Когда рядом она

Проснулась я за полчаса до будильника. Мне снилась Ира и Пьер. Чертов лягушатник Пьер. Я со злостью хлопнула дверью комнаты, направляясь в ванную. - Ты чего с утра громишь квартиру? - Спросила тетя, которая, по обыкновению, вставала часов в 7 утра. Привычка, выработанная годами. Тетя почти всю жизнь работала в школе, недалеко от дома. И хоть она уже пару лет на "преждевременной пенсии", как сама это называет тетушка, привычки просыпаться ни свет, ни заря и обязательный плотный завтрак - остались. Вот и сейчас она наблюдала мои действия, наливая себе кофе на кухне. - Ничего. Доброе утро, я в душ, - пробурчала я и зашла в ванную комнату. Прохладная вода немного смыла неприятные ощущения после сна, но не воспоминания о вчерашнем разговоре со Ставровской. И что теперь? Мне звонить ей? Настаивать на общении? Умолять дать мне шанс? Нет. Точно, не это. В итоге я решила просто дать ей время все обдумать и не лезть с инициативой. Захочет общаться - позвонит. Если нет...то, может, так будет и лучше. Позавтракав только кофе, я поехала на работу. Снимали мы уже третью неделю в старинном здании дворца. Добираться туда было сложно и довольно долго. Поэтому полдороги я спокойно спала. Но не сегодня. Сон не шел, а мысли снова и снова возвращались к Ире. Поэтому к Свете я подошла с унылым выражением лица. - Что за вселенская печаль у тебя? - Вместо приветствия сказала Света. - И тебе привет. О чем ты? - Спросила я, стараясь сделать голос бодрым. - У тебя такой вид, будто ты купила выигрышный билет в лотерею, а потом случайно его выкинула. - Лучше бы так, - протянула я, доставая из сумки рабочий инвентарь. - Что-то случилось? - Участливо спросила Света. - Нет. Все нормально, - монотонно проговорила я. - Наташ, что с тобой? - Женщина осторожно положила ладонь мне на руку. - С чего ты взяла, что со мной что-то случилось? - Ты уже три раза достала кисти и три раза убрала их обратно. - Да? Не заметила. Просто настроения нет. Не выспалась, - отчаянно врала я. - Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной не только о работе? - Спросила Света, заглядывая мне в глаза, которые я прятала, так как слезы грозились появиться. - Да. Спасибо, - тихо сказала я и, развернувшись, спросила, не глядя на Свету, - тебе принести кофе? - Да, пожалуйста. Я наливала в стаканчики дурацкий и невкусный кофе и вспомнила, как мы познакомились с Ирой. Это был так недавно, а ощущение, будто прошло несколько лет. - Наташа? - Чей-то голос меня вывел из размышлений, и я обернулась. - Марина? - Я настолько удивилась, что не удержала стакан с кофе и половина оказалась на моей майке, - черт! Горячо! Я запрыгала на месте, оттягивая майку, потому что кипяток обжигал кожу. - Снимай майку! - Я даже не заметила, как Марина оказалась рядом и уже стягивала с меня верхнюю часть гардероба. То ли шок от того, что было действительно больно и горячо, то ли ее решительность не дали мне ничего ни сказать, ни сделать против, но я только через пару минут поняла, что стою в джинсах и лифчике, а на животе у меня красное пятно. Такое же красное, как мое лицо. - Отдай майку, - прошипела я, - я не собиралась сегодня устраивать стриптиз-шоу. Я этим занимаюсь по средам. - Пойдем в вагончик, я дам тебе чистую и сухую одежду, - не обращая внимания на мой язвительный комментарий, сказала Марина и, схватив меня за руку, потащила за собой. - А тебе идет, - сказала брюнетка, когда я надела предложенную ей майку. - А без...украшений нет? - Поморщилась я, разглядывая вылепленную стразами какую-то картинку на майке. - Ну извини. Это лучше, чем твоя белая с коричневым пятном. - Да. Прости. Спасибо, - наконец, вспомнила я правила этикета и поблагодарила девушку. - Не за что. - А что ты тут делаешь? - Я окончательно пришла в себя и вспомнила, что именно из-за Марины я и облилась. Точнее, из-за удивления, когда ее увидела. - Я работаю с одной актрисой. Как личный визажист. Она сегодня приступает к работе. Так что на пару недель будем коллегами, - пожала плечами девушка. - Так ты тоже на телевидении, можно сказать? Что ж Тамара еще не пригвоздила тебя к стене, с требованием устроить и ее? - Усмехнулась я. - Я сказала, что актриса работает в театре. А это ее не интересует, - засмеялась брюнетка. - Ты плохая. Но я не осуждаю, - хихикнула я, - спасибо тебе. Еще раз. Мне пора, меня Света, наверное, уже потеряла. Еще увидимся, - кивнула я и вышла из вагончика, стараясь руками прикрыть чертовы стразы, которые блестели на свету, как диско-шар. Подойдя к рабочему месту, я вздохнула и спокойно сказала: - Да, это стразы. Да, они блестят. Да, я знаю, что это надето на мне. Я облилась и это единственное, что было. Света молча кивнула и отвернулась. Я была уверена, что она хихикает, уткнувшись в баночки с пудрой. К концу дня я еле стояла на ногах. Снимали много сцен, постоянно разный грим и макияж. И когда мы со Светой вышли на улицу, я готова была улечься прямо на остановке. - Тяжелый день, не правда ли? - Услышали мы со Светой позади себя. Обернувшись, как по сигналу, мы увидели Марину. - Маришка? Ты еще здесь? Вы же вроде час назад закончили? - Удивленно спросила Света. Чему я еще была удивлена, так это тому, что Света была знакома с Мариной не первый год. Они как-то пересекались на съемках несколько лет назад и подружились. - Надо было все собрать и навести порядок. Поэтому задержалась. Вас подвезти? - Ответила брюнетка, подходя к нам. - Я на машине. Можешь подвезти Наташку. Я бы сама, да мне за сыном надо, с тренировки забрать, - сказала Света, и приобняла меня за плечо. - Да я сама могу... - попыталась протестовать я, заранее зная, что это бесполезно. - Мне не трудно, пойдем, - ответила Марина. Мы попрощались со Светой и направились к машине брюнетки. Иномарка какого-то темного цвета приветливо моргнула фарами и двери открылись. Я молча уселась на пассажирское сиденье, вцепившись в сумку. Мне было слегка не по себе. - Ты живешь там же? - Спросила Марина, заводя мотор. Я лишь кивнула. Там же. Она помнит, где я живу. Место, где она не раз ночевала и где было проведено несколько совместных ночей. Мне стало совсем неуютно. - Извини, я не имела в виду... - будто прочитав мои мысли, начала говорить Марина, но я ее перебила. - Все нормально. Поехали. Первые минут десять пути прошли в полном молчании. Потом Марине это, видимо, надоело, и она проговорила: - Как ты поживаешь? Как Мария Викторовна? - Все нормально. Тетя тоже. - Она еще в школе работает? - Нет, уже два года дома. Репетиторствует. Удивляется, что зарабатывает больше, чем в школе, хотя работает в разы меньше, - смогла ответить я целым предложением. - Она молодец. Ей без репетиторства скучно бы было. Она у тебя такая, активная, - улыбнулась Марина. - Да, - протянула я, - а как у тебя дела? - У меня... Нормально. Я отучилась в другом месте, была лучшей на курсе. Как получила диплом, мне сразу предложили работу. И вот я тут. - Ты с этой актрисой сразу работать начала? - Я была рада, что разговоры о работе не приносят неудобства и я чувствую себя вполне спокойно. - Нет, сначала я где-то три месяца работала со съемочной группой, а там она меня и позвала к себе. - И как она? - Поинтересовалась я. - Ну...спокойней, чем твоя Ставровская, - усмехнулась Марина. - Она не моя, - пробубнила я. Настроение тут же испортилось. Она не звонила и не писала целый день. - Да? Я думала, что вы... - Нет, - оборвала я девушку, - и давай не будем об этом. - Ладно. Тогда расскажи, как тебе работается со Светой. Она очень хороший мастер. Больше неловкостей не возникало. Всю дорогу мы разговаривали о работе, Свете, всяких мастер-классах. Когда мы подъехали к моему дому, я предложила Марине зайти на кофе, заодно поздороваться с тетей. На что брюнетка улыбнулась и отказалась. - Тебе надо отдохнуть. Ты еле на ногах держишься. В другой раз, когда будет не так поздно. - Ладно. Спасибо. Спокойной ночи, - ответила я и мысленно поблагодарила Марину, потому что сил, действительно, не было. Выйдя из машины, я зашла в подъезд и вызвала лифт, в котором чуть не уснула. Даже не заходя в ванную, а лишь заглянув к тете и увидев, что та мирно спит под бормотание телевизора, я направилась в комнату и почти сразу уснула, лишь оказавшись на кровати. Прошло еще два дня с того момента, как я оригинально призналась в любви самой популярной и самой стервозной актрисе нашего кинематографа. Она не объявлялась, а мое уныние сменилось раздражительностью. Нет, я понимаю, что она купается в лучах славы и все такое, и ей, наверное, каждый день кто-то признается в любви, но… Я же не кто-то! Она могла бы хоть вежливо послать меня. Сама я звонить ей не хотела по двум причинам – во-первых, я совершенно не знала, что ей сказать. А во-вторых, боялась наговорить еще больше глупостей. Зная свое неумение держать рот закрытым, это были веские причины. Зато на работе стало куда веселее. В перерывах мы общались с Мариной, она приходила к нам со Светой и угощала то какими-то булочками, то пирожными, которые пекла сама. Я даже начала немного беспокоиться, что потолстею. Хотя, учитывая, сколько у меня уходит нервов на Ставровскую, это все же вряд ли грозит. Был четверг, когда мы закончили немного раньше и Марина напомнила о моем высказанном ранее приглашении на кофе. Я была не против, тем более, что тетя сказала, что будет очень рада ее увидеть. Когда мы с Мариной расстались, тетушка еще долго допытывалась, почему моя «подруга» перестала приходить в гости. Я придумывала совсем глупые отговорки и в итоге, тетя, как понимающая, просто решила не спрашивать об этом. Мы поднялись в квартиру и спустя несколько минут тетушка прижимала Марину к себе, стискивая в объятиях. - Маринка, какая красавица! Ну совсем не изменилась! Сколько я тебя не видела-то? – Задумалась тетя. - Четыре года, Мария Викторовна. Вы тоже все хорошеете, - улыбалась Марина. - Ой ладно тебе, скажешь тоже! Проходи, я чай поставлю. Хоть расскажешь о себе. А то из Наташки не вытянешь ничего, - затараторила тетушка, провожая гостью на кухню. Я поплелась сзади, понимая, что сейчас будут их разговоры, а мне достанется только «налей чай, достань конфеты, вытри со стола». Как и ожидалось, Марина увлеченно беседовала с тетей, пока я скучала, разглядывая чаинки в кружке. Изредка обо мне вспоминали, но и то, чтобы отпустить какой-нибудь смешной комментарий. Я чуть не взвыла, когда тетя решила вспомнить наши с Мариной институтские времена и притащила альбом с фотографиями. Именно с институтских фото было немного. Все же тогда уже наступила эра цифровых камер, но вот моих детских фотографий там было полно. И тогда я поняла, что остаток вечера буду краснеть под тетины восклицания типа «какая попка, ты посмотри, ей тут полгодика» и тому подобное. Марина хихикала как ненормальная, а я готова была провалиться сквозь землю. Так и хотелось сказать тетушке что-то типа «не переживай, голой она меня видела не раз, и мою попку в том числе, можешь все фото не показывать». Но я молчала, вливая в себя уже третью кружку чая. Тут неожиданно раздался звонок, а я обрадовалась. Что хоть кто-то поговорит со мной. Здесь, на этой кухне, меня упорно не замечали. Взглянув на экран, я увидела, что звонит Ира. Сглотнув и выдохнув несколько раз, я ответила на звонок: - Алло? - Привет, - голос у девушки был немного раздраженным. - Привет. - Режим тишины? - Что? – Может, она ошиблась номером? Или о чем она говорит? - Ты не звонишь уже несколько дней, - объяснила девушка. - Я… Я не знала, хочешь ли ты, чтобы я позвонила, - тихо сказала я, чтобы ни тетя, ни Марина не услышали, о чем я говорю. Но только я встала со стула, чтобы выйти в комнату и спокойно продолжить разговор, как смех Марины сотряс стены. В руках у брюнетки была фотография, на которой мне было года три. Тогда был какой-то праздник, и я была в костюме бабы Яги и почему-то с бородой. - Ты в гостях? – Спросила Ира, когда я уже вышла из кухни. - Нет, я дома. - Чей это смех? – Не унималась девушка. - Черт, Ставровская, ты мне позвонила, чтобы допросы устраивать?! – Не выдержала я. Какое ей вообще дело, где я и чей это смех. Я же не спрашиваю у нее про ее лягушатника. - Ты ответить не можешь?! Тебе что, десять лет?! – Видимо, у нее тоже нервы были на пределе. - И это мне говорит человек, который устроил скандал в гостинице из-за отсутствия джакузи в номере! – Съязвила я, не удержавшись. - Как же ты меня бесишь! – Прошипела Ставровская. - Могу ответить тем же! - Ты гадкая хамка! - Истеричная сука! - Я больше не буду тебе звонить, пока ты не научишься нормально разговаривать! - Ну и не надо! – Проорала я в трубку, но не уверена, что Ира меня услышала, так как звонок уже был завершен. Я понятия не имею, почему у нас с ней такое общение. И так всегда. Вроде начинается все вполне нормально, а к концу разговора мы орем друг на друга как полоумные. Зарычав от досады, я бросила телефон на кровать и вернулась на кухню. Марина уже собиралась домой. - Пойдем послезавтра в кино? А то так и не поговорили особо, - улыбнулась Марина уже в коридоре. - Да, кто-то был занят разглядыванием моей полугодовалой задницы. - Могу сказать, что она нисколько не стала хуже, - шепнула мне на ухо Марина и хихикнула, увидев, как я краснею. - Послезавтра? Ладно, пойдем в кино. Только ближе к вечеру. - Договорились. Пока. До свидания, Мария Викторовна! – Крикнула Марина в кухню и, дождавшись ответного прощания, вышла из квартиры. Я же, шутливо отчитав тетушку за демонстрацию моих детских фото в стиле ню, помогла ей убрать со стола и направилась в ванную, чтобы смыть с себя события дня и лечь спать.