Другая история Летящей

      В навалившихся заботах две недели пролетели незаметно. Я прыгал туда сюда по всей Империи, но проблем и запросов не убавилось ни на йоту. Бель, наблюдая за моими метаниями, только хмурилась и качала головой. Уж не знаю, почему.       С Тим нам встретиться не удалось. Ещё вечером того злосчастного дня я метнулся в академию, но её подруга Брита лишь пожала плечами и сказала, что воробей даже не планировала появляться так рано. А уже на следующий день в Сайгирн меня принял герцог и, разведя руками, сообщил, что Тим отправилась в поход одна и бродит неизвестно где. Тратить время на её поиски я не мог себе позволить, поэтому пустил всё на самотёк. Ведь не может же она вечно бегать от меня? Но, как оказалось — ещё как может! Дважды или трижды я пытался отследить её, но каким-то образом она ускользала каждый раз, стоило мне появиться где-то поблизости. Я чувствовал это не очень явно, потому что заклинание, связывающее нас, нарушилось. Жаль, отголосков Абсолютной связи было недостаточно, чтобы открыть к ней портал.       Эти две недели изматывающей работы стали если не пыткой, то большой проверкой моих нервов. Я не испытывал такого дискомфорта раньше, и для меня стало откровением, что сердце, оказывается, может болеть. Пульсирующая раскалённая игла словно застряла где-то рядом с солнечным сплетением и не желала отпускать, мешая мыслить здраво, мешая дышать. Однажды меня так скрутило, что я покачнулся, опрокинул реактивы и грузно осел на пол. Только тогда я понял, что это не только мои чувства. Это отголоски Её обжигающих эмоций. И в тот момент она страдала, как никогда. Мрак внутри заворочался и неожиданно зарычал. Сначала неуверенно, потом всё громче, по нарастающей. Отдавшись в волю своему дракону, я сосредоточился на образе Тим, всеми силами пытаясь помочь ей пережить рождение Полярис. То, что это было именно оно, у меня даже сомнений не возникло. Как жаль, что она не дала мне шанса быть рядом в этот момент.       Пару дней спустя я возился в своей лаборатории в Ларране, восстанавливая так неаккуратно порушенный синтез. Дверь распахнулась, и бодрой походкой в помещение ввалилась Ринон. Она кинула на меня настороженный взгляд, кивнула в знак приветствия и проскакала к полке с книгами. Я уже почти забыл о ней, когда в булькающей тишине вдруг раздался вопрос.       — Что ты думаешь о любви, Шон? — спросила Ри, и у меня ёкнуло сердце.       — У тебя переходный возраст, Ринон, и шалят гормоны. Так что это нормально. Но только, умоляю, не говори, что ты влюбилась в меня! — я уставился на неё, рассчитывая перевести всё в шутку. Потому что слишком хорошо понимал, к чему она вдруг задаёт такие вопросы.       — И всё-таки, как думаешь, Шон — ты мог бы влюбиться с первого взгляда?       — Не говори глупостей, Ри. Только не ты. Для этого явления нет другого научного объяснения, кроме внезапной вспышки гормонов, отвечающих за сексуальное влечение, но об этом мы поговорим позже, когда подрастёшь.       Ринон демонстративно тяжело вздохнула и вернулась к изучению книг на полке, но не надолго. Перестав ходить вокруг да около, она вдруг с жаром выпалила:       — Любишь её, Шон?       — Люблю, — ответил я и замер с пробиркой в руках. Даже не замер, а окаменел. Люблю? Я? Ринон застыла вместе со мной, боясь пошевелиться и вдохнуть. Я посмотрел на неё, по сути мелкую ещё девчушку, со взглядом, таким далёким от её возраста. Казалось, она знала гораздо больше меня.       — Знаешь, ты однажды сказал мне, что все мы — гении, только в разных областях. Позволишь мне помочь тебе разобраться там, где ты совсем не гений? — И, не дожидаясь моего ответа, задала следующий страшный вопрос. — Что думают Мраки о… Тим?       Я зажмурился, опустил руки и почувствовал волну возбуждения от моих своенравных сущностей. Их отношение к Тимиредис было предельно ясно. Выдохнув под напором эмоций, я сдался и ответил предельно честно:       — Она их добыча… Нет, не так. Она наша добыча.       — А что делает дракон со своей добычей?       — Хватает и никому не отдаёт.       — Шон, а ты знаешь, что дракон может умереть без своей пары?       — К чему ты это? — вздрогнул и встрепенулся я. — Что случилось с Тим? Она в порядке?       — Она в безопасности, — Ри выставила руку вперёд, словно останавливая. С удивлением обнаружил себя почти в дверях лаборатории, где остановился в ожидании продолжения. — Вот только девушка твоей судьбы в храме Всех Богов в Сайгирн сейчас произносит клятву другому.       — Свадьба сегодня? — внезапно севшим голосом пробормотал я.       — Да.       Впервые в жизни из моей головы разлетелись все мысли. Звенящую пустоту наполнил набат взбесившегося сердца. Свадьба? Уже? Сегодня?       — Что ты будешь делать, Шон?       Тихий шёпот Ри вывел меня из оцепенения. В голове словно раздался взрыв, и я с ослепительной ясностью понял, что должен сделать. Портал открылся быстрее чем я успел подумать, даже без щелчков и жестов. Шагнув туда, я не думал о последствиях. Ни о чём не думал, только бы успеть.

***

      — Нет, — звонкий голос разорвал пространство храма и, растаяв где-то под сводами, оставил после себя звенящую тишину.        В тёмных, словно ониксы, глазах напротив мелькнуло что-то, что я не успела разобрать. Ас хотел было что-то сказать, но я приложила ладошку к его губам.       «Это ошибка, Ас. И я не намерена её совершать!»       Кузен едва заметно кивнул, позволив мне самой разобраться с ситуацией. Было страшно. Даже не так. Было жутко до дрожи. На родителей я даже не могла взглянуть. Сердце то замирало, то пускалось в бешеную гонку со временем. Вздохнув поглубже, я всё-таки решилась заговорить:       — Дорогие гости! Я прошу прощения, за то, что вы впустую проделали свой путь и потратили столько сил и времени на событие, которое закончится вот так. Я люблю Аскани больше жизни. И именно поэтому желаю ему найти истинную любовь и быть счастливым. Он заслуживает чего-то большего, чем союз со мной.       Набравшись смелости, я посмотрела на родителей. Отец хмурился. По его лицу так и было видно, что он порывается что-то сказать, но не решается сделать это при стольких свидетелях. Я уже достаточно опозорила наш род, чтобы порождать ещё больше слухов. А вот мама выглядела совсем растерянно. Она смотрела на меня ошарашенным взглядом, открывала и закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба и цеплялась за руку отца так, будто ещё не решила, кинуться ли ко мне или упасть в обморок. Я робко улыбнулась им, отец нахмурился ещё сильнее.       — Простите меня, пожалуйста, — произнесла я дрожащим от слёз голосом и, резко выдохнув, активировала заранее приготовленный амулет телепортации. — Я вернусь, когда стану по настоящему сильной.       Аскани попытался кинуться за мной, но я оттолкнула его щитом, на всякий случай, чтобы его не зацепило заклинанием. Перед тем, как мир размазался, на мгновение я столкнулась с весёлым взглядом зелёных глаз. Астер подмигнула мне, и храм исчез. Я обнаружила себя стоящей на самой высокой башне замка. Выдохнула, радуясь, что сделанное мной телепортационное заклинание сработало как надо. Сдёрнув ненавистную фату, я расщепила её в прах вместе с платьем, достала заранее приготовленную одежду, быстро влезла в штаны, тунику и куртку, накинула сумку с вещами на плечо и отпустила Полярис. Последние лучи солнца скользнули по белоснежной чешуе и перламутровым крыльям. Встречный ветер пьянил. Где-то внизу были слышны крики. Паника густой патокой разлилась в воздухе, но меня это не волновало. Впереди меня ждало долгожданное, выстраданное счастье — свобода. Тихий рык, взмах, толчок, заклинание невидимости, и я устремилась навстречу судьбе в ласковые объятья неба.

***

      Главная часовня Сайгирн была украшена белыми цветами. Тишина стояла такая, словно я оглох от переизбытка чувств. Несмотря на моё внезапное появление в проходе храма, на меня никто не обратил внимание. Взгляды всех гостей были устремлены к алтарю, перед которым о чём-то оживлённо спорили двое — Аскани и Кинтар. Я удивлённо моргнул и оглянулся. Неужели церемония ещё не началась? Почувствовав взгляд, я обернулся и столкнулся с насмешливыми зелёными глазами.       «Что ты здесь делаешь, Шон? Я думала ты сейчас на полпути куда-нибудь к Лазурному морю».       «С чего это?» — недоумевал я. — «Что здесь произошло, и где Тим?»       «Хмм… так ты не в курсе? Ну, тогда смотри!»       Астер проиграла мне воспоминания недавних событий и моя душа ушла в пятки. Троль горбатый! Эта безрассудная девчонка сделала что? Почему её никто не остановил? Ладно Ас, она его оттолкнула щитом, но Бель, Ар, Ти? Каждый из них мог незаметно закрыть портал!       «Почему?» — прорычал я ментально.       «А зачем мне это делать? Девочка приняла решение, и заметь, она не сказала, что уходит навсегда. Она сказала, что вернётся, когда станет сильнее. Она взрослый дракон и вольна поступать так, как ей вздумается».       «Она сбежала в неизвестном направлении! Ты считаешь это разумным решением?»       «Самым разумным, исходя из сложившейся ситуации, когда с одной стороны светит брак с нелюбимым человеком, а с другой — существование в порицании и боли от безответной любви».       Я сощурил глаза на эту зеленоглазую бестию, соображая, как много она могла знать. Исходя из её монолога, достаточно. Но как? Мы же были одни всю ту неделю в Галарэне. Да и не делился я ни с кем своими переживаниями. Откуда она столь осведомлена в этом вопросе? Я почти задал интересующий меня вопрос, когда меня так не вовремя заметил Аскани. Налетев, он чуть не сбил меня, и сразу накинулся с расспросами:       — Разве она не с тобой? Ты знаешь, где она?       — Я только пять минут назад узнал, что церемония сегодня…       — Но… — растерялся Ас, в бессилии опуская руки. — Где же нам её искать?       — Телепорт! Не помню, чтобы у неё был портал мгновенного перехода.       — Я тоже, — нахмурился Аскани, усиленно соображая. — Не могла же она открыть его сама?       — Могла… — обречённо выдохнул я.       — Моя дочь владеет портальной магией?! — ошеломлённо воскликнул подошедший в этот момент Кинтар.       — Мы работали над этим, но она бы не стала открывать его в никуда. Значит, где-то недалеко стоит маяк, и, возможно, он ещё не развеялся…       Едва договорив, я кинулся из храма на улицу, и с разбега взмыл высоко над замком. Долина пылала в свете алого закатного солнца. Яркой спиралькой на крыше самой высокой башни свернулся сигнальный маяк. Я кинулся к нему от отчаяния, остро осознавая, что безнадёжно опоздал. Подлетев к нему вплотную, понял, что он бы не развеялся и через год, потому что был оставлен как послание. Послание мне. Под невидимостью и защитными заклинаниями был спрятан листок, сложенные вдвое, на котором быстрым порывистым почерком было выведено одно единственное имя: «Шон».       «Считай это интуицией, но мне почему-то кажется, что рано или поздно ты найдёшь это письмо. Даже, скорее рано…       Не хочу, чтобы ты думал, будто я убегаю. Потому что леди из рода Ансаби и драконы от проблем не бегут. Нет, не так! Я никогда не бегу от проблем, но в сложившейся ситуации не видела другого пути. Поэтому я последовала ему.       Прошу тебя, не ищи. Я вернусь, когда почувствую, что стала достаточно сильной, чтобы снова посмотреть тебе в глаза.       Я люблю тебя, Шон. Больше жизни и неба, я люблю тебя. Мне жаль, что я не сказала тебе этого лично. Жаль, что я убежала без объяснения причин. Мне правда жаль… Я не верю, что у нас нет шанса. Я не хочу верить, что быть нам вместе невозможно…       Поэтому хочу стать сильной, и когда вернусь, если в твоём сердце останется место для меня, я буду с тобой…       До встречи,       Мой мудрый ворон и верный дракон,       Мой гениальный маг и невозможный мужчина.       Навечно твоя,       Тимиредис…»       Кулаки сжались сами собой, сминая ни в чём не повинный лист бумаги. Опомнившись, я распрямил письмо и вчитался в лихо просыпанные буквы и слова. Снова и снова, про себя повторяя каждое слово. Читал, но смысл от этого не менялся. Она любила меня! И поэтому ушла! Рык моего дракона совпал с моим собственным. Женская логика, будь она трижды проклята Хашургом! Где, объясните мне, где тут связь?!       Отложив письмо, я обратился к магии времени. Благодаря воспоминаниям Астер, я знал до секунды время, когда Тим должна была появиться на этом месте. Беззвучно щёлкнуло заклинание перехода, и девушка в ужасном подвенечном платье материализовалась прямо рядом со мной. Она сдёрнула фату, восторженно улыбнулась закату, наверняка радуясь удачному заклинанию. Потом её одежда вдруг испарилась, и она осталась в тонком нижнем белье. Её силуэт на фоне ещё золотого заката надолго врезался в мою память. Одевшись и закинув сумку на плечо, она на мгновение обернулась. Её взгляд встретился с моим, и я вздрогнул, на секунду подумав, что она смотрит прямо на меня. Только потом сообразил, что стоял на том же месте, где спиралькой свернулся маяк. Появление её дракона стало вторым воспоминанием, которое согревало меня на протяжении долгого времени. Полярис была прекрасной! Мечтой, легендой, сияющей звездой! Как и сама Тим. Она взмахнула крыльями, бесшумно оттолкнулась и растаяла, словно снежинка в лучах солнца. Обессиленно закрыв глаза, я прервал заклинание.       «Что же ты со мной делаешь, Тим?»

***

      Я искал её. Искал повсюду, вопреки её желанию и моему здравому смыслу. Искал и не находил. Каждый раз, стоило мне подобраться близко, настолько, что даже Абсолютная связь отдавала теплом в груди, Тим ускользала. Осень, зима, весна, лето. Дни мелькали перед глазами, а она всё не возвращалась. Я существовал лишь мыслью, что она жива и невредима. Случись обратное, защитное заклинание уже принесло бы её на плац в Галарэн. Спустя два года я смирился, и в конце концов принял её решение. Спустя три — начал медленно сходить с ума от тоски по ней.       Иногда, очень редко, она мне снилась. Приходила в мой сон, обнимала и шептала, как сказки, о местах, где побывала, что увидела, чему научилась. Я спрашивал, где мне найти её или когда она вернётся. Но в ответ получал лишь улыбку и тихий ответ, что ещё рано. Поэтому, когда спустя тысяча восемьсот тридцать девять дней с нашей разлуки она появилась на пороге лаборатории, я решил, что окончательно рехнулся, и либо неосознанно творю фантомы, либо у меня галлюцинации.       — Здравствуй, Шон…       Я стоял и пялился на неё, не в силах поверить в случившееся, краем сознания отмечая детали, которые не вязались с тем образом, что я запомнил. Она выросла и изменилась. Взгляд шоколадных глаз стал другим. На меня смотрела уверенная в себе и своих силах женщина. В воспалённом мозгу мелькнула предательская мысль, от которой я задохнулся. А вдруг она встретила кого-нибудь? Словно током ударенный, я метнулся к ней, схватил в охапку. Тимиредис ошарашенно хлопала своими невероятным глазами, по которым я так соскучился, и неловко упиралась мне в грудь маленькими ладошками. Этот бездонный взгляд поглотил остатки моего жалкого самообладания и я притянул её к себе, чтобы поцеловать. Жёстко, отчаянно, требовательно. Подхватив, прижал теснее и усадил на рабочий стол, с которого после мысленного приказа слетели все бумаги. Уперевшись в чуть шершавую деревянную поверхность, я отстранился, задыхаясь. Тим продолжала нежно обнимать меня за шею, щекочущим движением зарываясь в волосы. В глазах сияли звёзды, и она улыбалась так, словно исполнилось её самое заветное желание. И я поцеловал её снова, гораздо нежнее и трепетней. Но эмоции, одолевающие меня, всё-таки вырвались:       — Пять троллевых лет, Тим! Пять лет и четырнадцать дней от тебя не было ни одного послания. Пять лет я жил лишь мыслью, что ты всё ещё жива!       — Я не стану просить прощения, — прошептала она твёрдо и, в попытке смягчить слова, погладила щеку. Я словно одичалый кот потянулся за этой лаской, блаженно прикрыв глаза и вдыхая дурманящий запах мелиссы.       — Оно того стоило?       — Каждую минуту моего путешествия я хотела всё бросить и вернуться к тебе. Но это бы стало проявлением слабости. А я хотела стать по-настоящему сильной.       — Стала?       — Нет, конечно же нет, — она рассмеялась, покачав головой. — Мне ещё расти и расти.       — Тогда почему же ты вернулась именно сейчас?       — Есть две причины. Ты же чувствовал нашу связь? То заклинание?       — Лишь оно удерживало меня от помешательства.       — Три дня назад появилось ощущение направления.       — А я решил, что схожу с ума, раз меня тянет на юг, — покачав головой, я приобнял Тим и нежно провёл тыльной стороной ладони от виска к шее. Зрачки расширились, и она судорожно вздохнула. — Как это повлияло на твоё возвращение?       — Ты знаешь, что без амулета заклинание должно было разрушиться?       — Разве? — удивлённо хлопнул глазами я.       — Я читала о нём в Чёрной башне. Если долгое время амулета нет рядом с хозяином, связь рушится, если только…       — Если?..       — Только если между связанными нет другой, более сильной связи. В таком случае, заклинание поддерживается ею и со временем только крепнет. Я хотела убедиться, что между нами есть такая связь…       — Убедилась?       — Да…       — А если бы задержалась хоть на пару минут, ты бы смогла убедиться в этой связи ещё тогда. В тот день я пришёл в храм, чтобы остановить церемонию, забрать тебя и никогда никому не отдавать. — Тим резко выдохнула и отстранилась.       — И это всё равно было бы не моим решением. Шон, я понимаю, тебе сложно принять, но я всё равно считаю, что поступила правильно. Жестоко по отношению к тебе, но правильно… Без этого скитания, я не обрела бы себя. Примешь ли ты меня такой?       — Это уже не важно, — прошептал я ей в макушку, крепко обнимая. С ослепительной ясностью я вдруг понял, что мне действительно не важно. — Главное, что ты вернулась. Ко мне.       — К тебе… — эхом выдохнула Тим, и в этот раз сама потянулась за поцелуем.       Мы целовались, переводили дыхание и целовались вновь. Никак не могли надышаться друг другом. Никак не могли до конца поверить в реальность происходящего. Когда стало жарко, лишняя одежда полетела на пол. Тим вздрагивала от моих прикосновений, прижимаясь теснее. Но дальше поцелуев я не зашёл, хотя больше всего на свете хотелось познать её всю, здесь и сейчас. Но это было не правильно, даже не смотря на то, что наши желания совпадали. Чтобы отвлечься, я зацепился за вопрос, маячивший в голове.       — Ты сказала — две причины.       — Ну да, — переведя дыхание, ответила Тим, закусив опухшую от поцелуев губу. У меня снова перехватило дыхание. Как она это делает? — Вторая тоже связана с тобой.       — Неужели?       — С днём рождения, Шон! — улыбнулась эта хулиганка, осыпав наколдованными снежинками. — Я очень хотела вручить тебе подарок лично в этом году.       — К троллю подарки, Тим! — Прорычал я в ответ. — Ты — лучшее, что могло случиться сегодня.       — Ты знаешь, как было сложно достать тот свиток редких эльфийских заклинаний?       — Догадываюсь, но всё же в качестве подарка можешь ответить утвердительно на один вопрос.       — Какой?       — Выйдешь за меня?       — Что? — кажется, мне удалось её удивить. Тим хлопала глазами, не веря своим ушам.       — Погоди, давай не так.       Наспех завязав её распущенную блузу и накинув куртку, я щёлкнул пальцами, открывая портал в заветное место. Полная луна над горной грядой сияла так ярко, что почти слепила глаза. Святое место — маленький храм мягко переливался перламутром в этом волшебном свете. Едва мы вошли в круг могучих колонн, окружающих одну единственную ритуальную чашу в форме полумесяца, внешний мир словно пропал. Перламутровый свет камня отрезал нас от реальности. Тим заворожённо оглядывалась вокруг, крепко накрепко сжимая мою руку. Я развернул её лицом к себе и сказал то, что хотел произнести ещё пять лет назад.       — Я люблю тебя, Тимиредис, в сущности Полярис. Люблю больше жизни и магии. — Тим задохнулась, прижав свободную руку к губам. Глаза заблестели, и мокрые дорожки слёз очертили покрытые румянцем щёки. — Согласишься ли ты разделить со мной магию, крылья и вечность?       — Да, — выдохнула она, не сомневаясь ни секунды, и, словно готовилась к этому моменту, произнесла. — Я люблю тебя, Шон, в сущности Мрак. Люблю больше жизни и свободы. Согласишься ли ты разделить со мной небо, ветер и жизнь?       — Да, — последовал мой незамедлительный ответ, хотя на секунду я и сам задохнулся от нахлынувших чувств. Вода в чаше засветилась ярче, принимая наши клятвы, и я, зачерпнув немного, поднёс к губам Тим, произнося: — Я вверяю тебе свою душу.       — Твоя душа — моя душа, — прошептала она и выпила всё до последней капли. Потом зачерпнула сама и, поднеся к моим губам, сказала. — Вверяю тебе своё сердце.       — Твоё сердце — моё сердце, — ответил я, и жадно глотнул из её ладоней.       Поднялся оглушительный звон. Магия струилась вокруг, наэлектризовывая пространство, порождая молнии. Или то были наши чувства? Свет камня мягко окутывал. Но глаза напротив поглотили всё моё существо. Я не замечал ничего кроме самой желанной девушки на планете. Слова заклинания давались легко, словно дыхание. Мы переплели пальцы и прошептала одновременно:       — Отныне и в вечности мы с тобой одно целое.       Притянув её ближе, я одной рукой зарылся в мягкие волны волос, вторую положил на талию. Повторив путь неожиданных слёз, я ещё раз заглянул в любимые глаза цвета топлёного шоколада и поцеловал со всей льющейся через края души нежностью. Пространство вспыхнуло, и с небес на нас посыпались звёзды. Смех серебристым колокольчиком пронёсся над горной грядой. Я почувствовал, как тепло и ласка окутали нас — Богиня одобрила и приняла нашу клятву. Серебристые знаки на наших запястьях стали тому самым ярким подтверждением.       — Мне показалось сейчас, или мы и в самом деле поженились? — выдохнула Тим, обнимая меня за талию.       — Поженились-поженились, — подтвердил я, доставая из кармана кулон, который всегда и всюду носил собой. Застегнул обломок луны на шее любимой, окончательно почувствовал себя счастливым. — Я не отпущу тебя никогда и никуда. Ни за что на свете.       — А как же родители, помолвка, свадьба?       — Всё решаемо, главное что перед богиней ты моя жена, — притянул за подбородок это невозможное создание, не известно как похитившее моё сердце. Прошептал. — Мои крылья и моя жизнь. Не смей пропадать больше.       — Не буду… — Тим обняла меня за шею и, приподнявшись, жарко зашептала на ухо.       — Ты задолжал мне желание.       — Исполню любое, — вздрогнув, ответил я, притягивая её ещё ближе.       — Я хочу на луну.       Улыбнувшись, я щёлкнул пальцами, открывая портал. Потом не выдержал и поцеловал Тим со всей страстью, на которую только был способен, а когда оторвался от сладких губ, прошептал.       — Я подарю тебе весь мир, космос и звёзды!       — И луну?       — И луну… в алмазах!