Can we surrender?

Дни бежали быстро. Словно, опадающие листья, подгоняемые ветром, они проносились перед Джейсом, и в какой-то момент он осознал, что провел в лофте Магнуса уже две недели. Блондин старательно избегал Алека, приходил, когда того уже не было, либо сладкая парочка уединялась за дверью своей спальни, уходил ещё до появления парня. Столкнулись они всего пару раз, парабатай пытался поговорить с Вэйландом, но тот отмахивался, что надо бежать. Хотя вот у кого дел было по горло, так это у Лайтвуда, пытающегося совмещать личную жизнь и статус сумеречного охотника в такие не стабильные времена. Как-то проходя мимо гостиной, Джейс услышал разговор Бейна с Алеком по телефону, очевидно, что брюнет беспокоился за названного брата, на что маг ответил очень мягко, желая успокоить лучника: «Не дави на него, он поговорит с тобой, когда захочет, обязательно». В этот момент нефилим испытал странный коктейль из чувств к этому мужчине – благодарность, которая теплом разлилась в груди, но тут же загорелась, словно, спичка, ибо следом ворвалась ревность и острыми зубами разорвала солнечное сплетение до лохмотьев. Он ревновал Алека. И не знал, что сложнее: признать данный факт или вообще испытывать это чувство. Что-то на подобии охотник ощущал, когда к Клэри приближался её дружок Саймон, но эта капля в море не могла даже сравниться с ураганом, что поднимался в душе при осознании, что Лайтвуд засыпает в чужих объятиях. В эту ночь Джейс привёл с собой очередную подружку, миловидную фейри, любящую поразвлечься с горячими сумеречными охотниками. И где-то глубоко Вэйланд чувствовал, что не прав, приглашая в чужой дом мимолётные развлечения, но ничего не мог поделать. Он сам запер себя в темнице рядом со своими палачами, новый уровень садомазохизма, надо было как-то отвлекаться. И нет, секса у Магнуса и Алека ещё не было, иначе бы блондин это сто процентов почувствовал, но что-то же было? Не в куклы же они у Бейна в спальне играли. Да и какая разница, где находиться? Проблема не в расстоянии. Джейс мог бы переехать на другой континент, но всё равно ощущал бы парабатая так, словно, тот стоит от него в паре сантиметров. Потому что брюнет у него под кожей, в его днк, распался на молекулы, прошивая душу охотника собой, отпечатываясь у того на кончиках пальцев. Благодаря связи парабатай нефилимы были пропитаны друг другом, как земля влагой после сильного, проливного дождя. Фейри тихо хихикнула у парня под ухом, чем вывела того из размышлений. Вэйланд глубоко втянул в себя запах милого существа распластавшегося под ним и снова разочаровался. Приятный, свежий аромат экзотических цветов и тропического леса не вдохновлял охотника. Нет, он был прекрасным и будоражащим, но не для Джейса. С недавних пор блондин заметил, что никто и ничто и близко не имеет такой же запах, как его парабатай. Пряный, слегка горьковатый, необычный, щекочущий кончик носа. Было в аромате, принадлежащему Алеку нечто волшебное, от чего где-то внизу живота всё сводило и хотелось вдыхать его всё глубже и глубже. Как он не замечал этого раньше? Нефилим снова вдохнул НЕ тот запах, что хотел бы и заставил себя переключить всё внимание на хрупкую, нагую девушку, придавленную его телом. Она была тонкая, трогательная, возбуждающая и игривая, но на всё это великолепие отзывалась только плоть, не душа. Вэйланд лениво и мокро поцеловал фейри и в этот момент дверь в комнату неожиданно распахнулась. Лайтвуд вошёл уверенно, оглядел стены и остановился прямо посередине помещения, перед кроватью. Джейс недовольно обернулся и закатил глаза. Алек поморщил нос и это означало, что внутри себя парень просто негодует, но сдерживается. Он осмотрел голую спину брата и скользнул чуть ниже, туда, где шёлковая, бежевая простыня скрывала все подробности. Понимая, что слегка увлёкся, резко перевёл внимание на потолок. Блондин ехидно улыбнулся на реакцию друга. - Хочешь присоединиться? – томным голосом поинтересовалась девушка, выглядывая из-за охотника, одной рукой прикрывая красивую грудь, а другой упираясь о подушку. Вэйланд довольно хмыкнул, усаживаясь на кровати, всё таки, находиться не лицом, а пятой точкой к своему парабатаю в такой провокационный момент было не комильфо. Охотник желал услышать ответ. Фантазия за секунду разогналась до невероятных скоростей. Перспектива оказаться в одной постеле с Алеком заставлял бурлить кровь в венах, в сладком предвкушении сжимая сердце. Лайвуд лишь нахмурил идеальной формы брови, кинул недовольный взгляд в сторону фейри и тихо пробубнил: - Мне и так хорошо, – и снова отвернулся. Правильный Алек, всем своим видом показывал, что то, чем занимается его брат тут - богомерзкое занятие. Хотя сам по ночам ласкается с магом. От злости Джейс так сильно стиснул челюсти, что казалось, услышал скрежет собственных зубов. - Кажется, вам нужно поговорить, сладкая парочка, – насмешливо произнесла девушка, быстро вспорхнула на ноги, закутываясь в простыню, выходя из комнаты. Когда за ней закрылась дверь брюнет, словно, отмер, сразу повернувшись в сторону Вэйланда, кидая реплики, от которых у того мгновенно разболелась голова. - Ты что творишь? Обещал, но так и не рассказал, за что тебя выдворил Элдетри. Избегаешь меня, водишь сюда сомнительных фейри, не пытаешься восстановиться в должности!! Слова брата сыпались, будто, камни, хороня под собой совершенно неустойчивое внутреннее состояние блондина. Джейс демонстративно разлёгся посреди кровати с пофигистическим выражением лица, согнув одну ногу в колене, совершенно не заботясь, что Лайтвуд видит его во всей красе, точнее в одних обтягивающих, черных боксёрках. Глаза Алека лихорадочно забегали по фигуре друга, не зная на чём сконцентрироваться, недовольно поджав чувственные губы, брюнет развернулся, нашёл штаны брата и швырнул их тому практически в лицо. Вэйланд резко сел, грозно сведя брови у переносицы, не сводя убийственного взгляда с парабатая. - Так и собираешься прятаться тут? - Я бы это так не назвал, – призывно поиграв бровями в сторону недавно ушедшей девушки, хитро произнёс блондин, всё таки, натягивая штаны и садясь обратно на кровать. Парень смотрел на брата как-то странно, сверху вниз, что уже было само по себе кощунством, ибо рост Алека то в нормальном состоянии казался не человеческим. Он, словно, ощупывал Джейса глазами, ища пробрешину, рану, которую надо залатать и во взгляде этом сквозила такая многолетняя тоска, что сбивалось дыхание. - Чтобы там не было, скажи мне, это не может быть так плохо…- тихо, проникновенно проговорил Лайтвуд. Вэйланд хмыкнул, опуская голову. Тут парабатай попал в точку, сам того не зная. Плохо? Да это невообразимо ужасно. Нефилим осознавал, что из-за одного аспекта своей жизни рушится, как карточный домик всё остальное. Из-за своих неожиданно открывшихся чувств, охотник не в состоянии взять себя в руки, бороться, помогать остальным, выполнять долг, который на него повесили ещё в детстве и он не знает, как жить без сумеречного мира, но теперь Джейс не знает как жить и с ним. - Ты должен вернуться в институт, поговорить с Виктором, – продолжал давить Алек. В голове блондина что-то резко щёлкнуло и этот звук был до того громким, что болезненно срезанировал в черепной коробке. Он в одно мгновение подорвался с постели, сократив расстояние между ним и братом. - Если я вам тут мешаю предаваться сладким утехам, то так и скажи! – выплюнул он в лицо Лайтвуду, гневно сверкая на того своими золотыми молниями. Лицо Алека внезапно расслабилось, даже ходящие жевалки на скулах успокоились и он посмотрел на друга совершенно спокойно, даже холодно. - Ты идиот, никто не против, что ты тут и даже никто не против того, что ты тут творишь. Все переживают. Я переживаю, – спокойно, без эмоций произнес охотник. Грудь Джейса тяжело ходила от переизбытка эмоций и слов парабатая. Они смотрели друг на друга, как раньше, пристально, не моргая и даже если бы начал рушиться мир у них за спинами, парни не смогли бы отвести взгляда. Лайтвуд сделал шаг навстречу, скрипнув кожаным, хорошо начищенным ботинком и от этого у Вэйланда почему-то напрочь перехватило дыхание. - Это не ты, – почти одними губами прошептал он. А потом развернулся и быстро вышел из комнаты, оставив на сердце Вэйланда очередную царапину в виде чувства вины.