Chapter 7.
20 июня 2017 г., 10:49
Давина за несколько дней уже смогла сдружиться с новыми одногруппниками. Девушка правда не ожидала, что в такой великой академии могут быть настолько дружелюбные люди, но, конечно, без тех самых плохих задир не обойтись. Но сегодня Клэр была в хорошем расположении духа, и никто не мог испортить ей настроение.
Идя по коридору академии в нужную ей аудиторию, Давина встретила свою хорошую подругу Камиллу, которая, наверное, всегда и всех заряжала позитивом. Хотя, она ведь психолог, и помогать людям справиться с грустью — её работа.
— Давина, привет! — Камилла приветствует подругу, и они вместе идут по нужному направлению. — Знаешь, что сегодня у нас в академии? — радостно спросила та. Давина лишь изогнула бровь в вопросительное жесте. — Вечеринка у нас в академии! В академии, понимаешь?
Давина на секунду остановилась. Она совершенно не понимала и не разделяла радости подруги. Чему так радуется Камилла? В бывшем университете Клэр вечеринки были раз в месяц, а то и чаще, поэтому новость ее не впечатлила.
— Чему ты так радуешься, Ками? — все еще не понимая радости подруги, спросила брюнетка.
— У нас в академии вечеринки максимум раз в год, а тут превысили лимит. Это второй раз за год. Обычно нам такое не позволяют, — как-то с досадой ответила О’Кконел.
Да, Давина знала, что в этой академии все строго, но никак не думала, что тут недостаток вечеринок и праздников. Неужели деканат настолько не разделяет интересы учеников? Клэр считала это непрофессиональным, ведь при таком большом количестве людей в академии нужно интересоваться их желаниями и хотя бы несколько раз угодить.
— Отлично. Повеселись там, — решила поддержать Давина.
— Что? — Камилла резко остановилась и встала прямо перед брюнеткой. — Ди, вообще-то, ты идёшь со мной! — О’Кконел, как маленькая девочка, сложила руки на груди. — И никаких отговорок, мисс, — шутливо произнесла та.
Клэр возвела глаза к потолку и громко вздохнула. Она конечно знала, что придётся посещать вечеринки, но не так же сразу. Да, Давина не была тусовщицей, она скорее была тихоней и домашней девочкой-заучкой, но вот отказывать людям она не умела.
— Нет, прости, я не пойду. Я даже не знаю, в чем пойти. Я редко хожу на вечеринки, а если и хожу, то по капризам моей подруги, Хейли, — Давина хотела как можно мягче уклониться от требования.
— Давина, ты идёшь со мной, без тебя я пропаду, а с одеждой мы все решим, сразу после учебы поедем к тебе, и я помогу тебе с выбором! — Клэр хотела уже открыть рот и запротестовать, но подошедшая Лив, которая тоже была ее подругой, решила поддержать Камиллу.
— Да, Ди, ты должна развеяться, тем более, вечеринка у нас — редкость, может, там ты познакомишься с симпатичным парнем, — Лив подмигнула и скрылась из виду.
— Хорошо, — коротка ответила Давина больше не в силах спорить. — Пошли на урок.
***
Давина зашла в большой академический зал, который уже был украшен и организован под вечеринку для студентов. Клэр довольно удивилась, что в этой академии ко всему подходят ответственно. Если в бывшем университете Давины были повешены лишь шары и ленты, то здесь был богатый фуршет, большая и современная музыкальная аппаратура и красивый декор, словно из хороших американских фильмов. Камилла, которая обещала держаться рядом с подругой, вмиг забыла об обещании, когда Тристан — красавчик академии, но подлый парень — пригласил ту на танец. С чего бы Тристану смотреть на Камиллу? Да, она красивая и умная, но она не входит в число элиты академии, ведь есть ещё множество других девушек с более высоким статусом. Неужели это все игра? Клэр громко вдохнула и с грустью направилась к фуршету, может, там она отметит что-то интересное? Сегодня Давина подверглась выбору Камиллы, и поэтому она надела темно-фиолетовое платье, длина которого была до колена, а спереди, декольте очерчивали небольшие стразы, в виде дорогих камней, платье было довольно пышным, но нет, не бальным. Клэр свои густые и тёмные волосы собрала в высокий хвост, а на ноги надела спокойные и неброские балетки без всяких украшений. Совсем недавно Давина поняла, что очень скучает по прошлому университету, особенно по Стефану и Хейли, или как ее называть, Давина точно не знала. Вообще, Клэр считала, что ее подруга носит имя Хейли Маршалл, хотя она познакомилась с ней как с Андреа Лабонэйр, но что сделаешь, если твоя подруга живет двумя жизнями. Голова Давины была занята всеми этими мыслями, и она даже не заметила, как врезалась в парня, что в руках нёс пластиковый стаканчик с напитком. Да, весь напиток пролился на самого парня, и его белоснежная футболка, сверху который был темно-синий пиджак, окрасилась розоватым оттенком, а подол платья Клэр тоже промочился и не остался безнаказанным. Давина слегка испугалась, неужели она с первых дней уже приносит неприятности, но если бы она знала кто стоит перед ней, то давно бы уже убежала подальше. — Твою мать! — громко выругался темно-русый парень. Если его глаза имеют оттенок горького кофе, то сейчас от злости они вовсе потемнели. — Что ты творишь, черт тебя дери! — от этих слов все студенты начали рассматривать Давину, от чего той стало стыдно, и она залилась краской. — Извини, пожалуйста! — Клэр выглядело жалко, пытаясь стереть с его футболки пятно. — Я не специально! — Убери свои кривые руки от меня! — воскликнул молодой человек и с силой оттолкнул руки девушки. — Чтобы мне на глаза больше не попадалась, мелкая девчонка! — а это уже оскорбило Давину. Да, она выглядит младше своего возраста, но она не какая-то маленькая безмозглая девчонка. — Черт, — тихо прошептала брюнетка и стукнула себя по лбу. Камилла, которая прибежала на крики «пострадавшего», быстро схватила подругу за руку и увела подальше от толпы. Когда девушки зашли в укромный уголок, блондинка задала вопрос: — Ты хоть знаешь, кто это? Клэр безмолвно покачала головой и вопросительно уставилась на Камиллу. — Это Кол! Он тут весомый парень, я бы даже сказала, что он здесь считается за самого красивого парня, у которого куча денег за спиной. Кол — элита нашей академии, и кто ему насолит, тот не останется безнаказанным, — выдохнула О’Кконел. — Кажется, я влипла, — прошептала Давина, понимая, во что ввязалась. — Ди, будь начеку! — и слова подруги заставили ее насторожится.***
В комнате Хейли царил сущий хаос, но, кажется, она сама не обращала внимания на вещи, разбросанные повсюду, и продолжала упорно разыскивать что-то в шкафу, только откидывая вешалки с одеждой в сторону. Осознав, что у нее не получается найти ни одного вечернего платья, которое ещё не было надето, она скрестила руки на груди, шумно вдохнув воздух и недовольно хмыкнув. Снова она проклинала Клауса, который только два часа назад сообщил ей, что сегодня она идёт с ним на частную вечеринку одного из его знакомых. Причём он добавил, чтобы она выглядела подобающе, словно специально пытался её взбесить ещё сильнее. Сначала она пыталась отказаться, но уловив на себе хмурый взгляд Майкла, желающего восстановить репутацию сына и всей семьи, она поняла, что ни один аргумент не поможет ей остаться дома сегодня вечером. Теперь у нее оставалось сорок минут на подготовку, и именно в этот момент ее осенило. Она внезапно вспомнила, что на верхней полке шкафа лежит коробка с новым платьем, которое она даже не распаковала. То платье было подарено ей какой-то дальней родственницы, и Хейли почему-то сразу окрестила его нарядом «на крайний случай». Что ж, сейчас был как раз крайний случай. С трудом достав громоздкую коробку, девушка аккуратно сняла крышку и ее вниманию предстала атласная ткань ярко-алого цвета. Тотчас она поняла, почему упрятала платье подальше: все дело в цвете. Столь насыщенный красный она посчитала вызывающим, даже вульгарным, созданным для женщин, кричащих о том, как они одиноки, и требующих мужского внимания. Да, она терпеть не может такие «говорящие» вещи, но сейчас ей осталось только надеяться, что в обществе её наряд не воспримут неправильно. Ещё с минуту подумав, она все же решилась надеть платье. Совсем скоро она пристально рассматривала свое отражение в зеркале, расправляя малейшие складки на мягкой ткани. Она была рада заметить, что в дополнение к яркому цвету у платья нет глубокого декольте, но тотчас увидела глубокий вырез на спине. Слишком вызывающе, если к этому ещё прибавить обтягивающий покрой, в одно время выгодно подчеркивающий все достоинства её фигуры, но также слишком смелый. Она последний раз окинула свое отражение критическим взглядом, она поспешила сделать прическу. За пару минут управившись с простым, даже нарочито небрежным, пучком, она застегнула на шее замок золотой цепочки с неброским кулоном, оттеняющим насыщенный цвет платья. Больше не теряя ни секунды, она схватила сумочку и быстро покинула комнату. Клаус уже ждал её на первом этаже, сидя в кресле и нетерпеливо постукивая пальцами по столу. Через каждый пять минут поглядывая на часы, он удивлялся, что девушке нужно столько времени, чтоб собраться. Наконец услышав стук каблуков по лестнице, он развернул голову, так и застыв на месте. Казалось, что весь мир перестал существовать, когда он увидел Хейли в этом ошеломительном платье алого цвета, которое подчеркивало все соблазнительные изгибы её тела. Только сейчас, смотря на её выразительный силуэт, он до конца понял, что за прекрасная девушка стала его женой, и готов был крушить все от злости, ведь она принадлежала ему не в полной мере. Что ж, теперь его целью стало исправить это, сколько бы времени не ушло. Хейли бросила на него взгляд, но тут же отвела глаза и направилась к выходу из дома. Клаус последовал за ней, чтобы успеть открыть ей дверь автомобиля в галантном жесте. — Ты ослепительна, Хейли, — сделал комплимент он, улыбнувшись ей. — На меня не действует твое очарование, забыл? — она не собиралась благодарить его за приятные слова и поспешила занять место на заднем сидении машины. Клаус только усмехнулся. Чем чаще она его отталкивала, тем сильнее становился его азарт. — Нет, серьёзно, все репортеры захотят заполучить твою фотографию для первой полосы, — добавил он и присел рядом с ней, давая водителю знак трогаться. А вот на этих словах Хейли заострила внимание. Репортеры? Камеры? Нет, только не это. Она так надеялась, что на частной вечеринке не будет папарацци, но её надежды обрушились. Если её фото попадут на первую полосу, то разрушиться может нечто куда большее — ее отношения со Стефаном. Ей очень повезло, что тот выпуск газеты, где опубликованы её фотографии со свадьбы, но нет вероятности, что и эти снимки по счастливой случайности не попадут в его поле зрения. А у них ведь сейчас все так хорошо, они сблизились и стали полноценной парой, как же ей не хотелось это портить. Всю дорогу до клуба, где должна была проходить тусовка, Хейли себе места не находила и снова проклинала цвет своего платья, который не укроется от внимания репортеров. Затеряться в толпе вряд ли получится. Когда машина остановилась у нужного здания, и Клаус помог девушке выйти из салона, она обеспокоенно огляделась по сторонам. У входа в клуб толпы лисью люди, которых туда настойчиво не пускали охранники, ведь войти могли только приглашенные. Взгляд Хейли метался по сторонам, но, к счастью, она не увидела вспышек фотокамер, однако волнение ещё не ушло. Пробираясь вместе с Клаусом сквозь толпу, она добралась до дверей в клуб и зашла внутрь, тотчас сталкиваясь с ярким светом красочных ламп. До её слуха донеслись громкие звуки ритмичной музыки, а взору предстал искусно обустроенный зал, переполненный посетителями. Не успела Хейли осмотреться до конца, как услышала громкий мужской голос. — Клаус! Рад видеть, — поприветствовал Майклсона подошедший к ним мулат, встречающий гостей лучезарной улыбкой. Не трудно было догадаться, что это и есть хозяин клуба, пригласивший их на вечеринку. — А вы, должно быть, прекрасная Хейли? — он перевёл взгляд на девушку и аккуратно поцеловал её руку. — Марсель Жерар, — представился он. — Очарован, — добавил парень. Клаус смерил Марселя уничтожающим взглядом, но тот успешно его проигнорировал. Майклсону не нравилось, что мужчина с репутацией заядлого казановы и отпетого бабник крутится вокруг Хейли. Но факт, что девушка улыбалась ему в ответ, приводил его в полное бешенство. Он сам толком не понял, что двигало им, когда он отвел Маршалл в сторону, крепко ухватив её за предплечье. — Могла бы хоть для вида показать, что тебе не плевать на меня, и не заигрывать с кем попало, а? — процедил он. — Во-первых, не командуй, а во-вторых, отпусти, мне больно! — с нажимом произнесла она, порывисто вырывая руку из его хватки. — Я, в отличии от тебя, не заигрываю с каждым встречным. — Раздражение и злость Клауса оказались заразительными, и она вскипела от возмущения. — А тебе напомнить, что ты спишь с другим парнем? — не выдержал он, вспомнив ту ночь, когда она вернулась домой под утро. — А тебе напомнить, что ты спишь с каждой шлюхой! — подражая его интонации, разразилась она. Она просто задыхалась от негодования, что он ее упрекает. Тоже мне — божий одуванчик, сам ведь не лучше. — Что молчишь, аргументы закончились? — воскликнула она. Клаус только покачал головой, окинув взглядом зал. Хейли с ужасом поняла, что в их сторону многие кидают косые взгляды, и поняла, что музыка была недостаточно громкой, чтобы заглушить ее крики. Ей оставалось только надеяться, что её обвинения в адрес Клауса не были услышаны, иначе это обернется серьёзным скандалом. Она судорожно соображала, что сделать, чтобы исправить ситуацию, но в её голове крутилась одна назойливая мысль, исполнять которую она отказывалась. Но выбора у нее не осталось, ведь десятки глаз были устремлены на них с Клаусом. Глубоко вдохнув и зажмурившись, она сделала шаг в сторону Майклсона и, схватив его за лацканы пиджака, прильнула к его губам. Тот опешил, нет, это ещё мягко сказано. Первые пару секунд он был просто ошарашен, но вскоре понял, чем вызвано такое странное поведение Хейли, и с радостью решил подыграть, отвечая на поцелуй и с упоением чувствуя сладость её мягких губ. А Хейли всем существом сопротивлялась желанию его оттолкнуть, потому что сейчас она играет на публику, и об этом нельзя забывать. Хотя, такой спектакль ей мучительно не нравился. Да, Клаус до дрожи страстно целуется, так умело и приятно, но девушка не могла признать, что ей это нравится. Тотчас она заставляла себя вспомнить Стефана, чтобы не раствориться в блаженной эйфории. Она хоть и лгунья, но не предательница. Спустя долгую минуту она отпрянула от Клауса и, только поймав на себе его взгляд, больше не смогла играть своей роли дальше. Подобрав юбку платья, она быстро убежала прочь, выходя на улицу, чтобы проветриться. Ей казалось, что воздуха просто не хватает, а ноги в какой-то момент перестали твёрдо стоять на земле, и она оперлась рукой на каменную стенку. Ей хотелось кричать, потому что совесть не давала покоя, а душа, напротив, рвалась в ликующий полет. Она сама не могла объяснить свои эмоции, ведь они были столь противоречивы, словно она раздвоилась на две личности. Сейчас Андреа, любящая Стефана, и Хейли внутри нее боролись как никогда, и одна пыталась вытеснить другую. «Только игра на публику», — напоминала она себе, когда перед глазами всплывал тот поцелуй с Клаусом. Но, кажется, это утверждение было не таким убедительным, как раньше…
