Мы будем с тобой осуждены

      После того дня размышлений о женщине, медленно сводящей с ума юную голову, стало ещё больше. Сложно понять те чувства, которые затмили разум, ту атмосферу, особый воздух, которым наполнился кабинет, когда вы там не были, но постарайтесь. Так спокойно, уютно, тихо, несмотря на басы гитары, но в то же время напряжённо, волнительно и необычно было находиться там, в кабинете математики и физики (кто бы мог подумать!), в тот момент. Татьяна Владимировна, наверняка, снова не придала этому никакого значения, но тот день стал, наверное, первым «особым» воспоминанием для Леры.       Среда подкралась незаметно. В детской голове медленно рождался план по завоеванию. Подарить что-то приятное было необходимо, но сделать это нужно было легко и ненавязчиво, поэтому коробочка любимых конфет хорошо подошла на эту роль. — Все пришли? Все готовы? — Светлана Юрьевна заметно нервничала перед концертом. — Да всё хорошо будет, Светлана Юрьевна, — Толик, одноклассник, ответил нервозной руководительнице, — не переживайте. — Вы не забыли про цветы учителям? После концерта каждый берёт по букету и относит учителю. Сами там решите — кто кому несёт. Только не перепутайте, ей Богу! — Да всё, всё, идите, нам готовиться нужно. Все будет чудно!       Репетировать девятиклассники давно бросили и теперь просто прогуливали уроки. Благо у Татьяны Владимировны его сегодня нет. Или не благо? — Ребят, я отойду ненадолго.       Два стука и ладонь осторожно открывает дверь. Как всегда — прекрасна. Темно-красное платье чуть выше колен подчеркивает её красивую, женственную фигуру; макияж чуть ярче обычного делает глаза ещё выразительней; подкрашенные кровавым цветом, манящие губы расплываются в улыбке при виде меня. — Здравствуйте. Это вам, — чуть дрожащими руками ученица протягивает коробочку Ферреро Роше, — мои любимые. С наступающим, — многословно, в её стиле.       Татьяна Владимировна исподлобья смотрит на девушку своими озорными глазками, не скрывая улыбки, и молчит. Встаёт со своего кресла и подходит чуть ближе. — Что встала-то в проходе как бедный родственник? — Она чуть ухмыльнулась, словно ожидая реакции на свои слова. — Проходи. — Да вы издеваетесь. — Лера бурчит, но всё же делает пару шагов вперёд. — Заберите их уже. — Так-то лучше. Спасибо, но не стоило. — Ученица замерла, словно всё её тело налилось свинцом, когда женщина аккуратно подхватила ту за талию и – впервые! – нежно коснулась щеки мягкими губами. — Стоило. Не за что. — В растерянности и с привычным смущением ответила Лера, заметив, что её рука покоится на талии учительницы. Машинально. — Я, наверное, пойду. — До встречи на концерте, спасибо ещё раз.       Поцеловала! Поцеловала! Из лаборантской девушка вышла чувствуя необъяснимое воодушевление и легкость. Ей хотелось танцевать, кружиться и рассказать всему миру, как она счастлива. Но счастье любит тишину.

***

      В актовом зале было по обыкновению шумно и суетливо. Старшие классы, ответственные за мероприятие, готовились к концерту, вынося колонки, настраивая аппаратуру, и наряжая зал. Но Лера с подругами решили обойти это дело стороной, тихо-мирно отсиживаясь в столовой. Во время уроков, кстати. — Лер, ты замечала, как на тебя Коля таращится? — Жуя булочку, поинтересовалась Настя. — Лебедев что ли? — Ну да. Как он тебе? — Никак. Самовлюблённый эгоист, который то и дело льёт в уши, какой он прекрасный мальчик. — Без внимания, ковыряя вилкой в тарелке, отозвалась Лера. — Но красиво ведь льёт, а? — смеясь, подхватила диалог вторая подруга. — Меня от него воротит. Вы обе по нему сохнете что ли? — Ты что, у меня есть молодой человек. Он с другой школы, надо будет вас познакомить как-нибудь. — Первой отозвалась Оля. — Надо обязательно, — и обе девушки перевели взгляд на Настю, которая, кажется, слегка поникла. — Ну так что, Насть? — Ну не то, чтобы сохну, — с оттенком грусти ответила одноклассница. - За ним девчонки толпами носятся, он ведь такой милый. — Не расстраивайся. Почему вы не общаетесь? — Лера слегка приобняла подругу за плечи. — Потому что я ему никогда не нравилась и не понравлюсь. Он смотрит исключительно на тебя с момента прибытия в наш класс. — Это скоро пройдет. Я не отвечу ему взаимностью, меня такие не привлекают. — Какие там Вас не привлекают, Валерия? — От неожиданности (от неё ли?) девушка чуть вздрогнула. Слишком знакомый голос за спиной. — С эгоцентричными нарциссами как-то не лажу. — Получилось как-то напыщенно. Такой диалог с женщиной для Леры вести было странно и непривычно. — Лебедева что ли обсуждаете? Глаз с тебя не сводит. — С ухмылкой и каким-то пренебрежением сказала Татьяна Владимировна.       Ученица удивлённо потупилась на женщину. Она заметила? Ей это интересно? Одним своим видом девушка ответила на вопрос. — Такое сложно не заметить. — Осеклась учитель. — А вы, девушки, почему не на уроке? — Учительница скрестила руки на груди — защищается. От чего? — Уже идём, Татьяна Владимировна, уже идём, — пролепетала Оля, и одноклассницы, дружно двинулись к выходу.

***

— Добрый день, дорогие наши дамы, сегодня… — Начал ведущий, и Лера нарочито вздохнула. Подобные конкурсы художественной самодеятельности никогда не привлекали её. Как, наверное, и большую часть зрителей.       Мельком девушка пробежалась по залу, выискивая одну персону. Нашла. Та стояла у другого края сцены и, слегка опёршись на колонну, пустым взглядом смотрела в одну точку. До концерта ей также не было никакого дела. Почувствовав на себе чей-то взгляд, она резко одёрнула голову и перевела глаза ровно на нашу героиню. От неожиданности та перевела взгляд на сцену, но через мгновение вернула его на Татьяну Владимировну. Ничего не изменилось. Два взгляда устремились друг на друга.       Знали бы вы, какая это пытка! Воспламеняться, гореть, тлеть и снова воспламеняться под взором любимых глаз. Лера, кажется, покраснела до кончиков ушей, в мыслях спихивая всё — конечно — на духоту. Взгляд она отвела первая — не смогла больше выдержать это мучение (или наслаждение?). Сердце бешено колотилось, руки вспотели, да и вся она была в непонятном затмении. В попытках успокоиться девушка попыталась вслушаться в слова из миниатюры, которую исполняли на сцене, однако — безуспешно. — Лера, ты чего такая красная? — Удивилась Оля. — Ты что лихорадишь, волнуешься? — Жарко, душно здесь просто. Что, сильно красная? — Да ты как рачонок. Иди, проветрись, у тебя ещё есть время. — И подруга вернулась к просмотру театрального шоу.       Лера же осталась сидеть на месте. Взгляд в запретную сторону и — Боже! — снова. Женщина словно вовсе не переводила взгляда и всё наблюдала, наблюдала… Но ведь быть такого не может!       Они смотрели друг на друга, кажется, вечность. Но в какой-то момент серьёзность спала с лица женщины, а уголки её губ слегка дрогнули. Она улыбнулась так трепетно, так нежно, что будто сладкий тёплый мёд разлился по телу девушки.       Но что это было сегодня?