноги парня раскинуты по обе стороны подлокотников кресла, а руки закинуты на шею сидящего. Пошлые причмокивания сопровождаются хриплым постаныванием и выгибающейся навстречу этим рукам спиной, но вскоре движения прерываются открывшейся входной дверью.       За телом смущённого парня показывается каштановая макушка, обладатель которой, заметив гостей, ехидно ухмыляется. Хлопнув по заднице сидящего на нём юношу, Тэхён шепчет что-то ему на ухо. Парень слегка кивает и спешит ретироваться из комнаты, захватив с собой несколько раскиданных вещей. Дверь захлопывается, и Чонгук переводит взгляд на Тэхёна: его рубашка расстегнута на несколько пуговиц, оголяя острые ключицы, грудная клетка размеренно поднимается, а раскрасневшиеся от поцелуев губы только придают шарма этому образу разгорячённого тела. Несколько минут взаимных взглядов прерываются голосом со стороны:       – Твой друг Ким Тэхён? – Чимин переводит обескураженный взгляд на Гука, ожидая от него ответа. – Почему в следствии этого не указано?       Чонгук не знает что ответить. Если бы он указал о связи с Тэ, его бы отстранили от дела в связи с личностными мотивами, и он не смог бы докопаться до правды.       – Чимин, это дружеская встреча. И я буду рад, если ты будешь молчать по этому поводу. – Чон настойчивым взглядом усмиряет интерес своего напарника. Пак слегка тушуется, но всё-таки решает отступить.       – Я ждал вас немного позже. – Тэхён облизывает покрасневшие губы, переводит дыхание, застёгивая последние пуговицы, и жестом показывает гостям на диван.       Переглянувшись, напарники принимают приглашение. При виде довольного Тэхёна у Чонгука в груди возникает непонятное чувство, которое разрастается жаром по всему организму. При воспоминании о том мальчишке, сидевшем на его коленях в развратной позе, хочется слегка переехать его чем-нибудь весомым. Глядя на всё ещё разморенного от поцелуев хёна, Чон невольно прикрывает глаза, дабы не встречаться с омутами всё ещё возбуждённых ореховых радужек.       Тэхён переводит взгляд на парней и блуждает взглядом по телу Чонгука. «Весьма неплохо. Времени зря не терял», – адские огоньки в глазах Тэхёна пляшут, подогревая интерес к персоне его старого друга.       – Давно не виделись. О чем ты хотел поговорить, Тэхён? – Чонгук задаёт вопрос в лоб, стараясь направить свои мысли в нужное русло.       – Так сразу? – Тэ склоняет голову набок, натягивая на лицо улыбку и продолжая рассматривать Чона, но вдруг переводит взгляд на Чимина. – Может, представишь нас? Мне очень интересно, откуда он меня знает.       Чимин вперивается взглядом в Тэхёна, изучая новое лицо. Красавчик, ничего не скажешь. Но первое хорошее впечатление вылетело вместе с тем полуголым пареньком. Закусив щёку с внутренней стороны, Чимин решает всё-таки познакомиться. Если он друг Чонгука, значит, возможно, неплохой человек.       – Пак Чимин. Двадцать семь лет. Напарник Чонгука, – парень слегка заминается, встретившись с пристальным, изучающим взглядом, облокачивается на край дивана и продолжает: – В последнем деле я отправлял данные по Ким Тэ Джуну и Ким Тэхёну – Чонгуку. Вот тогда я и изучил твоё дело. – Пак пожимает плечами и на несколько секунд замолкает, наблюдая за сходящей с лица улыбкой напротив.       Тэхён не ожидал того, что появятся левые люди, знающие о нём. Хотя чего он хотел от работников полиции, тем более после возникновения трупа на своём складе. Что они просто пустят всё на самотёк? Слишком легкомысленно. Прикусив губу и закрыв глаза, он откидывается спиной на спинку кресла, размышляя о том, что нужно действовать. Иначе всё выйдет из-под контроля. Он проводит пальцами по немного спутанным волосам, и его взор падает на притихшего Чонгука, чей взгляд направлен на стекло с разноцветными бликами от софитов.       – Чонгук-и, почему ты молчишь? – Тэхён старается разрядить напряжённую атмосферу. – Неужели ты всё ещё обижен за случай в детстве?       Гук встречается взглядом с чёрными омутами, поедающими его заживо, и произносит единственное, что он может выдавить из себя: «О чём ты?» – вопросительно подняв брови.       – Да брось, – Ким улыбается, и воспоминания маленького ребёнка накатывают с новой силой. – Помнишь последнюю нашу встречу? – Он делает небольшую паузу, водя пальцем по узорам на ручке кресла. – Ты сбежал от меня из-за грёбаной игрушки. Я, конечно, тогда жутко расстроился. Но найти тебя больше не смог.       – Хён, – устало вздыхает Чонгук, – мы были детьми. И это было сто лет назад. – Неужели хён не забыл этот случай до сих пор, хотя его и не в чем винить. – Кое-что случилось, и после того дня мы с матерью перебрались в Сеул, – слегка притихшим голосом продолжает Чон.       Тэхён слегка хмурится, но не вдаётся в подробности. Если захочет – расскажет. Он не будет его торопить. Стряхнув мешающую чёлку с глаз, Ким нажимает кнопку на часах, произносит: «Стол четыре», – и переводит взгляд на недоумевающих напарников.       – А я было подумал, что ты настолько обиделся из-за игрушки, что решил со мной не видеться. – На что Чон закатывает глаза и бормочет: «Детский сад». – Хотел купить тебе вертолёт. Только не тот, который у тебя был, а, скажем, раз в тысячу больше и в миллион дороже. Да и весом на несколько тонн больше. – Тэхён заливается смехом, глядя на расширившиеся глаза Гука, который явно такого не ожидал. Но то, что тот понимает, – смех настоящий. Чонгук склоняет голову и улыбается от глупых мыслей Тэ. Дети всегда были легкомысленными, но терзает одно «но» – откуда у него столько…       Чон не успевает додумать: входная дверь распахивается. В комнату заходят несколько человек в чёрно-белых костюмах и вносят чёрный полированный стол. Следом за ними въезжают тележки с разнообразными видами адского пойла разнообразных оттенков, призывающими насытиться и пуститься в разгул на всю оставшуюся ночь. Тэхён загадочно улыбается, рассматривая лица его гостей, и жестом приказывает людям в форме удалиться.       Стол заставлен алкоголем. Чимин садится напротив Тэхёна, спиной ко входу, в то время как Чонгук располагается на приятном кожаном диване, блаженно потягиваясь. Разговор парней постепенно выстраивается. Находятся общие темы у Пака и Кима: манга, танцы, компьютерные игры, а в особенности – надоедливый Чонгук. Мнения сходятся. Рассказы Чимина о вечных приколах Чона не обходятся без задористого смеха Тэ и фразы «Не изменился». Детектив со стороны наблюдает за беседой будто закадычных друзей, стараясь не нарушать эту идиллию. Под действием алкоголя на мозг заметно притупляется осознание ситуации. Абсолютная эйфория приходит на смену напряжённого состояния, позволяя дышать более свободно и погрузиться в уютную атмосферу комфорта.       Тэхён посматривает на часы, недовольно цыкает и опрокидывает в себя очередной стакан абсента, сдвигая брови от ядрёного привкуса. Парни пропускают по несколько порций адского напитка, и Тэ решает начать разговор, который он сознательно готовил.       – Чонгук-и, – Ким вертит пустой стакан, пальцами перебирая выбитые на нём узоры, и выдерживает небольшую паузу, обращая взгляд на брюнета, – ты доверяешь Чимину?       Напарник Гука сводит брови и заинтересованно поглядывает на Тэхёна. Чон слегка теряется, пытаясь понять причину этого вопроса. Чим всегда был рядом и ни разу не дал повода усомниться в себе. Ну, за исключением некоторых аспектов по отношению к противоположному полу. Несколько раз обладатель рыжей шевелюры ретировался с поля боя с выбранными Чоном дамами. Но всё обходилось парочкой стаканов и горланием песен в караоке.       – Хён, зачем ты...       – Тэхён, – перебивает Чона Пак, вставая с насиженного места и опираясь сжатыми кулаками на стол, слегка наклонившись вперёд, – к чему такие вопросы?       – Чимин-а, меня просто гложет интерес. Насколько вы сблизились на рабочем месте, – Тэхён скептически смотрит на Пака, замечая искры и непонимание во взгляде напротив.       – Это не твоё дело, – слегка громче обычного произносит Чимин, не обращая внимания на открывшуюся позади него дверь.       Звонкий шлепок нарушает затихшую атмосферу, в то время как глаза Пака расширяются до неимоверных размеров, а рот начинает судорожно ловить воздух. Покалывание на пятой точке начинает ощутимо жечь, но он не может вымолвить и звука, взглядом уставившись в одну точку. Медленной походкой со спины Чимина выплывает блондинистая макушка, которая плавно движется в сторону Кима. Тэхён прикрывает рукой глаза, растягивает губы и начинает тихо посмеиваться.       – Тэ, у тебя новая «девочка»? – Блондин щурится, поглядывая на Кима лисьим прищуром. – Бампер хорош. Я оценил. – И одаривает ухмылкой рыжего.       У Чимина начинает дёргаться глаз, и его лицо искажает однобокий оскал. Он сжимает кулаки до побеления костяшек, в два шага достигает блондина и, резко развернув того за плечо, наносит ему точечный удар в скулу, отчего второй слегка отступает назад, держась за ушибленное место.       – А девочка-то с характером, – хмыкнув, блондин смотрит на Тэхёна, который продолжает тихо посмеиваться, и переводит взгляд на брюнета, сидящего по левую сторону от Кима. – Ты, наверное, Чон Чонгук? Мин Юнги.       Блондин протягивает руку брюнету. Чонгук пробегается глазами по злому Чимину и довольной улыбке человека напротив. Протягивая руку для знакомства, он осознает, что это тот самый человек, который на данный момент должен находиться в Японии. Чимин делает несколько шагов в сторону Мина, но Чон перегибается через стол и хватает его за руку, дабы не допустить повторения рукоприкладства. Хотя непонятно зачем.       – Юнги-я, – Тэхён постепенно начинает приходить в себя и раскрывает глаза, постепенно успокаивается и смотрит на блондина, – это не «девочка», – делая акцент на последнем слове, Ким продолжает: – Это напарник Чонгука.       Блондин поворачивает голову в сторону рыжего. Кажется, что тело Пака окутано беспросветной мглой. Его желваки начинают двигаться, придавая ему слегка устрашающий вид. Юнги тупит взгляд в пол, сжимает зубы, постепенно осознавая всю плачевность ситуации, и шепчет себе под нос: «Ви, не мог, падла, раньше сказать?» Шлёпнуть представителя закона и сравнить его со шлюхой – такого в его жизни ещё не было. Он протягивает руку со словами «Мин Юнги», но Пак отбивает её, спешно возвращается на своё место и опустошает очередной стакан. Знакомство у них не задалось.       – Итак, все в сборе. – Тэхён встаёт из-за стола, движется к книжному шкафу и хватает некий предмет с полки.       – Разве Мин Юнги не должен быть сейчас в Японии? – Чонгук откидывается на спинку дивана, делая очередной глоток обжигающего пойла.       – Даже это выяснил? Не прошло и нескольких суток. Похвально. – Тэхён расслабляется под взглядом Чона. – Должен был быть, но, как видишь, – он тут. И теперь, Чонгук, мне нужна твоя помощь.       – В чём же? – Интерес постепенно начинает просыпаться, как и второе состояние организма брюнета – злость. Неизвестно почему, в данной ситуации эмоции преобладают над телом и мыслями. Тэхён действительно скрывает что-то. Он понял это ещё в допросной, но виду не подал.       – Убийство на моём складе. – Ким достаёт из пачки сигарету и делает первую затяжку, которая блаженно расслабляет организм, перемешиваясь с алкогольными парами. – Ли Джун Хо.       Глаза прикрываются, стараясь защититься от белого дыма, а кислород постепенно начинает заполняться приторным запахом клубники. И всё-таки это дрянь. Чимин внимательно слушает шатена, иногда постреливая молниями во всё ещё смотрящего на него блондина, ведь не привык он такое спускать с рук. Хотя было бы к чему привыкать.       – Почему ты молчал на допросе? – железным и безэмоциональным тоном спрашивает Чонгук, опустив голову и глядя на Кима исподлобья. Он следит за его аристократичным лицом и пальцами, стряхивающими пепел с тлеющей сигареты.       – Я не доверяю полиции, – Тэ пожимает плечами, – но ты – другой разговор. За все годы, которые мы не виделись, я сомневаюсь, что ты мог измениться. Чонгук. Я наблюдал за тобой. Но ты этого не смог бы заметить. – Слегка улыбается. – С твоим шефом я уже всё обговорил. – Ким наклоняется к лицу Чона, сокращая расстояние между ними до ничтожных пяти сантиметров, и выдыхает прямо в губы: – Мне нужен ты.       Глаза Чонгука и Чимина распахиваются одновременно. Никто не ожидал причастности шефа к этому делу. И тем более к Ким Тэхёну. Пытаясь осмыслить сказанное и не залипать на красные губы напротив, Чон задаёт встречный вопрос:       – Шеф обо всём знает, но ничего мне не говорил?       – Я попросил его. – Тэхён отстраняется, возвращается на своё место и невинно пожимает плечами. – Мне не нужны лишние уши. У вас в офисе крот. А у меня есть некоторые зацепки по этому делу.       – Крот? – голос Чона заметно напрягается. – Тогда почему ты решил довериться шефу?       – Шеф Кан мне был должен. Остальное – неважно. А теперь вернёмся к сути. – Тэхён одаривает напарников взглядом и задает вопрос в лоб: – Вы согласны со мной работать?       Злость постепенно начинает преобладать над разумом. Тягучее чувство ненависти и непонимания начинают разрастаться с новой силой. Шеф умалчивал о встрече с Ким Тэхёном, о самом деле. В свою очередь каштановая бестия успешно вьёт верёвки из людей, заставляя их играть по своим правилам.       Напарники встречаются взглядами и мысленно соглашаются друг с другом. Раскрыть дело – превыше всего. И, если понадобится работать с гражданскими – они сделают это. Получив одобрительные ответы, Тэхён вытягивается в кресле, разминая затёкшие конечности, встаёт и направляется к стеклу, наблюдая за людьми. Блики прожекторов освещают снующихся людей и безмятежный мир похоти и разврата.       – Знаете, временами я задумываюсь об этих ничтожных людишках, которые находятся за пределами моего мира. Они тратят деньги, ведут разгульный образ жизни. Им плевать на свою жизнь, а на чужую – так и подавно. Пока их не придавишь к стенке и не приложишь к их горлу нож – они не поймут смысла своего существования. – Глаза бегают между двигающимися телами и сидящими за столиками людьми. – Хотя есть и уникалы, – Тэ бросает взгляд на парней через плечо и одаривает их улыбкой, – которые держатся за свою жизнь и пытаются выжить. Без помощи других они не смогут выжить. Их давят как сорняки. Но, если собрать их вместе и объединить под общую цель – они добьются многого.       – Потянуло на философствование, Ви? – Юнги заливает в себя остатки алкоголя из стакана и старается прервать его заумные речи, которые иногда даже он не может понять, если Кима не остановить.       Чонгук поднимается со своего места и заторможенно говорит:       – Ви? Ты хочешь сказать, что…       – Брось, Чонгук, – перебивает его Тэхён, повернувшись лицом к брюнету, и грациозно движется к нему, прожигая глазами дыру в груди детектива, – неужели ты думал, что у меня всё легально и я такой законопослушный гражданин? И что зацепки, которые вы не смогли найти в течение нескольких месяцев, были найдены моментально без обхода закона? Ты всё ещё согласен со мной работать?       Мозг Чона перестаёт функционировать, посылая сигналы перегрузки и ошибки «Не найдено». Сбой системы. Неужели Тэ, тот самый Ви, – глава мафиозной группировки центрального округа, который снабжает пушками и шлюхами центральные районы Сеула. Владелец некоторых злачных заведений в Южной части Кореи и нескольких банд в Японии. Из маленького невинного мальчика, с доброй улыбкой и счастливыми глазами, выросла прекрасная сука, с хищным взглядом и блядскими губами, ненавидящая весь мир. Тёмная сторона Чонгука постепенно начинает пробуждаться, и ему до колик в груди интересна причина.       – Какой тебе с этого интерес? – сделав очередной глоток напитка, спрашивает Чон и усмехается. – Ли Джун Хо? Твой любовничек?       Улыбка с лица Юнги слетает моментально. Тэхён сжимает кулаки и с грохотом ударяет по столу, от чего несколько бутылок оказываются перевёрнутыми. Алкоголь постепенно стекает на пол, окрашивая блестящий паркет в насыщенные яркие цвета.       – Закрой свой рот! – выкрикивает Ким. Его глаза посылают разряды. – Он был моей левой рукой! Этот человек показал мне, как выжить в этой дыре и не сесть жопой в лужу при первой неудаче! – Тэ находится на грани истерики, но ладонь Юнги, накрывшая его руку, приводит его в чувства и так и просит не поддаваться эмоциям.       Повышенный голос хёна вызывает у Чона только злобную улыбку. Он сам не понимает, чему так обрадовался, но знает одно: тех, кто не следует закону, необходимо приструнить, иначе они могут натворить дел. И, если Тэ поможет с этим делом – он будет на его стороне. Но играть будет только по своим правилам. Чон встаёт со своего места, хватает Кима рукой за воротник, притягивает его ближе к себе и выдыхает в его губы:       – Я согласен с тобой работать, хён. – Он отодвигается немного вбок и склоняется к его уху, вдыхая запах дорогого одеколона. – Только при условии: никаких секретов.       Тэхён растерянно хлопает глазами, глядя на в секунду изменившегося младшего, который с ехидной улыбкой рассматривает его, судя по всему, уже покрасневшее от такой близости лицо. Мир сузился до них двоих. Если раньше Чонгука можно было назвать мальцом, который всего стеснялся и ни к чему не относился серьёзно, то сейчас на него смотрит ошалевший хищник, пожирающий глазами свою добычу, выдирающий куски из всё ещё тёплого тела.       «Не один ты умеешь носить маски. Только мне проще. Это и есть я», – думает Чонгук и отпускает ошарашенного Кима, разминая ладонью слегка задубевшие мышцы шеи. Алкоголь притупляет чувства, но на осознание ситуации он не влияет.       Тэхён теряется на несколько секунд и переводит немного несфокусированный от действия младшего взгляд на Чимина, выжидая от него ответа. Пак перебирает взглядом действующие в этом деле лица и, не задумываясь, согласно кивает. Ещё неизвестно, чем обернётся их совместное сотрудничество, но одно можно сказать точно: скучно ему не будет.       – Значит, по рукам. – Юнги рассматривает потерянного друга, который, скорее всего, в прострации от действий брюнета. Не каждый день кто-то может усмирить его пылкий нрав.       Тэхён прочищает горло, стараясь спрятать глубже своих чертей, пляшущих от восторга под действием чар и омутов почерневших глаз младшего. Облизав пересохшие губы, он собирает последние крупицы своего адекватного сознания. Он засовывает руку в карман и ставит посередине стола коричневый предмет кубической формы, на каждой грани которого вырезаны разнообразные узоры, поблёскивающие при попадании света. Ручная работа – несомненно. Чонгук внимательно рассматривает предмет и хватает его со стола. На одной из граней, в центральном квадрате, выгравировано одно слово:       – Нарю?