Старинная гравюра

      Век наш бурный железный и гордый. Всё стремительно катится вниз. Человек, ты в пустыне горной. Осторожнее, не оступись.       Сколько разных соблазнов вокруг. Стоит только забыться на миг, Вас стремительно сносит в тот круг, Где не слышен последний ваш крик.       Мы бросаем друзей, забываем Тех, кто ближе, роднее, нежней. Мы себя предаем, избегая Одиночества в круге людей...*. Лист пятнадцатый POV ВладимИр       Нидхегг выздоравливал быстро и с удовольствием. Видимо, его очень вдохновляли наше общество и заботы о нём. Он долго был одинок и ненавидим собственным братом, брошен семьёй. Особенно ему понравился Ферн (почувствовал родственную душу). Он рассказывал ему о жизни, делился переживаниями, сомнениями и думами. Волк слушал его молча. Иногда грустно вздыхал, но никак не комментировал услышанное.       А время меж тем шло. Нам надо было трогаться в путь, о чём мы и сообщили Нидхеггу. Он сначала опечалился. Даже всплакнул, но потом заявил, что нас не бросит и пойдёт с нами. Ферн посмотрел мне в глаза умным взглядом, словно констатируя: «А что я тебе говорил!»       Нидхегг предложил нам ехать на нём верхом, но мы отказались. Пока ноги-руки целы, пойдём сами. И тронулись в путь.       Теперь проводником был дракон. Он чувствовал земли Хель. По его словам, от них шёл особенный запах. Мы ночевали в степи. Я честно делился со спутниками провизией, взятой у Тора. Но она уже подходила к концу.       Я устал, измотанный путешествием и особенно снами. Мне снились то Хель, то Ольга, то образ двух девушек сливался в один, и предо мной представала страшная огромная красно-коричневая ведьма, которая манила меня к себе и признавалась в любви. Уже не помогали ни облизывания Ферна, ни коньяк из фляжки, ни долгие лежания без сна и наблюдения за звёздами. Доспехи раздражали и мешались. Мечу было тесно в руке. Хотелось битвы, боя и убийств.       Однажды утром Нидхегг долго и пристально смотрел на меня, а потом сказал, что ядовитое дыхание земель Хель уже начало сказываться на мне, и что только от меня зависит, смогу ли я преодолеть этот яд. Когда я спросил, а что будет, если не справлюсь, то дракон ответил сухо и просто: «Тогда ты навсегда останешься там, и пути назад не будет!».       После таких речей я немного встряхнулся, привёл себя в порядок, потренировался с мечом и весь день чувствовал себя хорошо, вечером даже быстро уснул. И приснился мне сон. Лист шестнадцатый       Я стоял в Валаскьяльве перед троном, названным «сторожевой башней», потому что когда восседает на нём Всеотец - Один, то виден ему оттуда весь мир, и почему то знал, что сейчас я в облике Бальдра. Один смотрел на меня строго и печально, но где-то в уголках глаз блуждала смешинка. - Сынок,- услышал я громовой голос, - пока вы не дошли до царства Хель, ты должен сам решить, где и с кем ты хочешь остаться. Тор достаточно натренировал тебя физически, но ещё слаб и трепетен твой дух. Это может сослужить тебе плохую пользу. На твоей стороне, мы - светлые боги. Но зло сильно и приходит в разных обличьях. И именно тебе решать, как распорядиться своей судьбой. Мы можем только советовать и помогать, но не решать за тебя. - Ответь мне, Отец всех богов, - спросил я, - на чьей стороне Хель и зачем она пришла в мой мир? - И это ты должен выяснить, а точнее, почувствовать сам! Но немного я тебе помогу. Тот свиток, что ты носишь с собой, превратится в пепел, если в беседе с тобой кто-то будет лгать. Но это случится только единожды. Поэтому тебе решать, с кем вести этот главный разговор. Что касается твоего меча, да будет он крепок, остр и не разрушим, пока ведёшь ты праведные бои. Так я сказал, Один! А теперь спи!       И я понял, что уже на земле, в спальнике. Костёр приятно греет пятки, и рядом сопят мои друзья. - Какой хороший и странный сон, - подумалось мне. И, перевернувшись на другой бок, я крепко и спокойно заснул. Утром меня разбудил Ферн. - Что ты сделал со своим мечом?- было первое, что спросил он после того, как я окончательно открыл глаза. - А что с ним? - начал я припоминать свой сон. - Он блестит, словно только что вычищенный. И при прикосновении плюётся искрами.       Я встал, взял меч за рукоять, и тот тихо запел, словно при встрече со старым другом. Руке стало тепло. - Значит, это был не сон, - прошептал я. Но волк и дракон услышали и немедленно потребовали прояснить мои слова. Пришлось пересказывать им содержание сна.       Дракон слушал восхищённо и периодически вскрикивал: «Сам Всеотец удостоил тебя своим присутствием!».       Ферн дослушал мой рассказ до конца и сообщил, что ему это всё не нравится, ибо зачем-то боги заставляют меня решать их проблемы.       После этой тирады разразился ужасный спор между Нидхеггом и Ферном. Дракон был на стороне Одина и Тора, Волк защищал меня. А я стоял молча с мечом в руке и слушал.       Когда спорщики иссякли, они посмотрели на меня, ища каждый союзника себе. Но я ответил коротко: «Время покажет!». Оба зверя немного обиделись на меня, но, позавтракав и собравшись в путь, мы все успокоились и перестали дуться друг на друга. ***       Мы шли весь день и всю ночь, после которой рассвет почему-то не наступил. На небе не было туч или облаков, но вокруг было почему-то сумрачно, а в некоторых местах вообще темно.       Запахло сыростью и болотом. Дракон сказал, что мы подходим к реке Гьелль, через которую переброшен мост, выстланный светящимся золотом. По этому мосту и попадают в царство Хель.       Пройдя ещё немного в полном мраке, мы увидели впереди ярко-жёлтое сияние. Подойдя ближе, были очарованы прекраснейшим мостом, который я когда-либо видел. Он выглядел, словно сотканный изо льда и инея, узоры причудливой формы обвивали поручни и решётки, фермы и быки моста.       Становилось очень холодно. Изо рта шёл пар. И только меч в моей руке светился голубым неярким светом. И от него мне было тепло. - Вот мы и пришли, – сообщил дракон. - Перед тобой Нифльхейм – царство мрака, льда и холода. Мне туда путь заказан. Я подожду вас здесь. Особенно не задерживайтесь, помните о ядовитых испарениях и о том, что правое - тут левое, правда - здесь ложь. А увидите моего братца, сообщите ему, что я - снаружи и жажду его обнять.       Мы с Ферном поблагодарили дракона за помощь и советы и ступили на мост, который действительно был сделан изо льда и инея. Лист семнадцатый После сказок о счастье бывает покой. И герои в себя приходили , чтоб снова Всё забыв, рано утром вновь кинуться в бой. Бой без правил, где всё - наизнанку и ново. ** - Уж на что у меня шерсть густая, но даже мне здесь холодно, - сказал, лязгая зубами, Ферн. - А мне от меча тепло, - похвастался я.       Ферн прижался к моей ноге. Меч в моей руке стал ещё теплее, и волк вдруг сообщил, что от моей ноги тепло передаётся и ему, и что он согрелся. - Меч тебя тоже признал, иначе бы не передал через меня тебе тепло, – сказал я, наклонившись и погладив волка по голове. Мы постояли несколько минут, отдыхая и греясь. ***       По моим часам уже перевалило за полночь. А мы всё шли и шли, и никого не встречали на своём пути. Только мрак, лёд и холод. То справа, то слева слышались странные и печальные завывания, похожие на плач. Пару раз над нами что-то, похожее на огромную сову, прошуршало крыльями и исчезло.       Полное отсутствие какого-то присутствия начинало меня злить. И меч почувствовал это. Он начал плеваться голубыми искрами, пытаясь развеять мрак и найти врага. - Привал, - изрёк я и устало опустился на свёрнутый спальник.       Сам собой запылал огромный костёр, но он светился фиолетово-синим; жёлтые, рыжие и красные оттенки отсутствовали в пламени полностью.       Я разогрел последнее мясо с картошкой, заварил чай в шлеме-котелке. Повеяло теплом. Вкусно запахло человеческой едой в этом неуютном холодном мире.       Когда мы с Ферном уже заканчивали обед или поздний ужин (не знаю точно), из-за сухого сломанного дерева к нам вышел карлик: - Здравствуйте, ВладимИр и Ферн! Слухами о вас земли полнятся. С прибытием, только зря вы сюда пришли! Погибель вас здесь ждёт!       Я удивился. Но не очень. Находясь в этих волшебных землях я уже понял, что главный враг здесь для всего живого и неживого – скука. Вот и передаются слухи и сплетни по эфиру от одного царства в другое, меняясь по пути и обрастая совсем другими подробностями. - И тебе привет! Только не знаю, кто ты и как звать-величать тебя? Присаживайся. Могу предложить чаю со сгущёнкой, – ответил я. - Я - цверг, двоюродный брат Нильса. Зовут меня Ниди. Чай и сгущёнку отведаю с удовольствием. - А, я слышал, что цверги – искусные мастера, создатели многих сокровищ богов. Вы обитаете в земле и камнях, очень боитесь солнечного света, который обращает вас к камень. Да, я знаю о вас многое, - продолжил я, подавая Ниди кружку с чаем и банку со сгущенкой. - О тебе правильно говорят. Ты – начитан и умён. И Нильс очень просил меня помочь тебе, - обжигаясь чаем и уплетая сгущенное молоко, пробухтел цверг. – Только вот не знаю, как и чем. - Мы идём уже долго, а дворца Хель всё не видим. Проводи нас туда. - Хорошо. Но предупреждаю, обратной дороги оттуда нет. - Я согласен. Веди.       В ту же секунду костёр погас, на нас упала вязкая и чёрная пелена тумана, но я успел схватить Ферна за ошейник, чтобы не потерялся. Меч сам собой вырвался из моей руки и стал рубить этот туман по окружности вокруг нас. Что-то пищало, падало к моим ногам, пытаясь уползти и спастись. Но от меча Одина защиты не было.        И наконец, туман был повержен. Мы с Ферном стояли на ступенях ледяного дворца. Ниди стоял рядом и с ужасом смотрел на меч, который сам собой опять лёг мне в руку. Я почувствовал, что лицо и голову мне закрывает шлем, подарок Леса.       Я замахнулся мечом на Ниди. Цверг упал на колени и пополз прочь от меня: - Я не виноват. Я не виноват. Меня заставили проверить вас. Не убивай меня. - Что или кто это был? – грозно спросил я, с трудом сдерживая рвущийся в бой меч. - У нас не принято нападать на тех, с кем ты разделил трапезу! - Это чёрный Морок, слуга Хель. Он проверял, так ли ты искушен в битвах, как говорят. Не убивай меня. Я тебе пригожусь.       Я расхохотался в голос: - У меня такое впечатление, что я попал в русскую народную сказку, где все, кто встречаются на моём пути, молят не убивать их, потому что в дальнейшем они мне помогут.. - Ты – не в русской сказке, а в скандинавском эпосе. Здравствуй, ВладимИр! Я очень рада видеть тебя,- услышал я знакомый голос. На крыльцо вышла Хель. _____ *Отрывок из моего стиха **Отрывок из моего стиха