Другая ветвь вероятности

Лисса взмахнула стрелой и направила на Астрагора поток белых, словно жемчужины, искр. Василисе почудилось, будто это были мельчайшие цифры и стрелы с серебристой каемкой. Она почувствовала, как тепло разливается по телу, почувствовала, как мама борется рядом с ней, будто они самые родные люди в мире. И ничего никогда не разлучало их, обрекая на страдания. Будто та боль в сердце утихла, и пришла тихая, но теплая радость. Тело Рока содрогнулось будто от адской боли, колени подогнулись, и тело упало на мягкую землю. Василиса видела, как что-то тонкое отделилось от тела и отлетело в сторону. — Что ты сделала? — удивленно захлопала глазами Василиса. Неужели Лисса убила его? Ведь тогда они не смогут вернуть Року жизнь, и он навсегда останется Духом. Девушка с нетерпением ждала ответа матери. — Я вытолкнула его из временного коридора Рока Драгоция, — произнесла Лисса и улыбнулась краешком рта.

***

Астрагор сначала почувствовал, будто сгорает, а потом тело будто сжали под прессом. Он отчаянно не понимал, что происходит, пока его Дух не вылетел из тела, оставив то в развалившемся положении на земле. Астрагор в замешательстве парил над телом Рока, пытаясь снова вселиться в него. Однажды Лисса ненадолго смогла вытолкнуть Духа из нового тела, но через короткое время он смог вернуться. Сейчас же его попытки не увенчались успехом. С каждой попыткой вернуться в тело сына вокруг Астрагора лишь усиливался невидимый барьер, не подпускавший Духа обратно. Это невозможно! Он снова и снова бился о невидимую преграду, не теряя убежденности, что вот-вот он вернется. Но барьер лишь становился больше и больше. Что-то словно защищало Рока от проникновения. Что-то светлое и теплое. — Ну здраствуй, Великий Дух Осталы, — намешливо произнес кто-то за его спиной. Дух обернулся. Перед ним стоял высокий, худощавый мужчина. Зеленые глаза сверкали озорными огоньками на бледном лице. Астрагор сразу же узнал его, к своему сожалению. Это был Родион Хардиус Огнев: всегда с тростью, шляпой-цилиндром и в чёрном фраке и надменной улыбкой на лице. — Ну здраствуй, старый друг, — поздоровался Астрагор, который был совсем не рад встрече. Хардиус был гением, остроумный часовщик. Ему многим обязаны часовщики, феи, а особенно Духи. Астрагор с уважением относился к нему, но радости встрече это не прибавило. — Сентиментальности тебе не занимать, — хохотнул Хардиус, и Дух подумал, что на старом друге как всегда была маска причудливого часовщика. Он не стал отвечать на реплики Огнева, спрашивать тоже ничего не стал. Немного терпения, и Огнев, не выдержав и секунды без болтовни, в которой имеет возможность нахваливать себя любимого, сам ответить на все его вопросы, а может даже больше. — Как тебе мое новое открытие? — самодовольно хмыкнул тот, ожидая реакции Астрагора. Дух не заставил себя долго ждать: задумчиво почесал виски и спросил: — Лисса обладает флером? — в его голосе было совсем немного удивления. — Я был уверен, что Белая Королева открыла нам все свои таланты. — Василиса обладает флером так же, как и мать, — подтвердил Огнев. На удивление, сейчас он был не так болтлив, как обычно. Словно хотел, чтобы Астрагор сам додумался, что же за открытие совершил его бывший приятель. — Или так же, как прадед, — поправил Астрагор. — С помощью разных временных веток я объединил часовой флер Василисы и Лиссы. Часовой флер матери и дочери. Он открывает миру совершенно иные возможности. Астрагор, казалось, не был удивлен, словно сам давно владел этой информацией. Хардиус состроил слегка обиженную гримасу, но продолжил рассказ. — Сколько еще открытий принесет нам часовой флер неизвестно. Но что известно точно — он защищает. Флер матери и дочери исцелил тело Рока, не дав тебе приблизиться к нему, и чем больше ты пытаешься проникнуть и завладеть его телом, тем сильнее флер будет оберегать его, а твой Дух будет истончаться. Что не мало интересно, флер исцелил и тело Лиссы. Астрагор подумал, что под исцелением Хардиус имеет ввиду. Ответ на немой вопрос не заставил себя ждать. — Я долго изучал ее временной клубок, но не видел там ни малейшей вероятности на ту жизнь, что она мечтала: рядом с дочерью. Почти все линии в клубке в главной параллели вели к зачасованию или смерти. Но теперь что-то изменилось, ее главная линия в клубке изменилась. А твоя линия подошла к концу, старый друг.

***

— Дух Рока возвращается, — с улыбкой отметила Лисса. Она присела около его тела, бережно приподняла за плечи и привалила к ближайшему дереву. И действительно, глаза Рока задрожали и открылись. Василиса побоялась, что вновь встретиться со взглядом черных омутов, но нет: это были глаза Рока, такие же черные, как у отца. Но теплые и добрые. Она почувствовала, как Лисса коснулась ее волос, мягко погладила, а после прижала к груди. Ее мама привлекла дочь к себе, гладила по волосам и шептала, что все позади. Теперь все они в безопасности. Белая Королева снова и снова повторяла эту фразу как мантру, будто не могла поверить в нее, и Василиса могла слышать «Теперь ты в безопасности». Рок понемногу приходил в себя, тело не слушалось его и было ватным. Лицо его исказилось от боли, когда он распахнул глаза. Да, не самое приятное возвращение — тело после сражения в крылатом бою. — Где Фэш? — было первое, что Драгоций произнес, когда смог говорить. Он все еще не понимал, что произошло и где он находится. Парень смог отличить две рыжих макушки, и увидел в них знакомые лица. — Ох уж эти Драгоции, — раздалось за их спинами, и Василиса обернулась. За их спинами стоял прадед, поигрывающий в руках золотыми часами на цепочке, а рядом с ним стоял… Фэш. Настоящий, живой Фэш. — Ну и повозился я с этой янтарной шкатулкой. Этих слов Василиса уже не слышала: она со всех ног бросилась к Фэшу, словно боясь опоздать. Она бросилась к нему на шею, и хотела крепко обнять, но споткнулась о рядом лежащий камень. Фэш хмыкнул, подхватил ее и прижал девушку ближе. Драгоций посмотрел на Василису полными любви голубыми глазами и прошептал ей на ухо: — Опять ты падаешь, Василек.