И кто тебе поможет?

Грейнджер стояла спиной к Малфою. Возможность аппарировать исчезла. И, кажется, с ней из квартиры исчез воздух. Она слышала лишь звук шагов человека, который медленно приближался к кухне, где они так и остались стоять. Она так давно не держала палочку в руке, что сейчас вдавливала деревко в руку, кажется, почти до крови. Ее трясло, хотя Малфой был чертовски расслаблен. Она спиной ощущала исходящую от него энергию неизбежности ситуации, принятия боя и готовности драться до последнего. Она не помнила его таким. Таким уверенным, естественным и сильным. Они не слышали никаких заклинаний, но дверь в кухню вынесло взрывной волной. Малфой вслепую бросил несколько боевых заклинаний, но их будто поглотил дым. Гермиона боялась пошевелиться. Особенно в тот момент, когда ее палочка вылетела из руки и исчезла в облаке. Она снова беззащитна. Драко выругался и грубо отпихнул ее назад, закрывая собой. Его палочка была при нем. В ее голове отрешенно пролетела мысль, что довольно странно использовать обезоруживающее заклинание, когда взламываешь Фиделиус. Обычно, после этого тебя хотят убить или, как минимум, запытать. Но после перекидывания заклинаниями с черным облаком и Драко остался безоружным. Это был их конец. И оба это понимали. — Неплохо, мистер Малфой. — Заговорило облако до ужаса знакомым безразличным голосом. — Неплохо, если бы я не был тем, кто вас учил. Дымка рассеялась по мановению палочки Северус Снейпа. Гермиона хотела бы закричать. Но она не могла пошевелиться. Единственное, о чем она думала, что было бы здорово успеть убить себя, прежде чем предстать перед Волан-де-Мортом. Потому что иначе ее будут убивать медленно и мучительно. Гермиона Грейнджер не боялась физической боли. Она боялась сойти с ума, лишиться рассудка. Того, что всегда держало ее на плаву. Она боялась стать оболочкой. — Драко, прекрати, — вспышка отразилась от невербального щита Снейпа. Малфой продолжал бороться, прибегнув к невербальной магии. — Я здесь не для того, чтобы вас убить, пытать или отдать Темному Лорду, — Снейп примирительно возвел руки к потолку. — Но ваше убежище раскрыто. Вам нужно пойти со мной. Немедленно. — Я тебе не верю, — прошипел Малфой. — Поверишь. — Он повернул голову к Гермионе. — Мисс Грейнджер, Люпин передал привет и просил передать вам это. Он левитировал к ее рукам свиток. Свиток, на котором корявым почерком Рона было выведено: "Для Мионы" Она неверящими глазами посмотрела на Снейпа. — Откуда вы... — Я состою в Ордене Феникса большую часть своей жизни, мисс Грейнджер. Я отвечу на все ваши вопросы, — зельевар устало вздохнул. — Но сейчас нам нужно уходить. Гермиона видела, что Малфой сомневался. Но она была так шокирована, что сама на негнущихся ногах подошла к Снейпу и протянула руку. — Драко, сейчас же! — прикрикнул волшебник. Блондин будто отмер и с выражением шока на лице все же положил руку на плечо зельевара. Их начало закручивать в вихре аппарации, когда из палочки зельевара вылетел язык пламени. Последнее, что увидела Гермиона — яркий взрыв. Как только они приземлились в незнакомом месте, Малфой начал наступать на Снейпа. — Какого блядского Мерлина сейчас произошло, Северус? Как ты узнал, где мы? Как ты узнал, что Грейнджер у меня? Ты и Орден? Я не верю! Что за ебаная дичь! Он буквально задыхался от крика. Снейп равнодушно подошел к шкафу и достал склянку успокоительного бальзама. — Каждому по три глотка. Сейчас же! Гермиона решила не спорить. И тут же выпила, передавая склянку Малфою. Он смотрел на нее как на идиотку. Их противостояние взглядами длилось около минуты, пока с громким фырканьем он не сдался и не взял склянку. — Теперь мы можем поговорить. Я начну, а после отвечу на ваши вопросы. Во-первых, вы в безопасности. Никто пока не знает о точном местонахождении квартиры. Я уничтожил Фиделиус и саму квартиру. Все будут думать, что это обычный взрыв газа. И да, пожалуйста. Под тебя копает Кэроу, и пока я сбил ее со следа. — Тупая сука. Северус строго посмотрел на Малфоя. — Я бы не сказал. Она почти расплавила мозги твоему юристу, Малфой. И не оставила следов. — Вообще-то, это не так, — равнодушно бросил Малфой. — Прежде чем ты разнес квартиру я уже знал, что она ищет Грейнджер. Я слежу за камерами наблюдения в офисе юриста, особенно когда он звонит в скорую с сильными болями во всем теле и синяками от веревки. Мы бы успели уйти и без твоей помощи. — И куда же? — выгнул бровь Снейп. — У нее есть информация обо всех сделках, в которых ты участвовал. Пусть и без адресов. Она нашла бы все тайные квартиры за неделю, если не меньше. Я — ваш единственный выход. Малфой промолчал. И это значило, что они и правда по уши в дерьме. — Я не понимаю, почему, КАК вы в Ордене после всего? — непонимание для Гермионы граничило с отчаянием. — После убийства Дамблдора? — холодно спросил мужчина. — Да. Как они могли это простить? — Они и не простили, — пожал плечами Снейп. — Не все готовы принять правду. Но есть члены Ордена, которые все еще верят мне. Потому что я говорю чистую правду. Дамблдор умирал. Если бы не я убил его, он умер бы через месяц сам. Помфри знала об этом, как оказалось. Люпин не поверил бы мне. Но он поверил ей. — Вы убили его чтобы доказать свою верность Волан-де-Морту? — Десять очков Гриффиндору, — ядовито пробормотал Снейп. — Второй причиной было сохранение души мистера Малфоя. По крайней мере, на это надеялся Дамблдор. Малфой холодно усмехнулся. — Будто старик не знал, что у меня уже нечего сохранять. — О нет, Драко. Он знал, что ты убивал. Но все же не хотел, чтобы его смерть оказалась на твоей совести. Моя совесть его заботила меньше, — с презрением выплюнул Снейп. — Но почему, после стольких лет вы в Ордене? Почему вы нарушили верность? — Я был верен лишь одному человеку. И остаюсь верен даже после ее смерти. Я любил женщину, которую убил Волан-де-Морт, — лицо Снейпа ожесточилось. — Это все, что вам нужно знать. Я плачу за ошибку юношества. И когда-нибудь я заплачу жизнью. Но пока я довольно успешно балансирую. Чего не скажешь о тебе, Драко. Малфой даже не смотрел на зельевара. Он просто смотрел в стену, невидящим взглядом. — Почему ты ее спас? Я знаю, что ты боец, Драко. Ты умеешь выживать. По природе своей ты не жесток, но ты никогда никого не спасал. Почему ты подверг себя такому риску? — Какая разница? — голос Малфоя впервые был бесцветен. Никаких эмоций. — Мне важно понимать твои мотивы, чтобы я мог защитить тебя. Если ты не заметил, я многое делаю ради этого, — выплюнул Снейп. — Я узнал, что это ты ее спрятал, как только побывал у тебя в голове. Ты сильный окклюмент, но я старше и опытнее, а еще я знаю тебя. — Ты ничего не знаешь, — Малфой впервые посмотрел ему в глаза. — Ты не знаешь, потому что не знаю и я. Я спас ее, потому что это было инстинктом. Потому что я ненавижу таких как Кэрроу. Потому что... Я не знаю, я не знаю. Он снова отвернулся. — Хорошо. Мне достаточно пока этого. Вот ваши палочки. Снейп левитировал каждую к хозяину. — Мы можем продолжить разговор, но у нас собрание, Драко. И тебе нужно очистить мысли. Потому что ты пришел с задания. И Темный Лорд захочет посмотреть как ты его исполнил. Снейп показал рукой на кровавую мантию парня. И Гермиона вздрогнула. Задание. Вот почему он был в таком виде. Она не знала, кем он был в армии убийц. Какую роль он исполнял. Как и не знала, насколько можно доверять Снейпу. Сегодняшний день прокрутил ее мозг в мясорубке. Она чувствовала себя оглушенный таким потоком информации. Ей хотелось одновременно отключиться и оставаться в сознании как можно дольше, чтобы переработать эту информацию, разложить по полочкам и снова задать вопросы. Но вот уже Малфой и Снейп стоят перед ней, буравя друг друга взглядами. Она догадалась, что зельевар помогал ему с закрытием разума, подлогом и сокрытием того, что произошло. Он прятал свои секреты подальше от Волан-де-Морта. И Гермиона не представляла какая сила воли и мастерство нужны для того, чтобы скрыть ее. И не понимала, почему Малфой это делает. — Ты готов, — отрывисто бросил Снейп. Малфой казался сосредоточенным, отрешенным от всего. Но когда он задержал на ней взгляд, в нем было столько тревоги и напряжения, что она осознала, возможно впервые, насколько шатким является положение самого Драко. И во всем этом нестабильном, диком мире, он взял за нее ответственность. — Удачи, — одними губами прошептала она ему. Под громкий хлопок они растворились. А на его стуле осталась пачка сигарет и зажигалка. Гермиона впервые за это время искренне улыбнулась. Он оставил свои сигареты для нее.