Весёлые выходные

      - Вот, смотри, - ворвалась Антир в комнату Канса, размахивая нотными листами, - Я написала, сейчас объясню, где кому вступать!       Послеобеденный сон был неотъемлемой частью распорядка дня несчастного данмера. Он сильно привык к тому, что надо поспать часок после сытной трапезы, и нарушение этой привычки сказывалось на нём глубоко отрицательно. Обычно он всю ночь не мог заснуть. Эта особенность его странного организма очень раздражала эльфа, и уже все в Коллегии знали, что лучше не беспокоить поэта без срочной надобности в это время. Имперка же предупреждена не была, и только этим разбуженный Канс пытался оправдать такое грубое и бестактное нарушение личного пространства. Склонившись над торопливо и небрежно набросанными нотами, он пытался воспроизвести эту мелодию у себя в голове, но увы, особым слухом он не обладал, поэтому представить себе, как это должно звучать, был не в силах.       - Смотри, здесь разом вступают лютни... Их будет три, я тоже буду играть... Ага, вот тут у нас подключится барабан, а флейта только в припевах. И ещё я подумала, что здорово было бы последнюю строчку повторять по два раза, будет красивее, на мой взгляд. А ты как считаешь?       Заспанный лохматый данмер молча кивнул. Вникать ему ни во что не хотелось. Он понимал, что пробудь он ещё немного в этом состоянии, то окончательно проснётся, и досмотреть свой сон потом окажется весьма проблематично. Поэтому лучше не спорить, согласиться со всем, и тогда можно будет снова лечь в постель.       - Ты меня, конечно, извини за то, что разбудила, но мне кажется, у нас слишком мало времени для репетиций, и откладывать это нельзя...       - Значит так, - терпеливо произнёс Канс, прикрывая глаза и потирая переносицу, - поспрашивай учеников Коллегии о том, кого я выбрал и кто будет играть на празднике. С ними и репетируй, я полагаюсь на тебя. А сейчас извини, но у меня много срочных дел. Спасибо, что разбудила.       Имперка торопливо закивала и поспешно вышла из комнаты, а тёмный эльф зевнул и рухнул обратно на кровать. Заснуть получилось.       Альтмерка сидела на полу в холодной и сырой камере Солитьюда. На город уже опустилась ночь, накрыв его своим тёмным покровом. Самое время для воскрешения мертвецов, если бы только не одна маленькая проблема - она заперта здесь, и её дальнейшее существование находится под вопросом. Вероятно, будет казнь. А потому надо как-то выбираться отсюда. Цепи с неё сняли, но даже это, по её мнению, не может смягчить жестокости грядущей мести. Она обязательно отсюда выберется, снова поднимет армию трупов и направит их прямо на горожан и солдат. Вот тогда и будет веселье! А потом, когда всё закончится, и они благополучно вернутся обратно в Рифтен, Ниринэль всё же закинет пару-тройку воскрешённых крыс в постель к проклятой Антир. И надо будет ещё что-то сделать с её инструментами. Насколько она понимала, для несчастной имперки это была больная тема, а значит, она сыграет на живом. Предвкушая скорейшее отмщение, альтмерка не замечала, как из камеры напротив на неё пялился босмер. Лишь когда он окликнул её, девушка обратила на него внимание.       - Эй, колдунья, - позвал он шёпотом, - Ты пыталась воскресить всех в катакомбах Солитьюда?       Мер с интересом разглядывал растрёпанную рыжую незнакомку. В ответ та лишь фыркнула и огрызнулась:       - Не твоё грязекрабье дело, результат неудачной некрофилии.       - Ты - некромант? - игнорируя неприветливость собеседницы, не унимался тот, - И какой у тебя уровень?       - Отстань, а то сейчас продемонстрирую его! - потеряв всякое самообладание, крикнула пленница.       Тюремщик, до этого дремавший за стеной, проснулся и лениво зашагал к ним. Войдя в сырое тёмное помещение, он устало оглядел заключённых. Его взгляд остановился на Нирин. Внимательно изучив каждую черту её лица, охранник ухмыльнулся.       - Не волнуйся, колдунья, - произнёс он злорадно, - Уже завтра тебя сожгут на костре. Два сожжения за день... По-моему, это здорово.       Он тихо засмеялся и вышел, брякнув цепью, которую держал в руке. Альтмерка закатила глаза.       - Уровень развития недоподнятого зомби... - процедила она.       - Я знаю, как можно сбежать отсюда, - неожиданно таинственно прошептал неугомонный босмер.       Девушка прищурилась и с недоверием посмотрела на него. Увидев, что это заинтересовало ворчливую узницу, эльф улыбнулся и сказал:       - Ленти Рулин из Валенвуда.       - Галерион Мистик из Артейума, - угрюмо усмехнулась та.       - Брось шутки шутить, я серьёзно, - нахмурился Ленти.       - Какая разница? Если даже мы и сбежим, то разойдёмся навеки, чтобы никогда больше не встретиться!       - Нет, ты не так поняла, - Рулин осторожно посмотрел по сторонам и тихо произнёс: - Я скажу тебе, как можно выбраться, ты сбежишь отсюда, навоскрешаешь ещё нежити и придёшь за мной. И я стану твоим учеником.       - Что?! - чересчур громко воскликнула возмущённая Нэль, - Издеваешься? Этому не бывать! Да ни за что на свете! Сама придумаю, как отсюда выбраться!       - Тихо! Дура, никто отсюда ещё не выбирался! - разозлился лесной эльф, - Но я знаю, как это сделать! И я скажу тебе!       - Ну, и как? - фальшиво улыбнувшись, спросила эльфийка, подходя поближе к решётке.       - Сначала поклянись, что хотя бы придёшь за мной.       Серьёзные глаза босмера твёрдо смотрели на девушку в соседней камере. Он замер в ожидании ответа. Глядя на его исхудавшую фигуру, осунувшееся лицо и грязную кожу, Ниринэль подумала, что бедняге живётся здесь совершенно не сладко, и вызволить его отсюда было бы можно, тем более большой проблемы для неё это не представляло бы... Если, конечно, она выберется.       - Тебя за что посадили? - смягчившись, поинтересовалась она.       - Кража, - коротко ответил тот, - Какая разница? Просто пообещай мне, что вернёшься за мной, когда сбежишь.       - Хорошо. Обещаю. Вопрос лишь в том, смогу ли я улизнуть отсюда.       Ленти вновь загадочно улыбнулся.       - Слева от тебя, в углу, непрочная кладка. Надави, и камни обрушатся, открыв проход в подземный тоннель. Да, будет много шума, но я отвлеку охрану, и ты сможешь выбраться на свободу.       Альтмерка недоверчиво обернулась. Затем подошла к нужной стене и указала рукой на место, где, как ей казалось, должен быть скрытый выход.       - Здесь?       - Да, - оживился обрадованный Рулин, - Толкни её! Я отвлеку стражу!       Без особых раздумий некромантка ударила ногой в нужное место. Раздался грохот, всю камеру заполнила пыль, попадая в нос, рот и глаза, а камни в стене свалились на пол.       - Беги! - раздался приглушённый голос Ленти, а затем послышалось: - Помогите, здесь змея!       "И это - лучшее, что тебе пришло в голову?" - мысленно усмехнулась Ниринэль, быстро двигаясь по тоннелю пригнувшись. Всё осталось позади, свобода близка! Это осознание заставляло её идти быстрее, но про осторожность забыть она не могла. В подземелье было темно, и оно наверняка кишело различными неприятными тварями. В любом случае её заклинания всегда при ней, так что бояться особо нечего, если, конечно, там не будет каких-нибудь троллей или типа того. Надо идти вперёд, что она и делала, постепенно теряясь во мраке...       Гарто очнулся в какой-то хижине связанный. Он поднял ноющую голову и осмотрел помещение. У дальней стены возле стола стоял тот самый орк. Повсюду была раскидана солома и различные верёвки. В любом случае ничего хорошего ждать не стоит, и бретонец это прекрасно понимал. Он попытался выбраться из пут, но тщетно: проклятый зелёнокожий туго стянул их на его теле, так, что даже развязать их оказалось бы сложно, что уж и говорить о попытках порвать... Гро'Драз услышал возню пленника и обернулся.       - Ага, проснулся уже, - злорадно захихикал он, - Ты вовремя! Сейчас я обмотаю тебя кожей, окончательно зафиксировав тело, как следует просмолю и покрою соломой. Никто и не догадается, что вместо чучела Олафа у нас будет живой экземпляр очень наглого и невоспитанного алхимика, ха-ха! А твои крики я спишу на своё мастерство, да и вряд ли их кто-то услышит! Говорят, барды из Коллегии будут что-то там петь и бренчать, так что кричи во всю глотку, мне всё равно.       Он засмеялся, схватившись за живот. Но Гарто, к его удивлению, не выглядел испуганным или хотя бы расстроенным. Он равнодушно наблюдал за приготовлениями орка. Но тут, внезапно что-то вспомнив, бретонец встрепенулся и спросил:       - Мой дневник? Он со мной?       - Какой дневник? - нахмурился громила, - Ты о чём вообще?       - Дневник с рецептами, лупоглазый, - снисходительно улыбнулся узник.       - Полегче, недоросток, иначе сам глаз лишишься!       - Ну так он у тебя?       - Нет у меня никакого дневника, отвяжись, - насупился его мучитель, вернувшись к своим делам.       - Ну ладно, - умиротворённо кивнул алхимик, откидывая голову, - Мои рецепты умрут со мной. Хоть это радует.       Гро'Драз лишь хмыкнул. Наконец, всё приготовив, он подошёл к нему и, злобно скалясь, принялся обматывать мокрой кожей, стягивая её дополнительными верёвками. Когда с этим было покончено, он взял большое ведро со смолой и буквально вылил всё содержимое на обездвиженное тело.       - Аккуратней ты! - вскрикнул бретонец, когда капля вязкой жидкости попала ему в глаз, - Смотри куда льёшь, идиот!       - Молчать! - рявкнул орк, дав смачную пощёчину взбунтовавшемуся наглецу, - Терпи, иначе будет ещё хуже!       Далее следовал процесс "осоломавливания", как выразился креативный убийца. Обложив Гарто соломой, он так же зафиксировал её верёвками и в довершение ко всему напялил на несчастного большую старую шляпу.       - Вот, - с явным удовольствием разглядывая издалека своё творение, констатировал он, - Теперь похоже на чучело. Что ж... До праздника осталось семь часов. Полежи пока, приготовься, а мне некогда - надо доложить, что всё готово.       Он решительно направился к выходу, предварительно погасив горящую на столе свечу, но алхимик окликнул его:       - Постой, тупая дубина! А если я захочу в туалет? Что тогда?       - Твои проблемы, - злорадно оскалился тот и захлопнул дверь.       - Компотик из паслёна... - раздался обречённый голос узника, - Куда же я вляпался... Ах, ну да... В смолу!       Истерический хохот огласил одинокую хижину, стоящую на поляне. Потом на некоторое время всё смолкло. Гарто молчал, размышляя о том, что же делать дальше. Внезапно он увидел, как в темноте над ним спускается маленькое восьминогое насекомое...       - Пау-у-у-у-ук! - разнёсся его испуганный визг по всему лесу...       Но никто не слышал несчастного пленника, запертого до вечера наедине с отвратительнейшими созданиями... Шумела листва, ветер гнал хмурящиеся тучи, а вокруг не было абсолютно никого... Тихо, безлюдно... и страшно...       Виармо, сияя, как факел в его руке, стоял и с удовольствием любовался работой Гро'Драза. Иногда ему даже казалось, что чучело вздрагивало, но это он списывал на потрясающую подвижность, придающую ему некоторую живость и достигнутую стараниями великого мастера, а так же дующий сильный ветер.       - Восхитительно, друг мой! - воскликнул альтмер, хлопая по плечу громадного орка, - Пожалуй, это лучшая твоя работа за последний месяц!       Громила вовсю улыбался, тоже не отрываясь от своего расхваленного творения. Гарто, стиснутый верёвками и покрытый соломой, всё видел и с ужасом думал о том, что же будет дальше. Он уже пытался кричать, но хитрый зелёнокожий перед выставлением его на публике решил вставить ему кляп.       - Знаешь, я решил повысить плату за данный экземпляр! - продолжал разглагольствовать директор Коллегии, - Но обговорим это позже, сейчас я должен отлучиться.       Он отошёл в сторону, чтобы поговорить с ярлом и обратить её внимание на чучело короля, а Гро'Драз тем временем приблизился к несчастному связанному бретонцу и злорадно пробормотал:       - Ну что, алхимическая крыса, видишь, как мне с тобой повезло! Денежек добавили, а всё благодаря кому? Благодаря тебе! От всей души и великого орочьего сердца выражаю своё почтение и благодарность! Я не забуду того, что ты для меня сделал!       Громила расхохотался и направился к скамье под навесом здания Коллегии: собирался дождь, а намочить новый костюм, купленный за несколько сотен золотых в "Сияющих Одеждах", ему не хотелось. Гарто что-то промычал себе под нос и обречённо вздохнул. Отличная вышла поездка. После праздника Антир или Ниринэль - лучше, конечно, Антир - найдёт его обуглившееся тело... Интересно, она будет рыдать? Или даже не поймёт, что во время сожжения вместо чучела был он, её друг? В любом случае вряд ли ему удастся это узнать... Он оглядел собравшуюся толпу и вдруг заметил имперку. Облачённая в новый наряд, она шла, возглавляя группу людей, вероятно, тоже бардов. Так она будет выступать... Ну, хотя бы умрёт он с музыкой, и то славно. Многие появляются с музыкой, а он с ней уйдёт. Но это всё равно красиво. Так размышлял бретонец, всматриваясь в почему-то тревожное лицо девушки и пытаясь запомнить её получше. Она - последний знакомый человек, которого он видит перед своим сожжением... Музыкантка была явно чем-то очень обеспокоена. То и дело смотрела в листы с текстом, нервно изучая содержимое, постоянно озиралась по сторонам, словно кого-то искала - словом, вела себя очень странно...       - И помните: вступать только по моей команде, - давала последние указания Антир.       - Мы знаем, - закатила глаза одна из бардов, тёмная эльфийка.       Её давно раздражала эта неопытная девчонка. Появилась неизвестно откуда и тут же принялась командовать. А ведь она так хотела сама возглавлять этот ансамбль... Но всему помешала проклятая имперка.       - Сама-то не забыла слова, которые на соло поёшь? - язвительно спросила данмерка её.       - Да, наверное... - неуверенно ответила та, снова заглядывая в текст.       - Смотри: оплошаешь - подведёшь всех и испортишь праздник.       Музыкантка из Рифтена угрюмо посмотрела на собеседницу и тяжело вздохнула. Она всё никак не могла запомнить последние строки - мешало волнение. Но ничего, выкрутится как-нибудь. Всегда же выкручивалась! Что помешает сделать это сегодня?       - Взошёл он на гору, где спал Нуминекс... подкрался к чудовищу норд в ночной... мгле?.. тьме?.. Да неважно! Одинаково же рифмуется! Идём дальше. Пришёл разорителю быстрый... трындец? Конец! Главное, на выступлении не перепутать... Убить ведь несложно... дракона... убить ведь несложно дракона... на пне? Во сне, точно! - тихо бормотала себе под нос Антир, постоянно подглядывая в слова, - Флейту ж мне в толстую кишку! Как это выучить?!       Шумно выдохнув, она плюхнулась на стоящий у стены здания Коллегии Бардов стул. Замерев на несколько секунд, девушка вдруг резко вскочила и обернулась. На месте, где она сидела, был поднос с угощениями... которые сейчас, очевидно, украшали её новые штаны...       - Шикарно... - прикрыв глаза и пытаясь усмирить бушующий внутри шторм, процедила имперка, - Я думала, что без Гарто и Ниринэль перестану жалеть о том, что решила поехать сюда... Но нет! Кстати, а где они сами?       Попутно стараясь очистить одежду от остатков пирожных, она принялась разглядывать проходящих мимо людей, ища друзей, но тщетно - их нигде не было видно. Ну естественно - они вообще не хотели сюда ехать... Так что она точно не удивится, если узнает, что сейчас альтмерка и бретонец на полпути к Рифтену...       Ниринэль же тем временем яростно воскрешала мертвецов в тех самых катакомбах. Жрец снова был вырублен на этот раз большим чугунным ковшом и уложен "спать" у себя в комнате. Тёмно-синие потоки магии то и дело ударяли в гробы, откуда кряхтя вылезали зомби. Альтмерка уже не думала о том, что подняла их слишком много и скорее всего не сможет контролировать всех. Она была охвачена эмоциями и всерьёз хотела "навести порядок в этом городишке". И ещё надо вызволить Ленти. Этот босмер точно не заслуживал такого обращения. Толпа трупов окружила некромантку. Все тупо пялились на неё, наблюдая за тем, как из её рук вырывается энергия, поднимающая их братьев. Вскоре этой армии стало тесно в зале, и тогда Нэль решила, что достаточно. Дав команду двигаться вперёд, она сама поспешила к выходу. Надо было поторопиться: праздник вот-вот начнётся. И тут она осознала, что ей трудно удерживать всех её воинов; сознание словно разрывалось на части. Но, стиснув зубы, девушка заставляла себя терпеть и упрямо шла вперёд...       Грянула музыка. Элисиф, стоящая в стороне и наблюдающая за торжеством и танцами, с удивлением отметила то, что сегодня пели какую-то другую песню. Рядом с радостным и уже порядком захмелевшим Виармо стоял как всегда скромно одетый Канс - лучший его ученик. "Понятно, - улыбнулась про себя ярл, - Дающий надежды показал себя... Ну-ну."       Выучить собственноручно сочинённую музыку не составило труда. Показать, как играть её, остальным тоже было несложно. Но запомнить слова песни, написанной другим человеком, да ещё и данмером, было адски трудно. Антир понимала, что напрочь забыла последние две строки, но подсмотреть в текст уже было нельзя, поэтому имперка, кусая губы, продолжала бить по струнам. На неё приветливо пялился этот Канс. В его глазах читалась безоговорочная вера в успех новоиспечённой труппы. "Наивный..." - пронеслось в голове у донельзя сосредоточенной имперки. Эта мысль отвлекла её, и, случайно зажав не тот лад, она внезапно сфальшивила. К счастью, это было не очень заметно на фоне игры остальных музыкантов, поэтому она даже не сбилась и продолжила дальше. Приближался момент её вступления, а далее должно было последовать само сожжение. Виармо уже был готов. Нельзя подвести. Надо следовать давнему правилу: забыл текст - импровизируй. Зажмурившись и вдохнув побольше воздуха, Антир поднялась и начала петь:       "Взошёл он на гору, где спал Нуминекс,       Подкрался к чудовищу норд в ночной мгле.       Срубил обольстителю быстро конец!       Прийти ведь не сложно к дракону на пне!"       Только когда был сыгран последний аккорд, переволновавшаяся имперка услышала тихое еле сдерживаемое хихикание её музыкантов. Открыв глаза, она сразу же увидела бледное лицо Канса. Данмер смотрел на неё широко открытыми глазами, полными отчаяния, недоумения и страха. И тут бардка, наконец, осознала, что спела... Она тут же залилась краской и опустила голову.       Директор Коллегии тем временем, словно не слышал ужасное окончание песни, подошёл к чучелу и поднял факел... Но тут же замер и с ужасом посмотрел куда-то за их спины...       По дороге двигалась огромная толпа рычащих трупов. Все жители в панике забегали по площади, пытаясь укрыться где-нибудь. Виармо бросил факел перед чучелом и понёсся прочь, задев его при этом. Гарто упал на землю. Кляп, наконец, вылетел изо рта. Бретонец закричал что есть мочи. Он кричал долго и протяжно, его голос переливался, иногда срываясь и выделяясь на фоне общего гула. Алхимик чувствовал, как огонь жжёт его ноги, поднимаясь выше. Внезапно целое ведро воды было вылито на практически обезумевшую жертву праздника.       - Гарто! - раздался откуда-то сверху взволнованный голос Антир, - Ты, что ли?       - Я! - проорал в ответ обрадованный парень.       Его схватили сильные руки и потащили прочь в укромное место, где имперка как можно скорее освободила его.       - Ну ты даёшь, - выдохнула она, осматривая несчастного дрожащего друга.       - Нет, я верен своей единственной любви, - ошалело ляпнул невпопад тот, ещё не веря в своё неожиданное спасение.       Обернувшись и смотря на творящийся хаос, бардка увидела приближающегося разгневанного Канса. Он пробивался сквозь толпу снующих людей и явно не был намерен похвалить выступление...       - Скорее, - приказала девушка, подталкивая Гарто, - Надо бежать. Найти Ниринэль и свалить отсюда к Даготовой матери в сыр!       Они понеслись по площади, высматривая среди беснующихся мертвецов и испуганных горожан свою подругу. Но её нигде не было видно...       Ниринэль лежала на дороге и тупо смотрела в небо, откуда на её грязное лицо лился дождь.       - Проклятые недогнившие куски плоти... - рассеяно произнесла она совершенно без эмоций.       Голова раскалывалась. Некромантка никогда не напивалась, но сейчас она примерно представляла, что обычно люди чувствуют с похмелья... Не было сил, чтобы идти. А по городу бродили воскрешённые ей умершие, которых наверняка сейчас пыталась ещё раз упокоить стража... Конечно, захватывающее зрелище... И по-хорошему нужно бы быстро сматываться отсюда, но для начала надо было встать, а уже только это являлось большой проблемой для полностью опустошённой альтмерки.       - Глупая затея... - так же безэмоционально сказала она самой себе.       К ней подбежали Гарто и Антир.       - О нет, она умерла! - с неподдельным отчаянием в голосе воскликнула бардка, глядя на лежащую без движения девушку.       - Рано хороните, - слабо прохрипела в ответ та, приподнимая голову и осматривая таких же грязных и уставших друзей, - Тело ещё не остыло. А могилы уже разрыты...       - Эй, это моя фраза! - возмутился было алхимик, но имперка его перебила:       - Какая разница! Надо помочь людям!       - Нет, надо бежать! - возразил тот, нахмурившись.       - Человеки, - жалобно простонала Ниринэль, - а мне встать не поможете? Пожалуйста, человеки, совсем сил нет...       Оба тотчас подошли и за руки подняли полуживую некромантку.       - Спасибо, - поблагодарила она, тяжело дыша, - А теперь надо помочь людям - соглашусь с Антир...       Гарто недовольно фыркнул, но кивнул.       - Вот и славно, - хитро улыбнулась Нэль, осматривая своих помощников, - Так что живо принимайтесь за работу, а я тут полежу.       С этими словами она вновь улеглась на сырую мостовую. Но, заметив недоумённый и гневный взгляд друзей, произнесла:       - Ну, а чего вы хотели? Моё дело - воскресить, ваше - угробить. Всё по сценарию, действуйте! И давайте побыстрее, если не хотите, чтобы я тут что-нибудь себе отморозила...       Музыкантка гневно зарычала и убежала обратно, на ходу выхватывая лютню и сокрушая ей первого попавшегося мертвеца. Гарто тяжело вздохнул, вынул свои колбы с зельями и понёсся за ней, кидая в толпу зомби взрывной эликсир... ***       Когда с армией нежити было покончено, друзья встретились у ворот Солитьюда.       - Знаешь, Антир, - улыбнулась заметно посвежевшая Ниринэль, кладя на плечо уставшей грязной имперки руку, - Должна признать, что эта поездка оправдала себя! По крайней мере мне было весело!       - И мне тоже понравилось, давно так не развлекался, - кивнул тяжело дышащий Гарто, косо глядя на слишком уж бодрую альтмерку.       - Но тебя же хотели сжечь живьём, - воскликнула удивлённая музыкантка, еле переводя дух.       - Да, - невозмутимо кивнул алхимик, - А кто сказал, что это скучно?       Некромантка засмеялась, оттопырив большие пальцы на руках, а бардка, насупившись, что-то тихо пробормотала себе под нос.       - А ещё у меня появилась классная шляпа, - обрадованно воскликнул сияющий парень, показывая свой потрёпанный головной убор, - Возьму её с собой в качестве напоминания об этом славном путешествии...       Нэль снова показала большой палец, имперка только вздохнула, и они вместе отправились к извозчику.       - Кстати, как твоё выступление? - спросила вдруг она, когда они сели в повозку, - Не удивляйся, я всё знаю! По всему же городу были расклеены объявления о концерте в честь праздника с тобой в главных ролях!       При упоминании об этом Гарто неожиданно залился истерическим хохотом, а Антир нахмурилась ещё больше.       - Что? - недоумённо произнесла Нирин, - Что я пропустила? А ну рассказывайте!       Еле успокоившись, бретонец демонстративно прокашлялся и принялся тихонько напевать, сдерживая смех:       "Взошёл он на гору, где спал Нуминекс,       Подкрался к чудовищу норд в ночной мгле.       Срубил обольстителю быстро конец!       Прийти ведь не сложно к дракону на пне!"       Безудержный хохот разнёсся над лесом, за которым последовал тихий недовольный голос имперки:       - Очень смешно... Да перестаньте вы, ребят! Ребят... Ох, это худший праздник в моей жизни!       Они ехали по мощёной дороге, оставляя позади дымящийся Солитьюд, улицы которого разгребали от трупов. И никто никак не мог понять, кто же этот некромант, который поднял такое количество нежити. Лишь Стирр, жрец Аркея из Зала Мёртвых, говорил что-то о рыжей полноватой альтмерке и её пристрастии бить людей посудой. Но это никого не интересовало, поэтому скоро его рассказы всем надоели, и старик вновь вернулся к своей работе. И лишь один норд, легионер по имени Шайн, выяснял все подробности о произошедшем и приметы этой странной девицы...