Будь моим.

После они виделись каждый день. Если не удавалось встретиться, то просто созванивались на 5-10 минут и вкратце рассказывали друг другу о произошедших событиях и планах. Как бы не был занят Кисе, он всегда находил время позвонить своему любимому. Мало по малу, но Куроко привыкал к этому. Для него было привычным приходить каждый день в одно и то же назначенное место, а если там не оказывалось знакомой блондинистой макушки, то набирать номер, который не успевал упасть в списке входящих даже на второе место. Слышать голос этого весёлого, вечно болтливого и полного радости жизни кохая, стало привычным, даже несмотря на то, что раньше Тецу предпочёл бы закрыть уши из-за шума, зная, что даже так он услышит Рёту. После привыкания наступила стадия ожидания. Стадии сменяли друг друга в то время как хозяин даже не успевал замечать этого. Поэтому когда однажды Кисе не позвонил, Тецу стало не по себе, и он не убирая телефон, смотрел на него до тех пор, пока экран не загорелся и не оповестил о входящем. Оживившись, он даже привстал, но прочитав, что это Кагами — впервые расстроился звонку своего друга. «Где же ты?» — подумал Тецу, еле различая что говорит ему Тайга, услышав только последнее «приходи на ту клетку, где всегда играем». Выдохнув и убрав телефон, прекрасно осознавая, что звонка в ближайшее время не ожидается, Тецу взял сумку с вещами и пошёл в указанное место. Проходя мимо кафе, в котором они с Кисе собирались, он оглядывался, всё же не оставляя попытки найти его здесь. — Кисе-кун. — подходя всё ближе к клетке, он услышал знакомый весёлый, кажущийся поначалу слишком раздражительным из-за своей оживлённости, голос. Кисе бегал в спортивной форме за мячом, который от него ловко уводил Дайки. Прыжок и мяч в кольце. — Аомине-ччи! Так не честно! Когда я просил поиграть со мной один на один, это не означало, что мяч всегда будет у тебя. — Чего? Рёта, ты серьёзно? Отобрать мяч у меня — твоя задача, совсем заработался и забыл правила? — отбивая мяч о поверхность площадки, оглядываясь по сторонам, говорил темноволосый. — О, Тецу. Тецу! Идём к нам. Сменишь меня. Может, хоть с тобой у этой модельки и получится отобрать мяч. — смеясь, говорил он, пасуя мяч блондину в руки и идя навстречу к только что пришедшему другу. — Аомине-ччи, ты жесток. Сейчас ты оскорбил и меня, и Курокушку. — Странно, ведь хотел только тебя. Глубоко извиняюсь. — Умница, Аоминушка. — Перед Тецу, болван. Всё это время Куроко стоял и смотрел на этих двух, всё ещё не соображая почему Кисе не позвонил ему, как делает это обычно и почему Кагами попросил его встретиться тут, хотя самого нет. — А где Кагами-кун? — А, Тайга, он пошёл за водой. Хотя мне кажется, что он не удержится от покупки пары тройки бургеров. За что я буду благодарен. — усмехнулся Дайки. — Не обо мне ли говорите? Привет, Куроко. — в руках красноволосого правда красовались несколько бутылок с водой и бургеры. — Чёрт, Тайга, ты такой предсказуемый. — взорвался смехом Аомине. — Молодец, а теперь делись, я заслужил один или два. — бесцеремонно забирая пару бургеров из рук Кагами, он пошёл поближе к теньку и сел, облокачиваясь спиной о сетку. Всю встречу, они играли в баскетбол, порой прерываясь из-за перепалок между Аомине и Кагами. Кисе так и не контактировал с Тецу, а тот и вовсе поник, не понимая что могло произойти. — Ну всё, по домам. — пробормотал Кагами, пытаясь отдышаться, держась ладонями за ноги, согнутые в коленях. В ответ на это объявление, все кивнули и пошли собирать сумки. — Рёта, есть разговор, поди сюда. — Аомине-ччи? Конечно. — Я слышал про клонов, астральных двойников, людях, которых похитили инопланетяне и забирали их мозги, но мне казалось даже при таких обстоятельствах ты будешь болтать с ним. Чего случилось-то? Ты на него и взгляда не кинешь, а Тецу как в воду опущенный. — Что? Курокушка? Да ничего такого. –отвёл взгляд Кисе, решивший, что так он сможет закрыть ненужную тему и избавиться от неё. — Влюбился — так признайся, чего как баба нерешительная? — Что?! Аомине-ччи… Как ты? — Хах, подловил.– губы Дайки растянулись в усмешке и он перекинул руку через плечо друга. — Понимаешь ли, я может и профан по части романтики, но тут-то сразу уловил все эти волны. — Какие такие волны? Разве всё так заметно? — Ну, нет. Я просто сдуру ляпнул, но попал в десяточку. Эх, профессионализм — он такой. — прикрывая глаза, наслаждался собой Дайки. — Аомине-ччи, ты — придурок. — Кисе убрал его руку и надул щёки. — Я просто чувствую, что скоро не смогу сдерживаться. Мы общаемся без малого месяц. Каждый день либо видимся, либо созваниваемся. Один раз даже ночевали. Я же парень, понимаешь? Во-первых, гормоны, а во-вторых, это первый раз, когда я в кого-то влюбился. -И? — Что «и»? Гормоны в два раза сильнее играют. Тем более, я ещё со средней школы.в него. — Кисе посмотрел на Тецу, собиравшего свои вещи и говорящего с Кагами. — Я тебе сказал, влюбился — признайся, а то смотреть противно. Я серьёзно. Или перестану играть с тобой один на один. Девочки мне не соперники. Закончив на этой ноте, Дайки отошёл от друга, который выглядел сейчас вдвойне озадаченным. Прощаясь, темноволосый подошёл к Тецу и широко улыбнулся. — Хей, старый способ прощаться как-то устарел. Мы с тобой такие хорошие друзья, дай обниму. — Эм, это странная просьба, Аомине-кун, но если ты хочешь попробовать. Протягивая свои руки к шее Тецу, тот перевёл взгляд на блондина, стоявшего в нескольких шагах и смотрящего на них. Одной рукой пододвигая тело распасовщика к себе, ухмылка Дайки всё больше и больше росла. Когда он, наконец, заключил Тецу в объятия, с усмешкой победителя смотря на Рёту и проверяя его реакцию, которая не заставила себя ждать — он почувствовал, что прожил этот день не зря. Отпустив бывшего сокомандника, он заставил Тайгу пойти с ним. — Ты проиграл мне 3 игры, за это платишь в кафешке. — С тобой по миру пойдёшь, Козломине! — Дважды платишь, Бакагами. Куроко усмехнулся, смотря на этих двух, радуясь за бывшего «света», который, наконец, выглядел счастливым. Собираясь уходить, он наткнулся на Кисе, стоявшего у выхода и ожидавшего его. — Привет, Курокушка. — улыбнулся тот, почёсывая затылок. — И тебе, Кисе-кун. — опустил взгляд Куроко, проходя дальше. Он решил не спрашивать ни причину отсутствия звонка, ни причину того, что с ним не говорили всю встречу, почему-то решив, что эти причины связаны между собой и нуждаются в желании рассказать их самим Рётой. Остановившись, он не поворачиваясь, вдруг предложил пройтись до дома Кисе, на что тот лишь кивнул головой. — Хорошо мы сегодня сыграли, да? Аомине-ччи хоть и научился всему, но после того, как появился Кагамушка, за его игрой стало приятно смотреть. — Это верно. Молчание вдруг снова накрыло их и они продолжили идти. Вечернее небо начало заволокать тучами, ветер усилился. Пыль, скопленная в прорезях между плитками и песок с детских площадок, начали покрываться маленькими, еле заметными каплями. Увеличиваясь в размерах, капли падали с неба, покрывая собой витрины магазинов, сами плитки, вскоре попадая и на ускоривших шаг людей. — Дела плохи, всё выглядит так, будто скоро будет гроза. Надо быстрее идти. — обернулся Кисе, заставая Тецу в 10 шагах позади от него. — Ну эй, ты чего, Курокушка? — Кисе-кун, — с небольшой отдышкой произнёс Тецу — Ты же помнишь какая у меня выносливость. — Тогда я понесу тебя на ручках. — мило улыбнулся ему в ответ Рёта, доставая из сумки олимпийку и вставая на один уровень с Тецу, приподнял руки, держа кофту над собой в качестве укрытия от дождя. Ускоряя шаг, они дошли до дома. Остановившись под козырьком подъезда, они отдышались, после смотря друг на друга. — Прости, что не позвонил сегодня. Были дела, а потом мне позвонил Аомине-ччи. — Ничего страшного. — Правда? — Кисе чуть повернул голову к Тецу, с недоверием глядя на него. — Я волновался. Я привык, что ты звонишь мне. Я ждал звонка, но его не было. Я беспокоился сам не зная о чём. Мне было неуютно при встрече, когда ты говорил с ними, а со мной — нет. Я не понимаю, почему весь месяц всё было хорошо, и вдруг ни с того ни с сего, ответь пожа… Ответить ему не дали. Кисе резко прижал тельце Куроко к своему, поднимая двумя пальцами его подбородок и накрывая губы своими. Вместе с этим вдруг раздался раскат грома, от чего оба вздрогнули. Куроко, сделавший попытку отстраниться, тут же был прижат Рётой обратно к себе, углубляя поцелуй. Глаза Тецу распахнулись ещё шире, но он не знал, что делать в этой ситуации. Это было одновременно странно и приятно, страшно и неожиданно. От такой палитры чувств, он резко прервал поцелуй, прикрывая губы ладонью. — Это ты точно должен мне объяснить. — смотрел он на Кисе, щеки которого покрылись румянцем, а глаза бегали из стороны в сторону, не зная на чём зацепиться. — Пошли ко мне. — единственное, что вырвалось в ответ. Кисе уже был готов обороняться либо от потока слов, либо от физического насилия со стороны Тецу, но посмотрев на него, он лишь улыбнулся. — Ты похож на помидорку. Ещё один раскат грома раздался в небе, после этого дождь превратился в ливень. Выбора не было, поэтому Кисе затащил Тецу к себе в подъезд, а после и в квартиру. Разувшись, они не прошли и дальше коридора. Смотря друг на друга то ли с волнением, то ли со смущением, они не могли вымолвить и слова. — Ты простынешь, Курокушка, сходи в душ и выпьем горячего чая. — А ты? И стой, я снова остаюсь у тебя с ночевой? — Я после тебя, и да, не бойся, приставать не буду. Ответом на это ему послужило смущение, читающееся в глазах, и отображающееся на щеках Куроко. Дождавшись сменной одежды, он закрылся в ванной, глубоко выдыхая и прислоняя указательный палец к губам, проводя по ним. «Ну и что же это было?» — пронеслось в голове. Выйдя, снова кутаясь в большой футболке хозяина квартиры, Куроко прошёл на кухне, заставая Кисе готовящим чай. — О чём вы говорили с Аомине-куном? Вы несколько раз отходили. Но в последний вы смотрели в нашу с Кагами-куном сторону. — Аомине-ччи задавал мне всякие глупые вопросы и дразнил меня. — Он любитель, ты же знаешь. — слегка улыбнулся Тецу, вспоминая каким порой раздражительным для других бывает Дайки. — В этот раз по-особенному. Он узнал о моих чувствах к тебе и подначивал признаться. Можно подумать я это сделаю только по мановению его наставлений, ха. — Осознав, что сказал последние два предложения вслух, он закрыл себе рот рукой, подняв взгляд на Куроко и застывая, надеясь, что сказал это всё-таки не так уж и громко, и что его слова остались незамеченными. — А теперь поподробнее. — насупившись и переступив с ноги на ногу, давил на него парень. — Я не хочу сейчас. Хотелось сделать это в более приятной обстановке. Почему всем моим планам не суждено сбыться? В любом случае, разве ты уже не догадался? Я не целую людей просто так, Курокушка. — вздохнув, Кисе отвернулся к окну, снимая чайник с подставки и разливая кипяток по бокалам. — Забудем, не хочешь ничего более сытного перекусить? — Хотел, но теперь это как-то ушло на второй план. Я прекрасно наемся и этим. Взяв бокалы и перетащив их с закусками на стол, поближе к телевизору, они сели на диван, машинально рассаживаясь по разным его концам. Оба чувствовали себя неуютно и единственное, что, может, не так усугубляло положение — фильм на одном из каналов. Увлёкшись им и отпивая чай, они уже было начали успокаиваться, как вдруг главные герои приблизились друг к другу для поцелуя. Поперхнувшись, оба опустили взгляд в пол. В мыслях Кисе творился полный кавардак, среди которого можно было найти и ту, где он спрашивает, почему в этом фильме есть такой момент, если в жанре не указано романтики. Осторожно переводя взгляд на своего гостя, он набравшись смелости, начал разговор. — Куроко-ччи, ты сказал, что волновался. О чём? — А? — от такого внезапного вопроса после долгого молчания, Тецу даже немного опешил, но собравшись с мыслями, поставил бокал на столик. — Я думал, что с тобой могло что-то случиться. Или что тебе надоело. — Боже, нет, всё было хорошо. Во вторник и четверг я, как правило, появляюсь в модельном агентстве. Сегодня я не успел тебе позвонить, потому что в это время менеджер сказал, что нужно встретиться с той, с кем я буду сниматься в следующем номере. Она оказалась довольно болтливой для такой скромняги, какой мне её представляли, а перебивать было неприлично. Прости. –виновато улыбнулся блондин. — Значит, с девушкой. Признаться, такой вариант у меня тоже был, но. — Но что? — Я не хотел об этом думать и отмёл его. Слыша ответы и смотря за реакциями паренька, сидящего напротив него, Кисе привстал на одно колено, опираясь им о диван, медленно пододвигаясь ближе. Паникуя и не зная, что сделать, Тецу схватил подушечку, закрываясь ей. Губы Кисе растянулись в ухмылке. — Я люблю тебя. — пододвинувшись вплотную, прошептал он на ухо Тецу, которому сейчас нужно было вспомнить как дышать. — Я правда люблю тебя. Со средней школы. — Кисе говорил это, смотря, как лицо его любимого с каждой секундой становится всё краснее. Умиляясь, он аккуратно взялся обеими руками за его запястья и развёл их, на секунду отвлекаясь на упавшую подушку, после снова приковывая всё внимание к важной для себя персоне. — Курокушка, что ответишь на это? — Я не знаю. — отведя взгляд, Тецу искал спасения, прекрасно понимая, что его не существует. — Ты волновался, что я не позвоню. Тебе было неприятно, что я с тобой не разговариваю. Так же тебе было неприятно узнав, что я был с девушкой в тот момент. Когда я тебя поцеловал — ты даже не оттолкнул меня. Всё это очень странно. Могу ли я рассчитывать, что это положительный ответ на моё признание? — приятного медового цвета глаза встретились с голубыми. Губы у обоих были приоткрыты. Кисе уже давно рассматривал их, ожидая ответа, но его не последовало, потому что как только он заметил, что взгляд Тецу медленно поднялись на губы Рёты, он тут же впился в них. Не давая и шансы на побег, он сминал их своими, жадно выдыхая в поцелуе. От такого напора, маленький Куроко забился, не понимая, что с ним происходит. Ему было жарко, он чувствовал, как задыхается, но не хотел останавливаться. Послушно приоткрывая губы и отвечая на поцелуй, он медленно сползал вниз, в конце полностью оказываясь под телом блондина. Остановившись, оба смотрели друг на друга с румянцем, но уже не смущения, как раньше, нет, сейчас это было кое-что другое. Опустив взгляд вниз, Тецу совсем чуть было не разварился от резко подскочившей температуры. Кисе же просто закрыл глаза, желая провалиться на месте. — Кисе-кун, у тебя… — Молчи, я знаю. — Кисе выдохнул, после снова открывая глаза — Куроко-ччи, прости, я правда хотел себя сдерживать. Но сейчас передо мной любимый человек, я чисто физиологически не могу по-другому реагировать. Я всё исправлю, забудь, пожалуйста. — встав с дивана, он направился в ванну. Подняв подушку с пола и накрыв ей голову, Куроко всё не мог успокоить свои мысли. Не понимая, почему он чувствует, что если не остановит Кисе, то пожалеет об этом и вспоминая поцелуй вместе со всеми чувствами, испытанными во время него, Тецу встал, останавливая Кисе за руку. — Не нужно. Не нужно забывать. — Ты же понимаешь, что будет, если я не… Ну, ты понимаешь. — Мне правда было неприятно, что ты говорил с девушкой, в то время как должен был позвонить мне. Мне даже всё равно, что это по работе. Мне, правда, неприятно то, что ты не разговаривал со мной весь день. Я привык, что ты пишешь мне, звонишь, встречаешься со мной. Я настолько стал эгоистом. и во время поцелуя, я не понимал, что со мной происходит, но мне было не противно. Я даже не понимаю, почему я тебя остановил, просто, мне кажется, что если я этого не сделаю, то буду жалеть. Рёта ничего не говорил на это, он лишь слушал и улыбался. — Куроко-ччи, ты подписал себе приговор. Не говоря ни слова, Рёта резко схватил Тецу за руку, таща его в спальню. Понимая, что сейчас может произойти, Тецу сжался. Заметив это, Кисе аккуратно положил его на постель, нависая сверху. Проводя тыльной частью ладони по прохладной щеке юноши, лежащего под ним и смотревшего с ожиданием и тенью страха, Кисе невольно вспомнил свой сон, когда он точно так же прикасался к своему любимому, но тот лишь молчал. «Нет, это не сон. Курокушку, который сейчас передо мной, даже сравнивать нельзя с тем». — Я буду нежен. — улыбнувшись, слегка нервничая, он дождался одобрительного кивка и поставив одно колено между ног юноши, опустился на согнутую в локте руку. Прикоснувшись губами к нежной коже шеи, он начал покрывать её поцелуями, чувствуя как по телу Тецу прошла дрожь и он вздрогнул. — Неприятно? — с волнением спросил юноша. — Пока приятно, но непривычно.сам ведь знаешь. — смущаясь и отводя взгляд проговорил Куроко в ответ. — Я тебя ещё даже не раздел, а ты уже прячешься от моего взгляда. Это мило. Всё никак не сумев перестать улыбаться, Рёта не дал ему ответить, тут же задирая футболку парня и начиная прикасаться большими пальцами к нежным, чуть набухшим соскам. Проведя по ним языком и играясь, то слегка прикусывая, то зализывая ранки, Рёта поднимал взгляд вверх, следя за реакцией Тецу, одновременно боясь сделать что-то неприятно и получить за это. Страхи Рёты были напрасны, потому что тот Тецу, который мог дать подзатыльник — сейчас исчез. Вместо этого перед ним был маленький подрагивающий любимый комочек, боявшийся даже приоткрыть рот, стесняясь и лёгкого стона. «Ну всё. Теперь точно стоит колом.» — перебарывая самого себя, чтобы не войти раньше времени и сглотнув, Рёта продолжил двигаться вниз. Проходясь дорожкой поцелуев по плоскому, с небольшим рельефом, животу, Кисе стянул с Тецу штаны и, прекрасно понимая наперёд, что снять нижнее бельё ему дадут только с боем — сразу стащил и их. Резко натянув на низ футболку, Тецу приподнял голову, смотря на Кисе, на лице которого можно было прочесть победную ухмылку. — Курокушка, во время этого принято снимать одежду, а не натягивать, закрывая всё самое интересное. — убрав его руки в сторону, Кисе коснулся бёдер, плавно спускаясь вниз и взявшись за колени, развёл их. В этот момент температура поднялась у обоих: у Кисе из-за того, что давно этого ждал и чувствует, что вот-вот не сдержится, а у Тецу из-за чувства стыда и паники, которая шептала ему убежать. — Курокушка, ты такой милый. Не нужно стесняться — улёгшись между ног, Кисе покрывал поцелуями внутреннюю сторону бедра. — Я люблю тебя — с этими словами, Рёта чуть оттянул нежную кожицу, оставляя след зубов и небольшой багряный засос. — А сейчас только не ударь, хорошо? — улыбнувшись, Кисе коснулся губами головки члена любимого. Смущаясь того, что он собирается сделать и собственных представлений о том, как всё сейчас выглядит со стороны, Кисе приоткрыл губы, проводя языком вдоль всего члена, придерживая ладонью у его основания. Обхватив член влажными от слюны губами, Кисе провёл языком в обратную сторону и сомкнув губы на головке, аккуратно двинул головой вперёд. Чувствуя член Тецу в своём рту, Кисе чувствовал, как возбуждается сильнее. Начав делать плавные, размеренные движения головой, он уже полностью вбирал член, лаская его языком и аккуратно касаясь венок, довольно прикрывал глаза от одной мысли, что делает любимому приятно, задавая такт движениям. Выгибаясь от каждой манипуляции, Куроко постанывал, сжимая пальцы на ногах. Чувствуя, как по его телу разливается приятная истома возбуждения, скапливаясь в одном месте, которое ныло и просило ещё, он одновременно смущался, но так же поддавался на все движения. Сдерживаясь поначалу, Тецу аккуратно коснулся макушки Кисе, вплетая пальцы в волосы и начиная немного двигать его головой. Смутившись, Кисе начал послушно двигаться в том такте, которым управлял Куроко. Мягко надавив языком на уздечку, от чего Тецу издал протяжный стон, Кисе возбудившись сильнее, начал ускорять движения головой. Выстанывая всё громче и чувствуя как ему становится жарко, Тецу схватился с силой за волосы блондина и тут же отпустил их, падая на постель. Хватаясь пальцами за простыни, Тецу чувствовал что вот-вот кончит. «Курокушка становится всё твёрже, неужели он?» В этот момент бёдра Куроко начали двигаться сами по себе, заставляя Кисе вбирать глубже и быстрее, желая разрядки. — С-стой, Кисе-кун, я сейчас. Краснея и еле выговаривая слова сквозь стоны, Куроко немного приподнялся, чтобы убрать голову Кисе, но тот не обращая на него никакого внимания, лишь ускорил движения, надавливая языком на головку. Чувствуя, как тёплая и немного густая жидкость заполнила его рот, Кисе сбавил темп движений, но не остановился, дожидаясь, чтобы любимый кончил полностью. Изнемогая после бурного финала, Куроко подрагивал. Кисе аккуратно выпустил член Тецу изо рта, сглатывая сперму и вытирая уголки губ. Привстав на локтях, он посмотрел на любимого, который поджал ноги под себя, сонно прикрывая глазки. — Стой, Курокушка, ещё рано отключаться. Снова разведя ноги, Кисе встал меж них, пошло смотря на свою «жертву». Сняв верх своей одежды, Рёта приступил к штанам, спуская их вместе с боксами. Видя весь потенциал своего бывшего кохая, Тецу невольно сглотнул. Усмехнувшись, Рёта перевернул юношу на живот. Приподняв ему бёдра, Кисе смочил один палец, приставляя его к туго сжатому колечку мышц, аккуратно вводя. Услышав тихое мычание, он приостановился, после полностью вводя палец. «Вот чёрт, я уже не могу. Ну почему ты такой соблазнительный, Куроко-ччи?!». Кусая губы, смотря на возбуждающую картину перед собой, Кисе чувствовал, как испытывает своё терпение. «Ни одна тренировка Касамацу-семпая не поможет научиться такой выдержке». Двигаясь, Кисе дождался пока один палец будет проходить свободно и смочив второй, добавил его. Из-за новых неприятных ощущений, Тецу начал сжиматься, но как только привык — приятная волна накрыла его. Тихонько постанывая, он немного выставлял попку, прося ещё. Ухмыляясь этому, Кисе наклонился, целуя и немного прикусывая мягкую плоть, проталкивая два пальца вперёд, двигая и разводя их внутри. Проходясь по стеночкам, заставляя Куроко вилять бёдрами и загибать пальцы, Кисе с садистской усмешкой вставил третий. Распахнув широко глаза, Рёта перевёл взгляд на Тецу, который явно не заметил изменений и спокойно принял их. — Курокушка, теперь встань на колени, руки пока не сгибай, а выпрями, хорошо? — К-Кисе-кун, мне почему-то самую малость страшно. — послушно выполняя слова Рёты, обернулся к нему Куроко. — Глупенький. Притянув к себе за руку, Кисе впился в его губы. Чувствуя как ему отвечают, Кисе аккуратно положил ладошку Куроко на свой член, давая понять как сильно он успел возбудился и заставляя провести по нему. Зажмурившись, но не прерывая поцелуй, Тецу коснулся его, опускаясь ниже. Раскрыв глаза и обхватив член ладонью, чувствуя, как голова начинает идти кругом, он двигал рукой взад-вперёд, желая сделать Рёте как можно приятнее. Прервав поцелуй, Тецу жадно вбирал ртом воздух, шумно выдыхая. Мысли в голове спутались, напирая на Кисе, он двигал рукой всё чаще. Приоткрыв глаза и держась за предплечье Тецу, Кисе заметил, как ясно-голубой цвет сменился на дымчатый, с небольшой пеленой. — Ещё, прошу. — выстанывая в губы Тецу, Кисе толкался в его ладонь, возобновляя поцелуй и коснувшись языком его губ, проскользнул в рот, сплетая языки вместе. — Не могу, Куроко-ччи, прости. — резко прервав поцелуй, Кисе поставил Тецу на четвереньки и с рыком вошёл на всю длину. Выгнувшись в спине и вскрикнув от слегка ощутимой боли, Тецу аккуратно приподнялся, выпрямляя руки. — Кисе-кун, ты дурак. — еле выговаривая слова, Тецу старался привыкнуть к ощущениям. — Прости, больше не мог терпеть. Ты и так выглядел слишком соблазнительным, а тут ещё и касался. — поцеловав спину любимого, Кисе аккуратно двинулся, входя в него снова, выстанывая. «Я дурак. сразу полностью вошёл, ему больно». Стараясь загладить вину, он целовал спину, шею, макушку Тецу, аккуратно двигаясь, то входя, то выходя из него, ожидая, когда тот привыкнет. — Ты так сжимаешь меня, — усмехнулся Кисе — Это приятно. Смущаясь, Куроко опустился на постель, зарываясь в подушках и зажимая себе рот рукой. Ощущая в себе Кисе, ему было приятно, но тело ещё ныло после резкого начала. Толкаясь всё чаще и глубже, Кисе сжимал в ладонях бёдра Куроко. Касаясь его тела и оглаживая, вбиваясь, он слышал, как Тецу поскуливает, закрываясь. Ухмыльнувшись, он резко убрал его руку, заводя её назад, и заставляя Тецу выпрямиться и прижаться к своему телу. От неожиданности, Куроко вздрогнул, смущаясь и пытаясь снова спрятаться. — Нельзя — шепча Тецу на ухо, Кисе насаживал его на себя, рыча. — Куроко-ччи, я хочу слышать твой голос, пожалуйста. — немного повернув его лицо к себе, он мягко поцеловал его в щёку. — Чёрт! Так не пойдёт, теперь я хочу видеть твоё лицо. Выйдя и быстро сменив положение, укладывая Тецу на спину, Кисе развёл его ноги и приготавливая поцелуями к тому, что сейчас войдёт, сглаживал боль. Обхватив ногами бёдра Кисе, Тецу простонал, принимая его член в себя. Двигаясь всё чаще и начиная получать удовольствие от всего, Куроко перестал стесняться, снова теряя контроль и начиная громче постанывать. Хватаясь одной рукой за спину Кисе, а другой за простынь, стягивая их на себя и комкая. Бёдра Куроко двигались в такт движениям, порой задавая другой темп. Открывая глаза и видя лицо желанного человека над собой, Тецу смущался, тут же закрывая их. «Так мило» — проводя ладонью по щеке Куроко, подумал Кисе. В комнате становилась всё жарче, воздуха не хватало на двоих, лица и тело покрылись капельками пота, стекая вниз. — Куроко-ччи… Куроко-ччи — выговаривая любимое имя, Кисе вбивался в его тело всё чаще, ускоряя темп и сжимая пальцами внутреннюю сторону бедра, оставляя следы. Целуя его губы, Кисе коснулся члена Тецу, после обхватывая его и начиная двигаться. Ощущая в своей ладони тёплые капли, Кисе понимал как это льстит ему, ведь это реакция его любимого человека на все действия. — Н-нет, стой, я так. — Я знаю, я тоже скоро кончу, Курокушка. Двигая бёдрами в такт движений Рёты, насаживаясь на его член и одновременно толкаясь в ладонь, стоная громче, заполоняя жаркую комнату звуками, взгляд, застеленный пеленой, проходился по стенам, потолку, всегда останавливаясь на лице Кисе. Чувствуя, как он вот-вот кончит, Куроко прижался сильнее к телу Рёты и сжимая пальцы на его спине, начал касаться губами уха, тихо выстанывая имя юноши. Сделав пару движений, тело Тецу начало подрагивать, а после выгнувшись дугой и выкрикивая имя Кисе, он кончил на свой живот, задевая и тело парня. Смотря на эту картину, гормоны в организме сыграли с Кисе злую шутку. Не успев дать отдышаться Куроко, он тут же вошёл в него до конца, изливаясь вовнутрь. Часто дыша и опираясь на согнутую в локте руку, он опомнившись, резко дёрнулся. — Прости, Курокушка! Я не хотел.я не знал, что так получится, тебе неприятно, да? — паникуя, не знал что делать Кисе, и аккуратно выйдя, он наблюдал, как из дырочки Тецу полилась его сперма, от чего покрылся весь краской. — Глупый. Ты глупый, Кисе-кун. — протянув руку к щеке Рёты, мягко улыбнулся Тецу. — Наоборот, мне было приятно. — притянув его к себе и обняв, часто выдыхал мальчишка. — Мы оба мокрые, оба уставшие, нам обоим жарко, но всё равно так приятно. Кивнув, Рёта лёг рядом, пододвигаясь поближе к парнишке и обнимая его. — Ого, Куроко-ччи, дождь не прекращается. У тебя всё равно не было шансов уйти от меня. Кажется, даже погода на моей стороне. — проговорил блондин с самодовольной ухмылкой. — Я бы сказал, что ты ошибаешься, но уже конец мая, и это первый крупный дождь, да ещё и с грозой, так что даже не знаю. — ткнувшись лицом в грудь Рёты, бормотал Куроко, порой обдувая своё лицо, чтобы как-то избавиться от жары. — И утром, мне будет очень стыдно, так что пожалуйста, если я тебя ударю — не обижайся. — Ээээ?! Как так? Это насилие. Не становись как Аомине-ччи. — Ох, Аомине-кун — это другое. — Кстати про него. Не позволяй ему больше обнимать себя. — А? Почему? — Ну хотя бы не часто. Смеясь, Куроко лишь кивнул в ответ, сонно прикрывая глаза. Опомнившись, он тихонько помотал головой, подтягиваясь и легонько целуя Кисе в щёку. — С первой грозой, Кисе-кун, и приятных снов. Снова вгоняясь в краску сам не зная из-за чего, Кисе лишь крепче поджал под себя тельце любимого, будто боясь, что он может исчезнуть и прокручивая в голове всё, что случилось за последний час — уснул с улыбкой на лице.