Я ВЕРНУЛАСЬ!

Регина посадила Еву к себе на колени и увлечённо играла с малышкой в «ладушки». Ева веселилась от души — хихикала, демонстрируя недавно прорезавшиеся зубки. Эмма наблюдала за этой милой домашней сценкой прикусив губу и так серьёзно и пристально, что Регина повернулась к ней и спросила: — Что такое с тобой, Свон? — Я тоже хочу… — Поиграть с Евой или ребёнка? — Ребёнка. Регина ехидно улыбнулась: — Твой бывший вроде ещё в городе. Попроси у него об этой маленькой услуге. Эмма помотала головой: — Я хочу ребёнка от тебя. — Что?! Даже Ева уставилась на Эмму, удивлённо приподняв бровки. Словно поняла о чём речь. — Магия… Если можно самому превратиться в мышь или кого-то в сучковатое полено (Лерой сам напросился!), то почему нельзя из девочки сделать мальчика или наоборот? На время. Не навсегда. Спроси у Голда об этом. Он нам таки теперь родственник. Вот пусть и поможет… по-родственному. Регина тяжело вздохнула — всё. Не отстанет же… … Голд долго ржал, а потом внезапно стал совершенно серьёзен: — Действительно, если Эмма твоя Истинная Любовь, то ваш совместный ребёнок будет Дитя Истинной Любви. Да ещё и от матери, которая сама Дитя Истинной Любви… Заманчивый эксперимент… … Горячий мексиканский мачо, стоя на пороге спальни, лихо подкрутил свои жгуче-чёрные усы и спросил у Эммы голосом Регины: — Ну как? Преображённая Регина терпеливо ждала, когда Эмма прекратит ржать и наконец угомонится, но через полчаса не выдержала. — Действие зелья длится всего несколько часов, Свон. И, если ты не закончишь кататься по полу и ржать, как ненормальная, наш, ТВОЙ план пойдёт прахом по техническим причинам. Эмма уткнулась лицом в подушку и попыталась успокоиться, думать о чём-то грустном — например, о повышении цен на помидоры, но стоило ей остановиться и обернуться, всё начиналось с самого начала. — Ой, не могу! Пожалуйста, смени облик! Умоляю! – Эмма наконец сумела остановить рвущийся наружу гогот. Регина вздохнула, сосредоточилась и теперь выглядела как собственный брат-близнец, если бы он у неё был. — Вот так-то лучше. Всё на месте? Время у нас ещё есть? — Да. — Тогда не будем тратить его на болтовню… … Через несколько месяцев живот уже было невозможно скрывать. Как и утреннюю тошноту. Перехватив, в очередной раз, изучающий, пристальный взгляд Белль, Эмма не выдержала: — Да. Я жду ребёнка. Вопросы? — И кто счастливый отец? Вероятно, Нил? — Регина. Мэри Маргарет застыла с пустым пластиковым стаканчиком у кулера, не убрав палец с кнопки. Вода уже начала литься прямо на новенькие туфельки Бланшар. У Белль глаза стали большими и круглыми, как у любимой куклы Евы. — Как это?! — Спроси сама у своего бойфренда. Это он нам немного помог. По-родственному. Белль продолжала хлопать ресницами, и Эмма обречённо вздохнула: — Если кратко, Регина меня выебала, но всё было по взаимному согласию, при полном непротивлении сторон. Конечно, Тёмный ничего не делает без какой-либо выгоды лично для себя. В этот раз Голду просто стало любопытно, что выйдет из нашей затеи. поздняя ночь или раннее утро — О, чёрт! — Не ной, Эмма. Ты сама жаждала этого ребёнка. Причём, всенепременно от меня. Так что теперь поздно рвать волосы. Что сделано, то сделано. — Генри был поспокойнее… — В тебя характером пошли, — Регина не может отказаться от подколки. — Все трое? Регина тоже поднимается. Генри II рыдает в голос, Дэниэл спокойно дрыхнет, Лилит беззубо улыбается своим матерям. — Ну разве не милашки? — умиляется Регина. — Вот подрастут, научатся ходить и у Евы появятся добровольные помощники в разгроме особняка… Примерно через полчаса в спальне воцаряются спокойствие и тишина. Малыши спят. Ева посапывает в своей кроватке. Эмма задумчиво улыбается глядя в потолок. — Как ты думаешь, у Голда ещё осталось немного того зелья? — Тебе ещё мало, Свон? — Теперь моя очередь… где-то через год — Знаешь, Свон, может, я и мечтала о детях, но не о собственном детском садике! — У меня четверо. У тебя трое. Семь — волшебное число. — Это, конечно, успокаивает…