Love Me Like You Do

— Вы серьёзно? — спросил сенсей, потирая переносицу. Куроо Тетсуро с этого года работает учителем физики в старшей Карасуно. Хоть он только пришел, но ему дали классное руководство над классом 2-4. На первом уроке Куроо думал, что это обычный класс с умниками и умницами. Только он никак не мог понять, почему этот класс не хотел брать ни один учитель. Но к концу первого урока понял, в чем проблема. И имя этой проблемы — Тсукишима Кей. Сейчас перед ним он-таки и стоял — высокий блондин в очках в темном кагуране и светлой толстовке под ним. Губа была разбита, а кагуран в одном месте порван. «И как такой хулиган смог попасть в профильный класс?» — думал в первый учебный день Куроо, но, узнав баллы по экзаменам, удивился ещё больше. Все экзамены были сданы на отлично, все на 90-100 баллов. «Как такой отличник стал хулиганом?» — думал теперь брюнет, глядя то на Тсукишиму, то на Танаку с Ямамото — двух хулиганов из класса 2-1. — И что ОПЯТЬ произошло? — спросил сенсей, начиная закипать от постоянных стычек этих ненормальных. — Этот придурок первый начал, — сказал Танака, шмыгая носом. — Попрошу не выражаться, — сказал Куроо. — Они приставали к первогодкам. Я, как семпай, должен был помочь, — флегматично сказал Кей, морщась от боли в губе. — За шавок впрягаешься? — оскалился Ямамото. — Так я за вас не впрягался, — усмехнулся Тсукишима. — Слышь?! — воскликнули гопники. — А ну цыц! — рявкнул Тетсуро, ударив по столу. — Значит так. О вас я доложу Савамуре-сенсею… — Нет! — взмолились Ямамото и Танака, вспоминая гнев учителя. — …а ты, Тсукишима, наказан. — Что? — удивился Кей. — Опять? — Не «опять», а «снова», — сказал учитель, поднимаясь с места. — Вы двое марш отсюда. И секунды не прошло, как парни смылись, а Тсукишима так и стоял перед столом учителя. — У меня только один вопрос, — начал Тетсуро, прикрыв глаза. — Какого черта я делаю? — предположил блондин. — Как ты один дрался с этими шкафами? — усмехнулся Куроо. — Эти гориллы хоть и большие, но медленные, — ухмыльнулся блондин. Да, вот истинная сущность Тсукишимы — злая, язвительная и бездушная «сучность». — Куроо-сенсей, за что наказание? Я защищал первогодок от акции «Помоги нуждающемуся гопнику». — Это похвально, но ты всё же пришел к рукоприкладству, что не соответствует нашей школе. Поэтому на протяжении недели ты будешь убирать класс после уроков. — Я? — изогнул светлую бровь парень. — В гордом одиночестве? — Почему же, я лично буду за тобой присматривать. А теперь иди на физкультуру, но после уроков мы будем ждать тебя здесь, — довольно улыбнулся сенсей. — В смысле «мы»? — Я, швабра и ведро с тряпками. Давай, иди-иди. Не хватало мне, чтобы Бокуто-сенсей с тобой ругался. Ученик ушел, а Куроо, глядя в окно, задумался. За несколько месяцев Тетсуро неплохо изучил блондина. С виду Кей был спокойным и умным учеником, который в основном общался с Ямагучи и Куними, с которыми он ходил в волейбольный клуб. На самом деле Кей был ещё тем любителем подраться, поругаться матом, покурить на крыше и просто насолить всем и вся. Кея не раз отправляли к директору и угрожали «выкинуть из школы нахрен», но его баллы и победы на олимпиадах и конференциях спасали парня от отчисления. На занятиях Кей слушал музыку, ругался с учителями, кидал пошлые и острые шуточки в стороны одноклассников, ел чипсы или просто спал. Даже на уроках самого Куроо Тсукишима выкидывал те ещё перлы, нагло издеваясь над «божественной прической в виде вороного гнезда» брюнета. Тогда Тетсуро чуть лично не познакомил милое личико блондина со своим хуком справа. Но после того, как Тетсуро спас его от драки с гопниками из местного колледжа и отвез домой, где познакомился со страшим братом Кея Акитеру, блондин стал более-менее контролируемым. Позже Куроо узнал от Акааши, учителя математики, что он учился вместе со старшим братом Тсукишимы в старшей школе, и он много чего рассказал о его семье. Родители Кея разбились в автоаварии, когда тот ходил в младшую школу, с тех пор милый Тсукки превратился в язвительного Тсукишиму. Их воспитывали бабушка и дедушка, а когда Акитеру стукнуло двадцать, тот взял опекунство над Кеем. «Понять пацана можно, — думал Куроо после разговора с Акааши, — он рос без родителей, пережил большое горе. Теперь хотя бы понятно, почему он ведет себя, как последняя сволочь». С тех пор Куроо-сенсей стал приглядывать за мальцом, стараясь помочь ему. Тетсуро даже не заметил, как привязался к мальчику. И не замечал, что Кей теперь стал специально нарываться на драки, чтобы потом отбывать наказания рядом с сенсеем. *** — Я пришел, — растянул гласные Тсукишима, заходя в класс Куроо-сенсея. — Наконец-то, — улыбнулся Куроо, — я уже думал, ты не придешь. — Ну, вот видите, я пришел. Тсукишима кинул кагуран на стол и, закатав рукава толстовки, стал упорно работать шваброй. Десять минут они провели в тишине. Кей спокойно мыл пол, а Тетсуро проверял тесты первогодок, иногда поглядывая на блондина. — Слушай, Тсукишима-кун, — отложил тесты сенсей, — я тут говорил с Акааши-сенсеем. Он сказал, что ты лучший по математике среди параллели. Он предлагает выбрать профессию, связанную с ней. — Это, конечно, очень любезно с его стороны, но это моё дело, что выбирать, — флегматично ответил Кей, продолжая мыть пол. — Также со мной говорил Сугавара-сенсей. Тсукишима-кун, сколько раз я говорил тебе не спать на уроках литературы? — тяжело вздохнул брюнет. — М-м-м, около ста раз. Скоро юбилей будет, — ухмыльнулся очкарик. — Также на тебя жалуется Иваизуми-сенсей, Яку-сенсей, Семи-сенсей, Футакучи-сенсей и Козуме-сенсей. — Никогда не любил биологию, — поморщился блондин, вспоминая Козуме, который часто терся возле Куроо. — Но в то же время тебя нахваливают другие учителя. Вот скажи мне, что я должен с тобой делать? — Понять, простить, — усмехнулся Кей, начиная мыть доску за спиной сенсея. — Смешно, — растянул губы брюнет, поворачиваясь к ученику. — Ты всё? — Да. Я могу идти? — Конечно. Встретимся завтра. *** — Ты надо мной издеваешься? — спросил Куроо у своего «сложного» ученика. Кей опять стоял перед сенсеем. Он пришел отрабатывать наказание, но сенсей решил почитать ему нотации. — Опять стычка? Сколько можно?! Спасибо, что без рукоприкладства! — Всегда пожалуйста, — усмехнулся парень. — И они, кстати, первые начали. — Да ты что! Я эту песню уже каждый день слышу. Тсукишима, возьмись за голову. — За голову? — прошипел, словно змей, Кей. — Я лучший в классе. У меня более девяноста баллов за каждый предмет. И Вы мне говорите взяться за голову? — Ты понял, в каком я смысле, — начал злиться мужчина. — Что это за юношеский максимализм? — Максимализм? — усмехнулся Кей. — Поверьте, я убежденный реалист, — и, не дожидаясь приказа учителя, блондин взял швабру и стал мыть пол. Тетсуро тяжело вздохнул и стал проверять тесты учеников. На этот раз он проверял тесты второгодок. Поматюкавшись на Хинату и Кагеяму за их тупость, Куроо наткнулся на тест Кея. «Правильно, правильно, правильно, ошибка, правильно», — быстро проверял брюнет. — Поздравляю, — обратился Куроо к Тсукишиме, — у тебя 97 балов за тест. И ты опять лучший. — Кто бы сомневался, — самодовольно улыбнулся блондин, моя пол возле стола сенсея. — Ты вроде такой умный, но ведешь себя как хулиган, — посмотрел в глаза ученика Тетсуро. — Буду считать это комплиментом, — растянул губы в улыбке парень. — Я всё. Могу идти? — Конечно. До завтра, Тсукишима-кун. *** — Сегодня ты был тих, на уроках не спал, ко мне подходили другие учителя и благодарили за такого правильного ученика, на уроках отличился, на крышу не ходил, и даже Бокуто-сенсей расхваливал тебя, — перечислял Куроо. Тсукишима опять мыл пол после уроков. — Кто ты и что сделал с моим учеником? — Очень смешно, — закатил глаза Кей. — Вы же сами сказали, чтобы я взялся за голову. Вот. — Тсукишима-кун, ты не заболел? Ты начал меня слушаться! Помечу этот день как красный день календаря, — довольно улыбался Куроо. — Ха-ха. Куроо-сенсей, я, конечно, не профи, но думаю, из Вас плохой выйдет комик. — Какой ты язвительный, Тсукишима-кун, — усмехнулся мужчина, рассматривая парня. Высокий, со спортивным телом блондин, да и умный. Находка для девушек! — Кстати, Тсукишима-кун, как у такого, как ты, нету девушки? Сколько раз тебя в школе ни вижу, а ты со своими друзьями из клуба ходишь. — Не интересует, — пожал плечами Кей. — А жаль. Если бы ты встречался с девушкой, у тебя бы было меньше времени на местных гопников. Может, у тебя всё же есть та, которая тебе нравится? — хитро глянул на ученика мужчина. — Куроо-сенсей, что это за разговоры? — усмехнулся Тсукки. — Вы мне не друг, чтобы на такие темы разговаривать. — Да ладно тебе, Тсукишима-кун. Я старше тебя, я могу помочь, если что. Ты можешь не переживать, всё, что ты мне расскажешь, я сохраню в тайне. Ну, а если хочешь, я тоже тебе что-нибудь расскажу. Ну, так что? Кей недоверчиво посмотрел на учителя, не решаясь начать разговор. — Ну, хорошо, я первый начну. Когда я был в твоём возрасте, мне нравилась одна девушка. Она была первой красавицей и капитаном теннисного клуба. Как я её любил! — Вы встречались? — поинтересовался Кей, глядя в глаза сенсею. — Я признался ей, но она уже встречалась с другим, — горько усмехнулся мужчина. — Вот какая вот первая любовь. Теперь твоя очередь. — Мне… — неуверенно начал Кей. — Мне нравиться один человек, но, скорее всего, я ему не нравлюсь. — С чего ты взял? — Не знаю. Думаю, этот человек имеет свою вторую половинку. Да и старше он. — На старших тянет, — усмехнулся Куроо. — А ты пытался как-то показать ей, что ты к ней не равнодушен? — Нет. Вряд ли «ей» это понравится, — усмехнулся Кей, начиная вытирать доску. — С чего ты это взял! Ты ведь даже не пробовал, — встал возле ученика Тетсуро. Учитель был на сантиметров десять выше Тсукишимы, поэтому блондину пришлось приподнять голову, чтобы посмотреть на Тетсуро. — То есть, мне стоит попробовать? Ну, хорошо, — парень положил тряпку на стол и посмотрел на учителя. — Вот это правильно! Вот это…- Тетсуро не успел закончить, как Тсукишима поднялся на носочки и аккуратно дотронулся губами до губ сенсея. Куроо мягко говоря охренел. Тсукки, не замечая сопротивления, провел языком по нижней губе Тетсуро и отстранился. — До свидания, Куроо-сенсей. Кей ушел, но Тетсуро так и остался стоять на месте, пялясь в одну точку. *** Куроо не знал, куда себя деть. Весь вечер он думал об этом «происшествии» и в итоге решил поговорить с Тсукишимой на следующий день, а сам пошел спать. Но как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Тсукишима тупо не пришел в школу. Тогда Куроо решил дать школьнику время, чтобы «обдумать свой поступок и собраться с мыслями». Но и в пятницу он не явился. А физику становилось всё хуже и хуже: он не мог думать ни о чем, кроме поцелуя, мягких губ, самодовольной улыбки и тощего тела парня. Поэтому он решил позвонить Тсукишиме. Но телефон поднял Акитеру и сказал, что Кей заболел. Правда это или нет, Тетсуро не знал. Он хотел приехать, навестить блондина, но Акитеру сказал, что в понедельник Кей будет в школе. От этого физику не стало лучше. Ему казалось, что он сходит с ума. Или не казалось? *** Весь вечер пятницы Куроо пытался работать. Честно, он пытался. Составлял новые тесты и проверял старые, готовился к урокам, готовил какие-то документы для администрации — делал всё, лишь бы не думать о своем приносящем проблемы ученике. Точнее о его поцелуе. — Да чтоб тебя, Тсукишима, — массировал виски Тетсу, пытаясь сосредоточиться на составлении планов. Почему-то брюнет не мог забыть мягких, теплых губ ученика. Теперь Куроо рассматривал Кея не как своего ученика, а как довольно симпатичного парня с пухлыми светлыми губами, мягкими чертами лица, красивыми светлыми глазами и тонкими длинными пальцами. Проклиная всё и вся, Тетсу взял чипсы и, сев напротив телевизора, стал смотреть какую-то любовную дораму. На следующее утро Тетсу решил проехаться по магазинам. Погода была отличной: солнце ярко светило, небо без единого облачка. Только было душно и даже ветерок не мог облегчить страдания людей. Тетсу заехал в гипермаркет и накупил еды на неделю вперед — как всегда, в общем, — также он купил тетрадей, карандашей и пару красных стержней. Потом зашел в отдел с одеждой и купил пару маек и рубашек. Когда он вышел из гипермаркета, шел сильный ливень и люди забегали под крыши зданий, чтобы спрятаться от дождя. Кое-как добравшись до машины, Тетсуро поехал домой. Но по дороге случилось «чудо». По тротуару медленно шел какой-то парень без зонта. Тетсуро сразу узнал белую толстовку с черной луной на спине. Притормозив, Тетсуро крикнул: — Тсукишима, быстро в машину! Без возражений! На соседнее сиденье сел весь мокрый и продрогший блондин. Волосы прилипли ко лбу, нижняя губа дрожала, с очков падали капли, толстовка была пропитана водой и висела на парне как мешок, темные джинсы прилипли к тонким ногам, а в кедах хлюпала вода. «М-да», — оценил внешний вид парня Куроо. — Ты откуда такой? — спросил Тетсу, заводя машину. Блондин ничего не ответил, продолжая дрожать и смотреть куда угодно, только не на учителя. — Ладно, я отвезу тебя домой. — Нет! — крикнул Кей, хватая мужчину за руку. — Не надо, — отпустил руку Куроо блондин, отворачиваясь. — Я не хочу домой. — Ты уверен? Что случилось? Ты поссорился с братом? — Кей не ответил. — Значит, поссорился. Расскажи мне, что случилось, может, я тебе помогу. — Брат привел свою девушку в дом. — И что? — Она решила познакомить нас со своим младшим братом. — Так, и что дальше? — поворачивая руль, спросил Тетсуро. — Этим братом оказался Танака, — прошипел Кей, и на его лице заиграли желваки. — О-о-о, — протянул сенсей, — вот это поворот. И что дальше? — Мы начали препираться. Танака первый начал! Акитеру сказал, чтобы я извинился. — Теперь понятно, почему ты сбежал, — пробурчал учитель, припарковавшись. — Мы приехали, вылазь. — Куда мы приехали? — Ко мне. Переждешь дождь у меня, а потом посмотрим. Тетсуро жил на третьем этаже новостройки, поэтому поднимались они недолго. Учитель жил в просторной двухкомнатной квартире в гордом одиночестве. «Даже кота нет», — удрученно думал Куроо. — Тебе надо в ванную. Иди, там есть полотенце, я принесу тебе одежду. Кинешь свою в стиралку, хорошо? Кей кивнул и отправился в ванную. Тетсуро оставил пакеты с продуктами на кухне, а сам отправился в свою комнату за одеждой. Куроо не знал, какой размер у Тсукки, но знал точно, что тот меньше самого Тетсу. Поэтому он взял свои какие-то старые вещи, которые маловаты самому брюнету. Постучавшись, Тетсуро зашел в ванную. В душевой кабинке, наполненной паром, еле виднелось тело Кея. Сжав челюсти до боли, брюнет оставил одежду на полке, а потом отправился на кухню разогревать еду. Тсукишима вышел из ванной через пятнадцать минут. Хоть Тетсу и пытался найти что-нибудь по размеру Кея, но светлая майка всё равно висела на нем как на вешалке, а зеленые шорты доходили до колена. В этой одежде Тсукишима казался милым и хрупким, не таким как в школе: язвительным и самоуверенным. Очки были слегка запотевшими из-за пара, а щеки покрасневшими. — Присаживайся, — указал на один из стульев Тетсуро. — Надеюсь, ты любишь жареную соленую скумбрию. — Я не прихотлив в еде, — скромно ответил блондин. — Приятного аппетита! Они ели в тишине. Тетсуро хотел о многом спросить Кея, но не знал, с чего начать. Сам Тсукки сидел и смотрел в тарелку, молясь, чтобы Куроо-сенсей не начал «важный» разговор. Но Тетсуро решился. — Тсукишима, нам надо поговорить, — отложил палочки брюнет. — Опять о моем поведении? — сглотнул Кей. — Можно и так сказать. Что это было в среду? И почему ты не ходил в школу? — Болел, — буркнул парень. — Ничего не было, Куроо-сан. — Ничего? — изогнул мужчина бровь. — Ты в этом уверен? — Вы сами сказали мне попробовать, — нахмурился Тсукишима и посмотрел наконец-то на учителя. — Вот я и попробовал. — Тсукишима, я… — «Я старше тебя, я твой учитель и я мужчина», — скривился блондин. — Вы ведь это хотели сказать? — Кей, — назвал по имени своего ученика, а тот в свою очередь покраснел от такого, — да, ты прав. Я старше, я мужчина и твой учитель. Но… Куроо замолчал, не зная, что сказать. С одной стороны, Кей его ученик и временная головная боль, с другой, симпатичный парень с мягкой кожей. Тетсу не сразу понял, что пялится на светлые губки парня. А тот сразу это заметил и покраснел. — С-спасибо за еду, — сглотнул блондин и встал, чтобы положить посуду в раковину. Повернувшись обратно, он увидел нависающего над ним мужчину. — Куроо-сенсей? — неуверенно спросил Кей, но не успел и моргнуть, как Тетсуро поддался вперед, целуя парня. Тетсу просто хотел проверить, чувствует ли он что-нибудь к подростку. Мягкие губы были со вкусом скумбрии, а бледные веки подрагивали вместе с темными ресничками. Кей, в глубине души мечтая о продолжении, сделал шаг вперед, проводя языком по губам учителя и кладя руки ему на плечи. Не зная, почему, но Тетсуро это раззадорило, поэтому он сам положил руки на поясницу парня, сильнее прижимаясь к ученику. — Куроо-сенсей? — отстранился Кей, чтобы вдохнуть воздуха. Куроо смотрел на своего ученика, словно через туман. Блондин был покрасневшим, с шальным взглядом. Это очень понравилось физику. Наклонившись, мужчина снова поцеловал его, а Тсукки довольно застонал от такого. «А вот это ты зря», — думал Куроо, прижимая парня к себе с рыком. Брюнет теперь целовал его страстно, напористо, покусывая светлые губы мальчишки, шаря своими руками по спине. Тсукки довольно замычал, зарываясь пальцами в волосы мужчины и приоткрывая губы. Тетсуро сразу воспользовался этой возможностью и проник своим языком в рот школьника, исследуя его вдоль и поперек. Проводя им по кромке зубов, потом по нёбу и в конце концов соединяя свой язык с его. Одна рука брюнета переместилась на светлый затылок, придерживая парня и углубляя поцелуй, а второй переместился на зад и стал мять его с силой, грубо. Кей простонал от обилия эмоций и ощущений. Он с силой потянул Куроо за волосы на затылке, отлепив губы брюнета от своих. — К-куроо-сенсей, — еле прошептал Кей, разглядывая самоуверенное лицо брюнета и останавливаясь на его хищных глазах. — Ш-ш, тише, — прошептал Тетсуро, снимая с блондина очки и снова вовлекая в поцелуй. Этот уже был намного нежнее и чувствительнее. Брюнет поднял за бедра школьника и посадил на кухонную тумбу, устраиваясь между ног парня. Блондин стонал в рот мужчине, пока язык того хозяйничал во рту, а руки — под футболкой. Тетсу спустился на шею и стал оставлять на ней свои метки, от которых Кей всхлипывал и дрожал в руках Куроо. Сенсей быстро стянул со школьника футболку и откинул куда-то сторону. Куроо стал медленно спускаться поцелуями к соску блондина. Облизав торчащий бусинкой сосок Кея, Тетсу посмотрел на парня. Тот сидел, откинув голову, и дрожал, тяжело дыша и постанывая, и, судя по выпирающему бугорку, ему очень нравилось. — Кей, что ты со мной делаешь? — спросил то ли у себя, то ли у парня Куроо. Он взял парня под бедра и понес к себе в спальню, продолжая целовать грудь и ключицы школьника. Уложив ученика на кровать, Тетсуро снял с себя свою майку и снова припал к шее мальчишки. Кей не знал, куда деть руки, поэтому он проводил ими то по спине, то по волосам сенсея, тихонько постанывая. Добравшись до бледного живота парня, брюнет стал быстро стаскивать с него шорты вместе с бельём. Член парня уже стоял и сочился смазкой. От такого положения Кей ещё больше залился краской и попытался свести колени. — Ну, уж нет, — помешал ему Куроо, разводя ноги парня. Тетсуро склонился над пахом ученика и стал целовать его. — Куроо! — не сдерживаясь, крикнул Тсукки, выгибаясь в спине. — Погоди немного, — прошептал мужчина, протягивая парню свои пальцы. — Оближи. Кей начал активно посасывать длинные пальцы брюнета, представляя, что это член его любимого сенсея. — Хороший мальчик, — усмехнулся Куроо, продолжая своё занятие. Он провел языком по стволу, а потом вобрал головку в рот и стал медленно насаживаться. Тсукки стонал, но продолжал своё занятие. Когда пальцы стали достаточно влажными, физик достал их под недовольный стон блондина. — Постарайся расслабиться, сейчас будет немного больно, — Куроо вставил один палец в Кея, но чтобы тому не было больно, продолжил сосать парню. — М-м-м, — простонал Тсукишима, кусая свою ладонь чуть ли не до крови. — Нет-нет-нет, — прильнул к его губам сенсей. — Я хочу слышать тебя. Куроо снова приступил к своему занятию, под стоны блондина. Со временем мужчина добавил второй палец, потом третий. К этому времени Тсукки стал уже сам насаживаться на пальцы Тетсуро. — Больше не могу, — прорычал Тетсуро, доставая пальцы из блондина под его огорченный стон. Быстро скинув с себя джинсы и бельё, Тетсу достал из ящика презерватив и быстро раскатал его по своему колом стоящему члену. — Врать не буду, сейчас будет больно. Куроо стал потихоньку входить в парня. Чтобы Кею не было так больно, Тетсу целовал его шею, иногда нашептывая какие-то глупости ему на ухо. Когда брюнет вошел наполовину, он дал своему ученику привыкнуть, но, когда сам Кей двинулся по направлению к мужчине, Куроо начал медленно двигаться. Тсукки постанывал в пол голоса, получая удовольствие и боль одновременно. — Тетсу-у, — простонал блондин, цепляясь за его плечи. С гортанным рыком, Куроо вошел до основания, принося Кею немыслимую боль. Тсукишима громко простонал, царапая мускулистую спину сенсея, а из его глаз брызнули слезы. С каждым движением Куроо увеличивал темп, принося им двоим блаженное удовольствие. Одной рукой Тсукки потянулся к своему члену, который уже начинал болеть от возбуждения, а второй — с силой потянул брюнета на себя, яростно целуя. Тетсуро с охотой отвечал на поцелуй, позволяя блондину доминировать. Чувствуя, что он скоро кончит, Тетсу положил свою руку на руку блондина, задавая одинаковый темп. Кей громко застонал, выгибаясь на белых простынях брюнета. Почувствовав, что член Куроо-сенсея стал пульсировать и свою скорую разрядку, Тсукишима, не сдерживаясь, стал стонать в голос. С полурыком-полустоном Куроо кончил вместе с Кеем, который громко выкрикнул имя мужчины. Перед глазами помутнело, а в голове было пусто. Он чувствовал, как жар расходится по всему телу вместе с мягкой негой. Тсукишима сам находился в прострации. Только что у него был первый секс, и он чувствовал себя уставшим, но нереально счастливым. — Люблю тебя, — прошептал Кей, погружаясь в царство Морфея. *** Куроо проснулся от того, что наглые лучи солнца падали на его лицо. Под боком спал Кей с взлохмаченными светлыми волосами, подрагивающими ресницами и светлой шеей, усыпанной темно-красными пятнышками.Завозившись, Тсукишима приоткрыл свои светло-карие глаза и попытался сфокусироваться на Куроо. — Доброе утро, — поцеловал его в кончик носа Тетсу. — Доброе. Который час? — Девять минут десятого, — поцеловал его в скулу учитель. — Мне пора домой, — скинул одеяло Кей и стал рыскать в поисках одежды. — Что? В смысле «пора домой»? — ошарашено спросил Тетсуро, наблюдая, как Тсукишима натягивает бельё. — Постой! Кей! Куроо стал быстро натягивать джинсы, напрочь забыв о белье, пока Кей быстро шел по направлению к ванной. — Черт, мокрое, — пробурчал блондин, доставая свои вещи из стиралки. — Погоди, Кей, — догнал его брюнет. — Что такое? — Ничего, — опустил глаза парень, выворачивая джинсы. — Они же мокрые! Как ты в них пойдешь? — Как-нибудь, — пробурчал школьник, проходя мимо брюнета на кухню. Найдя свои очки у раковины, Кей собрался пойти одеться в ванную, но стена по имени Куроо Тетсуро его остановила, загородив все пути отступления. — Что такое? — серьезно спросил мужчина. — Тебе не понравилось? Я тебя чем-то обидел? — Нет, — недовольно сказал Тсукки. — Тогда скажи, что, черт возьми, происходит! — Да я просто люблю тебя! — тяжело дыша, крикнул Кей. Тетсуро изумленно посмотрел на своего ученика. — Я люблю тебя, а ты… У тебя наверняка есть девушка, а может уже невеста или жена. Я всего лишь твой ученик, который позволил… — Кей не смог договорить, так как его голос надрывался. Как же ему было хреново. После смерти родителей он закрылся ото всех, даже от брата. Но тут появляется какой-то учитель, и вся та стена, что строил Кей годами, начала рушиться. Все чувства выходят на поверхность. И ему чертовски больно. — Кей, — обнял его Тетсуро, — у меня нет девушки. Я одинокий мужчина, который работает учителем в старшей школе и присматривает за одним очень нахальным учеником, который оказался на самом деле очень чувствительным. Честно признаться, сначала я рассматривал тебя как личный сорт геморроя, но после твоего поцелуя… Я не мог забыть его, не мог не думать о тебе. Когда ты не пришел в школу, я только и думал о тебе. Только сейчас я понимаю, что заботился о тебе больше, чем об остальных, что замечал только тебя. Кей, — взял лицо мальчика в свои руки Тетсуро — кажется, я люблю тебя. Тсукишима потрясенно уставился на сенсея и поддался вперед. Куроо целовал его аккуратно, нежно, словно боялся, что Кей может исчезнуть или сломаться в его руках. — Ну, что, ты всё ещё хочешь домой? — улыбнулся брюнет. — Уже нет, — полушепотом сказал Тсукки, утыкаясь носом в грудь физика. — Но брату стоит позвонить. — Это точно. Я позвоню ему и скажу, что ты в надежных руках. А теперь иди в душ. Но не торопись мыться: я поговорю с Акитеру-саном и присоединюсь к тебе. — Хах, ну хорошо, — обнимая за шею брюнета, сказал Тсукки. — Знаешь, теперь у меня больше поводов задержаться после уроков. — Да ты что? А знаешь, что самое интересное в этой ситуации? — хитро улыбнулся Тетсуро. — И что же? — Твоё наказание всё ещё остается в силе. — Думаю, я как-нибудь смогу его отработать, — закусил нижнюю губу Тсукишима. — За один вечер. — Ну не знаю, мне надо подумать, — поцеловал его Куроо. — Может, не за один? Под тихий смех Кея, Тетсуро отнес его в спальню, желая ещё немного поваляться вместе с любимым.