Я хочу уйти красиво... 2: между параллелей.

      После странной встречи с работодателем из прошлого мозг не совсем понимал, что происходит. Картинка разламывалась на две половинки: с одной стороны в моей жизни особо ничего не поменялось, а с другой я головой понимала, что мне в чашку чая наливали керосин, учитывая градус происходящего. И вот это нужно было как-то держать в черепушке и не забывать про все детали, так ещё и себя не запустить и не поехать головой.       Но, как говорится… Жизнь продолжается.       — Она хоть знает, сколько стоят билеты хотя бы в одну сторону. Аристократы… — я вцепилась в лямку сумки на плече, словно это был мой спасательный круг на этом тонущем корабле. Даже музыка в ушах никак не спасала, дискомфорт, который мне причиняла одна эта мысль скручивала мой желудок, как половую тряпку. Я прислонилась лбом к холодному стеклу, голова в этот момент стала немного тяжеловатой. Для драматичности не хватало только дождя и грустной музыки. — Ещё раз извини за такие внезапные растраты.       — Ничего страшного. Думаю, она предполагает, что ты доберёшься до неё иным путём.       — Ещё чего, напрягаться я из-за неё лишний раз буду. — когда послышался голос, предупреждающий о скором приезде от таксиста, пришлось разлепить глаза, хотя делать этого не хотелось. Я перехватила сумку поудобнее и достала телефон, а в голове уже представляла, как Михаэлис, поудобнее перехватив пальцами, достал наручные часы. — Так… Сверяем время.       — 17:43 по Московскому времени.       — И… 14:43 по Лондону. — я поставила таймер, чтобы иметь хотя бы какую-то подушку безопасности для отсчёта времени, в случае чего. Я кинула взгляд на дом, к адресу которого мы всё ближе подъезжали. — Я не хочу туда идти.       — Это нужно. Всё будет хорошо. — я набрала побольше воздуха в лёгкие, прежде чем расплатиться и выйти из машины такси.       — Не спускай с него взгляд. Пока. — я отключилась от разговора. Было немного нервно от того, что приходилось идти на опасную территорию совершенно одной. Но если Элизабет с лёгкостью могла догадаться, кто скрывался за маской в ту ночь, но вот Себастьяна раскрывать не стоило. Да и чёрт его знает, что мог выкинуть Гробовщик пока нас не было, поэтому пришлось разделиться.       Чёрный автомобиль подъехал прямиком к двух-трёхэтажному белому дому, который располагался вдоль небольшой тени деревьев. Невысокая оградка, где на столбиках были набиты цифра номера дома. Отличный район для пробежки или пикника, хотя совсем недалеко, всего в нескольких минутах, можно дойти до торгового центра столицы.       — Прошу, пройдёмте за мной. — горничная в костюме слегка поклонилась, поприветствовав меня при входе. На улице было тепло, так что никакой верхней одежды не было.       — Ты не торопилась. — я села на противоположный диванчик. И по жесту юной госпожи девушка вышла из комнаты, оставив нас наедине.       — И вам день добрый, госпожа Элизабет. — я быстро огляделась. На столике была приличная стопка бумаг, при виде которой я нервно сглотнула, несколько фотографий, тоже в стопочке, пара чашек для чая с чайничком. Книгу, которую она, вероятно, до этого читала госпожа тактично убрала за подушку.       — Мы в доме одни, так что можешь говорить свободно. Камер наблюдения также здесь нет.       — Буду иметь в виду. Что у нас сегодня по культурной программе намечается?       — Много новостей. Осмотри вот это. — она взяла верхние листы, которые лежали на стопке бумаг. Это были чертежи костюма. Несколько вариантов и невероятно подробные, за пару минут быстрым взглядом такое обозреть нельзя. — Я отправила твой заказ паре знакомых мастеров и недавно пришли чертежи. Выбери, что лучше будет подходить.       — Почему не отправили по электронной почте? Меньше времени и сил затратили, чтобы это передать. Не в девятнадцатом веке всё же живём.       — Предпочитаю личные встречи. — я на это лишь подняла одну бровь. Хотелось пару раз ругнуться на это, но пришлось сдержаться. — К тому же хотелось задать несколько вопросов. Для чего обычному человеку требуется костюм для парашютизма под заказ? — я на это лишь тихо хмыкнула. Объяснять ей все новые тонкости моей анатомии было бы очень нудным и долгим занятием.       — Примерно также, как школьнице престижного учебного заведения лезть в криминальные дела и иметь связи с наркоторговцем. — я лишь быстро кинула взгляд на светловолосую, она также не отрывала от меня глаз. Зелёные глаза так и напоминали холодные изумруды высочайшей огранки, отчего у меня холодок бегал по загривку. Она явно знала или, как минимум, догадывалась перед кем сидит, поэтому строила перед нами какую-то невидимую преграду. Стеклянный вольер. — Уж не знаю, как вы познакомились с Лау, но будьте с ним аккуратнее. Тип максимально скользкий.       — Это уже мне решать. — я лишь мысленно закатила глаза назад на это. Аристократы…       — Конечно-конечно… Просто мысли в слух. — я выбрала несколько вариантов из той огромной кипы, что мне была предоставлено. — Как, кстати, Паула? Она смогла реабилитироваться?       — Она в полном порядке. Можешь не беспокоиться. — вот уж где гены семьи Фантомхайв сыграли в отрицательную сторону. Или это просто чопорность англичан, сыграла?       — А у вас как дела? Что в Уэстоне нового?       — В Уэстоне всё в порядке, если хочешь узнать, что там происходит — у колледжа есть собственный сайт с новостями.       — Говорите так холодно, словно вы боитесь мне рассказать что-то лишнее. — атмосфера в комнате всё больше нагнеталась. Хотелось банально вскрикнуть: «Я просто хочу поболтать! Можно без этого царского голоса?!» — Мне казалось, мы друг другу не враги.       — И не друзья.       — Намёк ясен. — я лишь тихо хмыкнула на это, не поднимая головы. А я раньше думала, что умею сходиться с людьми… Что ж, везде есть исключения. — От людей Кельвина ничего не слышно?       — Насколько мне известно, двое из его приближённых до сих пор живы. Но вот про их незаконную деятельность мне особо ничего не известно. Похоже, они решили уйти на дно, также как и партнёры Кельвина. В ближайшее время от них не должно быть проблем.       — Проклятье, — я уж думала, что покончила с «основным составом» наконец, но нет. — Если с ними не закончить как можно скорее, проблем будет только больше.       — М? Они ведь всего лишь исполнители. А раз больше ими некем управлять, значит и разойдутся каждый куда глаза глядят. — в голосе девчонки послышались странные нотки недоверия.       — Они захотят отомстить. А зная их «отца», я даже не исключаю, что они прибегнут к самым… как бы это обычные люди назвали? «Богохульным методам»? По тропам Кельвина они не пойдут — не настолько фанатики — но учитывая пару знакомых, также могут выкинуть что-то из ряда вон выходящее. Просто немного иного рода.       — Даже знать не хочу, что ты себе навыдумывала.       — Правильно решение. В чужой голове лучше не копаться. Найдёте излишне много… Всякого. — юная мисс потянулась за десертом с розовой глазурью и цветастой обсыпкой. Взяла самое обсыпное и положила себе на тарелочку, откусывая понемногу за раз.       — Насколько мне известно… — она всё-таки начала рассказывать. Видимо, в её разуме тоже возникли мысли о возвращении людей ковчега. — …Те кто остался, после нападения на бар и в Петербурге, разбрелись кто куда. Из активных осталось только двое, рыжий парень и самая младшая из них, девочка.       — Джокер и… — рот пересох на этих именах, так что я сделала пару глотков чая. — Долл.       — Вероятно. — юная леди наконец-то доела последний кусочек пирожного и вытерла губы салфеткой. — Парень пытается возродить работу Кельвина. Но акции компании по кускам растащили или те уже упали в цене. Без хороших вложений их деятельность не восстановить.       — Буду иметь в виду. — я быстро кинула взгляд на телефон, этот разговор изрядно затягивается. Я не могу не нормально вникнуть в чертежи, ни выведать у неё информацию. Может, перевести диалог в другое русло и притвориться дурочкой с кучей уточняющих вопросов?       — С нашей последней совместной работы, меня раздирало невероятное любопытство. После того, как вы освободили Паулу, что происходило внутри?       — Так вы и новости не смотрите? Также предпочитаете всё лично узнавать от очевидцев происходящего?       — Просто работа была выполнена максимально… Грязно. Я такого не люблю. — маленький носик чуть дёрнулся во время этих слов. Словно ей показали неприятную картинку перед глазами или она дотронулась до чего-то противного и склизкого.       — С этими сволочами только так и нужно.       — Соглашусь. Но сама ты… — я подняла на неё взгляд, не понимая о чём она. Неужели волнуется за моё состояние? Не самое характерное для неё действие. — Кхм! Ты в порядке после той ночи?       — Можете не переживать за моё ментальное здоровье. — я положила на стол чертежи и обвела пару мест на бумаге. — Попросите объединить это и… вот это. И попросите их сменить ткань… В этой можно свариться.       — Учту это при заказе. Так что тогда произошло? — она явно наседала на этот вопрос. И такое я могла объяснить всего несколькими вариантами: она не хочет травмировать Паулу теми воспоминаниями, а узнать хочется, или же она хочет меня расколоть, подтвердить или опровергнуть идею, что «тварь» именно я.       — Летела, летела тварина. Села, посидела, посидела — и всех убила, А потом домой себе полетела.       — То что ты хорошо поёшь, не значит, что ты хорошо занимаешься стихосложением. — о, отлично, значит она делала по мне досье. Очко в сторону моего второго предположения.       — Это было по Пушкину. Так, вам для расширения кругозора. — я перевела дух, для мозга нужна была коротенькая передышка. На меня, откровенно говоря, давила вся эта атмосфера. И даже хороший чай особо не помогал. — Кстати, я хотела спросить… У вас из ближайших родственников нет никого с именем «Винсент Фантомхайв»?       — С чего тебя интересует моя семья?       — Потому что именно этот человек может быть ключевой фигурой в этой истории. И если не убрать его, то что произошло с вашей подругой может повторится, а в каких масштабах — неизвестно. — я облокотилась щекой на руку, наблюдая за каждым возможным действием Элизабет. Даже лёгкое замешательство могло бы выдать её. Но холодное и непроницаемое лицо Элизабет только выводило эмоции на меня. Нужно что-то сделать.       — Так из-за чего ты взяла, что он как-либо связан…       — Семья Мидлфорд имеет кровные связи с этой семьёй. Поэтому, если об этих скелетах кто-то и знает, то, вероятнее всего, именно вы и ваша семья. — Не дав ей договорить, я быстро оказалась у её лица. Настолько близко, что несколько моих отросших прядей качнулись вперёд и слегка коснулись её фарфоровой кожи. Рядом стоящая трость быстро оказалась у неё в руках. И она явно была готова применить её в случае нападения. Но вот её секундное замешательство, проявившееся в этот момент придавало хоть какое-то разнообразие в этой беседе. — Это объединение произошло в самый скандальный момент их истории. Если выяснится, что вы что-то скрыли, то я найду новость для жёлтой прессы.       — Смеешь мне угрожать? — её кисть не дрожала, держала она тросточку весьма крепко. В её руках словно было не дерево, а холодная сталь.       — Просто предупреждение. Вы сами втянули меня себе на службу. — наша игра в гляделки продолжалась несколько долгих секунд. Нельзя перенимать дурацкую привычку Себастьяна об игнорировании личного пространства между собеседниками. — А я уже сыта по горло этим делом.       — Тебя так раздражает этот человек? — я промолчала, не отрывая взгляда от своей собеседницы. Меня раздражал… Винсент?       Если так подумать, а что мне сделал конкретно Винсент? Гробовщик меня использует, как точку отслеживания для скачков во времени. Нежить хочет меня уничтожить, как только придёт время. А Винсент… Он — один из этапов развития «странной куклы». Крайне нестабильное существо. Если его убрать… Графу это поможет в деле. От меня отстанут. На одну проблему станет меньше. Его существование будет тратить живые ресурсы. Верно ведь? Или же…       Не ломаться. Живые не должны помирать в угоду мертвецам.       — Хм… Фантом-хайв. — это имя она словно смаковала на вкус, как очень старое и выдержанное вино. — Не припомню никого под таким именем из ближайших родственников. Вероятно, это просто однофамилец. Тебе стоит пересмотреть свои источники информации.       — Довольно специфическая фамилия для таких повторений, не находите? — этот дурацкий разговор закончился бы хлопком двери или же моим перемещением отсюда, куда-нибудь в район аэропорта или сразу в Москву. Версия современной госпожи Элизабет меня невероятно раздражала, да и к тому же, у неё лицо, как у моей сестры.       По двери пару раз постучали, быстро, отбивая какой-то заводной ритм. Даже тихие слова служанки или действия ей остановиться не помогли, и неизвестный вошёл.       — Лиззи! — лёгкой походкой в комнату зашла Паула. Её внезапное появление заставило светловолосую слегка встрепенуться на месте, что даже её локоны на хвостиках забавно качнулись. И даже особо не понятно из-за чего это было, какая причина скрывалась за происходящим: то что русоволосая шла абсолютно бесшумно, или потому что назвали уменьшительно-ласкательной формой имени.       — Паула! — она резко обернулась в сторону русоволосой, тихо шикнув на неё. Леди Мидлфорд явно не устраивало появление подруги в столь неподходящий момент. Не хочет втягивать её в свои криминальные дела? — Зачем ты пришла?       — М? На улице такой хороший день, а ты сидишь дома… — Карие глаза широко распахнулись и замерли в какой-то момент, когда она наконец заметила. Она слегка отшатнулась назад, а руки быстро сцепились в замок. Её кисти были в перчатках, одежда, полностью закрыта. — Вы ведь, та девушка… С «карнавала»…       — Меня зовут Вера Мейрон, рада познакомиться. — я аккуратно подала ей ладонь, как обычно делают при знакомстве. Но девушка только бегала взглядом то на мою руку, то на меня. Я неловко убрала ладонь от неё, стряхнув, словно от капель воды. Немного неловкая ситуация. — Я пожалуй пойду. Если понадоблюсь, пожалуйста, просто позвоните.       Перед выходом из комнаты, я последний раз кинула взгляд на Паулу. Та продолжала немного дрожать, как осиновый лист. Элизабет всё же решила встать и приобняла подругу, выводя её тем самым из транса. Дверь в этот момент тихо хлопнула, так что я не смогла посмотреть, как подруги будут взаимодействовать дальше.       Когда я вышла на улицу, солнце ударило в глаза, а город встретил шумом толпы и машин. Нет, не очень много, район всё же был тихий. Это был просто шум города, который говорил, что он жил.       — Так… Мой самолёт ночью, около… двенадцати? — я посмотрела на таймер, всего лишь из-за каких-то полчаса пришлось ехать в другую страну. — Значит, там как раз отосплюсь. Уже третьи сутки прошли. А сейчас… Хм? Устроить себе небольшую экскурсию?       Я быстро прошмыгнула в сторону оживлённой улицы. Лондон приобрёл новый блеск и стал современней, по сравнению с тем, какие у меня остались воспоминания о нём с девятнадцатого века. Странные ощущения, на глаза словно наложили фильтр для яркости и сочности цветов. Сравнивать подобные кадры было довольно увлекательным занятием. Но по центру лучше не судить весь город, он здесь прямо-таки вылизан до блеска.       — «Ты сейчас занята?» — я начала быстро набирать сообщение подруге. Другой возможности встретиться у нас может и не быть, так что хотя бы пару часов выкроить на разговор будет достижением. Граф, облокотившийся на один из поручней, смотрел на город.       — А город немногим изменился. — Скрестив руки на груди, мальчишка излишне выбивался в своём наряде девятнадцатого века. Выглядел, словно вырванный кусок холста на картине, который приклеили на страницу глянцевого журнала.       — Так скучали по родине? — тот повернулся ко мне, сопровождаемый своим хмурым взглядом.       — В прошлые разы наши прогулки были омрачены не самыми благоприятными событиями. — тот лишь со скучающим выражением посмотрел на меня. — И оценить изменения в городе было невозможно.       — И как вам? Предпочтёте свой век или же этот?       — Стало чище, а вот людей… больше. Да и это тотальное отслеживание жизни всех и вся не по мне. И тогда, и сейчас я бы предпочел жить за городом. — говоря последнее, граф кинул взгляд синего глаза на телефон у человека рядом, где как раз был выпуск последних новостей про какую-то голливудскую звезду.       — Не обязательно же демонстрировать свою жизнь. А учитывая ваши навыки к… кхм! нахождения применения всему, вы бы явно преуспели в этом.       — Ты ведь явно хотела сказать что-то другое.       — Вам показалось…— я окинула беглым взглядом по худощавому телу мальчишки. Излишне он уж выбивался из общей массы людей своим видом. — Может, если бы вы отнеслись к современному миру более лояльно, он вам приглянулся. Начать хотя бы… с одежды. — я слегка театрально махнула рукой перед глазами, немного поиграв пальцами. Картинка словно по щелчку фотоаппарата слегка сменилась — мальчишка теперь стоял не в старомодном костюме, а в современной одежде. Лёгкая майка, шорты из хлопковой ткани до колена и чёрная курточка с крупными пуговицами и отвёрнутыми рукавами. Граф вскинул руки от такой резкой смены образа, начиная себя рассматривать. — Я, конечно, не дизайнер, но вышло… неплохо.       — Ты серьёзно? — тот пару раз крутанулся на месте, чтобы осмотреть себя со всех сторон.       — Более чем. Хотя бы теперь не выделяетесь на фоне так сильно. Да и вам идёт. — Фантомхайв только кинул на меня взгляд исподлобья, но возражать ничего не стал, лишь тихо что-то пробухтел. А я лишь обернулась обратно к окну, наблюдая как дома сменялись один за другим и порой кидая взгляд наверх. — А они всё также по крышам прыгают. Хоть что-то не меняется. — я прищурилась, немного широковатая фигура с массивной косой смерти и красное пятно рядом, мне показались знакомыми. — Пойдём-ка поговорим с ними.       Я выскочила на ближайшей остановке. И пройдя несколько улиц, наполненных людьми постаралась войти вглубь домов, где можно было бы скрыться среди старых закоулков зданий, которые уже не один век здесь стояли. Немного поискав удобные для подъёма места, я проверила наличие камер наблюдения и, подпрыгнув на стену, начала карабкаться вверх. Мои прыжки из-за веса стали более тяжёлыми, по сравнению с тем, как я передвигалась раньше. Так что, металлические конструкции на доме болезненно скрипели и начинали прогибаться под моими руками. Она, в какой-то момент, была готова оторваться, когда я подымалась, поэтому пришлось быстро отматывать состояние железяки. Та с треском начала возвращаться в исходное положение.       — Хэй! — я махнула рукой жнецам, что стояли в глубине прямой крыши и отдыхали. Константин, держащий какую-то конфету на палочке в зубах, обернулся ко мне лицом. Его напарница сидела чуть дальше, с лёгкой накинутой кожаной курткой на плечах, и заметила меня второй. — Знакомые всё лица!       — Думаешь, он будет говорить? — Фантомхайв шёл за мной шаг в шаг, хмуро поглядывая на жнецов.       — Посмотрим. — я лёгкой и летящей походкой направилась прямиком к парочке, жнецы удивлённо на меня посмотрели, пару раз хлопнув глазами.       — Хм… Верунчик? — жница сидела на своём месте, не шелохнувшись. Грелль была одета в полосатую блузу и чёрные брюки, на ногах красовались красные ботинки с каблуком. На её фоне Константин выглядел, как нечесаный и заспанный клерк. — Что ты тут делаешь?       — Это плохая идея. — граф стоял между нами, немного сбоку, скрестив руки на груди и явно оценивая мою работу, как информатора по десятибалльной шкале, уже в минусовую сторону.       — Плевать. — мужчина дёрнул бровью на моё вырвавшееся слово, — Не вам. Пришлось приехать из-за занудного начальства. Не переживайте, проблем я вам не доставлю. Я просто хотела поговорить.       — Ищёшь себе здесь жильё? Не думаю, что оно тебе будет по карману.       — А сам-то? Мне казалось, что ты принадлежишь другому отделу. — мы стояли немного отдалённо от его напарницы. Красноволосая поглядывала в мою сторону, но особо ничего не делала, оставаясь спокойной.       — Перевожусь. По личным обстоятельствам. — он кивнул на свою косу, ручки и детали косы смерти действительно сменились с синего на красный. Не врал. — Тебе что-то нужно? Сама знаешь, график у нас жёсткий.       — Просто пара вопросов. Я не займу много времени.       — Ты в Шерлока Холмса играешь? — я проигнорировала этот вопрос, засунув руки в карманы джинсовки. — Я не очень-то хочу в твоей авантюре играть.       — Тогда Спирс получит несколько интересных наводок следующим утром.       — И каких же?       — Ну к примеру, как коса смерти смогла оказаться вне «Несущих смерть»?       — Хорошая попытка. — жнец усмехнулся слегка кривой улыбкой. — Но эту дырку в протоколе уже, как семьдесят годков, закрыли. Можешь придумать что-нибудь более интересное? — вот ведь… Спонтанные планы, как оказываются, не всегда работают. Но, быстро подхватив ситуацию, граф взял ситуацию в свои руки.       — Скажи, ему что умеешь скакать во времени. — я искоса посмотрела на Фантомхайва. Тот оказался невозмутим и держал свою аристократическую осанку. — «Сейчас» ты ему почти ничего противопоставить не можешь.       — «Это — враньё.» — в голове быстро промелькнул ответ на вопрос, который в этот раз я смогла сдержать за зубами.       — Почему же? Ты ведь действительно можешь перемещаться в различные места, а этот навык лишь вопрос времени. — этот диалог, с невидимой третьей стороной, длился от силы секунды две в моей голове, а по ощущению, словно я опять сидела перед графом и кидала ему отчёт на стол, расписывая каждую мелочь. В желудке становилось тяжело.       — А я разве говорила про сегодняшнего Т. Спирса? — жнец прищурился, пытаясь найти подвох в моих глазах. Не верил. — Не будешь поддерживать диалог, устрою всё так, что отправлюсь в прошлое и твоя мордашка будет по всему Лондону с надписью: «не трогай — псих».       — Ты не можешь этого. — до сих пор мне не верит. — Это либо ебанёт по всем нам или же…       — Увереннее, расколется. — со стороны шли подсказки «из зала», что немного раздражало, но помогало держать осанку. Словно мне на голову накладывали по новой книжке.       — Или что? — я развела слегка руками, ухмыляясь. — Ты не можешь ни доказать, ни опровергнуть, что я не имею такой способности. Помни, Гробовщик может это делать, только благодаря мне, так почему же я не смогу провернуть тоже самое?       — Тц! — до уха донеслось это цыканье, больше похожее на треск конфеты. — Ладно, выкладывай.       — Я хотела спросить, — я невольно закусила губу изнутри. Тема была жуть насколько неприятной. Нужно выбирать вопрос аккуратнее. — что произошло с тобой после той ночи?       — Той ночи? А, та самая… И из-за этого нужно было этот спектакль устраивать?! — он завёл руку себе за затылок, начиная вспоминать, после этих слов жнец перескочил на другой язык. Грелль как-то странно на нас глянула, но особых действия не приняла. Ей было не особо интересно. — Честно говоря, я так себе помню… Грохнулся на землю замертво, а когда очнулся, то оказался в отделе жнецов, медцентре, с повреждением ушей.       — Хм… А дальше? — меня невольно раздирало любопытство.       — Дай подумать. Я торчал в отделе хрен знает сколько, пока мне пытались вправить мозги. Хочешь знать подробности? А потом работа-работа-работа… Меня кидали в абсолютно рандомные точки. — я пялилась прямо на жнеца, не отрывая от него взгляд. — Что? Не понравился мой ответ?       — Действительно… С начала скакал по крышам, с шилом в одном месте, прибил меня, а потом просто свалился в кому и лежал, как бревно. Очень правдоподобно. — я недовольно выдохнула на этот краткий рассказ. Если его действительно направляли в разные точки, а учитывая вероятную нагрузку жнецов в двадцатом веке — это звучало убедительно, то всё становилось чуть сложнее. — Как тогда так вышло, что «Андрея Журавлёва» в этом веке количество двух штук? Разве, ваша встреча не должна была вызвать какие-то подвижки?       — Ты видишь, что вокруг нас огненные реки или же зелёное небо? — мужчина говорил максимально спокойно, что звучало с большей бредовостью. — Как видишь, мы не сломали эту планету, живём спокойно и всё нормально.       — Да я разобраться хочу, как эта фигня работает. А ты пока единственный, кто может хоть что-то знать, ощутив на собственной шкуре.       — О-о-оу! — жнец довольно улыбнулся, перекинув палочку от леденца на другую сторону. — Так значит ты сейчас в моей власти?       — Ещё раз так скажешь и я натравлю на тебя Себастьяна. — да чтобы мне этот засранец будет ставить условия и дергать за ниточки? Да к чёрту его…       — Пф! Не впервой. — мужчина задрал свои рукава, показав край кожи, которая была буквально обсыпана шрамами. — Мы с ним не один раз встречались. Каждый раз, сволочь, ломал мне что-нибудь, скотина… Но да ладно.       — Так как вы вообще сосуществуете?       — Долго вы там будете шушукаться, а, голубки? — Греллия, когда закончила поправлять свой макияж и её откровенно задолбало то, что мы ближайшие пару минут игнорировали присутствие леди, подошла к нам вальяжной походкой. Цоканью её каблучков идеальным тактом сопутствовало биение моего сердца, отдаваясь в ушах хлеще кардиограммы. Она подошла к своему партнёру по работе и, с той же вальяжностью, облокотилась на его плечо. — Верунчик, если тебе нужна какая-то информация по делу, отправь лучше письмо Уилли, чего ты наше время тратишь?       — Уже пыталась. Меня культурно послали. — я морально закатила глаза. — Но я хотя бы что-то делаю. За вашими организациями вообще полезных действий не заметила. — О! У тебя новый маникюр? Довольно красиво вышло. Твоему образу подходит.       — Да! — довольно ответила жница, демонстрируя свои острые ноготки с замудрённым дизайном. Я не особо успела разглядеть, что там нарисовано. — Ну хоть кто-то знает, как девушке делать комплименты! — она пару раз помахала кулаком перед лицом своего напарника. Но тот лишь закатил глаза на это заявление и тихо что-то прокряхтел.       — Нам уже пора сворачиваться, если не хотим просрать работу. — темноволосый глянул на наручные часы, после чего подхватил одной рукой свои ножницы и быстро подошёл к краю крыши.       — Хэй! Ты не ответил на мои вопросы!       — Я тебе сразу сказал, что времени у нас немного. А я не собираюсь тратить его зря. На кого ты там работаешь? На Фантомхайва? Если хочешь, можешь расспросить его обо всём. — я быстро кинула взгляд на Фантомхайва, тот никак не среагировал. Только бровь вскинул. — Могилу найдёшь на западе.       — А ты-то откуда знаешь? — тот остановился. Попался. — Поместье Фантомхайв находится на севере, но там его могила пуста*. А ты говоришь с такой уверенностью, словно там был сам.       — Ясно дело был! Если помнишь, то я весь двадцатый век прожил из-за кое-кого. Из любопытства, навестил пару памятных мест.       — По твоим словам ты ведь света божьего не видел из-за терапий, мозгоправства и работ. А тут знаешь такое, что только Михаэлис может поведать. Не находишь странным? — жнец молчал, крепко сжимая рукоять косы. Я достала из файла синий блокнот с пожелтевшей от времени бумагой. Тот самый, с вырванными страницами, жнец только прищурил глаза, завидев обложку в узоре с выбитыми прямоугольниками. — Это ведь ты вырвал страницы отсюда, верно.       — Впервые вижу.       — Что это за книжка? — красноволосая оглядела её, и я передала женщине старенькую вещь, та быстро пролистнула до нужного места. Жницу особо ничего не заинтересовало: ни содержание, ни сама книжка. — Старьё какое-то…       — Своеобразная капсула времени. Вот только кто-то её попортил до того, как я её получила. — я кинула взгляд на мужчину. Его лицо всё больше и больше кривилось от недовольства. — И вот есть у меня подозрение, что именно Константин его испортил.       — Хм… Эти листочки так важны? — она вернула мне блокнот, держа книжку одними кончиками пальцев, а потом стряхнула с них невидимую пыль.       — На них была важная информация. Так что, это сильно застопорило расследование. Аргх… — я потёрла переносицу, голова от усталости начинала болеть. Мыслей на этот счёт было слишком много, но их прервал лязг ножниц, чей конец резко стукнулся у моих ног. Я чуть не отпрыгнула от действий Константина. Под угрозой была стопа и хорошая пара обуви.       — Перед тем, как кого-то обвинять — собери доказательства. И даже, если хоть что-то найдёшь, то для тебя там будет ни йоты информации.       — Та-а-ак, Костечка. — жница вышла вперёд, махая перед лицом мужчины пальчиком с острым маникюром. Тот даже отступил на пару шагов назад. — Уж не знаю, что ты себе надумал, но ты прекрасно знаешь, что будет если ты возьмёшься за ста-ро-е. — она делала один шажочек в сторону Константина. Тот даже попятился назад, чтобы не попасть ногой под каблук.       — Я чист, Сатклифф, успокойся. — тот быстро одёрнул руку, чтобы убрать рукав, и глянул на часы. — Давай уже пойдём, мы торчим тут достаточно времени. — подхватив свою косу, он быстро вернулся к краю крыши.       — Если будут какие-то проблемы с ним, ты сразу сообщай. — Грелль стояла рядом, используя свою косу смерти, скорее, как аксессуар из последней коллекции модного дома. Перед глазами невольно всплыли кадры с перекошенным выражением лица. — Он был вообще неуправляемый, когда только пришёл. Вечно сбегал.       — А мне казалось, что ты меня хочешь распилить на кусочки… — я нервно глянула на бензопилу. Как она обращалась с ней с такой лёгкостью, для меня до сих оставалось загадкой.       — Я до сих пор зла, Верусик. Но больше меня раздражает, когда портят лицо даме! — откинув несколько прядей волос в сторону. — К тому же, мужчины, что не знают себе цены меня ни капельки не привлекают, так что у меня нет ни одного пункта, чтобы вставать на его сторону. Когда мы начали с ним работать, я поняла, наконец-то, его нрав и поменяла своё мнение. Поэтому, из вас двоих ты мне больше симпатизируешь, хоть и выглядишь до безобразия скучно.       — Понятненько… — Я быстро кинула взгляд на Греллию, та не потеряла своей уверенности, а также любви к красному. Жнецы мне казались кем-то, кто останавливались в определённой точке и навсегда застревали в своём теле. Словно человека законсервировали. — Ну ладно… Удачи тебе!       — Взаимно, моя дорогая.       — Хэй! Да! Я к тебе обращаюсь! — я кинула последние фразы в сторону второго жнеца, что уже наверняка сгрыз свою конфету. — Adieu! Et notre adieu aux plaisirs disparus, enfoiré!       «Москва»       Находясь перед одним из музеев города, девушка пробегала со своим буклетом в руках. Летнее солнце приятно согревало, а ветерок играл с лёгкими прядями волос и тканью платья, что шла волнами от легчайшего дуновения. Недалеко от высоток домов, сделанных из стекла и стали, та больше походила на красивую лилию, что высадили у берега реки.       — Прошу прощения, за опоздание. Вы давно меня ждёте?       — Совсем нет. — мужчина повернулся к своей собеседнице, придерживаясь одной рукой за каменную изгородь на берегу реки. — Давайте пройдём на выставку. Наше время уже скоро начнётся.       — Да, согласна… — девушка тут же осеклась, заметив взгляд черноволосого. Тот от неё ожидал немного иного ответа. — Да, давайте пойти. — фраза вышла не с первого раза и немного корявой, так что молодой человек её поправил, начиная объяснять правила языка по дороге.       Они немного прогулялись по дорожкам, зашли в большое крупное здание. Среди возвышающихся стеклянных свеч-домов оно казалось довольно низким. Молодые люди не переставали говорить. И если мужчина говорил спокойно, размеренно и без ошибок, то вот девушка делала банальнейшие ошибки в склонении слов и частенько что-то записывала, отмечая те, которые ей были незнакомы.       — Честно, не думал что смогу вас встретить в Москве. Вот совпадение! — минув стойку с билетами, они проходили среди различных экспонатов, порой останавливаясь на чём-то особенно интересном.       — Да, не ожидал, что вы приедете сюда, Рейчел. — черноволосый лишь приподнял уголки губ, создавая профессиональную улыбку и поддерживая диалог для практики своей ученицы. В этот момент молодые люди вошли в просторный уютный коридор, ведущий в каюты первого класса. Атмосфера затонувшей «Кампании» была передана до мельчайших деталей, как подметил для себя черноволосый. — По какому-то особому случаю или просто решили попутешествовать?       — Эм… — девушка немного застопорилась, стараясь сформулировать свой ответ. А от волнения того из-за допущения ошибки, только дольше не могла собрать из слов цельную конструкцию.       — Не спешите. Если не можете ответить, то скажите простым предложением или я могу переформулировать свой вопрос.       — Я приехал сюда к гости к своему молодому человеку. — Себастьян аккуратно подправил свою собеседницу, та быстро кивнув, повторила предложение верно и продолжила.       — Он болел?       — Да, недавно пошёл на поправку и уже чувствует себя намного лучше.       — Вы нашли здесь хорошего доктора?       — Да! Его друг нашёл хорошую клинику. Нам сильно повезло. — девушка буквально начинала светиться от счастья и улыбаться чуть шире. — Вы очень хороший репетитор, Себастьян. — парадная лестница была выполнена из качественного материала, а перила украшены искусной резьбой. Отблески от полировки дерева и позолоты придавали сияния всему помещению. — Я очень благодарна вам за помощь с французским, а теперь и с русским.       — Это всего лишь моя работа. Не стоит благодарностей. — они шли дальше, не прерывая диалог. — А я рад за вас и вашего молодого человека. Если довериться вашим словам, можно подумать, что врачи смогли спасти его, вытянув с того света.       — Можно сказать и так.       Богатая атмосфера сменилась на скромные и довольно унылые комнатки, без деталей, характерных предыдущим номерам. Коридоры третьего класса, без обивки, были с низкими потолками, где Себастьяну приходилось быть чуть аккуратнее. Под каютами, если доверять бумагам, находились залы с котельными, так что для погружения в ту атмосферу, витавшую в помещениях корабля, ещё сильнее, порой раздавался жуткий рёв.       После комнат третьего класса и котелен, пара вышла на прогулочную палубу. За небольшой дверцей, ведущей в следующую комнату находились документы и полная информация о крушении корабля. Трагедия на воде была расписана по секундам. Дальнюю стену украшала огромная доска с именами погибших и выживших, где были не только пассажиры, но и члены экипажа.       — Боже… Какая ужасная трагедия. — глаза девушки бегали по тексту. От росписи всех подробностей и целого ряда невероятных случайностей и событий, как снежный ком привели к смертям стольких людей.       — Воистину. К сожалению, эти 5 секунд оказались фатальными для такого гения кораблестроения той эпохи. — Себастьян особо не вдавался в тексты, так, лишь поглядывал. Ему это было не нужно. — Правда, сегодняшние архивы говорят, что не только айсберг был причиной гибели людей.       — Неужели? — девушка пару раз хлопнула глазами, вслушиваясь в каждое слово своего знакомого. — Если я не ошибаюсь, вы говорили, что имеете образование в области истории.       — Верно. — Михаэлис снова вернулся к разговору на английском языке, так как диалог мог показаться для понимания довольно трудным. Да и озираться на них должны были меньше. — Скажем так, это можно назвать маленьким хобби, но я просматриваю время от времени архивы связанные с девятнадцатым веком. И в старых газетах… было несколько занимательных статей.       — И что же там было написано?       — Боюсь, что для вас это может показаться полнейшей чепухой. — черноволосый слегка приуныл, театрально, вскинув тонкие брови домиком и сложив руки.       — Не томите, Себастьян. Вы ведь сами завели эту тему. — в синих глазах заискрился огонёк, полный любопытства. Мягкие черты лица стали строже, а движения увереннее. А демон продолжил свой монолог.       — На корабле были ходячие мертвецы. — тонкие бровки женщины взлетели на середину лба. Эта информация звучала, словно со страниц с интернет-страшилками, что точно не ожидаешь от, как минимум с виду, серьёзного человека, вроде Себастьяна. — На фотографиях, по понятным причинам, не было этих чудовищ, но первые полосы газет сразу после крушения были заполнены гравюрами и рассказами очевидцев. И многие, как один говорили, что их друзья и соседи погибли не от трагедии, а от нападения на них мертвецов.       — Боже… неужели нечто подобное вообще возможно?       — Пока наука не подтверждает, что воскрешение людей в подобном ключе возможно. — Себастьян говорил это невероятно спокойно, что ещё больше вызывало мурашки и холодок у женщины. — Но проведя некоторые исследования я заметил, что имена и фамилии нескольких людей и мертвецов, чьих тел недосчитались в похоронном бюро, совпадают.       — Хотите сказать, что кто-то хотел воскресить своего умершего родственника?       — Кто-то дочерей, мужей или просто любимых людей, которых они потеряли из-за старости последних или случайностей, таких как авария, например. «Плохо то, что человек иногда внезапно смертен», как сказал один из классиков этой страны. — от каждого последующего слова у женщины словно медленно и мучительно накручивался моток ниток. — Порой люди не могут справиться с трагедией и начинают действовать иррационально, и даже ради своего желания могут заставить трупы встать… Очаровательно. — девушка несколько секунд смотрела на своего собеседника, замерев. Черноволосый словно не просто рассказывал ей про скрытые детали трагедии, а рассуждал про вечные темы и грехи человечества. И что заставило девушку сглотнуть нервный ком, это тот нечеловеческий огонёк в его глазах на секунду, когда тот не сдержал смешка. — Простите, я слегка увлёкся.       — И у кого-то… вышло? — странный вопрос, который зародился где-то глубоко в душе и не давал Рейчел покоя. Почему-то такая тема, с воскрешением ей казалась… почему-то показалась близка.       — Внезапно спасшийся от смерти родной человек, у которого не было шанса на выздоровление или выживание… Книги молчат о таких делах. Но в Англии прошло несколько странных дел, которые могли быть связаны с этим.       — Можете рассказать? — Михаэлис выждал небольшую паузу, кашлянув в кулак, прежде чем продолжил монолог.       — Через какое-то время в Лондоне открывается Театр-Варьете, где тайно переливали кровь у посетителей. Если довериться записям одного из информаторов, кто вëл расследование по этому делу, всë же были удачные экземпляры. К примеру, один из сыновей графского рода вернулся с того света. Хотя до этого он считался погибшим. Автор утверждал, что юноша и есть один из тех «оживших мертвецов». — черноволосый чуть грустно вздохнул, даже этот жуткий блеск потух. — Но записи резко обрываются, так что смог ли этот человек доказать свою теорию или нет — знает лишь история…       — А вы случайно не знаете, что это был за предполагаемый «восставший мертвец»?       — Если мне не изменяет память… Кажется этот род носил фамилию «Фантомхайв». — синие глаза округлились, а волосы, словно на секунду зашевелились от последнего имени. Что-то в груди крепко сжалось, от сковывающего холода. Себастьян скрыл за рукой улыбку, он попал прямиком в яблочко. — Что-то не так, Рейчел?       — Нет… Всё в порядке. — ситуация была странная. Это ведь просто совпадение и не более. Просто такая фамилия…       — Вы дрожите, как осиновый лист. — черноволосый не отрывал взгляда от своей собеседницы. Та стояла ровно держа спину, словно на её голове лежала книга, но вот тонкие пальцы слегка дрожали, сжимая ручку сумки. — Вас настолько поразил мой рассказ?       — Просто… Картинка перед глазами промелькнула излишне красочной. — эта слегка кривоватая от волнения, но всё также выверенная улыбка.       — Конечно же нужно понимать, что это может быть и просто выдумкой какого-то сумасшедшего, а жёлтая пресса это просто разнесла, как интересную новость.       — Да-а, это больше похоже на правду. Д-давайте продолжим нашу практику на улице.