Клинок или сердце?

Как только король Эриона узнал о пропаже своей дочери, тревога поднялась на всю долину. На уши были поставлены все отряды войск, каждая собака знала: пропала принцесса Эриона. Король был вне себя от гнева, каждый генерал отправлялся со своим легионом на поиски юной девы, прочесывая все углы и кусты. Арител похмурнел, глаза его налились злобой и, впервые в жизни — страхом. Он любил свою розочку, свою дочь больше всего на свете. Даже отдавая ее замуж за Фернандеса, он до конца не верил в их союз и сомневался в правильности своего решения. И сейчас он направлялся в Дейранг, дабы объявить войну, которая не пощадит ни одно животное или ребенка. Глаза его были ослеплены ненавистью.

***

— Если с ней хоть что-нибудь случиться… — в слезах кричала Эйлин, — Не бывать миру на наших землях, Мирион, не бывать. — глаза женщины застыли, расширившись, словно у перепуганного ребенка. Мирион сидела молча, хоть и руки ее тряслись. — Он слишком рано стал взрослым… Рано увидел кровь и ненависть, — теперь и на ее глазах накатились слезы, — и в этом моя вина. Я всегда слушала мужа, но отныне, я не позволю ему начать еще одно кровопролитие… От ее слов Эйлин закрыла рот рукой. — Боже милостивый, Арител наверняка уже едет к вам… И не один.

***

— Лексус, каким путем нам быстрее добраться до Каспара? — уверено спросил Жерар. — Почему именно Каспар? — недоуменно спросил тот. — Она там. Держим курс туда. — Лексус послушно кивнул и удалился. Жерар тем временем закурил сигару, пытаясь расслабиться, но ничего не выходило. Он и сам не понимал зачем ищет ее, и до сей пор не может понять почему она ушла. В ее записке все было неоднозначно или же это он тугодум? В любом случае он чувствовал себя виноватым, и где-то в глубине души также чувствовал, что должен найти ее и все выяснить. Но Фернандес, проживший с ней почти пол года, научился отлично ее читать, и понимал: это ее очередная авантюра. Ведь все, что она делала до этого: сплошные авантюры. Постоянно заставляла его спасать ее, ругать и воспитывать… На этих мыслях он рассмеялся, вспоминая злое лицо Эльзы, когда она психовала, пытаясь очередной раз доказать свое. И в эту секунду, его сердце ощутило какую-то непонятную, необъяснимую боль. Фернадес впервые жизни признался себе в том, что действительно переживает за нее. И то, что он соврал ей о своих чувствах… Он ненавидел себя за это. Ведь они словно бело и черное, инь и янь, огонь и лед — так противоположны, но… прекрасно дополняют друг друга. — Господи… — прошептал он, выдохнув дым, — Что со мной? — голова его легла на руки, — Я словно потерялся… В себе и в мире. Его корабль вот-вот причалит к землям Каспара, а он все еще не знает, что сказать ей. Но откуда такая уверенность, что она там? Жерар и сам не знал. Просто чувствовал.

***

— Арител, прошу тебя! — в слезах кричала Эйлин, пытаясь успокоить мужа, — Прошу! — ее голос охрип. — Эйлин уйди. Уйди, иначе попадешь под руку, прошу уйди. — он посмотрел на нее глазами полными злобой и боли, и она, онемев, отошла к стене. В комнате была очень наколенная обстановка, так как меч Аритела был приставлен к горлу Эдгара, и тот в любой момент мог убить другого. — Арител, я понимаю тебя, понимаю… Я сам не знал, я… Не думал, черт бы его побрал, что произойдет такое! Я очень полюбил твою дочь, мы относились к ней, как к своей! — проговаривал Эдгар. Мирион стояла спокойно, смотря на то, как к горлу ее мужа приложили меч. Внутри нее боролись два чувства: любовь и ненависть. Любовь к своему мужу, которого все же любила всегда, и ненависть к нему за то, что именно его раннее воспитание поспособствовало тому, каким вырос Жерар. « — Я молю тебя, слышишь?! Я молю! — молодая женщина хватала мужа за руку, пытаясь до него достучаться, — Не отдавай его в этот легион! Оттуда выходят монстры! Посмотри на нашего мальчика, какой он ласковый… Он станет мужчиной, станет! Ему нужно только подрасти… Но не сейчас, ему ведь только семь… На ее слова мужчина ответил серьезным и отчасти безысходным взглядом, сказав лишь: — Он будущий король, ему положено быть сильным. — с этими словами он забрал мальчика из его комнаты, где лежали игрушки, мягкий ковер и нежная поступь матери, которая постепенно исчезала вдали. — Нет… — в слезах шептала женщина, — Сынок!!! — на последнем вздохе закричала она, — Верни мне сына! И ей вернули. Спустя шесть лет. Но это был не ее сын, это был чужой мальчишка тринадцати лет, с холодным взглядом, достаточно взрослым умом и совершенно окаменевшим сердцем…» — Арител, любимый мой муж, — лепетала Эйлин, — Эльза не хотела бы этого, наша девочка не хотела бы… — вытирая слезы, прошептала Эйлин. На этих словах жены перед Арителом предстал образ дочери, и его рука, словно обессиленная, опустилась в низ. — Слава богу… — его обняла Эйлин, и от ее ласковых рук ему стало легче. — Арител… Я не ожидал, что ты… — собираясь с мыслями, начал Эдгар, но его резко прервала Мирион. — Замолчи. — Эдгар был шокирован словами жены, ведь королю не имел права затыкать рот никто в целой долине и жена в частности. — Только замолчи! — на ее глазах налились слезы, — Это ты виноват, в том, что Арител приставил нож к твоему горлу! Ты говоришь: нет твоей вины в этом. Твоя вина огромная, огромная, муж мой. Арител смотрит на нашего сына и видит тебя, и именно поэтому он хочет убить его за свою дочь, ведь ты вырастил его подобием себя! — охриплым голосом закричала она, — Словно он твоя марионетка! Забрал у меня сына на целых шесть лет! И превратил его в машину-убийцу! — она присела на стул, не в силах держать себя на ногах, в то время как ошалевшая Эйлин подала ей воды, присев рядом, — Я люблю тебя, ты это знаешь. Но я никогда не прощу тебя за то, что ты отнял у меня моего сына! А эта прекрасная девушка, ваша дочь, — она посмотрела на Эйлин, — Сколько в ней любви, как усердно она дарила ее всем и каждому, как пыталась подарить ее и Жерару… Но тот, словно камень — тверже некуда. Я не знаю, насколько поздно… Надеюсь, что она в порядке, но боюсь… И она устала бороться. — Мирион решительно встала, вытерев слезы, — Прошу прощения за подобное поведение, но все мы люди, верно, муж мой, не звери ведь?! — сквозь слезы прошипела она и вышла из комнаты, а следом за ней Арител и Эйлин. Эдгар стоял с онемевшим лицом, а по его твердым скулам и огрубевшей коже со шрамами, стекали капли слез.

***

Прибыв на земли Каспара, Фернандес сразу же направился в замок, полагая, что королю наверняка доложили о том, что Эльза на острове, где бы она не была. Лексус, как старший генерал Легиона отправился вместе с ним. Перед воротами замка их ожидала охрана, которая, только увидев Фернандеса, сразу же перекрыла ход. Это было еще одно подтверждение того, что король точно знает, где Эльза. — Вы обязаны пропустить Принца Дейранга Фернандеса… — дипломатично начал Лексус, но охранники резко скрестили копья, перекрыв вход. — Вам вход воспрещен. — твердо произнесли они в один голос. — М, вот как… — с наигранной досадой произнес Жерар, разворачиваясь обратно, словно собираясь уходить, а затем резко повернувшись, Фернандес вырубил обоих с одного взмаха ноги. — Идем, Лексус. Оказавшись в замке, Фернадес сразу же направился в огромный зал, где находился трон Короля и на котором, он, собственно сидел в ожидании.  — Где она? — идя по длинному ковру, произнес он, который вел к трону короля, что находился на самом верху. — Какие гости, сам будущий король Дейранга пожаловал в нашу скромную обитель! — рассмеялся Каспарский! — Судьбу свою ищешь здесь или… Смерть? — последнее он произнес с каким-то смакованием, словно только это слово и произнес. Жерар лишь ровно и уверено смотрел на него. — Что он здесь забыл? В зал вышел высокий брюнет, крепкий юноша, таких же лет, как и Жерар. И оба знали друг друга, и оба ненавидели. — Симон я не пришел ругаться с тобой, я лишь пришел забрать свою жену. — уверено объяснился Жерар. — Жену? — послышался бархатный голос, голос, который выбил Жерара из равновесия. — Я не знаю, кто твоя жена, Жерар, но у меня нет мужа. — сглотнув, как можно увереннее произнесла Скарлет. Увидев ее, сердце Жерара замерло от ее красоты и чистоты, но и злость за ее поступок не мало бушевала в нем. — Нам нужно поговорить наедине.  — Нам не о чем говорить. Уходи. — злостно выговорила она, направляясь в свою комнату. Жерар в туже секунду последовал за ней. — Эльза… — догоняя ее, рычал он, — Черт… Скралетт! — он резко схватил ее за руку, прижав к стене, и оба так быстро дышали, что не могли выговорить и слова. — Я уже все сказала. — отвернув от него голову, произнесла она, а у самой сердце бешено колотилось от прикосновения его сильных рук. — Что за цирк? Что ты тут устроила? Решила здесь искать убежища? — сильнее сжав ее хрупкие плечи, допытывал он. Скарлетт медленно подняла на него свои глаза, полные боли и женской обиды. — Это я цирк устроила? А кто прикидывался, что влюблен в меня? Кто?! Кто?! — отталкивая его, шипела она, пытаясь вырваться из его объятий, — Ты не человек, ты лицемерный и каменный, словно у тебя нет сердца! Я не знаю, что такого случилось в твоей жизни, что ты стал таким, но… Я прошу: оставь меня! Уходи, Жерар, ты найдешь девушку под стать себе, я не достойна тебя. Он с минуту смотрел на нее, словно видит в последний раз, а Эльза лишь таяла под его зелеными глазами, не в силах устоять на ногах. — Это я не достоин тебя. На моих руках слишком много крови. — после этих слов Жерар со всей нежностью и грустью поцеловал ее, обхватив ее лицо ладонями, — Ты прекрасная, но прошу: будь осторожна. — вдохнув аромат ее волос в последний раз, Жерар взглянул в ее глаза, и, ушел. Ушел из ее жизни, из ее памяти, но никогда из ее сердца...