Воительница

      Вечер. Темное небо смывает с себя остатки заката, разбрызгавшего алые и оранжевые пятна на его тяжелые тучи. Ветер начал свою прогулку по верхушкам старика-леса. Его холодные порывы стремятся загнать в норы всю живность, оставшуюся в такой час на улице.       У ветхого храма сидит девушка. Волосы небрежно лежащие на спине и плечах развевались, поддавшись ветру. Безмятежность острого лица сменилась тревогой. Диковато принюхавшись, девушка резко встала.       — Микаге-сама! Микаге-сама!       Быстрые шаги раздробили тишину ветхого храма, заставляя пол под ними жалобно скрипеть.       — Микаге-сама! — в последний раз на выдохе повторяет шатенка.       — Нанами? Ты редко сюда заходишь. Что-то случилось? — в круглых стеклах очков пробежал блик чуть теплившегося огонька свечи.       Мужчина, сидевший за книгой, повернул к гостье свою белокурую голову.       Нанами последовала совету наставника и быстро, но аккуратно села напротив.       — Ветер принес запах гари, — сбивчиво начала она, отведя, будто стыдясь, глаза от ясного лица перед ней, — там деревня…             Мужчина глубоко вздохнул и запрокинул голову к потолку.       — Может тебе стоит взять выходной, Нанами?       — Выходной? — рассеяно пробормотала девушка, все еще разглядывая пол.       — Да. Последние события совсем выбивают тебя из колеи. Стоит хоть день посвятить себе, Нанами. Я ценю твой труд и переживания, но всему свое время.       — Я не устала, Микаге-сама! Да и дела храма теперь идут совсем плохо. Из-за беспредела, который творят эти ёкаи, наш храм остался без прихожан. Они же просто выжгли все ближайшие деревни! — девушка печально вздохнула, — Ни капли человечности, ни намёка на сочувствие. Это для них просто игра…       — Иди, иди. Ты заслужила, будь уверена. А теперь оставь меня.— растянув губы в улыбку, бог взглянул на неё в последний раз и отвернулся.

***

      А дела храма и в самом деле шли теперь совсем плохо. Некогда известное и ухоженное место, в котором люди заключали браки, молились, скорбели, теперь опустело. Последние недели прихожане яростно молили лишь о здоровье и чудесном спасении своих близких из соседних деревень от кровожадных ёкаев.       Те же не щадили никого, а потому очень скоро люди потеряли всякую надежду, а вместе с тем старались не покидать родных лишний раз для похода в храм, стоявший в отдалении от деревень на небольшом холме.       Сейчас Момозоно надевала прогулочное кимоно. Её гардероб не пестрил богатыми одеяниями, а шкатулки не ломились под весом дорогих украшений. Нанами считала, что сдержанность и экономность — одни из тех черт, которыми обязаны обладать настоящие хранители. Она часто рисовала в своем воображении образ идеальной версии себя. Образ той Нанами, которая не тяготила бы сердобольного бога, решившего взять к себе в хранительницы неумелую человеческую девчонку.       Однако та не стояла на месте. Каждый день был полон работы. Работы в саду, в храмес, но прежде всего - над собой.                   Обделенная магическими способностями Нанами развивала способности физические. Со временем она даже смогла пробуждать в себе и ту силу, которая даровалась ей вместе с должностью хранительницы.       Например, она обучилась самостоятельно проходить в иной мир. Защита Микаге давала ей некоторый иммунитет от демонов и ёкаев. Мало кто хотел бы нажить себе врага в лице бога. Однако, дополнительными средствами защиты девушка не брезговала: обереги, амулеты и её собственный серебряный кинжал. Когда-то она выменяла его у загадочного торговца на лист-невидимку, который дал ей Микаге, а на его расспросы лишь увиливала, ясно дав богу понять, что предназначение предмета — дело слишком личное.       С тяжелым сердцем юная хранительница отправилась в свое любимое заведение.

***

      Перенесемся в глубины западного леса, где в ночи, похрустывая толстыми ветками и шелестя одеждой, два демона бегут в неизвестном направлении.       — Хорошо размялись, но было скучновато. Даже Войнов в этой деревушке не было. — полузевнул высокий ёкай с алыми волосами и ярко-желтыми глазами.       — Одежду испачкал… — протянул недовольно кицуне.       Демон только ухмыльнулся в ответ. Его уши под большими, блестящими рогами колыхнулись.       — Может к Тануки? — посмотрел он заговорчески на приятеля. — Давно заметил, что ты просто в восторге от их мягких… трав для курения и саке, ведь так, а, Томоэ? Встретив хищный взгляд красноволосого лис ухмыльнулся.       — Саке там отменное.       — Я тебя понял, брат.       Прыжки ёкаеев сотрясали макушки высоких елей.

***

      Нанами уже стояла на пороге желанного здания. Это был дом Тануки. Он совмещал в себе логово разврата и место, которое, не смотря на сомнительное расположение, было несравнимо по качеству обслуживания и предоставляемых услуг — женские бани. Они славились своим комфортом даже у знатных людей, но не всякий решался без стыда войти в публичный дом, пусть и приследуя совершенно иные цели. Цены здесь были неизменными и довольно демократичными, но ходили слухи, что особо состоятельным клиентам позволялось покупать понравившихся посетительниц женской бани. Работницы смущенно отрицали такие сплетни.       С прошлого визита Нанами ничего не изменилось.Те же черезчур услужливые ушастые девчушки в милых, но довольно откровенных одеяниях щеголяли по коридорам.       Над деревянной, круглой ванной клубился пар. Теплый и влажный воздух с запахами трав и тонкой ноткой алкоголя пьянил и дурманил. Лицо хранительницы обдало теплым паром. Тануки стали аккуратно, но быстро раздевать молодую клиентку, освобождая её тело от мешающей одежды, между тем, услужливо развешивая её неподалеку.       Девушка не слишком любила эту процедуру — чужие прикосновения смущали её, но то, что она отдавала за это свои честно заработанные деньги помогало ей справиться с возникающей неловкостью.       Маленькая комнатка, теперь состояла только из вездесущего жгучего пара, круглой ванны и Нанами. Она вальяжно потянулась, жар окутал её обнаженное тело, впитываясь в каждый миллиметр её кожи. Тануки давно удалились — постоянные клиенты требовали присутствия определенных работниц.       Хранительницу раздражал факт соседства столь прекрасного места с отвратительным пристанищем мужской похоти, но выбирать не приходилось. Лишь это заведение предоставляло комфортные бани за разумную стоимость — слишком дорогая для нисших ёкаев, способных съесть своих сородичей прямо в общественном месте, но при этом доступная для Момозоно. Идеальный баланс. Только особо громкие звуки порой нарушали спокойствие, царившее в маленькой комнатке.

***

      Тануки были всегда особо обходительны с постоянными гостями, а особенно — с темя, кто способен забрать их жизнь щелчком пальцев. Наверное, можно утверждать, что разделить постель с одним из них было почетом и тяжелейшим испытанием для них. Демоны были щедры и милы, но их благосклонное настроение могло за секунду смениться яростным и необузданным гневом.       Девушки боязливо пресмыкались перед ёкаями, а те, в свою очередь, лениво указывали выйти тем, кто им не приглянулся. Они бесцеремонно сдергивали дорогие одеяния и зрелых женщин и совсем еще юных девушек. Рукава рвались, слабые пояса, удерживающие ткань, летели на пол.       Сами же гости любовались зрелищем в приватной комнате. Они были полностью одеты и лишь иногда прикасались к гладким телам, попивая саке.       Акира-оу был намного любвеобильнее своего товарища. Быстро насыщаясь спокойным наблюдением, он позволял девушкам облепить свое тело. Он прикасался к их мягкой груди, грубо сжимал одну, вторую, позволял тереться о свои руки.       Ароматы дорогой смеси для курения дурманили разум юных девушек. Не только строгая начальница и жажда наживы управляли ими — довольно редко в публичном доме увидишь таких красавцев как эти двое. Обладая специфичными вкусами, те были хотя бы хороши собой. С ними сходило на нет соревнование по колличеству бородавок на лицах гостей, такое популярное среди девушек. Теплый пар стелился по полу. В воздухе держался стойкий запах саке.              Атмосфера ленивого желания была нагло скомкана глухим вскриком и влажным ударом чего-то большого об пол. Низенькая тануки чуть дернулась, будто выходя из транса, и тут же поёжилась. — Я вынуждена помочь нашей клиентке, извините! — низко поклонившись, пропищала одна из них. — У вас есть посетители с нестандартными предпочтениями? — подал голос Лис. — Нет, нет, Томоэ-сама. Это посетительница женской бани. Его лицо озарились ухмылкой. — Может ли она к нам выйти за доплату? Уж очень интересно. — Это веряд ли. Нанами-сама хоть и юна, но имеет строптивый характер. Она не согласится выйти ни за какие деньги, — вздохнула тануки, боясь поднять взгляд на ёкая — тот смотрел на неё прожигающим, недовольным взглядом. — Н-но я спрошу! Поклонившись девушка-панда выскочила из комнаты.