Мы будем с тобой осуждены

      Учиться было не так уж и сложно. Лера чувствовала себя родной и в этих стенах, и с классом, и с учителями. Красный аттестат прибавил уверенности в себе, и временами девчонка позволяла себе чуть больше, чем другие. — Можно выйти? — хоть после звонка и прошло только несколько минут, Лера уже заскучала на уроке английского. Будучи уверенной в положительном кивке, ученица уже двинулась к двери.       Решив немного прогуляться, девушка пошла вдоль коридора, ведущего к туалету. Туда она идти и не собиралась, но в этом случае путь проходил мимо кабинета Татьяны Владимировны, поэтому ноги сами повернули в нужную сторону. — Чёрт, извини! — девятиклассник, выбежавший из класса, чуть не сбил с ног слишком задумчивую девушку.       Лера зашла в их кабинет. — Вот это у вас расслабон! — в кабинете играла музыка. — Можно к вам? — Валяй, — Катя вальяжно махнула рукой, пропуская девушку вперёд. — У меня слишком скучный английский, а где ваш учитель? — Лера уселась за учительский стол. — А у нас физика, но куда она делась — мы не знаем и знать особо не хотим. Забыла, может, но это не наши проблемы. — Денис, который недавно врезался в девушку, вернулся в класс. — Извини ещё раз за то столкновение, этот придурок, — он указал на одноклассника, — начал обливать меня водой. Я тебя не ушиб?       Физика. При упоминании запретного в голове Леры слова, её сердце стало биться чуточку быстрее. Что ей теперь делать с этой информацией? — Да ничего, всё в порядке. Ладно, спасибо, что приютили, пойду урок досиживать.       Ученица всё-таки двинулась к туалету. Присев на подоконник, она с минуту подумала: сказать женщине о её промахе или отойти в сторону? Но как она может её подвести?       Недолго думая, девушка открыла сообщения в телефоне, набрала быстрое: «Вас там, кажется, девятый класс ждёт.» И, затаив дыхание, со страхом в глазах, отправила. Не прошло и двух минут, как Лера услышала щелчок дверного замка и знакомый стук каблуков, быстро растворившийся в тишине. В сердце растеклось приятное тепло. Она улыбнулась.       Весь оставшийся урок девушка прослушала мимо ушей, пытаясь представить реакцию женщины, чувствуя её тепло и не понимая, как она могла не пожелать ей скорейшего выздоровления в ту злосчастную среду. — Thanks for the lesson. Goodbye boys and girls! — английский закончился. Нет, вы не подумайте. Лера его очень любит и изучает дополнительно, отчего, наверное, здесь он и кажется таким примитивным.       Одноклассницы вышли из класса. — Пойдём в столовую? — Настя уже свернула на лестницу.       Пообедав, девушки, уже по привычке или от нечего делать, расхаживали по школе. Для Леры это всегда было плюсом, ведь тогда у неё была лишняя возможность встретить ту самую. Что случилось и в этот раз.       Татьяна Владимировна вышла из кабинета с тем самым девятым классом и направилась в лаборантскую, навстречу Лере. Кажется, их столкнувшиеся с первой секунды взгляды не давали девушке ни малейшего шанса на выживание. Она уже горела. Щёки воспламенились, а ноги приходилось контролировать — слишком давно она не ловила на себе этот взор. Чем ближе они были друг к другу, тем отчётливее было ясно — учитель идёт напрямую к Лере.       Взяв ту за запястье, женщина отвела ученицу в сторону и по-свойски приставила её к стене. Неловкий страх затаился в сердце, отчего Лера всё поглядывала куда-то в область глаз и губ учителя из-за слишком непозволительной близости. Для девушки это расстояние было крайне малым и даже не комфортным. Она, казалось, вот-вот взорвётся от всех нахлынувших и бушующих внутри чувств. — Спасибо большое за смс, я совсем закрутилась и забыла, что сегодня нет окна. Ты меня спасла. — Учительница мягко улыбнулась и её глаза засияли добротой. — Не за что. — Лера вновь впала в словесный ступор, не подобрав ни одного слова более. — Есть за что. — Женщина помедлила. — Кстати, сегодня ведь среда. Чтобы в шесть как штык была у меня, — подмигнув, Татьяна Владимировна отпустила запястье ученицы и не смогла скрыть улыбку, приметив красное, но счастливое лицо Леры.       И действительно, было слишком неожиданно услышать такой напористый тон от той, которая столько раз отменяла и переносила ставшие для Леры уже безнадежными занятия. Но сейчас сердце девчонки чуть ли не пело.       Стрелки часов быстро сделали несколько оборотов, с каждым разом лишая Леру нужного самообладания. Автобус, кажется, полз словно черепаха. На месте не сиделось от ощущений предстоящей встречи, но одно уже радовало — на этот раз она сама смогла вспомнить номер квартиры. Ещё одного стресса в виде сообщения или звонка Татьяне Владимировне Разумовская бы не выдержала.       Глубокие вдох и выдох — привычная операция перед тем, как постучать. Видела бы это та, что находится по ту сторону двери, сочла бы Леру за сумасшедшую. Послышались шаги, а потом шуршание замка, за которым из-за двери выглянула учитель. — Заходи, краснощёкая. — Добрый вечер, — и сказать будто больше нечего.       Неосознанные ощущения тепла и присутствия ворвались в душу девушки. Она словно проникла в недоступное, запретное и невозможное, хотя по факту всего лишь переступила порог квартиры. Говорят, каждая квартира имеет свой запах. Такого истинно сладкого аромата она не слышала ни в одной квартире что до, что после.       Взгляд переместился на учителя. Дежурный красный цвет помады на губах сменился на здоровый розовый оттенок, глаза уже не были так ярко подведены карандашом, а футболка и спортивные штаны окончательно разорвали привычный образ учительницы. Лера удивилась, насколько уютной и домашней та может быть. Захотелось прижать это счастье к себе и никогда, никогда не отпускать.       Видимо девушка очень увлеклась разглядыванием всего вокруг, что пропустила фразу Татьяны Владимировны. — Так мы начнём? — Да-да, конечно, — и снова багровеющая кожа на лице. — Я приготовила пару заданий, чтобы понять, где именно появился пробел в знаниях. Даю пару минут, а я сейчас приду.       «Какое задание, когда я сижу в её рабочем кресле, за её рабочим столом и всё вокруг — её?»       Лера рассмотрела комнату. Это было что-то между рабочим кабинетом и спальней, так как добрую часть пространства всё-таки занимала одноместная кровать. Идеальный порядок на столе граничил с полным хаосом, к чему Лера, впрочем, уже привыкла — в лаборантской ситуация была примерно та же. Органайзеры, десятки стикеров вокруг монитора компьютера, стопка книжек и различные диски — всего этого не должно было быть здесь, но всё же оно идеально вписалось.       Отдельное внимание ученицы привлекли рамки с фото, разместившиеся в глубине стола. Тут она с мужем, на второй наверняка со своей семьей и родителями, эту подарили ученики.. Она чувствовала, что не должна рассматривать всё так внимательно, но как тут можно устоять?       В какое-то мгновение Лера поймала себя на том, что она почти не сводит глаз с рук учителя. Изысканно-женственные и изящные, а когда Татьяна Владимировна лёгким касанием задевала пальцами кожу девочки, то по телу бурным потоком разливалось тепло, а в голове билась мысль: «Ещё и невероятно мягкие». Каждое случайное прикосновение вызывало неловкую дрожь в руках, которые она прятала под стол, щёки горели всё ярче, а усвоение материала проходило с трудом.       И снова те самые встречи взглядов — противостояние юношеской наивности и безмерной доброты. Словно каждая из них пытается испытывать другую, но обе проигрывают. Да и заканчивалось это всегда одним и тем же: — Не на меня смотри, а в тетрадь. — Смущается, но держит ту ниточку с каплей нужной строгости.       Отведённое время пролетело очень быстро. Лера взглянула на часы и удивилась. Женщина не спеша расставляла пособия по местам. — Хотя бы что-нибудь уловила? — с долей мягкой иронии спросила учитель. — Очень хорошо усвоила, что математика точно не моё, — пожав плечами. — Ничего, ещё нагоним. — Татьяна Владимировна по-доброму похлопала Леру по плечу, отчего у той снова загорелись щёки. — На сегодня закончим.       Они встретились глазами ещё раз, когда девчонка уже стояла одетая и чуть медлила момент с прощанием. Ей почему-то совсем не хотелось уходить. — Только не говори мне, что ты пришла без шапки. — Учитель вопросительно взглянула на Леру. — Так тут быстро же, автобус и я уже дома. — В следующий раз не пущу, — женщина умело перешла с улыбки на строгий тон. — Всё, беги и уши не отморозь, помидорка.       Сердце девушки билось так часто, что готово было вот-вот выскочить. В первый раз за последнее время ожидание опаздывающего автобуса не вызывало у Разумовской злости. Она смотрела в окно, а в голове проносились отголоски этого вечера.       «Не избегает», — подумала Лера и закрыла глаза.