Unravel and Survive.

— Ну, прости меня, Джендык, я не знал, что меня высылают в срочную командировку, — виновато бормотал Джин в трубку Дженни.       Минуту назад она узнала, что вещи, которые с таким кропотливым трудом собирались, весь день не будут перевезены ее батом и совершенно не знала, что ей теперь делать. — Не переживай, — заверил ее брат, — я поговорю с Намджуном, а если он не сможет, то вызовем перевозку. — Но придется платить! — Запротестовала Дженни. — Я заплачу, только не парься. Все! Как что-нибудь нарою, отпишусь. — Давай, — она с расстроенной миной нажала кнопку блокировки.

На часах: 17:49

. Через десять минут она должна раз и навсегда покинуть эту квартиру, но, черт возьми, почему невозможно обойтись без проблем хотя бы один раз в жизни? Разве она так много просит?       Джен подошла к большой кожаной сумке и вытащила из подкладки парочку таблеток бромазепама, запила их небольшим количеством воды, села на кресло и включила музыку в наушниках, ожидая прихода. — Ну ало! — Юнги щелкнул в призрачные пальцы. — Мы сегодня переедем или так и будем сидеть словно принцессы на чемоданах? Дженни вытащила наушник; оттуда громко разносился трек 2 Chainz — Whatch Out. — Въеби погромче, — тихо сказал Юн, качая ногой в такт.       Дженни достала портативную колонку и подключила к телефону — вот песня уже разливается по всему дому, исполняя прихоть все еще тихого со вчерашнего происшествия Юнги. Вчера он попытался рассказать Дженни все, что сумел вспомнить. Как оказалось, помнит он мало, лишь то, как по его словам «какой-то гангстер без лица тыкал пушкой в девушку, лица которой я тоже, блять, не помню; потом замочил. И мне так хуево стало, Дженни, я сам не знаю почему. Я плакал, кажется, из-за смерти этой девушки, но это не точно. А через минуту и меня не стало». Познавательная история, да?       Дженни сильно прониклась рассказом и постаралась вспомнить хоть один подходящий случай из новостной сводки за то время, но не смогла. Нужно было сесть и проштудировать интернет. Пока что ей не до этого. Приход не заставил себя долго ждать и ворвался вместе со следующей песней Remy Boyz. Следом за ним и телефон раскатился вибрацией: Контакт: Джин~оппа. «Намджун почти подъехал к тебе. Он позвонит. Как все перевезете, позвони. Целую». — Слышь, принцесса, — выключая музыку и сворачивая провода, обратилась Дженни к Юнги, — ща уедем. — Ну, наконец-то. Мне настопиздела эта гнетущая атмосфера. А ты вообще бесишь, сучка. — Что? — Она подняла на него удивленный взгляд. — Я бы тоже расслабился. Джен совсем не весело улыбнулась. Он часто пилил ее по поводу того, что она под кайфом, а он нет. — А я что виновата, что ты кони раньше времени двинул? — Очень остроумненько, — он закатил глаза. Дженни хотела ответить ему еще что-то, но на кресле зазвонил телефон. Номер неизвестен. — Ало, — она пытается держать голос сосредоточенным и не палиться. — Дженни, это Намджун, — деловой и сдержанный голос друга брата заставляет Джен пожалеть о том, что она не накачалась чуть позже. — Я поняла. Ты это, заходи давай. Квартира 114.       Она положила трубку, не дав собеседнику как следует закончить диалог. Через две минуты в дверях стоял высокий парень в черном пальто и темно синих строгих брюках от Гуччи, осматривая сумки и пакеты от известных брендов, заполненных косметикой, шмотками и обувью. — Господи, зачем так много? — Поинтересовался он, чтобы поддержать разговор. — Ну, я даже...       Язык Дженни отказывался выдавать связные предложения, и она виновато почесала рукой затылок. Намджун оценивающе взглянул на нее, но ничего не сказал.       Вообще, Джен редко видела этого парня, что именуется другом ее брата. Они вели общий бизнес, честно говоря, она даже не знала какой, и Ким Намджун всем заправлял.       Его вид полностью соответствовал его достатку. Дженни пришлось лишний раз в этом убедиться, как только она вышла из подъезда с первыми сумками в руках и обнаружила большой начисто вылизанный «крузак» черного цвета. Ей действительно стало стыдно, за те драные джинсы и старую парку цвета хаки с розовым мехом, которые на ней сейчас были надеты. Дженни и Намджун живут в противоположных мирах. — Чего мечтаешь? Машина открыта, — сзади раздался строгий голос парня, что держал в своих руках раза в три больше пакетов, чем их хозяйка.       Он поставил сумки на асфальт и открыл багажник, пропуская Дженни первой поставить сумки. И так несколько подходов. Через добрых десять минут мучения этих двоих закончились и, последний раз взглянув на свое убогое, уже бывшее, жилище девушка с размахом захлопнула дверь. Юнги все это время валялся на просторном заднем сидении машины и напевал какую-то совершенную незнакомую Джен песню, постукивая запрокинутой ногой по крыше авто. — Рученьки-то не от тяжелой ношеньки трясутся, а, Джендык? — Кажется, настроение Мина сделалось во стократ бодрее, чем двадцать минут тому назад. — Завались, — шепотом проговорила она, пока Намджун закрывал багажник снаружи. — Че это за перец такой элегантный? — С тех пор, как Юн и Джен образовали свой тандем, она так ни разу и не видела Намджуна, поэтому-то Юнги совершенно не вкуривал.       Дженни уже хотела сказать «друг брата», но Нам открыл дверь водителя и в секунду оказался внутри, снимая длинный черный волос, что прилип к его пальто. — Я теперь живу... — Джин мне сказал, — перебил ее Ким. — И кстати, новый район намного лучше этого, — он первый раз за весь вечер улыбнулся и посмотрел Джен в глаза. — Давненько мы с тобой не виделись. Ты выросла. — Слышь, Дженни, — Юнги резко сел на заднем сидении и принялся разглядывать Намджуна, дыша ему чуть ли не в затылок. — Мне этот типок не нравится совсем. Уж больно ебало у него знакомое. Он прищурился и начал дотошно всматриваться в парня. — Эй, — Намджун махал рукой перед Дженни, что в свою очередь переключила все свое внимание на Юнги. — Так почему съезжаешь?       Тут девушка почувствовала, что таблетки требуют разговора по душам. И вплоть до самого подъезда к ее новой квартире она рассказала захватывающую историю о том, какой козел ее арендатор. Как грязно домогался до нее, а она отказала; вследствие чего он попросил ее величество Дженни Ким поскорее пройти за порог квартиры. Намджун иногда хмыкал и улыбался эмоциональности девушки, не вставляя ни слова, лишь внимательно слушая. — Какой подъезд? — Спрашивает он. — Второй. И снова те же механические процедуры таскания вещей из машины в новую квартиру.       Хозяин, как только с ним рассчитались, испарился в мгновение ока, оставив ключи. Это было Дженни весьма по вкусу. Перетащив последний пакет, она уселась на стул, что стоял у края стола на кухне. Сзади послышалось тяжелое дыхание Намджуна, который затаскивал последние пять пакетов внутрь. — Все, — отрапортовал он и привалился к стене, ослабляя галстук. — Спасибо, — она повернулась к своему спасителю, — а у меня ведь даже чая нет, чтобы хоть как-то тебя от... — Джен поперхнулась: Намджун повернулся к ней лицом и принялся пристально смотреть в ее глаза, — благодарить. — Я это учту, — он еще раз улыбнулся, крутя черный матовый айфон в пальцах. Они оба молчали. Ситуация становилась более неловкой с каждой секундой. Намджун почувствовал это первым. —Ну, мне пора, — и, не дожидаясь слов прощания, закрыл дверь с обратной стороны. Дженни тут же дернулась закрыть за гостем, и обнаружила на тумбочке в прихожей преспокойно лежащие ключи от намджуновой тачки. Она ринулась к двери: — Намджун! — Сама того не ожидая, она крикнула настолько громко, что парень, только что вызвавший лифт, заметно дернулся.       Он повернул голову на звук. Джен размахивала ключами его машины, и Нам непроизвольно залез в карман, в котором должны находиться ключи. Не найдя их там, он мотнул головой, как бы не веря в собственную забывчивость и подошел забрать свое. — Спасибо, — сказал он тихо, — еще увидимся.

***

— Намджун! — За дверью раздался громкий женский голос. В голове Лалисы он продолжился своего рода эхом, что повторило это имя еще несколько раз. Воспоминания накрыли ее с головой. — Намджун, пожалуйста, не надо, — она стоит в роскошной спальне, напротив нее еще одна Лалиса, в коротком розовом платье, но не таком откровенном, как в прошлый раз и человек без лица в дорогом черном костюме. — Ты провинилась, — голос мужчины словно пропускают через воду. Его невозможно идентифицировать, Лисе приходится напрячь слух.       Силуэт молниеносно приближается к ней и ударяет по щеке с такой силой, что от этого звука пощечины ,кажется, могло расколоться ровно пол мира. Лалиса, глядя на себя, машинально схватилась за щеку, как и та, другая Лалиса. — Прости меня! — Рыдает она. — Ты знаешь, что нужно делать, — в голосе мужчины слышится призрение. — Нет, нет. Еще одна пощечина и Лиса стоит на коленях перед обидчиком, протягивая дрожащие руки к ширинке дизайнерских брюк. Брюки медленно опускаются вниз. Следом за ними и боксеры. Наблюдающая сама за собой Лиса мотает головой из стороны в сторону, не в силах поверить, что сейчас, вся в слезах и избитая, засовывает член парня к себе в рот. — В глубине души ты знаешь, — на выдохе произносит голос, — что заслужила это.