Зачарованные. Свет и тьма

      - Что же мне теперь делать? - устало спросил Коул.       - Заново учиться быть демоном, - ответила Адель.       - Может, тебе нужно попить тоника, которым Сир опаивала Фиби? - предложил Коулу Барбас. - А что, это хорошая идея. Ты перестанешь метаться, противоречия внутри тебя исчезнут.       Ты хотела отравить меня?       Я дала тебе ясность.       От прозвучавшего голоса Сир Коул вздрогнул.       - Когда она это говорила?       - В день, когда Фиби убила вас и предпочла выбрать сторону своих сестер, - сказала Адель. - Эти слова врезались в память Фиби, она постоянно прокручивала их у себя в голове. Эти слова Сир одна из причин ее отчаяния. Отчаяние Фиби громкое, как набат. Пока она отказалась как Пайпер стать банши, но это может измениться. Фиби всегда тянулась ко злу и тьме, это у нее в крови. Ее настоящий характер рано или поздно проявится.       - Откуда ты знаешь, что Фиби отказалась? - не понял Коул. - Ты в тот момент уже была мертва, тебя тогда уже Беата разбила.       - Но вы все это видели, - ответила Адель. - Вы отчаялись из-за того, что Фиби не стала злой, из-за того, что вы никогда не будете вместе. Даже если Фиби станет банши, между вами все кончено, она вас не любит, вы это понимаете.       Я люблю тебя, Коул, но это ничего не меняет.       Спасай себя сам.       До Купа я не знала истинной любви.       Прости, малыш.       Нам было хорошо вместе?       Я так не думаю.       Коул услышал звук разбивающейся склянки с зельем и свой собственный вопль, эхо из другого мира, который он создал в качестве аватара. Коул начал задыхаться.       - Прекрати это, - выпалил Коул.       - Это вы прекратите вспоминать Фиби, - отрезала Адель. - Мы же уже убирали ваш страх и отчаяние из-за Фиби, но они возникли вновь. Вы сами не хотите забыть эту Зачарованную. Вы сами себя губите и загоняете в ловушку. Вам мешает ваша человечность, она делает вас слабым и уязвимым.       Рядом с Зачарованными я похож на растение.       Ты болен, Коул.       Внезапно рядом с Коулом сгустился мрак и из него материализовались Кандор и Балиэл.       - Возможно, вам нужно попробовать еще раз убрать его страх и отчаяние из-за Фиби, - сказал один демон Триады Хозяину и его советнице.       - Будет жаль потерять такого элитного демона, - сказал второй и поправил черную мантию с перевернутой пентаграммой на груди. - Жаль, что любовь к доброй ведьме разрушила личность Бальтазара. Если бы мы знали, что все так обернется, мы бы не стали его посылать на это задание.       Коула била мерзкая дрожь. Он понимал, что выглядит ничтожеством, но ничего не мог с собой поделать. Он хотел хныкать, плакать, причитать, злиться, ненавидеть... умереть он хотел, только умереть. Другого выхода Коул не видел.       - Убейте меня и не возрождайте, - взмолился Коул. - Я не могу выкинуть Фиби из головы, Фиби заполнила мой внутренний мир без остатка. Я борюсь с ее образом, а он возникает опять. Фиби смысл моей жизни. Я не могу без нее, я не могу жить дальше.       Кандор и Балиэл проигнорировали этот жест отчаяния Коула.       - Мы понимаем, что Адель только что вернулась из пустоши, но мы хотим, чтобы вы вместе помогли нам призвать последнего демона Триады, Асмодея, - сказали они почти хором.       - Почему бы и нет? - оживилась Адель и встала с кровати.       - Ты уверена? - засомневался Барбас.       - Да, - кивнула девушка.       Хозяин тоже встал с кровати. Адель, Барбас, Кандор и Балиэл взялись за руки и образовали круг. Заклинание на латыни произносили только демоны Триады, но оно явно подпитывалось силами Хозяина и его советницы. Наконец в центре круга появился сгусток мрака и образовал тело Асмодея. Заклинание сработало и стихло. Коул, смотревший на все это магическое безумие, не проронил ни звука. Он вдруг понял, как всем надоел своим нытьем о Фиби. Адель тут пытается построить новый Подземный мир, а он только и может, что плакаться из-за Фиби Холлиуэл. Коул сам себе опротивел. Он ненавидел себя за любовь к Фиби, за свою одержимость ею, за то, что ради Фиби ломал себя и, глупец, мечтал стать добрым. Коул страдал, а Фиби делала вид, что Коула не существует. Коул умирал ради Фиби снова и снова, а Фиби снова отвергала его. Коул не заметил, как Адель, Барбас, Кандор, Балиэл и Асмодей вместе начали исцелять его от этой навязчивой любви. Коул не заметил, как образ Фиби был стерт из его сердца наичернейшей магией.       - На этот раз все должно получиться, - сказала Адель и, почувствовав усталость, легла на кровать, ни капли не смущаясь делать это в присутствии демонов Триады.       - Значит, это ты переманила Пайпер Холлиуэл на нашу сторону и превратила в банши? - спросил Асмодей девушку.       - Да, - кивнула Адель.       - Это ты возвела Барбаса на трон? - продолжал допытываться третий демон Триады.       - Да, - Адель опять кивнула.       - Это ты теперь демон отчаяния? - не унимался Асмодей.       - Да, - подтвердила девушка.       Коул пустым взглядом посмотрел на Адель.       - А мы не перестарались? - уточнил Барбас, поймавший этот пустой взгляд.       - Он придет в норму, - заботливо сказала Адель. - Ему нужно время принять демона в себе.       Коул подумал о том, что не может вспомнить что-то очень важное. Он понимал, что опустел. Из его разума и сердца что-то ушло. Коул успокаивался, но упорно пытался вспомнить забытое. Он... не смог. Коул наколдовал энергетический шар, а потом погасил его. Сменил облик на Бальтазара и обратно. Он был такой же как и раньше, но в то же время иным.       - Что мне делать? - спросил Коул, но уже без отчаяния в голосе.       - Следи за Пайпер и Билли, - сказала Адель.       - Как, Билли тоже за нас? - удивился Асмодей. - Она же помогла Зачарованным нас погубить.       - Билли поняла, что Зачарованные не ее настоящие подруги, только и всего, - рассмеялась Адель. - Ей не понравилось, что они выставляли напоказ свою сестринскую любовь и счастье, когда ей пришлось убить свою сестру Кристи ради спасения мира. И тогда Билли подружилась со мной.