Когда рядом она

На работу я ехала в полном унынии. Всю ночь мне снилась Ставровская. Прошло почти полгода, как мы виделись последний раз, а ее образ до сих пор в моей голове четкий, будто сфотографирован на внутреннюю сторону век. Я помнила абсолютно каждую клеточку ее лица и тела. Ее мимику. Ее грацию и манеру говорить. Ее глаза, которые затягивали меня. Ее смех и привычку откидывать волосы назад. То, как она постукивала ноготками по рулю, когда мы стояли на светофоре. То, как менялась ее интонация, когда она разговаривала со мной и когда ей звонили по работе. С теплого и даже нежного голоса она переходила на деловой тон с иногда резкими, жесткими нотками. Как она пела какую-то совершенно дурацкую песню, когда мы как-то не хотели вставать и валялись до самого вечера, наслаждаясь друг другом. Я все помнила. И это отравляло меня. Я нуждалась в ней. И я не могла найти ей какую-то замену. Как сильно я пыталась ее забыть, также сильно она отпечатывать в моей голове. - Наташка, чего хмурая как грозовая туча? - Поприветствовал меня режиссер, Иван Иванович, низенький круглый мужичок, очень напоминающий мне Семеныча. - Да не выспалась, Иваныч. Что у нас сегодня? Барышня больше не бунтовала? - Поинтересовалась я о главной актрисульке. Напыщенного вида курица, которая считает себя чуть ли не заслуживающей Оскара. Чем очень меня раздражает. Да и не только меня. - Я позвонил ее мужу, это мой товарищ. Он ей мозги на место поставил, - хохотнул мужчина, - ничего, неделя-полторы и мы от нее отвяжемся. Потом будем большой проект снимать. Полнометражный фильм. Про балерин. - Про балерин? Ужас какой. - Почему ужас? Сценарий хороший, с актерами разберемся и начнем работать. - Не люблю балерин. Я как-то пыталась заниматься балетом, - хмуро проговорила я. - Да ладно? И чего, не понравилось? - Заинтересованно спросил режиссер. - Меня хватило на 15 минут урока. Я сбежала оттуда как антилопа. Я вообще не гибкая, а там и туда, и сюда, и плие, и чего-то там еще. И у этой жердочки они как куры прыгают. Кошмар. - Ну, тут тебе не придется у жердочки прыгать, так что не переживай. - И на этом спасибо, - улыбнулась я. Мне было 9, когда тетя решила проверить мои способности в балете. После этих 15 минут в зале с зеркалом во всю стену, она поняла, что силой меня не заставить обучаться искусству танца. После того, как актриса перестала мнить себя Первой леди, работа пошла быстрее. И к 19 часам я уже выходила из киностудии. Вечером было морозно. Я затянула получше шарф и направилась к остановке. Было уже темно, или еще, как посмотреть. Автобуса, как назло, не было. Я уже хотела вызвать такси, потому что куртка была довольно легкая, и даже десять минут на холоде были для меня как десять часов. Только я достала телефон, как около меня остановилась иномарка. Дверь открылась, мелькнула светлая голова. Нет. Не может быть. Мне она уже мерещится. Может, к специалисту обратиться? Наверное, у меня помешательство. - Привет, - услышала я знакомый до боли голос. - Наверное, не мерещится, - пробубнила я, сама, не осознавая, что говорю вслух. - Что, прости? - Ставровская смотрела на меня своими красивыми серыми глазами, которые снились мне почти каждую ночь. - Ничего, - пришла я в себя, - привет. Что ты...что ты тут делаешь? Мне кажется, я не осознавала до конца, что передо мной стояла она. Причина моей бессонницы, моих бед, моих переживаний и...счастья. - Я...мимо ехала, увидела тебя. Холодно, давай подвезу? - Как-то неуверенно сказала Ира, показывая на машину. Новую, кстати. - Ты купила машину? - Понятия не имею, зачем я это спросила. Не знаю, хотелось слушать ее голос. И было страшно его слушать. Потому что тот жар, что разлился в моей груди говорил только об одном. Что ни черта не изменилось за это время. Что как я была от нее без ума, так и осталась. - Да, купила недавно. Та сломалась. Поехали? - С какой-то будто надеждой проговорила Ира, пристально смотря мне в глаза. Я стояла напротив нее и чуть ли не материла себя за эту слабость. Что за секунду рухнуло то, что я выстраивала почти полгода. Полгода без нее. - Нет, - отрицательно покачала я головой, пятясь от нее, как от маньяка, - я лучше на автобусе. - Ты замерзнешь, пока будешь ждать. Поехали, - настаивала Ира. - Ставровская, едь, куда ехала, пожалуйста, - мне кажется, мой голос был еле слышен. - Блин, Наташа, я понимаю, что ты не хочешь меня видеть, но... Пожалуйста. Мне надо с тобой поговорить. Мне это необходимо. Она смотрела на меня так, что сердце сжалось. Мое сердце, которое она забрала с собой, когда вышла из моего дома. - Я... Я не уверена, что хочу этого разговора, - честно сказала я. Я не знала, о чем она хотела поговорить. Но я боялась любого выяснения отношений или чего-то в этом роде. Ира вздохнула, зажмурилась и, открыв глаза, проговорила: - Ладно. Давай я просто тебя подвезу. Насчет разговора - это когда ты захочешь. Я подожду. Я могу ехать молча. Я кивнула. Ира улыбнулась и открыла мне дверь. Новая машина была меньше старой, но явно быстрее. Ира села за руль и через пару минут мы уже ехали по дороге. На удивление, Ставровская соблюдала скоростной режим и вообще вела машину так, будто с нами сидит гаишник. Мы ехали в тишине. Даже музыка не играла. Я переживала, что она услышит, как сильно бьется мое сердце. - Как у тебя дела? - Наконец, спросила Ира. - Что ты на самом деле делала на остановке? - Раз уж она решила нарушить тишину, то пусть будет честной и ответит на мои вопросы. - Я... Я приехала к тебе. Точнее, я приехала к тебе в киностудию, но сказали, что вы уже закончили. И я поехала к тебе домой, но, к счастью, увидела тебя на остановке, - сказала Ставровская и мельком посмотрела на меня. - Зачем? - Мне казалось, мой голос звучит очень приглушенно. - Что "зачем"? - Зачем ты ехала ко мне? - Прочистив горло, повторила я вопрос. - Как я и сказала, мне надо с тобой поговорить. - Я поняла, - кивнула и решила сменить тему, - как твоя работа? Слышала, тебя зовут в США. Ира тихо вздохнула, видимо, раздосадованная тем, что я не разделила ее желание поговорить. - Зовут. Пока все на стадии переговоров. - Понятно. Останови тут, пожалуйста, мне надо в магазин, - сказала я, увидев, что мы совсем рядом с домом, - ну, спасибо, что подвезла. Пока, - поспешно сказала я и дернула ручку двери. Но она не открылась. - Открой дверь, - тихо сказала я. - Когда мы сможем поговорить? Нет, я, конечно, знала, что Ставровская весьма настойчивая, но такого еще не видела. - Открой дверь, - повторила я уже тверже. - Наташа... - Дверь. Ира вздохнула, и я услышала щелчок замков. - Спасибо, - сказала я и вышла, вернее, вылетела из машины. Мне казалось, что еще чуть-чуть и я потеряю сознание. Она действовала на меня удивительно. Она будто давала мне жизнь и разрушала ее. Но я знала, что Ставровская все равно заставит с ней поговорить. Но не сейчас. Это все потом. На следующий день я снова увидела ее машину, когда вышла из киностудии. Но, быстро схватив за руку Ивана Ивановича, я упросила его меня подвезти. Я знала, что Ставровская видела, что я ее заметила. Но я сбежала. Потом она опять пыталась дождаться меня с работы, но мне вновь удалось улизнуть. Я понимала, что веду себя как ребенок, и что, рано или поздно, мне придется с ней поговорить. Я не смогу от нее постоянно бегать. Но я так боялась этого разговора, сама, не понимая, почему, что мысль бегать от нее казалась не такой уж глупой. Мне удавалось от нее сбегать несколько раз. Но я знала, что Ставровская не самый терпеливый человек в мире, и скоро ей это надоест. Была пятница, до конца рабочей смены оставалась пара часов. Я бегала по съемочной площадке, поправляя макияж главным актерам перед последней сценой. Где-то на уровне подсознания я ощутила, что рядом она. Повернув голову, я увидела, что Ставровская стоит рядом с Иваном Ивановичем и они о чем-то весело разговаривают. Зная мимику Иры, я поняла, что она включила все свое обаяние и ей явно от него что-то надо. Иваныч смеялся, радостно кивал, а потом они оба уставились на меня. Я почувствовала, что краснею. Режиссер поднял руку и одними губами попросил меня подойти. Не ожидая ничего хорошего, я поплелась к ним. Ставровская сияла, как новогодняя елка. Но, увидев мой скептический настрой, стерла широкую улыбку, оставив скромную. - Чего? - Пробурчала я, не глядя на Иру. - Привет, - сказала она, не реагируя на то, что я ее игнорирую. Я молча кивнула и уставилась на Иваныча. - Наташка, можешь идти, Ирочка сказала, что у вас какие-то дела важные, что ж ты сама не говорила, я бы отпустил. У нас последняя сцена, мы справимся. Я испепеляющим взглядом посмотрела на Ставровскую, потом опять перевела взгляд на Иваныча. - Ира, наверное, что-то напутала, у меня никаких дел нет. Я пойду работать. Тут Ставровская схватила меня за руку и, извинившись перед Иванычем, с самой обаятельной улыбкой на лице, оттащила меня в сторону. - Какого хрена ты приперлась сюда? - Прошипела я, выдергивая руку. - Хватит бегать уже от меня. Я прошу тебя, просто удели мне пару часов. Я забронировала столик неподалеку... - Нет-нет-нет, какие столики? Я никуда с тобой не пойду! - Перебила я ее. - Пожалуйста. Только ужин и все. - И ты оставишь меня в покое, - скорее, сказала, чем спросила я. - Да. - Ладно, - сдалась я, понимая, что в любом случае мне бы пришлось с ней поговорить. Либо переехать в другую страну. Ресторан, куда притащила меня Ира, был довольно уютным. Тихая спокойная музыка, приглушенный свет. Нас проводили к столику в вип-зоне. Это был второй этаж, и все столы были огорожены чем-то типа балдахинов. Создавалось ощущение уединения. Это мне и не понравилось. - А столика в более...людном месте не было? - Спросила я, когда Ира отодвинула стул, чтобы я села. - Ты боишься, что я что-то с тобой сделаю? - Улыбнулась Ставровская. - Ничего я не боюсь, - проворчала я, усаживаясь, предварительно самостоятельно отодвинув стул. После того, как мы сделали заказ, я молча сидела и теребила салфетку. - Ты отлично выглядишь, - сказала Ира, когда тишина тяжелой завесой окутала нас. - Я отработала 10 часов, на мне старые джинсы и толстовка, - фыркнула я, - сомнительная правдивость комплимента. - Это не отнимает того, что ты хорошо выглядишь. - Спасибо. О чем ты хотела поговорить? - Я не поднимала на нее взгляда, так как знала, что туман серых глаз вновь меня загипнотизирует. Ставровская как-то нервно кашлянула, поелозила на стуле, будто усаживаясь удобнее, вздохнула и сказала: - Я делала в жизни достаточно глупых вещей. И, уверена, что еще много сделаю. Но одну я хочу исправить. Наверное, самую большую ошибку из всех, что я совершала. Ты...ты нужна мне. Как бы это сейчас ни звучало, но я не могу без тебя. У меня было достаточно времени, чтобы это понять и я... - Ира так громко выдохнула, что я подумала, что ей станет плохо, - прости меня. Прости, что я тогда ушла и что я тебя отпустила. Сердце билось где-то в горле. На мою удачу, подошла официантка с заказом и начала выставлять еду на стол. А у меня было время прийти в себя. Не такого я ожидала, придя сюда. Когда официантка ушла, а мы с Ирой вновь остались вдвоем, я смогла, наконец, на нее посмотреть. Как же все-таки она красива. Невозможно красива. И сейчас она говорит о том, что хочет быть со мной? Я мечтала об этом. Это было все, чего я хотела. Но это было пять месяцев назад. Сейчас, пережив этот период, я поняла, что если подобное случится опять, я просто…Я просто не смогу. Поэтому я посмотрела ей в глаза и сказала: - Ты… Ты невероятная. Правда. И я так безоговорочно влюбилась в тебя, что сама этому удивлялась, но... Я просто не смогу еще раз. Мое, довольно хрупкое, как выяснилось, сердце, просто не сможет опять пройти через это. Если ты снова уйдешь, я больше не справлюсь. Поэтому, думаю, будет лучше, если мы оставим все так, как есть. - Я люблю тебя, - сказала Ира, глядя мне в глаза. В них не было ни капли лжи. Я это видела. - Не говори. Не говори мне этого, пожалуйста. Мы не в кино, чтобы после этой фразы сразу все наладилось. Прости. Мне пора, - сказала я и поднялась со стула, направляясь к лестнице. Ставровская схватила меня за руку, и я почувствовала ее теплую ладонь в своей. Будто в жар бросило. Я повернулась к ней. - Я не отпущу тебя снова, - сказала она, а серые глаза потемнели. Я молча выдернула руку и быстрым шагом направилась к лестнице на первый этаж. Выскочив из ресторана, я запрыгнула в такси, стоящее у здания, и поехала домой.