Я хочу уйти красиво... 2: между параллелей.

      Дни шли друг за другом, похожие на себя, словно их скопировали в ряд. Отличались они только числом на календаре и количеством имëн в рабочем списке.       — Подпишите, здесь и здесь. — девушка в окошке протянула несколько листов бумаги, указывая места для подписи.       — Да, спасибо… — Журавлëв отвечал вяло и с большой неохотой начал пробегаться по строчкам с текстом. Многоразовые ошибки в заполнении документов заставляли парня возвращаться сюда из раза в раз. Это дало Журавлёву понять, что заполнять документы в слепую — не лучшая идея.       — Спасибо. Ваше заявление на смену косы одобрено. — передав оставшиеся документы, жнец пошëл дальше. Склад находился в другой стороне и требовалось немного пройтись.       Топор, с которым он так и не научился обращаться, он благополучно сдал. Как справляться с короткой для этого орудия ручкой и массивного лезвия, Журавлëв понять не мог. Да и после выяснения того, кто был его хозяином до него, как-то слегка становилось не по себе. И когда-то давнейшее желание и огонь в глазах по поводу выбору долгожданной косы теперь вызывало чувство неприятного кома, застрявшего в груди. Кроме того, когда жнец проходил по коридорам, где единственным разнообразием были сотрудники в чёрных костюмах, взгляд его зацепился за цветное пятно.       — Жан? Опять что тут делает? — закрепив небольшую косу на поясе, жнец рассматривал знакомую фигуру, издалека пытаясь понять, что тот делает. Рядом с ним стояла ещё одна личность в белом костюме и в очках. — Этот парень хоть что-то видит в таких очках? — и это было до момента, как бритоголовый махнул ему рукой, подозвав к себе. Заметил. И Журавлёв подошёл. Неужели он так долго пялился на них?       — Доброго дня, Андрей, давно не виделись. Как ты?       — Здравствуйте, — парень сглотнул. Знакомый Жанна, как в мыслях его обозвал Андрей, его пока не заметил или, скорее, не замечал. Он был больше похожа на манекена. Выглядел так, словно витал в своём мире. — Я в порядке. Работы пруд пруди. А вы что тут делаете?       — Пришли за «зайцем». Не можем мы ведь его вечно держать у вас.       — «Заяц»?       — Не переживай, просто наши рабочие моменты.       — Подпиши это. — второй человек протянул несколько листов бумаги на планшете.       — Спасибо. Боже милосердный, сколько же бумаг нужно на каждое маленькое действие. Ох уж эти жнецы…       — Вы долго будете ещë в России? — если к Жанну юный жнец успел привыкнуть, то вот человек в очках казался ему невероятно странным и выглядел словно ни от мира сего.       — Посмотрим. Лето ведь заканчивается, планов много. — когда мужчина бегло прошёлся взглядом по тексту в очередной раз, тот передал его жнецу, сидящему за стойкой приëма документов. — У самого-то как дела? Смотрю, ты решил косу сменить. — тот махнул на закреплённый инструмент в чехле.       — Да, топор оказался не для меня. Похожу пока с простой косой.       — Делаешь шаг назад, чтобы сделать потом два вперëд. Неплохое решение. — тот пару раз хлопнул его по плечу, ободряюще. А потом словно завис на секунду, смотря словно сквозь него. Но, всего на секунду, потом Жан стал снова собой. — Слушай, мне по протоколу нужно убедиться, что у тебя с головой всё в порядке. Давай встретимся через пару дней в баре?       — С чего такое дружелюбие?       — Меня уже откровенно тошнит от всех этих официальных встреч, с утра до ночи. — Жан говорил спокойно и размерено, банально было приятно слушать. Речь его, в принципе была слегка похожа на говор слегка задолбавшегося бати. — Хочу уже отдохнуть и пропустить стаканчик в хорошей компании. Так ты не против?       Мужчина действительно выглядел слегка уставшим, немного сгорбившимся и с тёмными кругами под глазами, словно он держал на своих плечах небо, на руках долгое время. И хотя весь образ Байгона внушал хоть и уважение (с лёгким напутствием жути) и силы, но вот взгляд… Журавлёва словно иголкой кольнули.       — Ладно, давайте сходим куда-нибудь. Могу посоветовать хороший бар. — что-то на подсознательном уровне ему подсказывало, что просто так Жан его не отпустит. Но алкоголь, возможно, развяжет ему язык, может и выдаст какую-либо интересную информацию. — Но пить я не буду.       — Твоё дело. Я заставлять не буду, мне просто нужна компания. — тот махнул рукой, облокотившись на стойку с тихим выдохом.       — Нам пора идти. — его коллега в очках полностью закончил с бумагами и позвал Жана. Тот только с кряхтением поднялся, разминая руки.       — Окей, Джон, пойдём. Чем раньше закончим, тем быстрее свалим отсюда… Ты договорился обо всём? — мужчины начали отдаляться в глубь коридоров здания. Андрей провожал их взглядом, прислушиваясь. Тот слегка прошёлся за ними, словно направляясь с ними в том же направлении, а потом уходя в другую сторону. — …займусь девчонкой, а ты давай за Эшем.       Парень проскочил в соседний коридор, маневрируя между своими коллегами в костюмах. Где держали Эша парню было неизвестно. Искать его среди этих бесконечных коридоров — хлеще, чем иголку в стоге сена.       Журавлёв прыжками преодолел одну из лестниц и побежал, глядя на противоположный коридор — через двор, высматривал знакомую крепкую фигуру Жана с той стороны. Если мужчину можно было легко разглядеть, но вот найти его компаньона было той ещё задачкой — мужчина банально сливался с интерьером и скрывался за сотрудниками. Даже в какой-то момент растворился, что парень заметил не сразу.       Жан шёл в сторону кабинета руководителя отдела управления Департамента Жнецов. А вот второй…       — Ты что-то хотел? — когда Журавлёв снова прошёл за очередной угол, то влетел в напарника ангела. «Парень в белом» был больше похож на вылезшего надоедливого НПС в игре. Андрей даже слегка отшатнулся. — У тебя есть вопрос к нам? — тот слегка наклонил голову, когда задавал его. Он даже не злился на юного жнеца. Вообще без эмоций.       Парень выглядел, словно ни от мира сего. Белый, даже волосы, только чёртова маска выделялась на фоне, и перчатки.       — Да… Я просто шёл к себе, в общежитие. — юный жнец крепко сцепил зубы и натянул вежливую улыбку.       — Хм… Тогда странно, что ты решил пойти таким странным путём. — капля холодного пота скатилась где-то по спине Журавлёва. Тот это отчётливо почувствовал. — У меня распоряжение, аннулировать падшего, а у Жана получить под его ответственность двух жнецов. — этот, мутного вида мужик, говорил нечто странное так спокойно, от чего больше вопросов появилось только больше. — А раз дело не требует отлагательств, прошу меня простить, придётся это сделать немного раньше запланированного.       Рука в белой перчатке закрыла лицо Журавлёву, тот почувствовал лёгкий разряд, прошедший словно бы через голову, и больше ничего.       «Квартира Себастьяна Михаэлиса.»       — Родной я вернула-а-ась! — я плюхнулась на знакомый и уже приватизированный (на данным момент) диван, а сумку откинула куда-то в сторону. Тот тихо скрипнул под тяжестью моего тела, но стойко выдержал, я удобно на нём устроилась.       — Разве у тебя, кроме меня есть кто-то ещё? — Михаэлис слегка недовольно побухтел, я лишь глянула на него одним глазом.       — Парень мой демон, а любовник диван. Но тебе равных нет. — я повернулась на другой бок, лицом к Себастьяну. Тот стоял в проходе, скрестив руки на груди. — Так, не смотри на меня косо. Я летела туда-обратно часов двадцать, в общей сложности, без перерыва. Имею право на странные мысли.       — Ты будешь что-нибудь? — черноволосый тактично и быстро сменил тему.       — Я не откажусь от кофе, жутко сонная. — Себастьян скрылся за дверью, пока мальчишка облокотившийся на стенку возле меня только проводил его взглядом, до одури спокойный и холодный.       — Ты не будешь ему рассказывать?       — О чём? Как Нина пыталась меня разодеть в Розу из Титаника?— я повернулась, ложась на живот и кладя подбородок на валик дивана, с тихим кряхтением. Движения были медленными и ленивыми, а кости тихо хрустели. — Или о «Тысяче и одному способу получить синяк под глазом и вывих сустава»? Мы в любом случае обсудим эти мелочи рано или поздно, к чему спешить? Дай отдохнуть немного…       — Неудачные попытки перемещения также относятся к этим «мелочам»? — я только кинула недовольный взгляд на мальчишку. — Напомни, сколько ты попыток сделала?       — Двадцать восемь. — немного сонно ответила я мальчишке, более удобно устраиваясь на валике.       — И ты действовала наверняка. — недовольно пробухтел мальчишка, вспоминая все наши попытки. Пару раз даже не свалилась с крыши и не попала под машину. Они нестабильны, хотя и имеют свою закономерность. — Не самый продуктивный способ, прошу заметить.       — Ну уж извините, мы катались на общественном транспорте, кто ж знал, что нас закинет ему чуть ли не под колёса. И да! — я многозначительно подняла палец вверх, стараясь это сделать максимально пафосно. — После этого выяснилось, что можно делать и скачок вперёд, хотя это и больнее… Меня Хопкинс чуть за опоздание в тридцать минут чуть не превратила в кокон бабочки! Закатав меня в кучу слоёв одежды!       — Она была крайне недовольна.       — И не говорите… Я каждый раз словно о стену бьюсь, когда пытаюсь провернуть прыжок в девятнадцатый век, не зная куда и за что зацепиться. — я лишь издала недовольный полустон, вспоминая все эти примерки, хотя начало прогулки было уже приятным. — Себастьяну пока не обязательно знать об этом.       — Пустишь всё на самотёк? — мальчишка не отрывал от меня взгляда. — Мы уже не в Лондоне, а раны свои ты и так избыточно часто залечивала, так что долго скрывать произошедшее от него не выйдет.       — Да отстань от меня! — я схватила подушку и кинула в сторону мальчишки, но та, лишь влетела в дверной косяк. Тут как раз вышел Михаэлис с кружкой горячего напитка. — Мне от Жана хватило новостей, так вы тут ещё мозги канифолите!       — Ты с кем-то разговаривала? — в комнату вошёл Себастьян, держа в руке кружку с кофе, откуда исходил тонкий пар. Похоже, последнее я случайно произнесла вслух.       — Да так… Тихо сама с собой веду беседу. — я подвинулась с дивана, освобождая Михаэлису место. А пока, взяв кружку в руки, я уселась в уголке, демон также присел рядом.       — Галлюцинации? — я лишь кивнула на это, потянувшись за кружкой горячего напитка, но демон не двинулся. — Анализы показали, что никаких проблем с твоей головой в физическом плане нет.       — Да, я помню. И это не самая хорошая новость. Отдай кофе.       — Вполне, среди этих причин может быть сильная усталость или недостаток сна.       — А также социальная и сенсорная изоляция и ещё, как минимум четыре причины этой заразы. — я откровенно пялилась на демона, буравя его взглядом. Себастьян делал абсолютно тоже самое. — Так и будем играть в гляделки?       — Обещай, что сегодня выспишься. — я лишь сделала тихий вдох и выдох, сдерживая весь свой словарный запас с описательными элементами.       — Хорошо. Буду спать крепким сном бурого медвежонка сосущего лапу в спячке, обещаю. — только после этой небольшой перепалки я смогла спокойно расположиться на диване, рядом с Михаэлисом. — Гробовщик не объявлялся?       — В городе было спокойно. Единственное, что изменилось — Рейчел покинула страну. Вполне возможно, что это временная мера, или же за ней скоро отправится и Винсент, но эти события лучше отслеживать.       — Думаешь, скоро придётся переехать туда?       — Будет глупо исключать такую возможность. Бывший граф рано или поздно захочет вернуться домой. В поместье, навряд ли получится вернуться, но в городской дом вполне. — я понурила голову, рассуждая о таком исходе событий. А ведь я так рвалась свалить из той страны и тут опять…       — Ладно. Может так будет и лучше. Ближе к Лондону, ближе к Фантомхайвам.       — Как прошла встреча?       — Элизабет обещала всё выслать, как будет готово. Так что остаётся только ждать.       — Проблем не было?       — Нет, мы мило побеседовали про погоду, она прожужжала мне про все последние фасоны платьев, которые будут в моде в этом сезоне и выпили чай с пирожными и розовой посыпкой. — черноволосый лишь спокойно на меня посмотрел, ни один мускул не дёрнулся.       — А если без прикрас? — я медленно и протяжно выдохнула, примерно также как какой-нибудь столетний старик понял, что просрал свою жизнь.       — Она точно знает или, как минимум, уверена, что я та крылатая тварь… — я сонным взглядом посмотрела на чашку, крутя ту у себя в руках, так что напиток чуть не доходил до краёв кружки. — Не скажу, что она не права, но можно же было говорить чуть любезнее. Но нет… высокомерие и чёртов допрос. И почему нельзя быть более… милой?       — Учитывая, что часть плана с перевоплощением ты полноценно проигнорировала, это было не так сложно.       — Но остальные на этой планете ведь, пока, не в курсе. — я лишь кинула взгляд на демона. — Так что неплохо сработали.       — Все кто был к этому причастен не сболтнут лишнего. Они либо не могут, либо им это не выгодно. — свою позицию на счëт собственного косяка пришлось скрыть за тихим хлюпаньем кофе. — Нам повезло, что наши имена не всплыли в этом деле.       — Дьявольски хорошая работа, что тут сказать. Но Джокер и Долл выжили… Это доставит нам проблем в ближайшем будущем. И, возможно, где-то поблизости гуляет Снейк с кучей змей наперевес. Но Элизабет про него не упоминала, может, он отошёл от дел этой семьи.       — Вполне вероятно, что их взял к себе под крыло Гробовщик или же организация, с последователями его идеи. — я лишь сильнее сжала губы, — Точно также было в девятнадцатом веке, когда вернулся Финиан со Снейком и одна из звёзд оказалась…       — Я поняла. Не продолжай, пожалуйста. — мне пришлось попридержать Себастьяна, кошки невольно заскрипели в душе, когда эта тема поднялась. Я только сделала несколько больших глотков, выпив почти весь напиток разом. Вкус кофе хотя бы немного смог смочить мне горло, избавив от внезапной Сахары, но вот ком в груди от нервов остался. После этого я встала на ноги. — Пойду в душ, а потом прогуляюсь, развеюсь немного. А то всю поездку в Англии к берёзкам тянуло.       — Снова пойдёшь домой? — я остановилась, после пары шагов, с чашкой в руке. — Твоя слежка за ними со стороны не приносит никакой пользы.       — А ты снова бьёшь по больному, my dear.       — Каждый раз, когда ты возвращаешься после таких прогулок становится только хуже. — я держала чашку крепко, удерживая её сверху за края пальцами. Я просто стояла на месте. — В последний раз я нашёл тебя на крыше твоего дома и время уже было за полночь. И, прошу заметить, ты не сразу отозвалась.       — Я просто час-полтора погуляю. Ничего такого.       — Чтобы потом чувствовать себя разбитой? — послышался тихий хруст фарфора. Я кинула быстрый взгляд, чашка тихо хрустнула под пальцами. — Я просто не хочу, чтобы ты чувствовала себя хуже потом, понимаешь? — Черноволосый встал позади меня, положив мне на плечи свои ладони и чуть их сжал. Они были тёплыми, но демон стоял за спиной, как грузная и накрывающая меня с головой тень. Дрожь хоть и пропала, но внутри я продолжала шататься, словно я стояла в планке несколько часов.       Я глубоко и медленно вздохнула. Всё будет хорошо. Жизнь идёт вперёд.       — Это называют манипуляцией, Себастьян. — я повернулась к Себастьяну, тот отпустил меня. Улыбка вышла слабой, но она была. — Я буду в порядке. Просто прогуляюсь по ближайшему парку и развеюсь. Погода всё же хорошая сегодня. Не хочешь со мной за компанию?       — Мне нужно кое-что закончить, так что присоединюсь к тебе чуть позже. Как твоя спина? Ничего не болит? — быстро же он стрелки перевёл.       — Слегка. — я подняла плечо и попыталась размять руку. В этот момент что-то тихо хрустнуло, где-то внутри. — Всё в порядке. Это как костяшками пальцев хрустеть.       — Может стоит в ближайшее время их проверить? Как раз скоро будет срок.       — Давай вечером, на распаренную кожу будет легче их размять.       — Как скажешь, но будь аккуратна.       — Они не раскроются в ненужный момент. Всё не настолько плохо. — я прошла в коридор, заскочив в комнату, чтобы взять кое-какие вещи.       — Я не сомневаюсь в твоём самоконтроле, — Себастьян подошёл ко мне вплотную, поправляя воротник. — Но в последнее время полицейских на улице стало больше, в особенности, в этом районе. Возможно, они постараются тебя спровоцировать, чтобы вывести.       — За нами следят? — он так близко подошёл, так как в квартире прослушка? Или может уже отследили наше передвижение по телефонам?       — Пока только подозревают и наблюдают. — демон завязал бант на шее, сделав его не слишком тугим. — Неужели, нахваленный информатор семьи Фантомхайв не заметил такой незначительной детали?       — Я почти два месяца сидела полностью за книгами и этим грёбаным сердцем! А единственные мои прогулки критикует один интеллигентный, но занудный демон. — я, оторвавшись от собирания себе набора для умывания, чмокнула демон в щёку, встав на секунду на небольшой стульчик, — Мог бы и предупредить ранее.       — Я и говорю прямо сейчас, — демон тихо усмехнулся, — придётся быть немного осторожнее.       — Предлагаешь пока приостановить тренировки?       — Кажется, я только что говорил про осторожность. — Себастьян тут же посмотрел мне в глаза. Словно в душу заглянул на секунду. Я невольно вздрогнула. — Немного сменим наш ассортимент вещей, а костюм отложим в сторону. Если резко прекратим поездки — сразу себя сдадим или же дадим больше поводов для подозрений.       — Будем следить за птичками?       — За совами.       — Поняла… Что ж, полицейским я точно на глаза не собираюсь попадаться лишний раз. Посижу всё же дома. Доволен?       Дни шли друг за другом. Сменялись и были похожи на монохром. Единственное, что было хорошее — они были невероятно спокойными, чем я откровенно, наслаждалась.       — Почему же не выходит… — я тихо бурчала себе под нос, стараясь найти выход из ситуации, делая что-то из бытовых вещей, чтобы немного отвлечься.       — Нужно сменить стратегию. Ты себя только калечишь и тратишь время. — мальчишка, хоть и был всего лишь моей больной фантазией, стоял снаружи у двери и заговорил только когда я вытирала остатки воды с волос, выйдя из ванной.       — Гробовщик крутит моей кинолентой, как захочет! Может тогда подскажите, как стоит действовать? А, уважаемый граф Фантомхайв?       — Нет.       — Почему?       — Спойлеры. — я безмолвно пялилась на мальчишку добрые пять секунд, прищурив глаза.       — Ладно, подкол зачтëн. — я отвернулась от Фантомхайва, его проницательный взгляд, такой, когда тот даже не моргает и пялится, начинал меня невероятно раздражать. Элизабет как раз такой демонстрировала такой совсем недавно, а вспоминать еë я точно не хочу. — Как там ваша Белоснежка поживает? Собрали уже?       — Что за странный вопрос?       — Я просто пытаюсь собрать все странные факты, пригодятся. Нельзя что ли? — странные привычки, оставшиеся ещё со службы в поместье. Мальчишка лишь недовольно закатил глаза на секунду, словно вопрос был невероятно тупым и абсурдным, но всё же ответил.       — Потихоньку собираю.       — Поняли хоть кто это?       — Лица пока нет, нескольких крупных кусков также не хватает, но помимо этого тела, мне попадалось только одно такое. — я начала доставать кое-какие продукты, чтобы начать готовку, параллельно слушая графа вполуха, — И что-то мне подсказывает, что это один и тот же человек. — я закрыла в этот момент шкафчик. И это вышло немного громче, чем хотелось.       — А если ближе к делу?       — Когда мы сбегали из поместья, то наткнулись на странное место, где повсюду валялись куски стекла. И, как поведал, Себастьян чуть позже — это было именно твоё тело. — я тихо сглотнула на этих словах.       — Моя «вторая половина». Ха… А я очень даже симпатичная перед смертью.       — Если это так, а вероятно остаточное какое-то явление. Возможно оно как-то поможет нам.       — Хотите сказать, что это вторая часть пространства-времени, которые никогда не должны были сблизиться, прижаты друг к другу прямо здесь? — я ткнула пальцем прямо в свой висок, — Если наш мир был бы каким-то определённым жанром фильма, то явно не научной фантастикой. — я демонстративно отвернулась от мальчишки, начиная нарезать помидоры на тонкие слайсы. От этих мыслей заныло плечо.       — Нечисть тебя называет «якорем». Никогда не думала, почему так?       — Думала, продумала несколько довольно сложных и замысловатых теорий с фактами и доказательствами, оформив целый разворот в блокноте. Но пришëл Себастьян и разбил все мои фантазии в прах.       — Суть не в этом. — мальчишка продолжал философствовать, пока я занималась всякими холопскими делами, — Раз есть «якорь» — должна быть и «цепь». Иначе, как он будет держать всю эту конструкцию?       — Не помню, чтобы вы кораблестроением занимались. За наводку спасибо, конечно, но пока я в эту тему лезть не собираюсь. Масло почернеет.       Масло зашаркало в тот момент, когда кусочки овоща были закинуты на сковородку, потом с тем же успехом на сковородку легли кусочки хлеба. Запахло вкусным солоноватым запахом, вперемешку с ароматом жаренного хлеба.       Вторая половина киноленты… Неужели, она запечатана в той стеклянной статуе? Если вся проблема именно в ней, то не стоит ли её разбить или наоборот, собрать воедино? Хотя просто думать об этом, даже противно. Поэтому не стоит.       Но я настолько погрузилась в свои мысли, что немного выпала в прострацию. Ладонь демона скользнула вдоль руки, заканчивая свой путь на моей ладони. Ведя кончиками пальцев на моей руке по рисунку, он словно дорисовывал недостающие узору, детали. Там где касался черноволосый становилось чуть теплее. Правда непонятно было, печать давала о себе знать или это были просто его руки.       — Мне пока это рука нужна. — я смогла вытащить свою ладонь из-под его, быстро взяв деревянную лопатку. Манëвр сработал. По телу пробежалась знакомая дрожь. — думаю через пару минут будет готово. — Михаэлис взглянул на еду на сковородке. Пару секунд подумал и добавил какую-то специю, махнув баночкой над сковородкой.       — Так должно быть лучше.       — Спасибо. — я продолжила возиться с едой на сковородке, но Себастьян решил превнести правки в мои планы.       — Скоро конец августа. — я быстро глянула на календарь висящий на соседней стенке с, отмеченной кривым кружочком, датой. Половина листа уже была разрисована красными крестиками.       — И вправду… август, август… Театр-Варьете скоро должен быть, верно? Хм… учитывая, что там сыграла роль Лиззи, нужно будет и нашу проконтролировать… чëрт, а там и с документами будет беда, нужно отметить в календаре…       — Я хотел бы поговорить немного об ином.       — Хм? — червячок сомнения начал давать о себе знать, где-то глубоко внутри. Мне совсем не нравилось куда тянул тему Себастьян. — И что же ты хотел обсудить?       — Остались считанные месяцы. И я хотел узнать о твоëм решении, касательно восстановления печати.       — А, ты об этом… — то что я с таким усердием оттягивала до последнего, всë же настигло. И как по классике жанра — как снег в июле на голову упала эта новость.       — Ты ещë не готова? — Михаэлис стоял близко, а я пыталась вжаться в столешницу, немного отодвинуться от него. Думаю, он почувствовал моë скаканувшее волнение сразу же, отчего почуял неладное.       — Не в этом дело. — старалась стоять прямо, но под взглядом Себастьяна, даже я понимала, насколько сжимаюсь в размерах. Сердце в этот момент стало отбивать чечётку. — Я… не хочу еë восстанавливать, Себастьян. Извини.       Повисла короткая пауза. Слышно было только шкворчание масла, во время которого Себастьян выключил плиту, и тиканье часов. Отсчитывали каждый момент, словно перед выходом на эшафот.       — Почему? — Себастьян зажал меня с обеих сторон, не позволяя уйти или даже сделать шаг. Михаэлис не отрывал взгляда, подобно зверю.       Перед глазами, на секунду, предстала картинка, словно на меня кто-то смотрел сбоку. Просто чëрная масса, с глазами. С пустым взглядом, полным непонимания и жгучей ненависти. Словно… его предали.       — На это есть свои причины.       — Вот как, не желаешь поделиться? — демон нагнулся чуть ближе ко мне, говоря почти прямо над ухом и сократив расстояние между нами до минимума. Я молчала, челюсть сжалась настолько сильно, что произнести что-то было проблематично. Внутри живота также всё начало крутиться, как в барабане стиральной машины. — Однажды связавшись с демоном, ты навсегда подписалась на связь между нами. Неужели я стал не люб тебе… или же ты решила уйти?       Себастьян чуть повернул мою голову, заставив меня смотреть на него. Глаза горели адским огнëм. От одного быстрого взгляда ноги хотели подкоситься от страха. Я вцепилась в край столешницы сзади, на которую чуть ли не залезала, садясь.       — Н… не в этом д-дело… — да моргни ты хоть на секунду, твою мать, или я сейчас свалюсь и забьюсь куда-нибудь в угол.       — Да-а? Тогда в чëм же? — я сглотнула ком в горле. Себастьян не отрывал от меня взгляда, начиная казаться огромной тенью или же рыбой-удильщиком, раскрывшим свою пасть. Я его изрядно разозлила. Хотя нет.       Он просто в бешенстве.       — Печать сейчас незакончена. И для демонов, это как привлекающая внимание безделушка — так и хочется ухватится и понять, а чем она вообще чьë-то внимание привлекла? — его кончики пальцев легли мне на щёку, но вот ощущалось, словно остриём когтей водили по коже, на грани того, чтобы мне её проткнули. — Может, забрать себе, пока есть возможность? И они, вполне, могут это сделать — ничего ведь не мешает.       — Я смогу себя защитить. Я даже для тебя, как криптонит.       — А Катрин хоть что-нибудь бы остановило в моменте? Не будь поблизости меня или Жана, думаешь, она бы не пожелала закончить начатое?       — Катрин? Она-то здесь причëм? — я начала перебирать всевозможные моменты, произошедшее за последнее время. В голову влетел только один момент. — А… ты тогда ещë помаду с меня еë вытирал, верно?       — Верно. — я вздрогнула в этот момент. Так получается, что она меня тогда… хотела сожрать? Это именно это было и так будет? — Ты можешь избавиться от демона, но тут стоит вопрос, кто быстрее из вас двоих это сделает.       — Даже так, я не поменяю своего решения.       — Почему? — вокруг Себастьяна словно начало темнеть, а его черты становиться жёстче и более контрастнее. Горящие глаза так и были двумя единственными пятнами на демоне.       Я вдохнула. Выдохнула. Морально готовясь к тому, что он сейчас оторвëт мне голову лёгким движением руки. Ну или будет медленно и мучительно сжирать душу, выковыривая сохранившиеся целые кусочки.       — Я хочу умереть. — горящие алым глаза с тонким зрачком стали больше, округлившись до размеров пяти копеек. Даже его злость слегка притупилась (возможно просто перенаправилась), но не испарилась полностью. — Закончив печать, ты не сможешь забрать мою душу. Я знала, что для тебя эта тема щепетильная, но пока не могла предоставить альтернативы — тянула с этим. Вот и вся причина. — он немного отодвинулся, дав мне пространства, чем я и воспользовалась. На шатающихся ногах дошла до стула и села, наконец вздохнув полной грудью.       — И когда это желание возникло?       — Ещë с поместья. Тогда эта мысль и зародилась. — я откинула голову назад, пялясь куда-то в потолок. — И прежде, чем начнутся вопросы и вся прочая фигня, поясню свою логику. Я — ошибка, Себастьян. Даже не отрицай это. Мне для полной коллекции паранормальных генов не хватает только демоном стать, как ты. Так что, во всей этой системе подобна застрявшему жуку.       — Понимаю, что для человека такая ситуация будет не самой желанной… но мне казалось, мы проработали с тобой этот этап.       — Я не меняла своë решение с тех дней. И если выбирать смерть, то уж лучше так, чем в канаве от косы жнеца в печень.       — Есть что-то ещë, что я пока мне знаю, я прав?       — Не зря с тебя Шерлока писали… Ха-ха… — я тихо посмеялась над этой ситуацией. Демон не разделял со мной реакцию над шуткой. — Жан позвонил, когда я с самолёта сошла. Не знаю, что он углядел в моей киноленте, но, подобно гадалке, он сказал…

…у меня две новости: хорошая и плохая. Хорошая: вероятнее всего жить ты будешь долго. Поздравляю — даже внешне стареть навряд ли будешь, из-за того, что ты — «якорь». Плохая: как будет реагировать твой организм на это — сложно предсказать, но рано или поздно ты можешь превратиться в живые мощи…

      — Если ты боишься, что твоя жизнеспособность придëт в упадок, то мы всегда сможем найти решение или обеспечить тебе, как можно более комфортную, жизнь.       — Мы оба знаем, что мои генетика и кинолента поломаны к хренам. Так что, лечить меня в таком случае или поддерживать — будет той ещë задачкой.       — В наихудшем варианте я могу поместить тебя в своë тело для сохранности и…       — И что? Законсервируешь? Как огурцы на зиму? — голос начинал пропадать. Горло сжималось, а челюсть сложнее раздвигать. — Я могу стать общипанной курицей. А если у меня будет рак? Или, чёрт возьми, деменция? Что будешь делать?       — Понимаю, что сейчас ты находишься под аффектом этой новости, но лучше всего решать проблемы по мере их поступления. Накручивать себя до того, как даже лёгких признаков болезни не проявилось — абсолютно бесполезная трата времени и сил. — чем больше этот диалог длился, тем меньше мой мозг начинал рационально мыслить.       — Может я себя и накручиваю… Но если это произойдёт, что ты будешь делать? Как Гробовщик будешь резать, перебирать органы и превращать моё тело в ходячий труп?! — голос сорвался, я невольно стукнула по столу, пытаясь выпустить немного пара. Но тот только треснул, а по руке вылетели целые ряды перьев. — АУРГХ! — из-за слишком резкого движения, пошла кровь. Михаэлис, выдержав какую-то паузу и смотря как я скрючилась от боли, взял полотенце и начал вытирать кровь.       Какое-то время, мы оба молчали. Было порой только слышно, как я шипела от боли и попыталась выровнять дыхание. Я была на грани истерики, балансируя как на канате над пропастью.       — Хочешь умереть от моей руки?       — Я хочу помереть в своëм рассудке, прежде чем могу забыть всё и даже себя. Кроме тебя, мне не на кого положится в этом деле. — вытерев всю кровь и слизь, что осталась от несформировавшихся перьев, он вытащил аптечку. — Я могу себя вылечить кое-как, но этот способ не остановит деградацию. Я хотела бы, чтобы ты поглотил мою душу, но это, конечно, уже тебе решать.       — Отговорки. — лишь фыркнул граф.       — Это факты. А то что это стало лишь достаточным поводом для него — удача.       — Думаешь, что сможешь заглушить голод? — вопрос Себастьяна лёгкой моральной пощёчиной вернул меня в реальность.       — Хотя бы не надолго… — я лишь махнула плечами, сказать на этот счëт мне было нечего сказать. — …может быть.       — Моя леди, — я вздрогнула, когда он начал говорить. Его словам вторили шаги. Тихие и мучительно медленные. В отличие, от моего участившегося сердцебиения. Я прямо почувствовала физически, как адреналин подскочил. — кажется, ты порой забываешь… хотя точнее, не воспринимаешь верно. Я — демон. И ты не представляешь насколько я голоден. — он смотрел на меня, практически не оставляя между нами пространства. Горящие алым глаза, острые зубы, не являющиеся нормальными для человека, запах серы (и парфюма) и крепкая хватка рук. Себастьян буквально вжал меня в стол.       — Не знаю. Может это и к лучшему. — я опять замолкла, набрав побольше воздуха через нос воздуха. Мозг уже сдавал позиции.       — Ты всë ещë хочешь этого? — он не отрывал от меня взгляда. Даже смотрел как-то иначе… Я сглотнула, постаралась расправить плечи и ответила как можно спокойнее.       — Да, хочу.       — Что ж… тогда сформулируй своё желание. — Себастьян отошёл от меня и сел на другой конец стола. Словно тянул время за переговорами, заняв выжидающую позицию, или хотел вывести меня на эмоции. — Судя по твоим словам — единственное, что тебя не устраивает, это дальнейшая невозможность поглощения. Поэтому у нас остаётся не так много вариантов, которые устроят нас обоих. — я аккуратно слезла с тумбочки, заметив на моей руке завязанный бинт с узлом-бантом.       — Чт… — я всё ещё не могла спокойно говорить из-за отёка. — Что ты предлагаешь?       — Можно оставить абсолютно всë как есть, укрепить связь или же заключить контракт. Первый вариант — я этого так не оставлю. — у меня на секунду забегали мурашки по затылку. То ли от взгляда, то ли от тона голоса, а может в принципе от нагнетающей атмосферы, что нельзя было разрезать косой смертью. Не знаю. — Второй — не устраивает тебя. Вариант, в котором мы можем оба сопоставить наши желания — это контракт.       — Разве для этого печати не разные?       — Разные. Но так как печать незакончена, на начальном этапе, и еë можно видоизменить.       — А… поняла…       — И какое решение ты предпочтёшь? — Себастьян внешне выглядел спокойно, ни один мускул не дрогнул, но раздражение выдавал его взгляд. Ему словно было неприятно от самой этой ситуации, но выбрал этот вариант, находясь между Сциллой и Харибдой.       Я замерла. Обдумывая то, что я скажу дальше. Я ощутила сейчас себя такой маленькой и, по сравнению с Себастьяном, слабой. По спине пробежались знакомые мурашки, которые когда-то пробегали ещë на балу. Фантомхайв стоял между нами и смотрел прямо на меня. Словно, мне Михаэлиса не хватало с его прожигающим взглядом.       — Итак, мы дошли до точки кипения. Сейчас или потеряешь единственного союзника или же приобретёшь отменного слугу. Нужно только подобрать нужные условия.       — Я не собираюсь превращать его в своего личного дворецкого.       — Демон не будет заключать контракт для невыгодных для себя условиях. Никто не будет. — граф обошёл меня и облокотился о спинку моего стула с противоположной стороны, говоря со мной, спиной ко мне. Говорил он с бесящим спокойствием. — Или ты ему обозначаешь определённые правила, или же ты становишься его игрушкой.       — Но это же…       — Это — контракт. Контракт с демоном. А не просто «отношения» между вами! — я лишь громко выдохнула в этот момент.       Я подняла глаза на Себастьяна. Тот выжидал. Не отрывая взгляда, ждал моего ответа. Как ворон на мышь смотрит, честное слово. Ситуация была… мерзкой.       — Ещë не поздно сказать, что передумала и хочешь восстановить «связь». — голос графа был спокоен. Как всегда. – Если можешь не заключать контракт, то не заключай. Меньше проблем для всех будет.       — Тогда… — я закусила губу. Мысли путались. — нет, я не могу.       — Ты ведь понимаешь, что поступаешь глупо? Мне казалось, что все кто желает умереть и делает это, становятся жнецами. Или ты таким способом хочешь избежать этой службы?       — Невероятно тупо — я знаю.       — Ха-а-а-а… — я ненадолго задумалась над его словами, подвиснув. Сложно осознавать всю эту ситуацию. Я на кухне, когда у меня уже подгорает обед на сковородке, заключаю контракт с демоном. Отличный сюжет для комедии, если бы не вся ситуация в целом. Я подскочила к Себастьяну в пару шагов, протянув ему руку в бинте с открытой печатью. Отступать в последний момент — поздно. — Я заключу с тобой контракт. — я буквально наскочила на демона, чуть ли не залезая ему на колени. На свободный край поставила ногу, заполучив устойчивое положение и тыча ему руку в грудь. — Здесь и сейчас.       — Хорошо, — Он снял перчатку с подобной печатью на своей руке, как и у меня, недоработанной. Я пару секунд пялилась на эту печать. Михалис двигался мучительно медленно. Он раскрыл свою ладонь для рукопожатия. — тогда позволь узнать, чего же ты желаешь, моя леди?       — Смерть. — после того, как я это сказала, я схватила его руку, сжав её в рукопожатии.       К ладони словно приложили раскалённое клеймо, по которому провели ток, знакомый, но более сильный. Я хотела орать от боли, оторвать руку от этой сцепки и убрать её. Но держала её на месте, возможно от того, что я схватила Себастьяна излишне крепко или от того, что двигаться в эти моменты было ещё невыносимее. Михаэлис успел меня перехватить и прижал к себе, заставив себя укусить за плечо. Крик был заглушён, зубы сохранены. Глаза я инстинктивно сильно зажмурила, когда вспыхнул яркий свет       Печать была поставлена в мгновение ока, но я валялась мёртвым грузом на плече демона какое-то время от боли. Рука в этом месте онемела, а меня всю трясло, как в лихорадке.       — Блять…       — Грубо выражаться тебе не к лицу.       — Ну извините уж… Как могу так и сдерживаюсь. — я почти не ощущала руку, как конечность, только боль. Даже лёгкое движение пальца напоминало о себе, от чего я шипела. Несколько капель пота и крови скатилось с тыльной стороны ладони. Стало немного легче, когда приложили влажное полотенце, стирая эту противную смесь.       — Полагаю, ты знакома со структурой контракта. Можешь устанавливать условия. Сколько он будет длиться? — печать не была похожа на рану, не было краёв для какого-либо типа повреждения, больше на татуировку. Но только внешне, так словно через слои кожи через весь организм, что-то крепко приросло ко мне, подобно паразиту.       — До того, как я перестану иметь последнюю физическую или мозговую возможность деятельности. Я хочу безболезненную и своевременную кончину. Достаточно чётко?       — Вполне. — стоило Себастьяну это сказать, обе печати отделились, заимев каждая собственную голограмму, которая начала светиться ярким светом. Я широко раскрыла глаза в этот момент, хотелось получше запечатлеть этот происходящее. Но зажмурилась из-за яркого света и ощущения, словно что-то проросшее по этой метке укрепляет свои корни. — Второе условие?       — Точно… так… — сейчас этот наш разговор был максимально неприятным. Демон будто во мне полностью разочаровался и теперь смотрел, как на чужого. Ощущаю себя, как на разделочной доске под лезвием ножа.       — Раз не хочешь брать его под контролем, то хотя бы обеспечь себе какую-либо безопасность. — Фантомхайв, словно адвокат моей души на этом аукционе, пытался дать моральную пощёчину, чтобы я, по его мнению, начала наконец шевелиться и рационально действовать. Наивность Фантомхайвам была не свойственна, может из-за возраста? — Ваши пути могут разойтись в противоположные стороны, так что подготовь хотя бы для этого почву!       — Не врать. — Михаэлис на это заявление лишь изогнул бровь и не сдержал смешок. Лёгкий, но словно издевающийся. — Никогда не лги мне.       — Не доверяешь мне? — его лицо на пару мгновений изменилось. Улыбка стала более жуткой, большие зубы, кроме пары передних, стали острыми, как у зверя. Глаза смотрели на меня исподлобья с вертикальными зрачками, складок на коже словно стало больше. От аристократической профессиональной улыбки и следа не осталось. — Или же подражаешь юному Фантомхайву?       — Просто перестраховываюсь. — я взяла его лицо в свои руки, кожа всё была такой же, и приложилась лбом ко лбу, аккуратно поглаживая кожу вокруг губ. На этот он и глазом не моргнул. — Извини, my dear, но раз я не могу предотвратить возможное опускание некоторых «деталей», то хотя бы что-то смогу с этим делать.       — Не простила мне произошедшее до поместья?       — Никогда не прощу. — я аккуратно поцеловала его в губы. Сейчас они казались более сухими. — И я не хочу повторений.       — Я тебе не врал и тогда.       — Да-да, просто не договаривал… Классика. Но я не передумаю.       — Да будет так. — голограмма, свет, закрепление второго условия закончилось. Я, на сей раз лишь тихо шикнула от неприятных ощущений. А вот лицо его стало прежним. От того перекоса в сторону звериной морды и следа не осталось. — Тогда что на счёт последнего?       — Третье… — я крепко задумалась. Шутить с таким было непростительно.       — Сейчас ваши цели более-менее сходятся и поэтому у вас не должно быть сильных проблем в деле. Его слова ты взяла хотя бы частично под контроль. Остались действия.        — Повторюсь — мне не нужен слуга.        — Тебе нужен тот, кто не предаст. В данном случае — подобное решение было бы самым надёжным. А если он заключит второй контракт, где второй будет втоим врагом? Или же захочет манипулировать демоном через тебя?       — Хочу сразу обозначить — я не хочу тебя держать подле себя всё время, подобно обычному контракту. Если ты пожелаешь заключить второй, можешь спокойно это сделать — просто скажи мне об этом и всё.       — Не в моих принципах заключать несколько контрактов одновременно.       — Я просто хотела, чтобы ты был в курсе, никто из нас не знает, как жизнь крутанёт. Да и не думаю, что у тебя каждый контрактор был в подобных ситуациях. — я чуть качнулась в сторону, всё ещё держа его лицо в руках. Моего полупьяного состояния Себастьян не разделял. — Я хочу быть с тобой на равных. Это моё последнее условие.       — Идиотка. — граф прикрыв лицо рукой в укоризненном жесте. — Влюблённая идиотка…       — Вы только сейчас это поняли, господин?       — Хах… — демон опять же издал смешок, из его уст так и сочилась эта с ирония с лёгким ядом. — Ха-ха-ха! Контрактор, который хочет стать равный со служащим, вот уж действительно, это что-то новенькое.       — Тебя что-то не устраивает? Или ты просто поиздеваться хочешь?       — Ни в коем случае. — Михаэлис лишь отмахнулся. — Но единственное описание, что я могу дать в данном соглашении: «Все равны, но кто-то ровнее» — моя леди, и это действительно выглядит как издёвка. Да и кто сегодня может отличиться сегодня в игре на эмоциях и чувствах других так это ты.       — Я пытаюсь сдержать обещание, что дала когда-то, и придумать оптимальные условия, чтобы ничего между нами не изменилось, а ты вот так выворачиваешь все мои попытки это сделать?       — «Обещание»? — демон слегка нагнул голову в бок, его непонимание и разочарование сменились на… непонимание.       — Я люблю тебя, — алые глаза стали больше, он словно не ждал подобный ответ, а его самого рубанули по старым ранам. — и да, для меня это не просто «эмоция». А… Обещание, если так это объяснить можно. — Себастьян замер на секунду. Словно выпал из нашей реальности и упал в карманное измерение, даже не моргал и также чувствовалось, что не подавал признаков жизни. Я быстро плмахала рукой перед его лицом. — Хэй, ты в порядке?       — Да… Просто кое-что вспомнилось. После сегодняшних событий, видимо, мне не стоит удивляться любым выходкам от тебя, — тот слегка усмехается, слегка покачивая головой. — но каждый раз тебе это удаётся.       — Долго до тебя порой доходят простые вещи. Закрепляй последнее условие и покончим с этим.       Печать теперь ощущалась немного иначе. Странно. Словно остался отпечаток от чёрных полос раскалённого железа, повредившего даже не кожу, а кости и сухожилия. Небольшой тремор рук остался. Ещё появилось ощущение словно меня скрепили цепью, но она крепилась не вокруг руки, а прямо из рисунка. А в воздухе осталось напряжение, его можно было спокойно резать ножом.       — Всё ещё болит? — Себастьян приложил влажное полотенце к свежей печати.       — Немного. Хах… Никогда не думал, что поставишь печать на ангеле, верно?       — Да. Не думаю, что у какого-либо демона будет подобный опыт. — мой настрой и юмористический подход Себастьян не оценил. Я тоже затихла. От этой атмосферы становилось немного неловко.       Я кинула на свежую печать взгляд, что-то неосознанно бухтя себе под нос.       — «…то что никогда не должны были сблизиться, прижаты друг к другу.» — в голову влетела странная, но вполне себе интересная мысль. — Якорь, цепь…       — О чём ты?       — Мои попытки переместиться в другой век были построены на том же методе, что и обычные скачки. Но если они были основаны на моëм перемещении здесь, то между временем нужно кое-что… — шестерёнкам в мозгу словно дали немного отличного масла, от чего те заработали. — Печать ведь связывает носителей накрепко, верно?       — Разорвать еë нельзя, это верно.       Печать восстановлена. А значит — есть новый крючок, чтобы можно было переместиться, помимо моей памяти и отмотки всех действий.       — Стоит попробовать. — я выдохнула, ощущая как искорки полетели сзади до кистей рук, окутывая их. Меня охватил настоящий азарт маньяка, у которого даже руки потряхивало от предвкушения. И к чёрту боль.       Нацелиться не на действия, что тогда было, в на печать, как короткий маршрут. Без всех этих заморочек с откатом и расчётами, которые всё усложняли. Взять… да потянуть.       Перед глазами, словно на экране планшета, была кинолента, как обычно, для просчёта для «прыжка». Огромная трещина, простирающаяся с начала и в невиданном конце, но теперь… в ней также появились новые изменения. Теперь (чисто моя фантазия для понимания), из красующейся на руке чёрной печати, выходила тонкая нить, обвивающая меня, Себастьяна и её конец уходила куда-то вглубь ленты.       Я заулыбалась немного шире, чем требовалось. Я крепко зацепилась за эту нить, светящуюся бело-фиолетовым светом, накрутила себе на кисть, обвив её несколько раз вокруг и хотела потянуть.       Но меня прервали, дëрнув назад, все фантазии тут же все разбились. Искры за ней, оставив только несколько перьев на теле. Меня крепко взяли за одну руку, задрав вверх, а второй обхватили за талию, прижав.       — И что ты собралась делать? — я прогнулась в спине, завалившись на демона.       — Я поняла как нам переместиться! Ха-ха! — я продолжала улыбаться широкой улыбкой, смотря демону прямо в глаза. — Я могу покончить с этой частью, Себастьян! Разве не здорово?!       — Это замечательно, но ты хочешь это сделать в таком виде? — демон указывает на мои мокрые волосы, с которых до сих пор немного капала вода и мои домашние шаровары.       — Ты серьёзно? — я на это лишь дёрнула бровью, а демон улыбнулся своей профессиональной улыбкой.       — Если мы собираемся прибыть в поместье Фантомхайв, нужно выглядеть по этикету.       «Андрей Журавлёв»       — Аургх! Голова… — пробуждение было не из приятных, голова просто гудела с невероятной силой, словно её пытались сдавить, а мозги выдавить, как взбитые сливки через баллончик. И этого не хватало, в дверь начали звонить.       Раз звонок, два… третий, через какое-то время. Потом звук открытия двери и топот тяжёлых, но быстрых глухих шагов по паркету.       — Ты долго валяться ещё будешь? За тобой твоя подруга пришла. — в комнату заглянуло круглое с розовыми щеками лицо матери. Кряхтя себе под нос, тот начал вставать с покрывала, пропахнувшего пылью и запахом жителей. Комната была довольно тëмной с обилием деревянных вещей тëмного цвета и тканей, ковра, покрывала и штор, от которых летела пыль. Даже солнечная погода снаружи особо не спасала и только подчëркивала лëгкую захламлëнность комнаты хозяина. Тут превалировали вещи старшего поколения, нежели современности, отчего парень здесь выглядел, как инородное тело.       — Да-да… я иду. — голова продолжала трещать по швам и даже после таблетки от головной боли и мятной жвачки, что подала мать.