Иккстрид. Я - не Это

      Утро началось с торжественной игры местных музыкантов на главной площади деревни. Каждый викинг поздравлял другого с наступающим праздником. Проснувшиеся малыши бегали радостные по деревни и галдели о предстоящих соревнованиях.       Уверенные в себе участники же ходили с гордо поднятой головой, ну, а точнее, так ходил лишь Сморкала. Если смотреть на близнецов, то складывается ощущение, что они вообще не понимают, что происходит. Задирака стоял с задумчивым лицом и прятал что-то за пазухой, в то время как его сестра пыталась обратить на себя его внимание. Рыбьеног вообще отказался от участия. Астрид же не было видно. Приезжий Курт с далекого соседнего острова гулял по деревни. Кара с другого острова мило общалась с Адой – сестрой Курта.       Наши же герои проснулись ещё до музыкантов. Каждый занимался своим делом. Иккинг ушел в кузню (так он сказал). Громгильда ушла в Большой Зал, а вернувшийся оттуда Беззуб пытался накормить Икину тем, что принес, пока та что-то шила. В итоге, эти двое, смеясь, гонялись друг за другом по домику. Им было легко друг с другом, но в то же время они часто отводили друг от друга глаза, и между ними возникала неловкость. Беззубик боялся ей сказать о своих чувствах, а Икина бегала от этого. От странных эмоций, возникающих, когда тот заботиться о ней, когда задерживает взгляд своих светло-зеленых глаз на ней. Но когда подобное происходит по отношению к другим девушкам, её охватывает грусть и злость. Злость на тех, кому он помогает просто подняться с земли, кому чисто из-за приличия улыбнулся в ответ, злость на него. Это неизвестное чувство пугало. Они - просто друзья, близкие друзья, хорошие друзья.       Подходило время к открытию соревнований. Жители деревни и приезжие шли на арену и занимали там места. Участники стояли у закрытых ворот и ждали речь вождя. - Почему Вы такая грустная? У всех праздник, а Вы не веселая, - Иккинг решил начать разговор с Астрид. – Нехорошо как-то. - Почему Вы решили, что мне грустно? Я веселая, - ответила ему блондинка, крутя в руках старую, со временем побитую и потрескавшуюся секиру. - Веселые люди смеются над шуткой Забияки. А Вы стоите в сторонке и портите свои хрупкие ручки этой потрескавшейся секирой, - Иккинг сильно удивился такому состоянию оружия. - Тогда почему же Вы не стоите вместе со всеми? – оценивающе смотря на секиру, поинтересовалась она. - Давайте на «ты», а то чувствую себя каким-то стариком, говорящим с малышкой, - предложил полудракон. - Не называй меня малышкой, - Хофферсон угрожающе поудобнее перехватила оружие, но потом миролюбиво улыбнулась. – Давай на «ты». - Хорошо, я больше не буду называть тебя малышкой. Я не хотел обидеть тебя, - доброжелательно поднял руки Иккинг, - но все же, Рыбьеног так нахваливал ваше оружие, я ожидал увидеть более лицеприятное оружие, без обид. - Да ничего, - заверила его собеседница. – А Рыбьеног говорил правду, у нас действительно отличное оружие. Это свою секиру где-то потеряла, а это, - она указала на оружие в руке, - единственное, что хоть немного походит на мою. И по весу, и по удобству. - Так Вы, миледи, рассеянная оказывается, а мне казалось, что Вы - будущий вождь, сама суровость, - улыбнулся полудракон. - Мы же на «ты», - напомнила блондинка. – А вождь не только должен быть суровым. - Это да, – Иккинг присел на рядом стоящие бочки. – Как думаешь, кто выиграет? - Все эти годы выигрывали Йоргенсаны. Ты со своим другом хиленькие, без обид. Так что, думаю, он оправдает ожидания своего отца, - пожала плечами Хофферсон. - Посмотрим. А ваш Задирака всегда так косо на девушек смотрит? – надо было поддержать разговор. - Задирака? Косо? Задирака вообще на девушек не смотрит, - усмехнулась Астрид и взглянула на странного близнеца. - Да? Значит, Громе повезло произвести на него впечатление? – продолжал гость. - Возможно. С вашего появления он действительно стал себя странно вести, - блондинка с подозрением посмотрела на Торстона. – А что с вашими картами? - Картами? – не понял зеленоглазый. – А! Карты. В общем, они совершенно не сходятся с вашими. - Ого, видать, вы действительно далеко заплыли, - присвистнула она. – Вас не потеряют? - Возможно, - парень спрыгнул с бочек и пошел к воротам. – Кажется, сейчас мы должны выходить. - Да начнутся игры в честь Седмицы Борка! - после слов вождя сразу последовал сильный удар по железу, что драконы резко зажали уши. - Все в порядке? - обеспокоенно спросила у гостей Астрид, выходя на арену. - Все отлично, - заверил её Иккинг, следуя за впереди идущим Задиракой. - Просто непривычно громко.       Хофферсон хмыкнула. Не так уж и громко. - Первое состязание - бег на бревне, - оглашал на всю арену Стоик. - Участники, занимайте места.       Все зашли на бревно и приготовились к бегу. После удара в висящий кусок железа все разом задвигали своими ножками. Первым сдался Задирака из-за неуклюжей сестры, что случайно дала ему в нос. Он полетел с бревна, прихватив Забияку, которая чтобы удержаться, схватилась за Громгильду. Кара же не смогла поддержать темп бегущих и полетела вниз.       Следующим претендентом на выбывание стал Беззубик. Для драконов это задание было очень легкое, им только стоило подстраиваться под скорость бега, что устанавливала Хофферсон. Повернув голову к другу, Икина на веселе улыбнулась. А что, ей было весело так же, как и Беззубу, так же, как и Иккингу. Улыбнулась весело, ярко, чисто, по-детски. Улыбнулась Беззубику. Парень засмотрелся на эту прекрасную улыбку и, запутавшись в ногах, полетел с бревна. Он чуть не перевоплотился в дракона, но совладал с превращением. Однако с рефлексами нет. Пытаясь не приземлится на каменный пол арены, брюнет при падении схватился за крутящееся бревно и, мало того, что бревно скинуло его, так ещё на его руку кто-то наступил. Летя, парень умудрился выкрикнуть, что все хорошо, чем уберег Икину от падения. Она серьезно забеспокоилась о целостности друга. И хотела обернуться, чем могла обречь себя на падение с бревна. Но брюнет заверил, что все хорошо, так что..       Счастливцем, что наступил на руку Беззубика, стал Курт. Парень, конечно, не снес его, но выровнять движение он не смог и через пару секунд покинул "дорожку", забрав ещё и Астрид с Адой. Остались трое: Икина Аники, Сморкала, Иккинг. Драконам, а тем более Фуриям, викинг не помеха. Сморкала и так выдохся. Чуть прибавив темп, девушка решила убрать Йоргенсана. Парень сошел с "дистанции". - Дальше проводить этот забег бесполезно, - без интереса кинула Громгмльда. - Почему? - потирая ушибленную руку спросила Астрид. - А потому, что я выбыл, - пояснил Беззуб и самодовольно улыбнулся, - а эти двое могут так ещё долго "соревноваться".

***

- Остались только эти двое, Стоик, - почесал бороду Плевака. - Ну, по крайней мере, уже не Йоргенсаны, - пожал плечами вождь. - Правда, плохо, что Астрид выбыла. - Да. Не повезло, - протянул кузнец. - Долго они ещё будут? Я есть хочу.

***

      Брат с сестрой уже несколько раз меняли скорость вращения бревна, чтобы кто-нибудь из них да сбился. Поняв, что если так продолжится, то викинги заподозрят неладное, Икина решила, что пора закруглятся. - Иккинг, угрь! - конечно, того не было, но Иккинг же не видит. Шатен повернул голову, дабы удостоверится в правдивости её слов. И, не удержавшись на движущемся бревне, полетел вниз, проклиная зеленоглазую, под её тихий смех. Иккинг не хуже друга, чуть не превратился в дракона. Благо, что хоть хвост ему Икина хорошо пристроила к плащу, и тот не показался наружу. Как только девушка осталась одна, звук удара о железо разнесся по арене, а победительница ловко спрыгнула с бревна и приземлилась рядом с братом, смеясь. - Победительницей первого состязания стала Аники с Ледяного Острова. Следующее состязание - бег с овцами. Пройдет оно у загонов Немого Свена.       Ребята засобирались к Немому Свену. К Астрид сразу же пристроился Курт и начал просить прощения за свою неуклюжесть. Белокурая, еще когда они сошли с бревна, заверила его, что все в порядке, но тот приклеился к ней, как не знаю, кто. Как приближающийся к ней Сморкала. - Курт, отойди от моей невесты, - брюнет угрожающе сжал кулак.       Рыжий непонимающе уставился на Йоргенсана. Иккинг резко и сильно ударил хвостом по земле и, повернув голову, выдохнул так, что из носа пошел дым, его зрачки превратились в тонкие лини. Заметив такую реакцию друга и еле заметный дым из дырок шлема, Беззубик быстро помахал перед его лицом рукой, чтобы никто ничего не заметил. Астрид рефлекторно перехватила старую секиру, что в ответ одарила её парочкой заноз. Светлые брови сошлись на переносице, а глаза стали метать молнии. - Сморкала! - угрожающе, произнесла она. Громгильда и Аники, что шли с ней почти на ровне, остановились и взглянули на двух парней-баранов. - Что такое, Астри, - протянул Сморкала, как действительный жених. - Так я теперь ещё и Астри? - гневно прогремела Хофферсон. - Еще раз назовешь меня так, - она треснула секирой по голове в шлеме, отчего у той отломилась добрая долька древка от начала до самого лезвия, - и я отдам тебя на разгрызение драконам и без помощи секиры! А про невесту и не думай! - Астри, лучше меня ты все равно не найдешь, - продолжал самодовольно Сморкала.       Хофферсон начала искать глазами, чем можно навредить брюнету, и уже не раз пожалела, что откинула сломанное оружие к стенам арены. Рядом стоящая Аники протянула какую-то железку в виде закупоренной трубки, в гневе Астрид хотела запульнуть железку в тупую голову Сморкалы, но её снова остановила Аники. Девушка направила одно отверстие железяки в строну парней и нажала на выпирающую кнопочку. Из трубки на расстояние метра в строну надоедливых викингов под напором вышло зелёное облако. Ещё одно движение, и Громгильда прижимает к земле Астрид, и раздаётся взрыв. Ничего не понимая, Хофферсон удивленно смотрит на валяющихся вдалеке молодых викингов и ржущих Иккинга и Беззубика. - Да, не думала, что у будущего вождя такое плохое оружие, - отряхивая пробурчала Громгильда и пригрозила подруге. - Предупреждай, а потом нажимай. В ответ та пожала плечами и, подкинув в руках трубку, протянула её Хофферсон. - Что это? - вертя в руках неизвестный предмет, спросила Астрид. - Это должен быть меч, - к ним подошел Иккинг. - Но нам он не нужен был, и Аники сделала из него сосуд и наполнила его газом, а так же сделала так, что нажатие этой кнопки, - Иккинг взял оружие в руки и, выпустив малюсенькое облачко дыма, нажал на показанную кнопочку, - приводит к искре, что поджигает газ. - Ого, и какой там газ? - заинтересовалась Астрид. - Вы не одни, кто борется с драконами, а мы ещё и нашли, как ими пользоваться, - улыбнулся Иккинг. - Возьми у Аники один баллончик, - вмешалась в разговор Громгмльда, - на подобный случай. Мы с помощью них быстро отделываемся от подобных надоед. - Спасибо, Аники. Прости, но почему ты не разговариваешь? - Хофферсон была в шоке от происходящего, и слова сами вылетали изо рта. - Она у нас немая, - к ним присоединился Беззуб. - А мы не говорили? - блондинка на это отрицательно покачала головой. - Пошлите уже, а то забег без нас начнется, - поторапливала всех Громгильда. - Пошлите, - брюнет потянул подруг в сторону загонов Немого Свена. - А! Что со мной? Где я? - очнулся после небольшой отключки Сморкала. - Пошли отсюда, пока снова не привязались, - усмехнулась Астрид и поспешила ретироваться подальше от арены. - Так вы, значит, изобретатели? - на ходу спрашивала она. - Ну, есть немного, - охотно отвечал Иккинг, каждый раз уносясь в полет от её голоса. - В основном, сестра пользуется мечом, который встроен в подобный баллончик. - Так это называется баллончик? - Да.       В подобном направлении и шел разговор на протяжении всей дороги к загонам. Астрид отметила, что Иккинг не такой, как все. Он дружелюбный, умный, с чувством юмора и в оружие разбирается. А Хедок всё это время просто наслаждался столь приятным общением. Когда они пришли, все уже было готово. Даже Сморкала взглядом испепелял Иккинга. - На последнем на сегодня соревновании участникам надо будет пронести баранов до колодца и обратно.       Погрузив себе на плечи увесистых баранчиков, участники встали на стартовую линию. После удара крюком Плеваки по металлическому диску все кинулись к колодцу, что был от них на расстоянии 500 метров. Гости в плащах быстро обогнали всех​ участников и теперь соревновались между собой. В образе человека барашки всё же давали знать о своём весе и о том, что им страшно. Неровная земля с небольшими ямками грозила подвернутой ногой, что и схлопотала Громгильда. Но она дракон. Она воин. Поймав строптивого, перепуганного барана блондинка поспешила догнать других.       Близнецы же не пробежав и трети пути, подрались, а их резвые баранчики опрокинули Курта с его сестрой, а сами Торстоны снесли Кару.       Да, в небе Иккинг немного отстает от своих Фурий из-за элерона, но на земле ему нет равных. Ну, почти, у него очень изворотливый друг. На финишной прямой Беззубик вилял в разные стороны, не давая другу обогнать себя. Но это же Иккинг. Прямо на финише Хедоку удалось-таки обогнать брюнета. Третьей пришла Икина, через секунду - Громгильда с Хофферсон. - И победителем этого забега становится Иккинг с Ледяного острова. Пока Громгильда бежала с барашком на плечах, боли в подвернутой ноге она не чувствовала, но стоило ей отдохнуть на финише и собраться идти за друзьями в Большой Зал, как резкая боль пронзила лодыжку. Девушка рухнула на рядом стоящего Задираку и смягчила для себя подение. Драконы быстро окружили подругу. Аники присела и поспешила осмотреть блондинку до прихода целительницы Готти. - Да все в порядке, - врала пострадавшая, смотря на осматривающую ногу подругу. В ответ та покачала головой и слегка надавила на ногу. - Ая-яй, больно! Ты издеваешься?! - Аники, у неё вывих? - спросил Иккинг и получил утвердительный кивок. - Значит, несем домой. Беззубик уже хотел поднять подругу с земли, как посох старой старушки аккуратно постучал по его плечу с просьбой пропустить его хозяйку. Нехотя дракон всё же сделал шаг назад и пропустил старушку. Посмотрев на ногу, Готти начала черкать что-то на земле, а подошедший Плевака стал читать каракули. - Пусть кто-то один отнесет её домой, я подойду и перекручу... Ауч! - кузнец почесал место, где его ударили посохом. - Эм.. Перевяжу. Так? - он посмотрел на сгорбленную старушку, что утвердительно кивнула, и продолжил. - Ногу. Остальные могут идти в Большой Зал. С каждым годом твои каракули все непонятнее, - обратился он к ней. - Я помогу Готти, а вы идите. Вы, как ни как, выигрывали, устали теперь, - неуверенно подал голос Задирака, чем привлек к себя удивленные взгляды. - Что? Я помощь предлагаю, - немного обиженно продолжил он и сложил руки на груди. - Видимо, слишком сильно я тебе врезала по голове, - усмехнулась его сестра. - Ребят, - тихо прошипела Икина прямо над ушами Фурий, - я, конечно, мало разбираюсь в таких делах, но, думаю, нам стоит дать Задираке помочь ей. - А она нас за это шипами не обстреляет? - в тон ей, чтобы ни один викинг не услышал, прошипел Беззубик. - Ты видел, как она краской залилась, когда он помощь предложил? - гнула свое шатенка. - Хорошо, Задирака. Мы будем благодарны тебя за то, что ты поможешь нашей подруге, - пока его сестра аргументировала свои предположения, Иккинг дал ответ близнецу и словил испепеляющие взгляды Громгильды. Отчего удостоверился в словах сестры.       Стараясь не показывать своей необъятной радости, Торстон подошел к девушке и достаточно легко, для своего телосложения, подняв её на руки, понес в сторону домика девушки. Громгмльда же нехотя обхватила шею парня, чтобы не упасть и как можно ниже опустила красное донельзя лицо. Её нередко носили на руках друзья, когда они попадали в какие-то передряги, но с ними она так не стеснялась. У них на руках в животе ничего не сворачивалось в не распутываемый клубок, ничего не разливалось настолько приятной волной по душе, ничто не заставляло её щеки так гореть и уж тем более заливаться краской. Этот парень был странным. По рассказам Икины, он только и мог, что, не затыкаясь, говорить всякие глупости, но за проведением времени в его компании Громгмльда заметила, что он не такой уж и разговорчивый, когда его не дергает его сестра. И довольно-таки сильный, что может нести её тушку.       Торстону было нелегко. Но понимание того, что он несет столь удивительную девушку на своих руках облегчало работу. Она была не такой как другие. Она была прекрасна не только в плане внешности, но и ума. Она не такая глупая и неаккуратная, как его сестра, не такая холодная, как Астрид, не такая загадочная, как её спутница Аники, не такая слабая, какой было Икина. Она была другая​. Она была манящей. Она была лучшей для него.       Как только была решена проблема с поврежденный участником, все викинги поспешили на обед в Большой Зал.

***

- Как он у вас ещё живой ходит? - смеялась Громгильда.       Готти перевязала её лодыжку плотными тряпищами, и теперь её нога меньше болела. Но старушка посоветовала ей не напрягать повреждённую конечность, чтобы она быстрее поправилась. Так что, блондинка сейчас сидела на кровати и, смеясь над​ очередным рассказом Задираки, доедала принесенный тем обед. Торстон решил составить больной компанию и обедал сегодня с ней. Время проходило быстро и приятно. - Не знаю, - весело пожимал плечами близнец. - Хотел бы я тогда оказаться на его месте. - Ты любишь, когда тебя бьют? - не понимала его собеседница. - Мне нравятся звезды, - улыбнулся тот. - А когда моя сестра бьет меня по голове, они появляются не только ночь. - Ого! А твоя сестра что, бьет сильнее, чем Хофферсон? - удивилась блондинка. - Забияка? Да, конечно! - уверял её близнец. - От Хофферсон сильно можно получить, если ты дракон, а своих она не сильно дубасит. - А ты сравнивал? - продолжала она. - Я видел, - он поймал её взгляд и засмотрелся в эти золотые глаза. Они ярко сверкали в свете открытого окна. Они как солнце пускали свои лучи по комнате и заставляли его глупо улыбаться. Они сами не заметили, как начали играть в гляделки до того момента, как дверь в дом резко не распахнулась, и не зашел Иккинг.       Парень влетел в дом и, забежав в комнату, достал сверток бумаги. Удостоверившись, что этот то, что нужно он покинул помещение, оставив светловолосых одних в пустом доме. Хедок спешил в кузницу, ему надо сделать себе элерон для полетов. И нужно ещё кое-что подлатать. Кое-что ценное.       Закрыв дверь в кузницу, он снял шлем и капюшон. Каштановые волосы, почувствовав свободу, топорщились в стороны, а светящиеся травяные глаза смотрели на предстоящий фронт работы. Иккинг потянулся за щипцами, но вместо них наткнулся на уже приготовление им древко. Отодвинув бумаги, он оценивающе взглянул на него. У него должна получится отличная секира. Проведя пальцем по гладкому дереву, он положил его к бумаге. Взяв куски ломаного металла, он приготовил их к нагреву. Дверь была плотно закрыта, как и окна. На разведение нужной температуры в печи ушло бы много времени и дров. Недолго думая парень скинул плащ, и его тело окутала темно коричневая пелена. Стараясь ничего не разрушить, дракон выпустил пару небольших сгусток плазмы, чтобы не было шума и чтобы развести достойный огонь. Потухший уголь с несколькими закинутыми в печь дровами вспыхнул и начал гореть. Перевоплотившись снова в полудракона, парень подкинул дрова и стал ожидать нужной температуры, что была достигнута довольно быстро.       Из трубы кузни шёл дым, а все окна были закрыты, так же как и дверь. Многие бы решили, что Плевака чинит испорченное оружие, но кузнец же не мог работать в темноте? Тем не менее, викинги не лезли к кузни, из которой исходил звук ударов о железо. Идет дым, есть должный звук, значит там кто-то работает.       Щипцами Иккинг опустил в воду раскалённое железо и вынул оттуда уже почти готовую секиру. Осталось насадить её на древко, и она готова, но сначала стоит сделать её неповторимой. Через час на двух лопастях красовались причудливые узоры что, сливаясь в стародавние и всеми забытые иероглифы драконов, означали "Той, что в сердце". Узоры не будут мешать сражению и оружие не станет от них ненадёжнее. Металл для неё Иккинг взял с корабля, он специально попросил сестру взять его, когда друзья, улетая за судном, оставляли его в овраге. Это был самый лучший металл, о котором знали лишь драконы - Металл Громеля.       Собрав орудие в целое, парень обмотал древко кожанными лоскутами, чтобы оружие не скользило в нежных руках девушки, которой и предназначено холодное, сделанное с душой, оружие.        Заточив поострее лезвие, полудракон аккуратно закутал секиру в тряпища и положил неподалеку, чтобы не забыть. Теперь весь предстоящий вечер зеленоглазому предстояла трепетная работа с элероном. Ловкие пальцы с трудом ставили мелкие детали, что так и норовили укатиться со стола и затеряться в потрескавшемся полу кузнецы, в предназначенное для них место. Оставив на завтра более легкую работу, Иккинг, занеся элерон в дом и спрятав за пазуху мешавшую теперь секиру, отправился в Большой Зал, где должны были быть его старые и новые друзья.