The Man in Mask and the Girl Whith Blue Eyes

Я была разбита. Так же мощно, как башни-близнецы в 2001 году. Точно также постепенно рушились два полушария моего мозга, постепенно превращая меня в морской огурец. Только на мне не было слизи и выглядела я чуть получше. Два дня. Два гребанных дня даже то, что бегало между стенами дома, кушало мои тосты, оставляло мне записочки и будоражило нервишки, которые просто по-извращенски хотели чего-то, что взбудоражит, повергнет в шок. То-то и оно. Взбудоражило, повергло в шок, оттрахало мозг. И забрало друга. Вот тут-то и стало одиноко. Лишь неделю назад мне хотелось покоя. Простого, человеческого покоя. Но что я получила? Тоску и одиночество. Только сейчас я начала понимать, что у меня на самом-то деле никого и нет. Так и плавала по дому,словно мультик. Два дня. Аки Черный Плащ, в пледе, только если бы кто-то свистнул, то я бы, скорее, прописала ему по свистелке пяткой. Что заставило меня оживиться? Кукла, которая сидела в моей комнате. Что с ней было не так? Слезинка, что волшебным образом нарисовалась на исполосованой трещинами фарфоровой щеке. Впервые за два дня я вспомнила об этом попугае. В смысле, пугальщике. Ну или как его еще назвать? "Двухметровый медведь". Так его назвал Джерр. Но как же такой здоровенный человек... Или кто он? Снорк, собака сутулая или матерый степной шакал? Короче, как он передвигается между этими стенами? Договаривается с ними посредством высказывания "Разрешите просочиться"? Вообще, "двухметровый медведь" ассоциируется у меня с шикарным бородатым канадским дровосеком. С красивым, брутальным и мужественным. Какая девушка не любит таких мужчин? Вообще, когда он гонит твоего друга из твоего же дома ссаными тряпками и арматурой - никакая не любит. - Ты чего расквасился, мамкин бродяга? Признавайся, это твой хозяин друга моего чуть не пришиб? - после этих слов я молча смотрела на куклу около минуты, но безжизненные глаза не могли дать мне ответа. Я начинала злиться. - Черт подери! Так сложно просто дать мне ответ?! Я пнула ножку кровати и удалилась в гардеробную, что находилась в другой комнате, дабы переодеться, навести марафет и отправиться на шоппинг. В основном, на гастрономический. Так уж сложилось, что еда всегда интересовала меня больше, чем шмотки, и "ЖРАТЬ" всегда спасало меня от стресса. Работают челюсти и пищеварение - а значит жизнь налаживается. Погода была скверной, как всегда. Чертовы романтики обожают промозглость и дождь. Я люблю, когда светит солнце, трава поднимается. Когда не нужно кутать себя в туеву хучу одежды, когда моя бледная кожа хотя бы немного покрывается загаром. Я - человек лета. И Лондон для меня - сложное место. Поковыряв каблуками сапожек землю, я наконец увидела перед собой долгожданную таксу и обернувшись на дом, закрыла за собой дверь. На секунду мне показалось, что в окне я видела высокий силуэт с неестественно белым лицом и темной кудрявой прядью, свисающей на него. Отмахнувшись от этого мыслью "в голове люк - это просто глюк", я скомандовала таксисту везти меня в центр. POV Автор. Два дня он сидел в обжитом им подвале и думал о своем поведении. Он не напугал ее, поэтому она ему понравилась. Она не такая, как Грета, он верил в нее. Она не боялась его, вместо этого девушка заставляла его лицо, которое не имело на себе эмоций уже долгое время, окрашиваться лучезарной улыбкой. Но никто не знал, насколько она красива. Не знал и он тоже. Он ненавидел зеркала и смотрел в них только тогда, когда становилось необходимо сбрить бороду тупой бритвой, потому как она мешала фарфоровой маске удобно сидеть на лице. Ему было стыдно, но, с другой стороны, радостно, что этот белобрысый недоносок наконец свалил. "Дарси только моя..." - думал он, выворачивая хрупкую руку парня. Брамс не хотел оставлять его в живых, но лязгнувшее окно и девушка, которая вылетела из него на помощь другу, спугнуло его. Он не хотел показываться ей, но знал: если не покажется, она пошутит свои шуточки еще с месяцок и уйдет в закат с каким-нибудь мужчиной. А не хотел потому, что боялся напугать ее, боялся, что услышав еще не совсем сломавшийся из-за постоянного молчания голос, маленькая "воительница" огреет его кочергой с криком "ГРЕБАННАЯ НЕЧИСТАЯ СИЛА!!!", боялся, что шрам, казавшийся ему таким ужасным, добьет ее и она точно убежит. Он знал, что такое одиночество. Но теперь обрек ее на то же самое. Или не обрек. Но это только в том случае, если у него хватит сил показаться ей. А перед тем, как ей показываться, нужно расположить эту особу к себе. Подумав об этом, он взял помятый лист бумаги и вывел на ней: "Лучшие друзья девушек - это?.." А затем его взгляд упал на шкатулку фамильных драгоценностей, украшений в которой хватило бы на то, чтобы безбедно прожить свою жизнь и еще енота купить на сдачу. Двух енотов. Королевских, помытых слезами северного единорога и с золотом в пузе. POV Дарс Охреневая под весом тяжеленных пакетов со всяким барахлом, так обожаемым мной после его покупки, я ползла к дому, кряхтя, как самая древняя бабка. - Друзей моих пи*дить ты мастак, а как бабе сумки до дому донести, так это не, пасеба, я в свои непонятные щели заберусь и там посижу! - гаркнула я, поставив пакеты на пол и манерно уперев руки в бока. - Это у тебя там два метра росту-то и мышц гора? Хоть бы по назначению использовал, мужик,блин... Ты же мужского пола, да? За стеной послышалось шуршание, которое я сочла за недовольство. - О. Мы уже знаки подаем. А голоском - не? Птичка стыдится? - я вздохнула и поволокла пакеты на кухню. Но то, что лежало на столе, заставило мою челюсть упасть на пол, как в фильме "Маска". На столе лежала записка, а на ней... Кольцо из черненого серебра со скандинавским орнаментом и... - Бриллианты?..- полусомкнутыми губами прошептала я.