Зачарованные. Свет и тьма

      - Почему вы не можете просто шагнуть во тьму? - спросила Адель. - Свет не помог вам в трудный период жизни, но вы все равно цепляетесь за него. Зачем? Тяжело расставаться с иллюзиями и самообманом?       - Это вера, а не самообман, - возразила Камилла. - Тебе легко говорить. У тебя, наверное, не было ни семьи, ни друзей. А у нас семьи есть. Мы не можем все бросить, это слишком серьезное решение.       - У меня была семья, - призналась Адель, прикрывая глаза. - Именно она, а не Барбас сделали меня токсичной. Они пользовались моей верой в их непогрешимость и мучили меня день за днем много лет подряд. Но, конечно, куда проще винить во всем демонов, а не людей.       - А что случилось с твоей семьей? - тихо спросила Ванезия и пожалела об этом.       Адель молчала, но это молчание и было красноречивым ответом.       - Они все мертвы? - грустно спросил Даниэль. - Ты их уничтожила?       Адель молча смотрела на беглянок и ангела. А с Ванезией происходило что-то странное. Она очень боялась и демоницу, и ее наставника, но так же и порывалась подойти к ней, утешить и сказать, что понимает ее во всем. Сказать, что иногда родственники являются нашими злейшими врагами. Душа Ванезии плакалась.       - Неужели ты не хочешь освободиться от них? - прозвучал наконец голос Адель.       - Но не таким же способом, - ответила Ванезия. - Я не желаю им смерти. Они любят меня.       - Они равнодушны к твоим слезам, - констатировала Адель факт. - Когда любят, такое невозможно. Тебе нужно это принять, иначе твоя жизнь превратится в кошмар.       - А ты можешь унять ее отчаяние как сделала со мной? - вдруг спросил Коул. - Упорядочить ее эмоции.       Камилла ужаснулась подобным перспективам для подруги и попыталась волной телекинеза сломать изолирующий барьер, но у нее ничего не получилось. Камилла разозлилась, попробовала снова, но ее снова постигла неудача. Камилла отчаялась. Барьер только стал прочнее, чем раньше.       - Замкнутая энергетическая система, - хмыкнул Барбас. - Чем больше они сопротивляются, тем меньше у них остается шансов на спасение.       Камилла уперла руки в боки и сердито посмотрела на древнего демона.       - Вас это забавляет? - возмутилась она.       - Очень, - мило улыбнулся тот.       - Вы должны понять, кто ваш настоящий враг, - сказала Адель беглянкам. - Сделать выбор и идти по этому пути, даже если будет трудно.       - Ты хочешь убить мою мать и сестер! - закричала Ванезия. - Как еще я могу на это реагировать? Разрешить это сделать?       - Но ты именно их боишься больше всего, - напомнил древний демон. - Ты смотришь на меня, но думаешь о них и боишься их гнева. Если ты не примешь наше предложение, то будешь жить в этом страхе всю жизнь. Не я, а силы света хотят заставить вас бояться.       - Кого? - запуталась Ванезия.       - Нас, демонов, - был ответ. - Они заставляют вас бояться самих себя, своих желаний, бога... ваша жизнь пропитана страхом. На самом деле я очень редко появляюсь в человеческом мире, но количество страха в нем постоянно растет. Это странно, не так ли?       И Ванезия опять испугалась, но на этот раз того, что стала относиться к главному врагу своей семьи спокойнее. Она слушала его голос и его разумные речи и ей становилось легче. Он не устрашал, а вносил ясность. Ванезия впервые увидела в Барбасе не абстрактное зло, которое нужно извести парой зелий или заклинаний, а личность. Она заинтересовалась им и испугалась этого.       - Это все чары, - из последних сил останавливала себя Ванезия. - Я на это не попадусь, как ты. Я не такая, не злая. Я не хочу...       - Зря мы вообще сюда пришли, - сказала Камилла. - И на что мы надеялись?       - На решение своих проблем, - отозвалась Адель. - Вы просили нас помочь Ванезии и мы хотим ей помочь, но вы трусите в последний момент. Вы и так уже три недели провели в Подземном мире и вас это не беспокоило. А теперь вы вдруг пошли на попятную. Можно подумать, вы не знали кто мы и ждали чего-то другого.       Даниэль гневно посмотрел на Коула.       - Почему ты им все время поддакиваешь? - спросил ангел-хранитель. - У тебя есть собственное мнение? Я же вижу, что ты не рад планируемому восшествию Барбаса на адский престол. Тогда почему ты с ними? Почему ты им сдался?       - Они изгнали образ Фиби из моего сердца и освободили меня от тоски по ней, - ответил Коул. - В мире света мне места нет. Как бы я не старался, я всегда возвращаюсь во тьму. Все мои попытки перевоспитаться провалились. Я пытался делать добрые дела, но в итоге Зачарованные все равно меня уничтожили и мечтают уничтожить сейчас.       - Ты просто недостаточно сильно хочешь стать добрым, - сказал Даниэль.       - Ты не представляешь, как я грезил этим, - возмутился Коул. - Я из кожи вон лез, чтобы стать героем, но вместо благодарности получил только порицания. Какой смысл стараться, если в меня никто не верит? Если любовь всей моей жизни счастлива с другим и у нее уже три дочки от него? Вам наплевать на мои чувства?       Вдруг Даниэль изменился. Его окутала тьма. В руках появился арбалет. Даниэль прицелился и выстрелил из него. Стоящий рядом Захария с надменным лицом охнул и схватился за пронзенную отравленной стрелой грудь. Ноги Захарии подкосились и он рухнул на земляной пол Подземного мира. Беглянки, эти две заблудшие добрые ведьмы, запутались окончательно и совсем перестали понимать, что происходит. Ангел и сам мало что понимал.       - Ты мечтаешь об этом, но боишься себе в этом признаться, - елейным голосом сказал Даниэлю древний демон, наслаждаясь произведенным эффектом своей иллюзии на всех собравшихся в пещере. - А ты, - он обратился к Ванезии, - боишься того, что твой хранитель все-таки найдет тебя и вернет к матери и сестрам, за участь которых ты якобы беспокоишься.       Беглянкам в очередной раз стало не по себе, но Ванезия вопреки своим ожиданиям опять почувствовала вместе со страхом еще и ясность. Древний демон показывал то, что было, он ничего не придумывал. Он был... зеркалом для смотрящих на него, просто отражал их же страхи. Ванезия подумала, что глупо винить его в своих же страхах. «Он видит их, может использовать, - размышляла Ванезия, - но создала их я сама».       - Что? - невинно спросил Барбас, посмотрев на содрогающуюся от беззвучного смеха Адель.       - Ничего, - прошептала она, - просто вы сейчас были похожи на кукловода, дергающего за ниточки. Это пугающе забавно.       Камилла сердито сверкнула глазами.       - Это не смешно, - укорила добрая ведьма демоницу. - Тебя-то он щадит, а в наш разум вторгается без спроса.       - Вот и не угадала, - ответила Адель.       - А, ну да, - Камилла махнула рукой в сторону ее седой пряди. - Не щадит.