Взгляд на ночь

- Что еще здесь за столпотворение, без моего участия? - нарушил тяжелую тишину, царящую в одной из палат больничного крыла Академии Истинного Креста, зычный возглас. Все присутствующие сразу узнали голос ректора и стали спешно подниматься со своих мест, почтительно расступаясь и освобождая дорогу самому загадочному экзорцисту. Мефисто Фель облаченный в свой неизменный, причудливый наряд, грациозно прошагал вперед, помахивая розовым зонтиком. - А ну-ка, позвольте оценить масштабы конкуренции? – произнес ректор, прежде чем взгляд его приковала картина происшествия, привлекшая к себе всеобщее внимание. А точнее – его последствия. Медики и однокашники юного экзвайера по имени Окумура Рин, стояли как вкопанные, не в силах произнести ни слова, у больничной койки, где ныне и лежал черноволосый парень. Лицо Мефисто покинула привычная, благодушная полуулыбка, буквально на одно мгновение. Мгновение потери бескомпромиссного самоконтроля самой удивительной и непредсказуемой личности в Академии. Благо все, кто присутствовал в это время в лазарете, были целиком поглощены собственными переживаниями, и никто не заметил непростительный миг слабости, отразившийся на лице главы Японского отделения Ордена Истинного Креста. Мефисто молча приблизился к постели и отрешенно уставился на пациента. Рин тяжело дышал: его лицо и руки блестели от пота, а перетянутое бинтами тело заметно вздрагивало от малейшего движения. Повязки на правой руке, груди и правой половине лица постепенно приобретали бурый оттенок, от пропитывающей их крови. Губы его потрескались от учащенного дыхания ртом: воздух проникал в легкие с хрипами, пальцы нервно сжимались, сминая простыни, сводимые жестокой судорогой. - Мы ввели ему обезболивающее и снотворное, но, похоже, это не сильно облегчило его состояние. – начал отчитываться невысокий, полноватый медик в круглых очках: - Я не имею ни малейшего понятия, что делать в такой ситуации. Позади раздался всхлип и тоненькое, жалобное попискивание. Шиеми прижимала ладони к губам, изо всех сил сдерживая рвущиеся наружу рыдания. Над ней кружил крохотный фамильяр и обеспокоенно заглядывал в лицо. Стоящий поблизости Сугуро притянул девушку к себе, обнимая за плечи и позволяя ей уткнуться лицом в свою широкую грудь. Рубашка спереди тут же стала мокрой от беззвучных слез, нашедших скрытый от посторонних глаз выход. В такой ситуации Бону было не до показной неприязни. Внутри чувствовалось гнетущее опустошение: неприятно ныло в груди, схватывало спазмом горло. Раньше он и помыслить не мог, что Окумура – бестолковый, энергичный, наглый и такой настырный идиот может оказаться в таком незавидном положении. Казалось, тому все нипочем: любые раны затягивались с невероятной быстротой, сам он постоянно выглядел бодрым, если дело не касалось учебы, разумеется, полным сил и нелепого энтузиазма. А сейчас он лежал на больничной койке, беспомощный, перебинтованный и тихо стонущий. Вот что пугало не на шутку. Окумура Юкио, стоявший в изголовье кровати, старался держаться достойно. Лишь рука, до побелевших ногтей сжимающая металлический поручень, да стиснутые до скрежета зубы выдавали его истинное состояние. - Как же так вышло? – Ровным голосом осведомился Мефисто, касаясь указательным пальцем пульсирующей точки на запястье Рина. - Я не могу точно ответить. – После продолжительной паузы отозвался Юкио: - На него попала Святая вода наивысшей концентрации. Дело в том, что демон, которого нам было поручено уничтожить, отличался стойкостью и низкой восприимчивостью, не говоря уже о его мощи. Потому, было принято решение использовать Святую воду нового образца… - Ясненько. – Кивнул не дослушав Фель, отходя на шаг в сторону. - Господин Фауст, но ведь можно что-то сделать, так? Помочь Рину, должен же быть какой-то выход! – Не выдержал Юкио и голос его дрогнул. Он с неподдельной надеждой воззрился на ректора, точно ожидал, будто тот взмахнет своим розовым зонтиком, досчитает до трех и все вернется на круги своя. Забудется, как страшный сон все, что стряслось на том злополучном задании. - Ах, Окумура, если бы я только знал ответ, - развел руками Мефисто, покачивая головой: - Не счел бы я тогда уместным держать его в секрете. Но, увы и ах, мне это неведомо, ровно как и Вам. А вот эксперимент со Святой водой можно смело считать удачным. – Ректор склонился вплотную к Юкио и, приложив затянутую по обыкновению в фиолетовую перчатку, ладонь к губам, негромко добавил: - Полагаю, даже мне бы не поздоровилось, попади она на меня ненароком. Юкио вскинул голову, пытаясь понять, глумится ли Мефисто, выбрав крайне неудачное для этого время или же всерьез находится в замешательстве. Но определить что-либо, взглянув в ядовито-зеленые глаза, было решительно невозможно. - Я не медик. – Задумчиво поглаживая аккуратную бородку, протянул Мефисто: - Но! – Он торжественно воздел указательный палец к потолку, невольно приковывая к нему внимание всех присутствующих. - Не смотря, на сей факт, мне хорошо известно – ничто так не способствует выздоровлению, как покой и сон! – Поймав недоуменные взгляды ребят, Фель терпеливо пояснил: - Иными словами – от того, что мы все здесь находимся, Рину легче не станет. Более того, не станет легче и никому из вас. Не лучше ли нам предоставить все времени, которое вскоре покажет, чего следует ожидать? - Я останусь с братом. – Твердо заявил Юкио, сжимая кулаки: - В том, что Рин сейчас здесь – моя вина. - Исключено. – Мягко откликнулся Мефисто, упирая одну руку в бок, а второй принимаясь артистично жестикулировать: - Не стоит заниматься напрасным самобичеванием. Это не принесет пользы ни Вам, ни Вашему брату. Так что, прошу со мной не спорить, ибо я останусь непреклонен, а вот Вы, учитель Окумура, в случае непослушания, рискуете обзавестись моим недоверием. Думаю, не ошибусь, если предположу, что такая неприятность будет Вам ни к чему. Я прав? – Ректор пытливо уставился на юного экзорциста, выжидая желаемую реакцию. Не сразу, но все же Юкио напряженно кивнул, не упуская, однако, шанса нерешительно возразить: - А как быть, если… - О, об этом можете не беспокоиться. – Отмахнулся Фель, - Я дам распоряжение и лично прослежу за тем, чтобы Ваш брат не оставался без присмотра. Прошло еще несколько нестерпимо долгих минут звенящей тишины и почти осязаемых размышлений, прежде чем находящиеся в лазарете, сочли озвученный ректором вердикт единственно правильным решением. - Вот и чудненько. – Подытожил Мефисто, чуть подталкивая к выходу идущего позади всех Юкио в спину. - И, да, ждите новостей не раньше следующего дня, ладушки? Ребята отрешенно кивнули, недоуменно провожая глазами удаляющегося Феля, насвистывающего себе под нос непонятный мотив. Едва белый плащ скрылся за ближайшим поворотом, ребята словно ощутили снятие некого гипноза. Камики фыркнула, сводя брови, и скрестила на груди руки, Шиеми вытирала покрасневшие от слез глаза, Мива и Шима растерянно переводили взгляды с одного товарища на другого. - Да все будет в порядке! Не забывайте – мы говорим об Окумуре. Вот увидите, не пройдет и дня, как этот дурак начнет хвастать нам о своих героических подвигах! – Громко проговорил Сугуро, всплеснув руками. Юкио посмотрел на него так, словно увидел впервые, и в голове проскользнула странная мысль о том, что именно в эту секунду Бон говорил пророчески. По крайней мере, тяжесть и ком в горле немного отступили. - Ты прав. – Неожиданно произнес Юкио и, выпрямившись, обвел друзей обнадеживающим взглядом. Бон усмехнулся, а Шиеми, всхлипнув, неуверенно улыбнулась. - Юки, - пролепетала она. Юкио ободряюще положил руку Морияме на плечо. - Сейчас, нам и впрямь лучше отдохнуть и привести мысли в порядок.