Небо Орд-Мантелла

Готовой пришлось быть к негромкому стуку в дверь. Ещё с влажными после душа волосами, закрученными в тёмный мокрый узел, с капельками воды на коже, в майке, без куртки, которую она не успела ещё достать из бытового прибора, но с бластером в руках, Сеута разрешила: - Входите. Дверь бесшумно и плавно скользнула в сторону. Через порог переступил Васко с подносом в руках. Он уже не походил на полутруп, норовящий отделаться от "полу". Он был чист, переодет и бледен. На щеке резко выделялся рубец от ожога. - Я... Принёс тебе завтрак, - голос у него всё ещё был хриплым. - Васко? Это ты... - ни голос, ни глаза не скрывали радостного изумления Сеуты. Бластер полетел на кровать, а она шагнула ему навстречу, забирая поднос из его рук. – Как ты? – она сдвинула своё вооружение и оставила там поднос. – Спасибо, керидо… Садись… Было непривычно видеть на её мрачном лице такую оживлённую улыбку, но это была она. - Старик сказал, вы меня спасли, - глухо отозвался наёмник, пряча глаза. - Я не заслужил... Сеута посмотрела на него пристально и молча. Не заслужил?! Чего? Жизни, которую и так исковеркал Дорес? - Это тебе так Дорес внушал? – усмехнулась она криво. – Но ты прав, керидо… Мы все не заслужили того, что с нами случилось. И если есть какой-то высший судья, или тот, кто пережил всё это, и у него было бы право и желание кого-то судить… То он сказал бы что-то вроде того, что главное, как ты будешь теперь жить. Но, хатт… Я бы заставила этого "судью" пожалеть даже об этом… - её прямой взгляд не оставлял никакого сомнения в словах. – Да я счастлива, что ты выжил, керидо… - Хотел бы я знать сам, как я теперь буду жить... - шрам на щеке дёрнулся. - Я сейчас объяснял Итану, что означают пометки на клетках... Он слушал, записывал. И ничего не сказал... Ничего. Сеута посмотрела в окно, за которым темнело розовое небо. Человек не рад, что выжил… Ей-то казалось, что стоит его только вырвать у смерти - и все проблемы отпадут. А он не рад ничему. И ей – не рад. Она только напоминание о той жизни, где всё хорошо и правильно. Где он имперский пилот, где дружба и любовь… - В этом Городе нужно столько всего очищать, уничтожать даже память о всех изменениях Дореса, столько восстанавливать… Дорес же уничтожил всё его население. А работы очень много. Я видела… Год на это точно уйдёт. Итан сказал, что если его Учитель будет не против, то он хотел бы, чтобы мы остались, – тихо сказала она. - Или выберешь что-то другое… - она повернулась к Васко. - Ты свободен, керидо. У Васко дёрнулась щека. - Учитель... Я был среди тех, кто пытал старика. Доресу были нужны его знания... А он меня лечит... Я-то свободен. Теперь свободен. Только что мне делать с моей свободой, кара? - Что делать со свободой? - повторила она, глядя на Васко. У женщин рода де ла Винсенте считалось недостойной слабостью показывать кому-либо свои слёзы. Они даже рожали, сдерживая крик. Сеута не плакала с детства. Не заплакала и сейчас, хотя горечь душила её. - Жить. Заниматься любимым делом, помогать, защищать... Наверное, ответ придёт не сразу. Там, в тоннеле, никто не стал выходить, когда я сбила замки. Но ещё труднее выпустить себя на свободу из прошлого, из сознания вины, я понимаю... Но ты был таким же пленным, как те в тоннелях, как старый жрец... Я не знаю, как я тебе ещё могу помочь, Васко, но я рядом. И я за тебя. Сеута резко отвернулась к окну. Крест на запястье можно толковать и по-другому. Она объясняла Свану. Когда? Тысячу лет назад... Невеста или названная сестра - она поможет ему. Несколько минут было тихо. - Зачем? - хрипло спросил наконец Васко. - Зачем тебе это... Сеута? Я не тот человек, которого ты любила. Я оказался слабее Ретта... Он смог уйти, не предав ни себя, ни своего рода. Я предал всё... Зачем я тебе - такой? - Ты уже вспомнил моё имя... - не сразу отозвалась она, не поворачиваясь к нему. - Ты не тот человек? Наверное, и я тоже не та девочка…Далеко не та... Спасибо, что смог передать письмо о том, что Ретт погиб. Это же ты передал… И как он умирал, ты знаешь. Я видела тут много чудовищного. Скажи, его долго мучили, да? - Ты уверена, что хочешь… - он не договорил. Конечно же, она хочет… Все эти годы – хочет… И он рассказал. Всё, не скрывая ничего, не смягчая то, что ей пришлось услышать. До самого конца. Звёзды, она думала, что готова выслушать всё о смерти своего брата. Все эти клетки, полные разложившихся трупов, ужас и удущающий тлен, висящий над городом, эти страшные пятна на дорожках, жуткие растения и сам Дорес должны были подготовить её к самому худшему… Но она не могла представить, что её прекрасный, весёлый, такой благородный Ретт переживал перед смертью настолько нечеловеческие мучения… Вдали от дома, от родных… И его никто не держал за руку, как когда-то он, пока ей, совсем крохе без наркоза, наживую, зашивали рану. О, Ретт, Ретт… – хотелось ей закричать в голос и разрыдаться от бессилия убить Дореса ещё раз, и ещё, ещё… Но она была последней в роде Винсенте. Значит - мужчиной. А мужчины, как и её брат - не льют слёз… Её профиль стал совсем тёмным на фоне огненно- розового заката. …Васко видел всё это. И это надломило того того молоденького пилота с живыми глазами… И то, что пережил он за десять лет - не лучше смерти, совсем не лучше… – У нас было наше прошлое, Васко. – послышался её негромкий голос. - И может, будет наше будущее? Мы ведь смешали нашу кровь. По-любому – ты мне родной человек. И единственный родной в этой Галактике. Так вот… Помнишь – и в радости, и в беде? Я все эти годы чувствовала, как болит этот шрам. И я так рада, что ты есть… Она повернулась к нему, глядя на его бледное лицо. Мужчина с изуродованным лицом смотрел на неё и молчал. Десять лет он жил надеждой однажды увидеть это лицо. Потом можно было умирать, нести любую кару - он был согласен на всё. Вот только не думал, что воздаяние придёт к нему прощением. Старый жрец простил. Она - простила. Как простить самому себе? Мужчина его рода, потеряв честь, сводил счёты с жизнью, чтобы позор не лёг на весь род. Она соглашалась делить с ним его позор... Согласиться - совершить худшее из предательств. Отвернуться и уйти - совершить ещё худшее. Поступить, как велит то, что осталось от чести - оставить её совсем одну. У него не было выхода. И выбора не было. - Ты проголодалась, - тихо сказал Васко. - Ешь, остынет же. Итан сказал - это чистая еда. Сеута напряжённо, до побеления костяшек пальцев вцепившихся в подоконник, ждала, что он ответит. Она видела, нет, чувствовала эту скрытую борьбу с собой. Она знала, о чём он думает, натянутыми, как струна нервами. Ей ли не понимать, что честь у её народа ценится выше всего? И она знала, что своими словами не оставляет ему иного выбора. Да, пусть - так. Пусть. Но сейчас важно его чем-то привязать к жизни. А жизнь... Жизнь мудра и полна сюрпризов. И если Звёзды дали ему возможность жизни, то совсем не для того, чтобы он свел с ней счёты сам. Васко не услышал, как она выдохнула. - Только с тобой, - улыбнулась она ему, подходя к столу и хватая с подноса салфетку немного дрожащими пальцами. И повторила, словно затягивая на нем незримый узел. - Только с тобой, керидо. Инженер посмотрел на фелиноида. - А мне собраться - только подпоясаться. Собственно, все мои вещи умещаются в эти два баула и вон в тот сундучок, - Харальд показал на небольшой контейнер с ручкой. - Там инструменты, которые я сам под себя придумал или доработал. А тут, - он пихнул ногой один из баулов, - шмотьё. Остальное собственность компании, добывавшей платину. Так что, в некотором роде, я их активы пустил на ветер, - и хохотнул, хлопнув себя ладонями по бёдрам. - Итак? - Тогда закидывай "баулы" и поехали, - кивнул триании. Не то чтобы он спешил, но до космопорта и его терминалов было не близко, а день уже клонился к середине. И первая половина дня была весьма насыщенной. Примерно через час езды сработал комлинк. В очередной раз пожалев об отсутствии встроенного варианта, Арлан остановился и подключился. - Да, Брайс, я тебя слушаю. - Тебя нет в Соугане, - это было утверждение, а не вопрос. - Какие-то неотложные дела? Голос Брайса был абсолютно спокоен. - Уэд улетел два часа назад. Чем больше времени пройдёт, тем сложнее будет его вычислить, - Арлан потянулся, разминаясь, - и в Соугане у меня нет больше дел, Брайс. Я хочу ускориться и уже сегодня быть в космопорте - я хочу выяснить, как минимум, официальную личину нашего общего невидимого друга. Со мной Харальд улетел, если тебе нужен техник. А так - давай встретимся там, комнаты... - триании вздохнул. - Нас всё ещё должны ждать. И он вновь сел на байк и погнал, правда, не отключаясь и нервируя пассажира стилем вождения байка на скорости в несколько сотен километров одной рукой. Брайс внимательно выслушал Арлана и ничего не понял. - Во-первых, в посёлке есть человек, который вербовал Уэда, и какая-то информация есть у него, - он говорил без удивления, просто констатировал, - во-вторых, в космопорте делать нечего. "Спираль", если Уэд не дурак, не светилась на планете. Он сделал паузу и помолчал. Задавать следующий вопрос не имело смысла. Пока что. - Ты уверен? - поинтересовался триании. - Полная невидимость - это фантастика, не может такой генератор работать постоянно. Так что я считаю, что сел он как нормальный человек, а вчера-сегодня улетел. И сел он в городе, где его завербовали. А что, его Сван или Васко вербовали? - Его нанимал Фис. Который Васко. - Брайс, это уже неважно. Я сделаю пару заказов, поговорю с чиновниками, а там встретимся и обсудим. Но на Альдераан я с тобой не вернусь. Брайс закрыл глаза. В голосе Арлана не слышалось сомнений, скорее, там было какое-то сдерживаемое нетерпение и решимость. Катастрофа только что стала ещё более катастрофичной. Полный провал. Задание не выполнено. Группа потеряна. - Что ж… Через пять часов я отбываю домой. С тобой или без тебя. Причину ты назвал сам. Конец связи. Триании убрал комлинк. Сам того не желая, Брайс дал ему последнюю зацепку. Очередной толчок, начавшийся с выбора области деятельности и законченный сейчас. Где-то очень далеко Тёмная Леди Айрен Ксандер запнулась на половине слова. Её захлестнуло ярчайшее ощущение - с её учеником что-то случилось. Опасное. Почти непоправимое. Глаза фалиенки закатились, а тело обмякло. Пыль, щебень, редкие кусты. И распластанное тело, вдавленное в землю падением с высоты. Айрен даже не надо было оглядываться, чтобы понять – времени у них почти нет. У Ника были секунды, чтобы уцепиться за жизнь. И у неё – те же секунды, чтобы ему помочь. И чтобы её не заметили. Она чуяла – скоро здесь будут люди. Хотя это было не важно. Одна её рука легла на его грудь, а вторая – уперлась в землю.Айрен зарычала, срываясь в чёрную, жуткую ярость. Ей было нужно всё, что может дать это место. Каждый гран силы. Каждая жизнь. Она собирала всё, до чего могла дотянуться. Каждая травинка, насекомые, мелкие животные, даже простейшие – всё рассыпалось сухой пылью, отдавая ей всё до последней капли. И с каждой секундой этот круг смерти, центром которого были она сама и её ученик, всё расширялся. Всё собранное она отдавала лежащему рядом искалеченному мужчине. Но этой энергии было мало. Слишком мало, чтобы исцелить его.Но достаточно, чтобы заставить его сердце биться, и буквально оттащить от порога вечности. Если бы у неё было чуть больше времени…Но Айрен уже чуяла – сейчас здесь кто-то будет. И когда в небе появился корабль, его пилот увидел лишь Ника. Уэд очень спешил. Когда он высадил этих двоих с умирающим приятелем, сканеры "Спирали" засекли выход из гиперпространства крупного объекта. У разведчика не было оснований думать, что это прибыл прогулочный лайнер для скучающей элиты Галактики. Но пока он ещё не вошёл в атмосферу, было время убраться на другую сторону планеты и уходить под её прикрытием. Вот только едва он собрался улепётывать, не дожидаясь проблем на все плоскости, те же сканеры показали, что наверху, у летающей крепости, что-то взорвалось. Потом ещё раз. - Не понял... Уэд посадил корабль, выжидая, что будет дальше. Метка истребителя исчезла с монитора. - Оппа... Потом показались падающие обломки. Один из них был определён как живая единица. Пилот?! "Фея" стартовала на перехват, но не успела - тело пилота ударилось о поверхность. Уэд отчётливо видел поднявшееся облачко пыли. Выжить после такого было невозможно, но... "Хоть узнаю, кто ты такой..." Следя через удалённый контроль за ситуацией наверху, он посадил "Фею" рядом с упавшим и побежал к телу. Быстрый обыск дал понять, что ничего существенного у этого пилота, так страстно ненавидевшего его, нет. Личность установить не получилось - ну, ожидаемо... Второй результат обыска был полной неожиданностью. Когда Уэд ощупывал карманы погибшего, под ладонью что-то слабо толкнулось. Разведчик замер. Сердце? После такого падения? Невозможно... Но толчок повторился. Потом ещё раз. Пилот отказывался умирать... - Модо, - севшим голосом приказал Уэд. - Носилки... Сюда. Быстро. Где-то наверху остались те двое - или всё же трое? До них далеко. Неподалёку - посёлок, но сколько там людей? И стоит ли перед ними палиться? Уэд решил рискнуть. Общий канал на все номера, которые он засёк поблизости, передал просьбу: - Найден пострадавший. Нужна помощь для переноски. Кто меня слышит - подойдите к остаткам террикона со стороны посёлка. Возьмите две длинные прочные палки или трубы. Этого пилота нельзя было поднимать просто так - кости наверняка превратились в крошево. Его вообще нельзя было поднимать... Но то, как он себя вёл, то, как давал наведение на посадку и командовал, выдавало в нём военного. Толкового военного... Который ненавидел Альянс. И был не в армии. "Не знаю, кто и что тебе из наших оттоптал, что ты нас так ненавидишь. Но, может быть, если я сохраню тебе жизнь, твоя ненависть поугаснет?" Альянсу тоже бы пригодились толковые военные. Как знать? Уэд оглянулся, высматривая, не идёт ли кто-нибудь на помощь. Пока никого не было, но отозвался тот парень, Сван, его недавний пассажир. Дав ему указания, разведчик вернулся к своей находке. Сван чувствовал что-то... не сильно хорошее. То ли атмосфера такая, то ли ещё что. Но флягу у Сеуты он взял. Нужно было идти. Или даже бежать. Что-то его подгоняло. Он окинул взглядом полутруп-Васко, но свои к комментарии оставил при себе. - Тогда если что - я на связи. Сван взял параглайдер и быстрым шагом или даже почти бегом направился в сторону звёздного засланца. Бежать пришлось не слишком далеко - обострённое чутьё вывело на запах чьей-то свежей крови. Корабля-невидимки Сван не заметил, но увидел пилота, который стоял на коленях над чьим-то распростёртым телом. На звук шагов тот обернулся и призывно махнул рукой: сюда. Нет, парень чувствовал, что смерть уже рядом, но пока ещё прикладывается, какой кусок откусить от этого человека. Зато запах ударил в ноздри осознанием, что распростёртое и перемолотое тело на камнях принадлежит Престеру. - Оригинальный способ уйти от разговора... Твою ж... - вздохнул парень и кивнул пилоту на крылья. - Крылья есть. У меня есть также вода из источника, - он достал флягу. - Помоги его напоить... Он, кажется, уже занёс ногу чтобы переступить черту... Откуда не возвращаются, - мрачно проговорил Сван. "Только попробуй сдохнуть". - Уверен, что это его не добьёт? - угрюмо спросил пилот. - Впрочем, похоже, выбора всё равно нет особого... Только не трогай его, ради Звёзд. Он весь перемолот. Лей по чуть-чуть в рот, если сможет глотать - может быть, будет жить... - Васко - полутруп бывший - уже бегает и показывает зубы. Это единственный шанс, - Сван не стал упоминать, что там он и сам был чуть живым после того, как упал. Но Престеру досталось сильнее. Намного. - Не буду трогать. Только напою. А что ты собирался с ним делать? - спросил Сван, пока откручивал крышку фляги и подносил к разбитым губам и лицу в целом. Он не сразу понял, где там рот. Тоненькой струйкой он осторожно влил в рот ещё одному полутрупу немного воды. Не хватало только, чтоб и этот захлебнулся. Жидкость словно впитывалась - Престер не глотал, но ни капли не вылилось обратно. Сван продолжал поить Престера водой из источника, вливая её в него с перерывами, мягко, плавно. Он уже почти привык к запаху и ощущениям смерти рядом с собой. Здесь она летала птицей-падальщиком над их головами. Пока Сван занимался пострадавшим, пилот развернул параглайдер и примерился. - Надо будет аккуратно... За одежду, и вместе, равномерно. Без рывков. Не поднимать, только очень плавно тащить... Ох как нужен Одарённый... Но где его взять... - Вода, кажется, куда-то усваивается, - проговорил Сван. - Конечно, тихо и осторожно... а куда? К тебе на корабль? - подозрительно спросил он. - Одарённый? Что за Одарённый и нахрена? - Сван методично заливал в рот Престеру воду и, похоже, планировал вылить в него всю флягу. Если это поможет. - У меня на борту автохирург, - отозвался пилот, отгребая в сторону камешки и землю, чтобы ни одна неровность не повредила висящей на волоске жизни ещё больше. - Есть шанс, что продержится... До одного места, где я смогу его оставить. Ему там помогут. А кто такие Одарённые... Есть такие странные люди. И нелюди. Умеют читать мысли, стрелять молниями, прыгать выше головы, раскидывать и притягивать предметы, не прикасаясь к ним. Вот такой бы сейчас мог просто поднять этого парня и перенести на носилки, не потревожив ни одной косточки... Ты закончил? Фляга стремительно пустела и исчезала в переломанном теле, Сван на мгновение попытался представить, насколько это должно быть больно, и подумал, что на месте Престера не хотел бы приходить в себя. Ощущение дышащей смерти в затылок чуть притупилось. Но она всё ещё не отпускала человека из своих цепких когтей. Сван собирался выдрать его оттуда и допросить. Учитывая сказанное пилотом про Одарённых, очень допросить. - И правда, где бы их взять, чудаков таких, - задумчиво пробормотал Сван, доливая в Престера несколько последних капель воды. - Всё, закончил. - Я тоже закончил, - пилот стряхнул с ладоней комочки земли. - Давай, я с головы, ты с ног. Нежней, чем девушку... Потянули. Сван сосредоточился и принялся аккуратно помогать перетаскивать Престера, чтобы не повредить его ещё больше. Когда парень его коснулся, то концентрация достигла предела. Он мягко приподнимал и тянул тело на разложенное паракрыло. И в этот момент Сван подумал, что было бы неплохо уметь вот так вот взять этот трупик и передвинуть без использования рук. А то ему, похоже, везёт на перетаскивание различных трупов в последнее время. "Хотел бы я знать, кто тебя так... не самоубился же? Учитывая все твои... таланты", - думал Сван, не расслабляясь. Престер ответит. На все вопросы ответит. Когда выживет. Как только изувеченное тело оказалось на опоре, разведчик указал Свану на хвостовик: - Поднимай там, я с носа. Заблаговременно отломанное орудие не мешало поместить импровизированную переноску на гравиносилки. - Теперь чуть наклоняем... Второй сложной процедурой было понемногу стянуть разбитое тело с крыла на носилки, но они справились и с этим. - Со мной полетишь? Модо умница, но местами я тоже бываю нужен в кокпите. А пилотировать и следить за ним я не смогу, - спросил Уэд. - Потом подброшу куда скажешь. - Полетишь - куда? - тут же подозрительно спросил Сван. Он не сильно хотел лететь куда-то с человеком, имени которого даже не знает. Но бросать полутруп превращаться в совсем труп, да ещё и в руках какого-то неизвестного - ну уж нет. Опять же, к этому типу и у него, и у Сеуты есть несколько вопросов… Он внимательно следил, чтобы не уронить или не причинить ещё какого вреда Престеру. Но для него было важно узнать, куда он полетит, если полетит. К тому же... Он оглянулся, но этих двух не было видно. Возможно, оно и к лучшему? Сеуте с Васко нужно было время зализать раны и восстановить силы. Физические и не только. - Обычно я не летаю с незнакомцами. Как тебя зовут? - спросил он с ухмылкой. - Я Сван. - Можешь называть меня Уэд, - отозвался разведчик. - И я обычно не пристаю к незнакомцам с неприличными предложениями. Есть одна планета, довольно далеко отсюда. Там надёжное место и надёжные люди. У которых нет причин любить вон тот утюг, который висит рядом с городом... Уэд взглядом указал вверх. Ему не нужны были данные сканеров, чтобы распознать ИЗР. - Я оставлю этого человека там. Толковый боец, жаль будет, если не довезу... Сван поднял несколько подозрительный взгляд на Уэда, а потом перевёл его на то, что было где-то там, над городом. У самого Свана не было причин кого-то любить или не любить, пока те не трогали его лично или его семью. Но семья была... далеко. Он несколько мгновений сомневался, но отписал Сеуте кратко ситуацию. Что ещё одним трупом, которому нужна помощь, оказался их общий знакомый, а также, что Сван с ним и со звёздным засланцем улетает, но скоро вернётся. Насколько скоро, он не уточнил. - И часто ты подбираешь полудохлых толковых бойцов? "Ты не представляешь, насколько толкового ты подобрал. Я тоже. Вот... узнаю заодно". - Полетели. Моя работа тут... закончена, - он хмыкнул. - Не чаще, чем они сваливаются с высоты в двенадцать стандартных километров, - Уэд уже гнал носилки по рампе. - Модо, взлёт по готовности, автохирург готов? Что там произошло, кстати? - Готов, - ответил голос, который с равным успехом можно было отнести к любому полу. - По моим данным, город был атакован канонеркой, пилот, обозначенный как Престер, сбил канонерку, сбил две торпеды, третью принял на корпус истребителя и катапультировался. Предположительно, опоздал с катапультированием, либо катапульта оказалась повреждена обломками. - Почему предположительно? - уточнил Уэд. - Потому что иначе он бы не уцелел, - пояснил голос. - Я бы не назвал это "уцелел", - буркнул разведчик, вкатывая носилки в медблок. - Работаем... Корпус корабля едва ощутимо качнуло - "Фея" пошла на взлёт, стремительно уходя над поверхностью подальше от серого треугольника в розовом небе Орд-Мантелла.