Awakened feelings

      Когда Пайнс только-только начинала говорить ему что-то, он с любопытством взглянул в её сторону. Его стало колотить внутри, что-то тревожно перемещаться с места на места, а сам он чуть ли мысленно не вытягивал из неё эти слова. Она бормотала не очень внятно, оттого и раздражала его этим, но совсем немного, ведь сейчас им никто не помешал разъяснить всё до конца.       Сайфер чувствовал, как его дыхание становится прерывистым, а от внезапного волнения начинает даже подташнивать. В ногах ощущается странная, пробирающая до рук дрожь, а сердце даже начинает немного болеть от переизбытка эмоций, которые он старательно сдерживает.       Чертово человеческое тело…       К которому он успел привыкнуть, но которое не до конца изучил. Он не понимал, как можно избавиться от этих дефектов. Неужели всю оставшуюся бессмертную жизнь он так и будет терпеть всё это? Чувствовать себя непонятно кем рядом с ней.  — Он…       И тут пришли они. Демоны-соратники, которые в долю секунды заставили девушку заткнуться.       В первую минуту ничего не происходило, но когда Билла вдруг затрясло от злости, а глаза загорелись красным, он стал медленно поворачиваться к ним. Плащ за одно мгновение стал красным, а его воротник чуть ли не сливался с цветом волос Сайфера, ведь те тоже залились этим кровавым цветом. Перчатки и цилиндр побелели, и именно в этот момент Пайнс поняла, что дело плохо.       Она продолжала стоять на месте, широко раскрыв глаза, и пребывала в неком удивлении. Что его так разозлило? Это же его товарищи (или же подчиненные?). Что произошло не так? Что могло выбесить его с такой скоростью?       Мэйбл опустила взгляд на его руку, что вспыхнула ярко-красным огнем и тут же сжалась в кулак. Это настораживало и опять-таки пугало, однако… она стояла на своём, будто бы оцепенев; будто бы ноги вросли в этот злосчастный пол. Даже шаг назад не ступила, боясь попасть под горячую руку.       Зачем она это сделала и почему именно сейчас, было непонятно. Мэйбл протянула руку и, не боясь обжечься, коснулась руки Билла. И его огонь не затронул её в болевых ощущениях, напротив — приятно согревал, и это тепло даже заставило её улыбнуться, пускай и в такой ситуации.       Билл же, почувствовав прикосновение на своей руке, резко повернул голову, а после, смотря на Мэйбл, понял, как отступает внезапно вспыхнувшая злость, и он даже сам начинает делать первый шаг, переплетая пальцы с её. Он почувствовал спокойствие, некое удовлетворение, которого ему ранее не хватало, и красный цвет иссяк полностью, но…       Он вспомнил о них, о демонах, и, не переводя взгляд от девушки, ехидно ухмыльнулся, что поставило Пайнс в тупик. Когда он так ухмыляется, последующие действия всегда приводят не к добру.       Как же она была права в своих догадках…  — Подыграй мне, Звездочка, — глаза загорелись азартом, но её это почему-то напрягло. Казалось, что спокойствие стало для неё некой иллюзией — иллюзией обмана, в которой она всё ещё пребывала, совершенно не понимая, чего можно ждать от Сайфера сейчас. Он отчего-то чувствовал, что все эти монстрилы ему пригодятся, он понимал, что сейчас поступит правильнее, вместо того, чтобы тупо раскидать их всех.       А ведь он мог.  — Что?! — лишь успевает прошипеть она, но тот, перестав её слушать, легкой походкой направился к своим соратникам. Билл развел руки в стороны, а на лице растянул более хитрую ухмылку, нежели ту, что она могла наблюдать мгновеньем ранее. Его поведение было несколько странным. Даже очень!  — Девчонке просто повезло добраться сюда… — Сайфер вдруг нахмурился, — а вы, идиоты, упустили её!       Повезло, что восьмёрошника и зубов здесь не было, и это упрощало задачу так, как упрощало и «игру» Билла. Что он задумал… Что он хочет сделать… Пайнс не знала. Даже догадок в голове не возникало. Всё было одной сплошной загадкой.       Сайфер нацепил хищный оскал, прожигая каждого из демонов взглядом, жаждущим кровопролития; взглядом, что заставлял их колыхаться и дрожать от страха. После же, Билл прищурился и мрачно хохотнул, аки забавляясь испугом, что застыл на их демонических физиономиях. Ему нравилось их пугать, нравилось показывать своё превосходство и подчинять их себе. Он чувствовал себя доминантом. Тем, кто выше их всех вместе взятых. И пусть ещё кто слово скажет — останется лишь прах на том месте, что разнесётся ветром, пахнущим гнилью, по этому каменному полу.  — Вы достаточно подвели меня. И теперь придется… — он резко развернулся и посмотрел на Мэйбл, которая едва не подпрыгнула на месте от испуга. Сайфер её действительно пугал, и она не притворялась. Она даже почувствовала себя на ровне с теми демонами, что, чуть ли не собираясь в кучку, показывали своё подчинение Биллу. А сам голос блондина резко изменился, и частоты сами собой превратились в глубокий, насыщенный рык. Этот голос был явно не знаком ей, а значит, что это последняя трансформация, которую Пайнс опасалась больше всего, — разбираться самому!       Она не знала, что на него нашло. Пятью минутами ранее он был совершенно другим, не таким, как сейчас. И эти резкие перемены настроения Билла заставляли Мэйбл чувствовать себя трусливым зайчонком.  — Оё-й… — тихо вымолвила та.       Её глаза широко распахнулись, когда Билл, оставаясь по-прежнему в человеческом облике, изменился. Такое она видела впервые, однако полагала, что это всё же может произойти. Но в такой момент…       Его волосы стали угольно-черными, янтарного цвета глаза стали чуть ярче, а одежда определенно поменялась. Она была красной, местами темно-оранжевой, а белая рубашка в ту же секунду стала желтой. Ладно бы только внешний вид, но он вдруг изменился в размерах. Теперь он был в два, а то и в три раза выше Пайнс. И, пожалуй, пределом стало третье… Когда с боковых сторон появилось ещё по три руки, облаченных в ту же красно-оранжевую ткань и желтые перчатки.       Мэйбл почувствовала, как ноги стали подрагивать от увиденного. Если уж она когда-то боялась мультипликационной пластилиновой серии, то что насчет настоящего монстра из фильма ужасов? Билл сейчас больше на такого и походил.       Подсознание приказывало ей бежать после того, как на лицах «друзей» Сайфера образовалось некое подобие ехидности и злости. Кажется, они поняли, что им ничего не угрожает сейчас, а вот ей…       Пайнс тут же развернулась на сто восемьдесят градусов и рванула вперед, что есть сил в проход замка. Она понимала, что впереди опасности больше нет, и что все монстры позади, зато главный из них сейчас и вправду погнался за ней!  — Остановись, — его голос звучал ни на частичку мягче, напротив — всё так же устрашающе и грубо. Она боялась останавливаться, прислушиваясь к его словам, однако поняла, что силы покидают её, ведь не так давно она убегала и от других демонов.       Пайнс бежала, всем телом чувствуя, как ей тяжело; она стала чувствовать задышку, ей нужно было срочно восстановить дыхание, иначе придется распластаться на полу и потерять сознание. Так или иначе, в глазах уже начало темнеть. Мда, Билл, ну и подыгрывание!  — СТОЙ, ЗВЕЗДОЧКА!       Билл и сам не понял, как вдруг споткнулся о собственную ногу и упал. Странный грохот позади заставил Пайнс остановиться, так как демон сейчас не был малых размеров и имел преимущество в росте, оттого и падение, соответственно, «громкое». И как только его тело соприкоснулось с полом, то тут же нормализовалось в размере.       Мэйбл замерла на месте, стараясь как можно скорее восстановить дыхание, но странные действия Билла опять-таки ставили её в тупик. Какого черта он упал?       И случайно ли он упал?..       Беспокойство овладело девушкой за считанные секунды, заставляя ватные ноги ступать ближе к нему, но с некой опаской; с некой готовностью вновь сорваться с места и бежать, куда глаза глядят.       Его лицо, казалось впечаталось в пол, и от этого переживать хотелось сильнее. Он ушибся? Ему больно?  — Билл?..       Послышались приглушенные звуки его голоса. Нормального голоса.       Мэйбл рвано выдохнула, чувствуя, как сердце сжимается в груди. Она не может спокойно смотреть на кого-то, кто ранен или же познаётся в беде. Ей хотелось помочь, но страх отбивал в голове тревогу. Что-то было не так; всё выглядело правдоподобно, однако слова демона, данные ей до этого, заставляли невольно в этом сомневаться.       Он уперся руками в пол, а после принял сидячее положение, что позволило Пайнс рассмотреть его.       Раны на лице он заставил затянуться одним лишь щелчком пальцев, а посторонние части тела, а именно руки, растворились в воздухе, после чего костюм Билла принял желтый, свойственный ему цвет.       Она всё ещё не знала, что делать… И тут…       Билл вдруг засмеялся. Искренне засмеялся, громко, но так, чтобы больше никто, кроме неё этого не слышал. И та, очень удивившись, даже приоткрыла рот. Ну ничего себе, он смеётся. Такое она ещё никогда прежде не видела, таким он никогда себя не показывал в её глазах…       Когда он отсмеялся, на его лице образовалась мягкая, очень похожая на улыбку ухмылка, а взгляд внезапно наполнился теплом и добротой, которой девушка опять-таки удивилась. Она не могла его понять. Что за целый парадокс эмоций и настроения? Но это… Поистине заставляло краснеть. Мэйбл была готова зажать рот руками, едва веря в увиденное. Первый раз ей довелось увидеть что-то поистине «живое» в Сайфере; то, что проявляют самые обычные люди. Это было очень мило в её понимании. До такой степени, что сердце готово было растопиться, как кусочек сахара; готово было превратиться в карамельную лужицу от умиления.       И вот, снова. Его признание застыло в её разуме, и она вдруг вспомнила, что забыла сказать ему то, что должна была сказать ещё на том холме; как только попала в его руки…  — Неужели после этого тебе нечего сказать? — усмехнулся Билл, приставляя кулак ко рту, будто старался что-то скрыть; спрятать улыбку.  — Есть, — довольно тихо отвечает она, но он всё равно уловил этот шепот. Ноги начинают нести её вперед, а после, она, почти добежав до него, выдает: — Я тоже тебя люблю!       Она обвивает руки вокруг его шеи и сбивает с сидячего положения на лежачее, поваливаясь вместе с ним, крепко стискивая парня в объятиях.       Пайнс была счастлива, что наконец сказала это, ведь было столько препятствий, проблем, недоговариваний, а теперь… ничего не мешало. Абсолютно ничего. Душа готова была рассыпаться на миллионы искорок радости по всему телу, а губы сводить рот от улыбки.       Теперь пришла очередь удивляться Биллу, ведь Мэйбл никогда прежде не кидалась на него. Да и вообще… никто и никогда прежде не заставлял его чувствовать себя нужным, любимым, счастливым; никто и никогда не дарил ему любви, как дарила эта девушка ему сейчас. И он отчего-то был рад, что таки стал человеком. Но он не скажет ей этого.       Никогда не скажет.       До него, спустя нескольких минут, всё же доходят её слова. Он вдруг осознает, что это та самая реакция, в ожидании которой его телепало изнутри; заставляло чувствовать себя взвинченным, как на иголках.       Он, немного смутившись, уложил руки на плечи девушки и стал отстранять от себя, но несильно, и та, чувствуя напор на себе, сама отодвигается, но всё так же пребывает на нём. И это было странно: Пайнс не впала в краску, видимо, не до конца осознала происходящее.       Сайфер привстал, и та оказалась прямо перед ним, сияя улыбкой. А после, Мэйбл придвинулась, скользя руками по его плечам, и приблизилась к его лицу. Он впервые почувствовал себя неловко, но лишь на несколько секунд, а после, это стало довольно интересным — наблюдать за её действиями.       Он ухмыльнулся, как только ощутил её рваное дыхание на собственных губах, а после, резко, даже чересчур, обернул руки вокруг неё и притянул к себе, приоткрывая рот для достижения конечного результата, коего он и хотел, чему последняя очень удивилась. Снова.       Она сначала не шевелилась, боясь сделать лишнее движение, но после, когда Билл скользнул руками по её спине и превратил поцелуй в плавный и медленный, заставляя Пайнс затеряться в собственных ощущениях, она ответила ему. Она вновь чувствует, как чужие, и одновременно знакомые губы скользят по её, касаются уголков, которые невольно приподымаются на эмоциях; чувствует, как приятно постороннее тепло; приятно чувствовать взаимность, этот трепет в душе.       Она почувствовала, как рука парня, скользнувшая выше, зарывалась в её волосы, а после, плавно переместилась, и он коснулся её лица, наклоняя к себе. Его кожа горела, или, может, это была её, может, это она горела. В любом случае, это не имело значения. Она подвинулась, чтобы быть ближе к нему, и он, кажется, тоже наклонился. Это было долго. По крайней мере им так казалось.       Второй рукой Билл покрепче прижал её к себе, а потом так же резко, провел её под собой, и теперь именно Мэйбл нависала над ним, спиной чувствуя холодный пол. Ей было не жалко замарать любимый свитер со звездочкой, лишь бы этот момент длился как можно дольше.       Но всё хорошее рано или поздно заканчивается…       Он отстранился, и Мэйбл посмотрела на него, касаясь его лица, убирая мешающую челку с глаз, а после одарила улыбкой. Билл же, в свою очередь, выглядел расслабленным, спокойным, пускай несколько минут назад и выглядел пугающим. Она, быть может, ошибалась, но ей казалось, что настоящего себя он потихоньку раскрывает лишь ей и никому более.  — Кажется, что демон таки поймал Падающую Звезду, — усмехнулся он, привычно натягивая ухмылку.  — Падающий, скорее всего, здесь ты, — хихикнула она в ответ.       Он не ответил.       Сайфер выглядел иным, более мягким, что было весьма несвойственно ему. Он был над ней, опираясь на локтях, и пальцами почему-то перебирал каштанового цвета волосы, будто бы о чем-то задумался. А затем всё же посмотрел на неё. Увидел её улыбку и уже было сам хотел улыбнуться в ответ, как откуда-то прогремел взрыв. Совсем рядом с треугольным замком.       Это было странно, ведь Билл, вероятно, тут самый влияющий на такие события. Что бы это могло быть? Форд и Диппер со своими прибамбасами? Или же какой-то странный выброс энергии? Если судить по тому, что сейчас происходило снаружи, то, скорее всего, было второе. Это было что-то странное.

То, что очень сильно повлияет на дальнейшую жизнь Билла.