Скажем так, я просто не выношу перемены. Ненавижу любые изменения, начиная от новых мест, знакомств, заканчивая новым телешоу или хлопьями на завтрак. Но есть вещи, которым нужно меняться, ради которых нужно идти на крайние меры.
Ради которых меняешься ты.
Меняюсь, только потому, что так хочет он. Совершаю вторую по глупости крупнейшую ошибку своей жизни ради него. В первый раз чуть не лишившись своей жизни, своего здоровья, я снова даю ему возможность контролировать меня.
И все потому, что я люблю его. Да, как сильно мне бы не нравилось это словосочетание, но я люблю его. Любила, когда он опустил меня перед всеми в средней школе. Любила, когда сопротивлялась своим же чувствам и в старшей школе. Люблю и до сих пор, совершая возможно самую большую ошибку в моей жизни.
/11 a.m./
Оглядываюсь по сторонам, нервно прикусывая нижнюю губу. Замечаю приближение Феликса, поэтому натягиваю довольную улыбку, немного двигаюсь, чтобы дать больше места для друга на лавочке.
- Рада, что ты согласился встретиться, - парень плюхается, не отрывая взгляда от экрана телефона, - Как дела?
Короткое «угу» немного подшатывает мою минутную уверенность в себе, нахожу силы, чтобы, не смотря на поведение когда-то лучшего друга, продолжить разговор:
- А вот у меня хорошо, - прочищаю горло, - Я хочу, чтобы ты знал, у меня все хорошо, - ловлю на себе первый и удивленный взгляд парня.
Я беру его ладонь в свою, улыбаюсь ещё шире.
- Что происходит? - отрицательно мотаю головой, выпускаю его руку.
- Мне нужно идти, не хочу пропустить алгебру, - в последний раз изучаю немного растерянное лицо друга, но, поднявшись с места, пытаюсь как можно быстрее выйти со школьного двора.
/2 a.m./
Комната мотеля, пропитанная запахом никотина и старой мебели, стала нашей первой остановкой. Высидев практически 10 часов в пути, нам была необходима передышка.
Прижимаю ладони к горячему лбу, морща лицо, так что опускаю голову, скрываясь от Дилана, который хмуро смотрит на меня и ставит руки на пояс. Он делает пару шагов ко мне, заставляет опустить их, а сам касается пальцами моего лба, сильнее сводя брови к переносице, отчего его лицо выглядит мрачнее. Держит мою голову ладонями, наклоняясь вперед, и губами касается моего горячего лба. Я невольно расслабляюсь, прикрывая опухшие веки, и поддаюсь вперед, вынуждая Дилана придержать меня за плечи.
- У тебя температура поднялась, - тихо шепчет - Ты заболела?
- Нет, я… я просто хочу спать, - ОʼБрайен прочищает горло, оглядываясь:
- Ты можешь спать здесь, я все равно не усну в чужом месте, - отпускает мое лицо, но я перехватываю запястье одной его руки, застав парня врасплох. Сама начинаю нервничать, произнося слова, от которых моя кожа вновь покрывается мурашками:
- Нет, - Дилан поворачивает голову, взглядом изучив выражение моего лица:
- Ты… - приоткрываю губы, начиная нервно заикаться, - Я имею в виду, — не знаю, что сказать, чтобы самой перестать волноваться.
- Ты у стены? - Дилан проглатывает половину слов, заставляя мои губы на секунду растянуться в улыбке. Поглядываю на него, поднимая глаза, и киваю, отпуская его запястье.
- Можно, я не буду снимать твою толстовку? - спрашиваю, и Дилан чешет затылок, кивая. Осторожно кладу рюкзак на пол возле стола, направляясь к кровати. Мы с Диланом уже лежали в одной постели, даже спали, когда были в родном городе, но теперь все иначе. Забираюсь на кровать и сажусь, опираясь спиной на стену. Дилан садится рядом, молча закидывая голову, и смотрит в потолок, выдыхая:
- Как ты?
- Непривычно, — пытаюсь объяснить свою позицию. ОʼБрайен кивает.
- Жалеешь? - поворачивает голову, нервно дернув ткань своей футболки, и смотрит на меня, поэтому улыбаюсь, качая головой:
- Нет, просто устала.
- Тогда, ложись, - Дилан укладывает голову на подушку. Ложусь рядом, и теперь мы прижимаемся друг к другу плечами.
- Как думаешь, они уже подали объявление о розыске?
- Почему тебя волнуют люди, которые издевались над тобой?
- Не знаю, - замолкаем, слушая треск цикад за окном.
- Это же твои родители, — немного погодя, говорит Дилан. - Конечно.
Улыбаюсь, но немного расстроено, и вновь смотрю на парня, который поворачивает голову, слабо улыбнувшись мне:
- Тебе не стоит так много думать о других людях. Со своими проблемами разберись для начала.
Молча смотрю на него, хмуря брови, что вызывает тревогу на лице Дилана, и он слегка поднимает голову, после чего вовсе приподнимется на одном локте, повернувшись набок, ко мне всем телом:
- В чем дело?
Я моргаю, вдруг осознав кое-что:
- Странно, но я почти не помню…
- Что именно? — парень щурит веки, подпирая голову кулаком.
Сглатываю, шепча настолько тихо, что еле слышу сама:
- Наш первый поцелуй, - хмурюсь. - Я его почти не помню, - проглатываю половину слов, видя, как меняется лицо Дилана.
- Ну... это не проблема, ты только скажи. Я всегда готов освежить твою память.
Тихо смеюсь, прикрывая ладонью губы, а Дилан улыбается, глубоко вздыхая.
- Хорошо, ОʼБрайен, - не могу не смеяться, но уже не прячу лицо от парня, карие глаза которого удивительным образом блестят, хотя мы находимся в темноте. Моя улыбка медленно «сползает» с лица, становясь всё меньше, как и улыбка Дилана, который прекращает подпирать висок рукой, долго всматриваясь в мои глаза. Моргаю. И шепчу как можно тише, понимая, что громко произнести это мне не под силу:
- Можешь, - сглатываю, делая глубокий вдох. - Можешь, напомнить сейчас.
Он поднимает вторую руку, осторожно касаясь ею моей щеки, скользит пальцами по коже, наблюдая за своим движением, после чего мы вновь пересекаемся взглядами. Невольно приподнимаю голову, когда ОʼБрайен наклоняется, медленно целуя меня в край губы, после чего полностью накрывает их, сильнее прижимаясь к моей груди своей. И поцелуй становится глубже. Я рвано выдыхаю ему в губы, когда действия парня грубеют, а рука сползает к моей шее. Я поднимаю ладони, касаясь пальцами его шеи, и чувствую, как скачет давление в выступающей под кожей вене. Дилан улыбается, не разрывая поцелуй, и тяжело, горячо дышит мне в губы, внезапно для меня разрывая поцелуй и опускаясь ниже, к шее, касаясь её губами. Дилан нависает надо мной, смотрит мне в глаза, и только сейчас чувствую, что одно его колено находится между моих ног, что пробуждает странные движения внизу живота. Он опускает руку ниже, с моего плеча, мучает меня, проводя пальцам по бедру, и так же осторожно поднимает ладонь выше, касаясь края толстовки. У меня перехватывает дыхание, когда парень медленно тянет его вверх, оголяя мой живот. Дилан резкими движениями избавляет меня от ненужной ткани, а я сильнее хватаю его за ворот футболки, но не отталкиваю, а испускаю слабый стон, притягивая его ближе, и рука Дилана скользит дальше, двигаясь к моей груди. Замечаю, как дергаются его брови, когда он понимает, что на мне нет лифчика. Судорожно всасываю воздух, слегка выгибаясь в спине, когда парень большим пальцем проводит по моей груди, а я пытаюсь ровно дышать, сжимая губы, но всё равно вздыхаю через рот, запрокинув голову, когда Дилан касается губами моей шеи. Обе руки скользят по моей спине, так что выгибаюсь, поворачиваясь набок, телом к парню, который крепко обнимает меня, прижимая к себе. И наше дыхание вдруг становится куда тяжелее, чем прежде, а поцелуи жестче, настойчивее, чем до этого. Словно мы оба хорошо понимаем, чего начинаем хотеть, и это напрягает нас, от этого всё так грубо. Приятная боль между ног уже доводит до дрожи в конечностях, и Дилан разрывает поцелуй, вновь взглянув мне в глаза. Теперь я понимаю настоящую причину того, почему он не хотел спать рядом со мной. Касаюсь пальцами рук его лица, когда ОʼБрайен вновь опускает меня на спину. Вижу, как сильно он сомневается и старается противостоять желанию, но контроль, это очень тяжело для него. И я его понимаю, поэтому приподнимаю голову, губами касаясь низа его подбородка. Оставляю поцелуй, заставляющий парня прикрыть веки:
- Джонсон… - глухо звучит в моих ушах. - Фиби, - тянет мое имя, явно думая, что разговором сможет сбить наш настрой, но у меня нет сил слушать его и тем более пытаться ответить, поэтому начинаю мять пальцами кожу его плеч. Дилан глубоко дышит, вновь наклоняя голову, и целует мои ключицы, до боли сжимает кожу талии. Я запрокидываю голову, когда Дилан начинает усыпать меня поцелуями, начиная с шеи, и медленно спускаясь ниже. Кусаю губы, прогибаясь в спине, когда ОʼБрайен нависает надо мной, одно колено поставив между моих ног. Целует мой живот между ребрами, покусывая кожу, а я трясущимися руками тяну края его футболки, желая заставить его избавиться от неё. Дилан сжимает зубы, выполняя, и стягивает темную ткань через голову, оголяя вверх. Скольжу по мышцам рук парня, который возвращается ко мне, целуя губы. Дилан поднимает голову, смотрит мне в глаза, пока моя ладонь скользит по его груди к животу, ниже, медленно. Напряжение между нами растет, когда я настигаю пальцами края его джинсов, не отводя взгляд в сторону, а рука Дилана опускается к ширинке на моих джинсах. ОʼБрайен тянет за бегунок, продолжает смотреть мне в глаза, и я уже бросаюсь короткими вздохами, не в силах нормализовать дыхание. Дилан моргает, явно теряя уверенность. Его губы слегка приоткрылись, а охрипший голос врезался мне в сознание, вызвав странную реакцию в виде вибрации внизу живота:
- Мне остановиться? - глубоко дышит, скользнув языком по нижней губе, а я проследила за этим движением, как завороженная. Остановить его сейчас будет самым настоящим мучением. И не только для него.
- Фиби, — он добивается ответа, шепча, - Твою мать, просто останови меня, - просит, хмуря брови, потянув края моих джинс вниз. - Фиби?
Мне не удается ответить. Ибо я не хочу. Это неправильно?
Пальцами нащупываю пуговицу на его джинсах и слышу, как Дилан судорожно всасывает воздух, когда расстегиваю её, так что тяжело вздохнув. Парень нервно моргает, качая головой, и заикается:
- Черт, Фиби, ты… — резко прижимается лицом к подушке возле моей головы и мычит в неё, когда я тяну бегунок ширинки вниз.
Тихо мычу, когда Дилан вновь начинает целовать мою шею, опускаясь к ключицам. Его пальцы тянут ткань ниже, по ногам, которые покрываются мурашками, заставляя меня улыбнуться, прикрыв веки от наслаждения. Чувствую, как губы парня так же растягиваются в улыбку, ведь он чувствует мурашки под ладонями, и отрывается от моей шеи, осторожно сгибая мои ноги в коленях, чтобы стянуть штаны. Опускается к моему лицу, оставляя поцелуй на щеке, опускается к скулам, поднимается к виску, тяжело дышит мне в ухо, пробуждая во мне ещё больше желания. Пальцами глажу его спину, поднимая руки к шее, начиная мять кожу. Голыми ногами касаюсь его бедер, сдавливая их, и ОʼБрайен сглатывает, опустив одну руку к своим джинсам, поднимает на меня глаза. Молча жду, пока парень сам примет решение. Я не собираюсь не подталкивать его, не останавливать. Дилан глубоко дышит, прижимаясь своим лбом к моему, и прикрывает глаза, как и я, пока вместе давим руками, стягивая с него джинсы.
Медленные движения. Никакой неприятной грубости. Скольжу одной ладонью по напряженным мышцам руки Дилана, а другой сжимаю его затылок, глотая каждый его тяжелый вздох. Парень прижимается своей щекой к моему мокрому виску, пальцами правой руки держится за подголовник кровати, а левой — мнет влажную кожу талии, закаляя меня морщиться каждого его медленного движения, с наслаждением тихо мычу сжатыми губами. И мои слабые стоны усыпают кожу спины парня мурашками, заставляют дрожать от удовольствия, ронять непроизвольные горячие вздохи и сильнее прижиматься своим носом к моей щеке. Дилан пальцами зарывается в мои волосы, и я закидыва голову, позволяя ему прижаться губами к коже шеи. Душно. Впиваюсь пальцами в предплечье парня, который еле заставляет себя разжать веки, остановив осторожные толчки:
- Больно? - еле шепчет, не в силах приподняться, чтобы видеть мое лицо, мотаю головой, задыхаясь:
- Все хорошо, - мой голос хрипит, сглатываю комнатный воздух полной грудью, когда Дилан справляется с вялыми трясущимися руками и приподнимается на локти, нависая над ней, чтобы дать мне восстановить дыхание. Сам сжимает губы, глубоко дышит через нос, наблюдая за тем, как моя грудная клетка высоко поднимается, после чего опускается. Провожу пальцем по его щеке, касаясь родинок, и замираю в ожидании, когда парень наклоняется, вновь прижимаясь своими бедрами, а губами касается мокрого лба, оставляя поцелуй. Притягиваю его ближе, чтобы уничтожить расстояние между нами. ОʼБрайен еле сдерживает глухой стон, сжав губы. Парень всего на секунду забывается, не стерпев, и сильно толкается, отчего выгибаюсь, до боли сжав пальцами его волосы, с дрожью в теле переживая давление внизу живота.
- Прости, - сразу же извиняется Дилан, скользнув языком по своим мокрым губам, быстро качаю головой:
- Со мной все хорошо, - со вздохом уверяю, находя боль приятной. ОʼБрайен понимает, что дольше не продержится, вот, почему у него сводит ноги. Еле контролирует свои действия.
- Прости, - ещё раз шепчет, утыкаясь лицом в подушку рядом с моей головой, но у меня нет сил для ответа. Сжимаю губы, чтобы не стонать слишком громко, и морщу нос, когда Дилан обхватывает тело одной рукой, а другой опять же зарывается в волосы, с судорогой сильнее вдавливая свои бедра в мои. Снова сжимают веки, чувствуя, что подхожу к пику удовольствия, так что дыхание становится тяжелее и горячее. Я прижимаюсь губами к шее парня, который продолжает тихо извиняться, вызывая тем самым вибрацию в животе девушки. Стон вырывается в ухо Дилану, когда тот делает грубый последний толчок, дрожащей рукой схватив её за бедро.
-
Я люблю тебя, - на одном дыхании Дилан выдаёт слова, целуя меня в шею и утыкаясь в неё носом.
кому: phobe1jonson@gmail.com
от кого: felixzayn24@gmail.com
тема: Мы скучаем
Привет, малышка.
Прошло уже 6 месяцев с тех пор, как ты и О’Брайен благополучно сбежали из этого чертового места.
Я поссорился с твоими родителями. Эти ублюдки всего лишь после 6 месяцев поисков объявили тебя без вестей пропавшей, составили свидетельство о смерти и поделили своё имущество. Твоя тетя, Обри, тоже встала на твою сторону, но «закон оказался на стороне родителей» и «они страдают от потери». Знала бы ты, как действительно они страдают.
Возможно, это и к лучшему, что вы убежали. Тригонометрия все равно скучный предмет, я его завалил, но у меня много шансов поступить из-за спортивной стипендии. Да и мистера Брауна посадили в тюрьму за педофилию, он снова приставал к 10-ти класснице (предмет стал ещё скучнее без него).
Я был бы очень рад, если ты хотя бы ответила, что с тобой все в порядке. Я волнуюсь и очень скучаю, Джонсон. Если бы я только знал, что та встреча была нашей последней. Я повёл себя как мудак. И я вряд ли когда-нибудь прощу себя за это.
Главарь нашей банды тоже уселся в тюрьму с Брауном, так что теперь нас не заставляют толкать дурь, а Дилану не грозит «мыло в душе» от босса, передай ему это.
Мне чертовски не хватает тебя, Малышка.
прочитано