Гарри Поттер - малолетний Бомж.

Дело по убийству в кабаке замяли, сославшись на алкоголизм здешних обитателей. Покрутив у виска, мол показалось вам, «следователи» замяли дело. Не только потому, что тела не было, но и потому, что никто не мог описать меня. Видимо, алкоголь все же сыграл свою роль. Ну, для меня это хорошо. Можно забыть про магов на годик и, как я уже и сказал, спокойно жить своей жизнью дальше. Интересный был день рождения, однако. Если говорить на чистоту, то я не знаю, что делать. Впервые это проявилось во время моего первого убийства. После этого странное ощущение не проходит, я то и дело останавливаюсь и думаю: «а стоит ли». Ответ на эти вопросы, которые волновали меня ещё в той жизни, я не знаю. Странная неуверенность и страх охватили меня, то ли из-за первого совершенного мною преступления, то ли из-за странного давления моей совести. Такое чувство, будто я не имею права распоряжаться этим телом. Это не моя жизнь. А я так сильно повлиял на судьбу этого паренька, что изменить вряд ли получится. Конечно, так же мне жалко, что я лишил его семьи, пусть эти страшные люди те еще скотины, но это- его дом. А мой дом где? В той жизни. — Чего задумался, милок? — У Вас есть семья? — Конечно, она у всех есть. — Тогда, где они? — Ну, что я могу сказать. Бросили старушку, как стала не нужна. Ты ешь- ешь, а то остынет. Её доброта была безгранична, я всегда приходил к ней, не знаю, почему-то я не мог оставить эту женщину одну, и, нет, дело тут не в пирожках. Конечно, мы встречались не каждый день, но я ни разу не видел её родственников. Ужасно. Оглядываясь назад я вижу то же самое. Одиночество. А ведь мои так же кинули и забыли. Может, отсюда и вытекает моя привязанность к ней? В выходные я решил прогуляться, тут я увидел местный аналог бесплатной одежды, которую у нас на баки свешивали, так называемый бесплатный «секонд-хэнд». Чистенькая, аккуратная одежка была сложена на неком подобии столика. И тут я увидел его! Прекрасный недо джемпер или толстовку, или курточку, или ветровку, не знаю точно, что это было, но это «что-то» было офигенно удобное и тёплое. Обрадовавшись такой находке я, радуясь всему, вышагивал по тротуару, улыбаясь идущим навстречу людям. И тут я увидел его! Снова. Только на этот раз это был хлебушек. Не веря своему счастью, я, раскрыв рот, пялился на три мягких, свежих, мучных чуда. Вот это удача! По-моему, боженька сегодня на моей стороне. В последнем я ошибся. Пока я тормозил, радостно подпрыгивая к цели, мою добычу заметили другие, а затем еще компашка, в общем, пошло тут движение район на район ради хлеба. Ну, отступать — это не моё, к тому же я тот ещё жмот. Я скряга, которому жалко хлебушек отдавать каким-то голодающим «колониям», даже ради своего здоровья. Живем один раз! (Хотя, последнее уже можно опровергнуть, но мы этого не замечаем и идем дальше.) В конце концов, они все группами работают, а я один, они могут обратиться в те хрени, где бесплатно ужин выдают, а я нет! И вообще, это — мой хлебушек. Пока шла перепалка и выяснение отношений, в мягком смысле этого слова, я решил прошмыгнуть мимо них, схватить хлебушек и без палива свалить. Но и тут я просчитался. Меня заметили, я слишком понадеялся на их увлеченность и невнимательность, но не тут-то было. Тебе тут не русские людишки. Честно, тут все по-другому. Я пытался привыкнуть ещё в «детстве», но, блин, я не могу. Где злые оры «иди в пи*ду» или «на *уй»?! (Чаще, кстати, я слышал именно «уй», ибо некоторые очень любили съедать звуки, пытаясь сократить и без того коротенькие слова.) Я привык к нашим манерам, общению, насыщенному и разнообразному языку, ненормативной лексике, которая так же удивляет своей широтой, к вечной русской привычке — сначала делать, а потом думать. Ладно, если бы у меня не было около пяти десятков за спиной, может быть, тогда бы я мог вклиниться в этот образ мышления. Но именно в моих годах и проблема. Это то же самое, как если бы новое поколение пыталось научить бабушек пользоваться интернетом. В общем, бежал я от них долго и быстро. Они еще и умудрились свои связи применить: появлялись новые участники марафона. Вот один из таких новых участников неожиданно вывалился из-за угла. Сам напросился, получил хлебом в морду. Ну, а что? Он хотел его забрать? Хотел. Я ему дал возможность получить его? Дал. Так что это он виноват, то не поймал. Хлебушек отпрыгнул от приплюснутой морды бородача и начал приземляться в метре от него, тут как раз подоспел я, перехватить моё летающее чудо, свалил за другой угол, протискиваясь в тайный проход между стеной и домом. Этот проход был очень незаметным, из-за узости и сливания с местностью. Выйдя в безопасное место, я потрогал свой подбородок. Нет, определенно, нужно заранее приготовиться к «взрослению», перед глазами вспыхнул образ того бородача. Брр. И в правду, пора. Спустя какое-то время я, прогуливаясь вдоль римской стены, заметил: все указывает на то, что скоро спадут «холода». В общем, рассуждал о своем, как вдруг увидел пятьдесят баксов в одном из стоков на противоположной стороне дороги: воды было много, она держала деньги наплыву. Я чуть ли в ладоши не захлопал. Хотел уже схватить деньги, как волной их снесло вправо, и они (деньги) отправились в путешествие по ручейкам. Чертыхнувшись, я решил, что это не дело — просто так оставлять их. И снова поддавшись жадности, я последовал за ними. Машины. Как же я их возненавидел. Пару раз они наезжали на деньги, выбрасывая их не пойми куда, один раз они и меня облили, а когда я попытался поднять — чуть не сбили. В итоге деньги были у меня, их оказалось в два раза больше, чему я еще больше обрадовался. Пройдя через все мучения и страдания, теперь я радостно шагал по улице. Правда, придется отмываться. Еще и одежда неприятно липла к телу. Но и к такому я подготовился, опыт же есть. В конце переулка, нормального переулка, есть тайный поворот в «зеленую часть», где имеется свой незамерзающий родник, на подобии тех, что у наших церквушек стоят, точнее текут. В этом роднике я постирал одежду и развесил сушиться на ветках низкого кустарника, а сам переоделся в сухую, что была в рюкзаке. На всякий случай у меня было два сменных «наряда», как видно не зря, ибо этот «всякий случай» настал. Через пять часов одежда была сухонькая. Затем я забежал в мини-таверну, нужно разменять бабосики. Решив, что делать больше нечего, я пошел к центру города. По пути не выдержал: раздал три четвертых от моей соточки. Двадцать пять баксов — тоже деньги, лучше оставить их на «про запас». Кому я их раздал? Ну, часть отдал бездомным, другую — таким же детям, как и я, а третью — пожертвовал мамашке на больного сыночка. Не думаю, что сейчас я нуждаюсь в деньгах. У меня есть подработка, зато тут, вспоминая как мне было нелегко, я не смог не отдать им часть. Они нуждались в них больше, чем я. Пока я рассуждал, я забрел на территорию Бомжа Боба. На сколько я помню, его соратники сейчас прочесывают северную и северо-восточную часть, а значит, можно поискать что-нибудь дельное. Как оказалось, моё предчувствие не обмануло меня: почти новенькие досочки красиво сложены у бака, а рядом почти целая банка гвоздей. Я знал, что это знак свыше. Неподалеку живет старик, страдающий шизофренией, я много у него вещей стаскал. Я знаю о чем вы подумали, но нет, во-первых, эти вещи бесцельно валялись на земле, были воткнуты в деревяшки, дак почему бы не использовать их, ну, а во-вторых, я — ребёнок, мне одному выживать сложно, так что можно оправдать мои поступки, и последнее, в-третьих, мне лень придумывать адекватные отговорки, поэтому просто смиритесь. Забраться-то я забрался, вот только сложность в том, что если дедуля запалит будет плохо всем и вся. Почему? Он вечно таскает с собой «Берту» — двустволку, которой сразу пуляет по всему, что движется, а что не движется — толкает и стреляет со всей дури. К этому стоит добавить ходячий шашлычок, по ошибке созданный быть собакой. Сие жирное нечто, бегающее на своих тонюсеньких, низеньких палочках, орало на все: будь это игрушка, случайно залетевшая на задний двор, птичка, другое животное, упавшая ветка и так далее. Думаю, вы поняли… Так, тачку я раздобыл, немного ржавая и все время издававшая противный скрип, была благополучно доставлена до «выхода», который я проделал в заборе за деревом, чтобы старикан не заметил, еще три месяца назад. Я уже хотел помолиться Макаронному монстру, как, уже упомянутый мною, "хот- дог" на спичках выбежал и начал визжать, как свинья. Сарделька сразу кинулась на меня. Ну, как кинулась? Это существо на своих коротеньких лапках бежало, как в замедленной съемке, распуская слюни и улыбаясь довольно так, что этот оскал, казалось, прямо говорил: «Кому-то ща писец», при этом длинные уши таксы прыгали и развивались по ветру. Времени у меня было предостаточно, но тачка не поддавалась, что-то мешало, а силёнок у меня не хватает толкнуть как следует. В это время то опасное существо запнулось и проехало мордой пару метров. На шум, конечно же, вышел старикан. Поему до этого он не выходил - не знаю, вообще, не меня это следует спрашивать. Чертыхнувшись, я в который раз попытался протолкнуть тачку. Я все ещё не был замечен, как оказалось, удача сегодня явно на моей стороне: старикан потерял очки, пытаясь двигаться по голосу своей свинины, он полз еще медленнее, чем обычно. Делать было нечего: я забрался на тачку и щеманул через забор, хорошо что хоть на той стороне никого не было. И знаете, что мне мешало? Камушек! Ладно, в общем, я убрал препятствие и вытащил тачку, потянув ту на себя. В дыре сразу показалась морда старикана и сардельки. Я еле сдержался, чтобы не завизжать, как девчонка. Без очков старикан был никчёмен, мне хватило того, чтобы поднять тачку и поставить ту на колёса и сделать вид будто тут не дыра, а забор, прикрывая поверхностью тачки. Закончилось все более или менее нормально: старикан списал все на то, что шумят тут всякие, собачку его нервируют. Ну, а сама тявкалка не выползала за пределы — воспитана так. Именно поэтому я все еще жив. Придя за своим кладом я благополучно все стаскал и соорудил мини-шалаш. Уроки ОБЖ не прошли даром, я поставил три подземных «добывателя» воды, пять пакетиков на веточки и шесть коробок под дождевую, предварительно прикрыв марлей, которую мы прокипятили*. Мы - это я и ты. Было пока еще рано спать в моем собственном доме, но я постоянно захаживал туда, проверяя нет ли слежки за мной или не занял/ нашел ли мой домик кто-нибудь. В общем, до лета он продержался, я даже заселился раньше, тепло все же тут. Но все хорошее рано или поздно кончается: на мой домик засаду поставили, чуть не спалили. Пришлось кинуть моего деревянного друга. Не знаю кто, как и зачем на меня накатил, но было обидно. Самое интересное, позже я забыл его разобрать, в итоге его залило водой. Не знаю, сохраняться ли деревяшки до следующего года, но будем надеяться, что я потом найду ещё или хотя бы, что не все доски сгниют за это время. Возмущаясь, я решил, что поздно уже и пора бы перестать мусолить эту тему. Тем более, что я нашел прекрасную палочку. Ух, хорошо она была, любой старик позавидует моей тросточки. И вот, удобно расположившись в парке, скрестив ноги, упираясь руками о палочку, насвистывая мелодию и время от времени напевая «бомжуем, сегодня мы с тобой бомжуем» — пару слов из неизвестной мне песни, которую как-то раз слышал где-то. В общем, наслаждаясь погодкой и отступившей депрессией, я заметил странность: много народа шло в мир магов. Другие, конечно же, этого не замечают, но вот уже двадцать первый дурак «незаметно» пробирается в таверну, где часто напивается Хагрид. Будучи тормознутым, я забыл, что скоро учебный год начинается, все типа спешат, чтобы собраться и закупиться всем необходимым. Быстро же время летит. Дак вот, забыв об этом, я решил узнать в чем, собственно, дело. Как оказалось позже, все шли за учебниками в лавку. На сколько я помню, тот чувак- притворщик, который комуниздит чужие приключения и пишет по ним книги. Я хмыкнул, наблюдая за давкой и восторгом людей. Как же противно знать правду, горькая правда лучше, чем сладкая ложь, так? Сейчас я не могу говорить именно так, с одной стороны мне противно вообще видеть его, с другой- мне его жалко, а с третьей- мне по-фиг. Меня это не касается. Маги разберутся и без парниши. В конце концов, тайное всегда становится явным, рано или поздно они увидят подвох. Жить на лжи невозможно. Пока я пялил на эту картину, кое-что произошло. Какой-то мужик подсунул рыжей девахе книгу. Вот тут моя внутренняя доброта заорала, геройское чутье не могло пройти мимо. Он же подставляет её! Наверняка в воровстве обвинит! Не сдержавшись, накинул на себя покрывало, которое защищало стопку книг от пыли, постукивая палкой, притворился слепым. Это оказалось не так уж и легко. В итоге, «нечаянно» споткнувшись, незаметно достал книгу, совая ту в карман, избил блондинчика той же тросточкой, наступил ему пару раз на ноги, случайно залепил леща под конец. Правда, леща я не планировал делать, оно само как-то. В итоге, вернул я ткань, а потом сбежал обратно в парк. Не знаю, зачем я это сделал, тем более, что книга оказалась пустой. Может, он не задумал ничего плохого. Ну, да ладно, и так сойдёт! Великая цитатка Петьки из тридевятого. Почему-то в мыслях эти слова вечно озвучивает именно его голос. Вскоре стоять в парке мне надоело. Решив, убраться куда-нибудь в другое место и отдохнуть, я отправился на поиски того самого места. Не знаю почему, но в последнее время стало труднее находить укромные местечки. То ли бомжей стало больше, то ли я сноровку растерял, когда дела мои улучшились, то ли фараоны стали умнее, то ли меня кто-то из банд палит и подставляет, но просто нет свободных мест. Ну, нет и все тут. Вроде, только нашел что-то нормальное, как замечаю, что тут уже кто-то либо есть, либо был, а в последних опасно останавливаться: могут прийти с дружками. И вот я уже три часа шастаю туда- сюда, пытаясь найти хоть что- нибудь. И вот тут на помощь мне пришла Рыжик. Нажаловавшись кошке, поплакав на её мохнатом плече, уже хотел сесть там, где был и уснуть, как она потащила меня куда-то. Рыжик провел меня по «тайному ходу» в подвал общежития. Там оказалось немного прохладно, а спустя час и вовсе холодно. Делать было нечего, пришлось развести мини- костер. И вот совпадение: три дня назад разменял у ребятни три стеклянных шарика, найденных в заброшке, на полтора коробка спичек. Почему полтора? Ну, второй коробок они потратили наполовину, и теперь он наполовину пуст (или полон). Вероятность того, что огонь вообще разведется в сырости подвала, была минимальна, поэтому я решил сначала опробовать, а потом уже вытаскивать свою тушку на поиски веток. Сначала, я планировал сжечь газетки и сухие палки, что были неподалеку, под трубами, но Рыжик решила действовать по- другому: скинула мой трофей. Удивительно, но тетрадка загорелась так, будто я её предварительно горючим полил, обильно так полил. Не знаю, почему тетрадь не сгорала, может, из-за кожаной обложки, но, по-моему, даже кожа не не сгорает так долго. Это вечный источник энергии? Проверить идею мне удалось спусти три часа. Тетрадь не сгорала, только поддерживала огонь и все, никаких повреждений! Утром я отправился к знакомой нам старушке, решил поделиться находкой, думаю, ей оно будет нужнее. Её дом отапливается только вручную, не думал, что такие дома все ещё существуют, но видимо, как наши панельные домишки столетней давности, тут так же есть нечто подобное. Как оказалось, я прибыл не вовремя. Простояв в сторонке, я наблюдал как её родственнички решили- таки проявить свою заботу и явились в дом, дабы удостовериться, что старушка им что-нибудь оставит в наследство. Сказать, что я был зол — ничего не сказать. Всеми любимый оборот, я тоже могу его использовать хоть раз, тем более, что сейчас, кажется, подходящее время, нет? Понимая чувства старушки, я решил предложить ей сотворить мстю. — Вам нравится подобное? Они же просто обманывают Вас. С корыстными целями приходят. Не дело это. — Ну, что же я могу поделать? Старушка улыбалась, не смотря на меня, избегала встречи своего стыдливого взгляда с моими строгими глазами, умом понимая, что я правду говорю. — Как, что?! Сражаться! Р… — на секунду запнувшись, я решил, что фраза «Русские не сдаются» прозвучит нелепо, поэтому быстро исправился. — Рано ещё руки складывать. — И что ты предлагаешь? Далее мы три часа шептались, создавая всемирный заговор против наглых людишек. Мы составили завещание с особыми правилами, при соблюдении которых они получат все. Кто они? Те, кто первыми все условия выполнят. Спустя три месяца здоровье старушки подвело: случился первый приступ. Я был там, в панике пытался вспомнить местный номер 01, попутно пытаясь оказать ПМП. Урок ОБЖ меня к такому не подготовил. Все обошлось, волнуясь за её здоровье, я провёл с ней все время прибывания в больнице, пока она не очнулась, прикинувшись её внуком, позже я просто навещал её. Особо разбираться с моей личностью не стали, потому что сама старушка подтвердила мои слова. Так же она дала мне ключ, чтобы цветы поливал. Долго её там не держали, после выписки я отдал ей ключ и тетрадку, где тщательно выписывал что и когда, сколько и с какой температурой поливал. Родственники её так и не навестили больную, что ещё больше настроило меня против них. Наградили меня пирожками с яйцом. Радостный, я пошёл угощать Рыжика. Сидя с котом я думал о магах. Что там было после камня? Не помню. Может, ничего и не случится, если всем известный Гарри не появится и в этом учебном году? Может, так оно и к лучшему? В принципе, там работают не дети, сами разберутся. А тем временем дело уже подходило к вечеру. И где мне на сей раз залечь? В последнее время стало казаться, что такая жизнь не по мне. Слишком много забот и переживаний. Не думал, что быть отшельником так сложно, но с другой стороны у меня теперь есть целая семья, что осознал я после странного и короткого разговора со старушкой. Именно та старушка, дети из пекарни, три «бомжатских клана», которые приняли меня «в свои ряды», тот парниша — разносчик почты, что фактически является моим информатором, полицейский с тринадцатой, с которым мы вечно беседуем и ржем, ещё девочка с старшей сестрой, обе рыжие и немного долбанутые, бывший столяр, которого кинула жена, теперь он — заядлый алкоголик с манией по-ныть всем и вся, бедная семья, что укрывается от налогов, проживающая на чердаке почти сгнившего домика на окраине, учительница младших классов, погрязшая в долгах, пытавшаяся совершить суицид, близняшки с Флит-стрит*, которые тайком давали мне доступ к разным произведениям и журналам. В конце концов, Рыжик — моя верная подруга. Моя семья шире, чем у кого-либо, со всеми ними меня связывают разные истории и случайности, все они когда-то помогли мне, а я им. Я счастлив. Но, чем старше я становлюсь, тем страшнее и неизведаннее мне кажется моё будущее. Что ни говори, но до старости лет быть бомжом не очень-то и весело. Особенно тогда, когда ты понимаешь, что не со всем ты сможешь справится. Опасное это дело. Нет, не так представлял я себе этот путь, хотя и не сожалею. Разочарован — может быть, но не сожалею.