Так случилось, я твоя жена?

Эпилог. Даша распахнула глаза, яркий солнечный свет ударил и не промахнулся, она с удивлением обнаружила, что находится в квартире, где они жили раньше, с Юлей. Она встала, скинув одеяло на пол, побежала к календарю, если верить перечеркнутым числам, то всё что произошло с ней, как будто не происходило, пятница, тринадцатое, бред, Юля просто забыла про календарь. Она пошарила в поисках смартфона, и медленно присела на кровать, четкие буквы и цифры складывались в ту же дату, и время: 09:39, это ведь шутка, чья-то шутка, такого не может быть, она заметалась, вбежала в комнату Юли, но той уже не было дома, смена, работа. Последние слова вспышкой отразились на лице девушки, а потом, она поняла, это всего лишь сон, целая часть её жизни – сон, всего лишь красочный, яркий сон. А как же Павел, неужели это тоже сон!? Слеза прочертила невидимую дорожку и скатилась в складки одежды. Дарья упрямо взмахнула рукой, и побрела на кухню, вздохнула и выудила из недр дальнего шкафчика початую бутылку коньяка, что ж, сегодня выходной, а значит можно полностью предаться грусти и печали, она терпеть не могла такие сны. Пора возвращаться к той жизни, к которой она привыкла, быть той, кем является на самом деле, и даже не лишение богатства, замужества и возможностей доставляли ей такое расстройство, а чувства, которые оказались лишь иллюзией. Она снова всхлипнула, она ведь действительно влюбилась в него, в его невозможные глаза цвета моря и улыбку, в его характер и стойкость, в него всего, до каждой мелочи, детали, и ведь она действительно влюбилась. До безумия, до кончиков пальцев хотелось ощутить его дыхание, голос и просто хотелось его увидеть, а вот последнее даже было возможно, Юлька как раз просила её заменить, у неё что-то наклевывалось с очередным кавалером. Она выдохнула, с некоторым сожалением отставила бутылку, которая совсем немного опустела на пару глотков. И приняв душ, собралась на работу. Она шла по Москве, и город принимал её, была весна и она шагала вместе с ней. Твёрдым, уверенным шагом, девушка улыбалась, словно чувствовала, что впереди её ждёт светлое будущее, именно то, что ей приснилось накануне. Он ведь её действительно любил, или ей это тоже приснилась. Она дождалась обеда и под некоторое удивление начальства сменила радостную Юльку, по её крики «ты самая лучшая подруга», принялась за уборку очередного номера, вот только Павла Аркадьевича сегодня в отели не было, чему Дарья была рада, потому что наваждение от сна стремительно исчезло и она была бы не в том духе, что бы действительно отвечать ему без всякого подтекста из сна. Егор как всегда хотел проводить, но тут она проявила характер, при этом стараясь не задеть чувства парня, ведь теперь девушка понимала, что значит иметь к другому человеку чувства, и пусть всё это больше походило на некоторую философию, Даше было плевать. Горничная теперь злилась и на этот чертов сон, и на себя, ведь теперь было с чем сравнивать, и сравнение было не в пользу реальности. Было уже поздно, а она никуда не торопилась, решив пройтись пешком по вечернему городу, проходя мимо ночного клуба, она с удивлением узнала владельца отеля, который явно был пьян и попал в какие-то разборки. — Ты знаешь, хоть чья это чика, ты совсем берега попутал? — Достаточно массивный парень явно был кем-то из охраны и говорил вполне понятные вещи, надвигаясь на Павла. Помощник же его просто мило улыбался, наверное, леди Смерть улыбается точно также, только изящней. И горничная решила вмешаться, наверное, она совершала самую большую глупость в своей жизни, но жизнь так коротка, что только и остается совершать глупости, ведь иначе, зачем проживать это серое полотно, что зовётся ею. — Паша, милый, а это твои друзья, познакомишь? — Влетать с ноги против двоих амбалов – глупо, кричать «кто вы такие, а ну отошли», ещё глупее, поэтому стоило выбрать вариант, который хотя бы имел хоть какие-то шансы на успех, и она, распустив волосы и обнажив плечо, походкой от бедра направилась к молодому человеку, при этом насмешливо оглядывая двух парней. — Ты вообще ему кто? — Бить девушку было некультурно, особенно не зная, кто эта девушка, поэтому Витёк вынужден был познакомиться, хотя бы чисто формально. — Жена, да, лапушка, — улыбаясь парню и читая в его глазах удивление, смешанное с облечение от знакомого лица, проронила она. — Жена? — Витёк дураком не был и решил это проверить. — Ну да, а чё? — Интонация блондинки ей удалась, видимо в актёрское надо было идти, не иначе, про себя хмыкнула, лезет же в голову всякая чушь, когда волнуешься. — А дату его рождения знаешь и где родился? — А те зачем? — Давай, валяй, а то так и вдовой можно остаться. Она ответила легко и без запинки, эти буквы навсегда врезались ей в память, когда она во сне выходила замуж, и она решила, что хуже уже не будет, и не прогадала. Витёк с напарником, предварительно отдав паспорт, хмыкнули и исчезли в темноте ночи. — Ты в порядке? — Она смотрела на молодого человека и обнаружила, что оказывается даже не пьян. — Благодаря тебе – да. Откуда ты знаешь, что я родился в Сербии. — Угадала. — Подрабатываешь на досуге личной гадалкой? — Я вызову вам такси, — она покачала головой, хоть речь и была чёткая, но одного отпускать его в таком виде не следовало совсем. — Нет! — Павел Аркадьевич выкрикнул быстрее, чем хотелось бы и почти твердо, стоя в вертикальном положении, продолжил, аккуратно взяв её за плечи. — Не уходи, пожалуйста, — глаза цвета моря пронизывали насквозь. — Я, нам всё равно нужно домой, уже поздно, если хотите, могу поехать с вами, до дома. — Хочу. Она вызвала такси, машина приехала быстро и парень, галантно открыл дверь перед ней. Она залезла, села у самого окна, он посередине, положил голову ей на плечо, проговорил адрес водителю и замолчал. Даша молчала тоже и звенящая тишина не давила совсем, а потом, он заговорил, тихо, пронизывая её взглядом своих невозможных глаз. — Я сейчас безнадёжно пьян, прости за это, но иначе, я бы не встретил тебя и хочу сказать, что, — он запнулся, слова давались тяжело, вдруг скажет не так, а потерять снова её по собственной глупости он не мог, он и так натворил черти знает что, и теперь, глядя ей в глаза, он был готов заложить душу дьяволу под любые проценты, лишь смотреть так на неё вечность, тонуть, и проваливаться в эту бездну, он бы не мог по-другому жить. Да и разве бы это была жизнь? Нет, лишь её ошмётки, которые и назвать жизнью, было бы преступление, поэтому парень собрался с духом и продолжил. — Что люблю тебя, до безумия люблю, слышишь, и я идиот, дурак самый последний, и я готов на всё, лишь бы ты дала мне шанс, готов измениться, готов на больше, чем просто всё, — он говорил тихо, но искренне, так что у неё защемило сердце, и слёзы покатились из глаз. Она плакала второй раз за день, и раньше такого вообще не случалось, но если первый раз повод был не утешительный, то теперь радость, детская, безграничная, наполнила её с ног до головы, и она не в силах что-то сказать – в горле стоял ком – обняла его, уткнулась в плечо и всхлипнула, его теплые сильные руки притянули её ближе, он зарылся лицом в её распущенные волосы и прошептал прямо в ухо. — Я тебя никому не отдам. Даша улыбалась, улыбалась ему в плечо и таяла от его рук, она влюбилась и теперь, пожалуй, будет любить его до самой смерти. — Я тоже тебя люблю, — тихонько прошептала, обжигая его шею теплым дыханием. Он отстранился, в глазах цвета моря бушевала гроза, шторм и ветер. Он ласково провел ладонью по её щеке, убрал волосы за шею и, притянув лицо ещё ближе, поцеловал, медленно, нежно, словно она созданная из стекла, осколками может разлететься в пространстве. И девушка отвечала, вкладывая все чувства, отвечала, и внутри разгорался фейверк. Элеонора ругалась на чем свет стоит. Проколотое колесо на трассе явно не способствовало улучшению ее настроения, как это бывает в таких случаях, телефон сел и зарядки не было, а голосовать на трассе, ей, хозяйке отеля и не только, казалось унизительно. В автомобиле валялась прекрасная бутылка красного сухого вина, и решив, что охране она платит не просто так, та, бодро ее откупорив, штопор в отличие от зарядки быстро нашелся в бардачке. Сделала большой глоток, и вздохнула. Жизнь её можно смело назвать успешной, но хотела ли она такой жизни, Элеонора не знала. Впереди остановился черный джип. Мужчина, в хорошем пальто щурил на солнце темные глаза. — У вас всё в порядке? — Нет, вовсе нет, — Эля усмехнулась, — хотите выпить? — У вас колесо пробито, позвольте, я подвезу вас. — С удовольствием, а хотите потом выпить? — Я с незнакомыми девушками не пью, — фыркнул не то в шутку, не то взаправду незнакомец. — Вынуждена представиться - Эля,— и она протянула руку. — Владислав, — он легко коснулся губами её руки и открыл перед ней дверь. — Соня, пожалуйста, оно так тебе идет, — София Яновна кружилась в свадебном платье и сияющими от счастья глазами смотрела на Костю. — Правда? — Правда, — и он закружил её по комнате.