Соулмейт

      Метки соулмейтов обычно появляются в районе двенадцати-тринадцати лет, наверное, именно поэтому Наруто чувствовала себя какой-то не такой. Ну, а ещё потому, что была джинчуурики и полной сиротой. Но если со всем этим она давно смирилась, живя так с рождения, то отсутствие метки расстроило её очень сильно.       Кто бы, что ни говорил, а она всё же была девочкой и несколько наивным ребёнком, по крайней мере, в двенадцать лет. Да и в тринадцать, в общем-то, тоже. Потому, как и всякая другая девочка, Узумаки мечтала, что у неё появится метка соулмейт, и она обязательно, чего бы это ни стоило найдёт свою пару, даже если потребуется несколько лет.       Ведь метка означает, что у неё есть своя собственная пара, родственная душа, человек, который поддержит и всегда будет рядом, любя искренне, всем сердцем, ни за что. Просто за то, что она, в принципе, есть. Двое «помеченных», как называли такие пары, никогда не могли навредить друг другу, да и подходили идеально. Потому задачей такой метки было свести двух людей вместе и совсем чуть-чуть подтолкнуть друг к другу. Ну, или не чуть-чуть, тут уж всё зависит от людей и их характера.       Почему-то девушка была уверена, что её пара будет идеальной — добрым, ласковым, любящим и одним неповторимым. Ведь заслуживает же и она, Наруто Узумаки, права на собственное счастье!       Вот только в двенадцать долгожданная метка не появилась, но пускай блондинка и расстроилась самую малость, но решила не заморачиваться. У неё ещё целый год впереди!       А в это время метки появлялись у всех — у Сакуры, у Ино, Шикамару, Чоуджи, Кибы, Хинаты, даже у Шино и та появилась! К выпуску из академии метки были почти у всех, а у тех, кого не было, они появились к экзамену на чуунина. Потому было обидно вдвойне. Свои собственные соулмейты имели даже Какаши-сенсей и Ирука-сенсей. Другое дело, что первый свою пару искать не собирался, а второй только говорил, что когда придёт время — тогда появится эта самая «избранная».       «Несправедливо!» — думала Наруто. — «Почему они есть у тех, кому, в принципе не нужны, а у меня нет? Мне ведь она нужна!»       Единственное, что радовало — Саске тоже не имел заветного рисунка на запястье. Впрочем, тот и не печалился. По его словам, это просто обуза для сильного шиноби, и для него в частности. Узумаки была с этим категорически не согласна, но её не слушали. Зато Сакура не теряла надежды, что у них одинаковая метка.       В ответ на это, джинчуурики только насмешливо фыркала, еле сдерживаясь от того, чтобы не нарушить обещание которое дала другу — не рассказывать о том, что именно он её пара.       «Да уж, не повезло однако Кибе, я ему даже немного сочувствую»       Что стоит заметить, самого Учиху, видимо, жутко передёргивало от мысли о том, что эта жуткая прилипала может стать его избранной. Потому даже он, не верящий в Ками, в такие моменты молился ему, надеясь на благосклонность. Харуно в роли жены он не выдержит. Совсем.       Во время экзамена на чуунина Наруто встретила ещё одного, «не такого». Это был Собаку-но-Гаара, такой же джинчуурики как она, только Однохвостого. Может, это проклятье такое, что, таким как они, не суждено иметь метки? Но вечно оптимистичная девушка гнала от себя прочь все эти мысли, у неё обязательно появится, эта чертова метка, биджуу её подери!       А потом ушел Саске. И стало как-то не до метки. Единственная цель, появившаяся у дочери Йондайме — вернуть блудного друга и хорошенько вмазать ему по морде, чтоб неповадно было больше так поступать и бросать свою семью, пусть и слегка необычную.       Тренировки с Джирайей были очень увлекательными и даже познавательными. К примеру, она узнала, что пара эро-саннина — это ба-чан. Вот только сама Тсунаде совсем с этим не согласна и все доводы просто-напросто отрицает, терпя жжение метки, которая нашла свою пару, однако отчего-то их владельцы не вместе. Заодно, заставляя терпеть и Жабьего Отшельника, а с его слов, это жжение далеко не из самых приятных.       Наверное, ей, слишком открытой и прямолинейной, никогда этого не понять — как можно любить человека и отвергать его, особенно если вас свела сама судьба? Глупо как-то.       Во время их следующей встречи со старым соперником, тот на неё слишком странно смотрел. То ли ждал чего, то ли ещё что-то, но чего именно от неё требовалось, Узумаки так и не поняла. Видимо, шаринган в голову ударил этому треклятому Учихе.       Наверное, всё разъяснилось только после того, как закончилась Четвёртая Мировая Война Шиноби. Точнее говоря, всё стало понятно после того, как одна личность тихо покинула деревню, ничего и никому не сказав. Ну, кроме новоявленного Рокудайме Хокаге. Именно после того, как Учиха Саске покинул Коноху путешествовать по миру и искупать свои грехи, запястье героини стало сильно кровоточить и болеть.       Вообще, ей уже казалось, что и без метки неплохо, проживёт как-то, привыкла уже, быть не такой как все. Наруто даже думала, что появись у неё злосчастный соулмейт, она бы даже не обрадовалась бы особо. «Ну, есть и есть» — именно такую фразу в своих мыслях сказала бы она. Но в жизни всё получилось не так.       Стоило только блондинке осознать какого такого биджуу у неё так сильно болит рука, как на всю деревню раздался громкий и, наверно, самый счастливый визг.       Ура! Наконец-то судьба над ней смиловалась, и даже у такой как она будет своя пара. Свой собственный родной и самый близкий человек! Вон, даже Сакура с Кибой уже сошлись, встречаются два месяца, с переменным успехом ссорясь и расставаясь. На два-три дня, ага.       Радость эта продлилась ровно неделю, пока на запястье не появился иероглиф с именем.       Данный факт пробил Узумаки на «хи-хи», ведь имена появляются только у самых упрямых и несносных личностей, что просто не поверят в совместимость с другим человеком, который вероятнее всего даже не рассматривался как пара. А быть может и вовсе считался врагом. Это для того, чтобы точно не перепутали своего ненаглядного соулмейта.       Не смотря ни на что, данный факт настораживал. Как выяснилось — не зря.       «Учиха Саске»       Гласила красивая и аккуратная вязь иероглифов с гербом клана Учиха на конце. Кажется, их приняли за самых упёртых, так как чаще всего было просто имя, в крайних случаях фамилия, но о том, чтобы был ещё и знак клана — такого ещё не случалось. Видимо, и, правда, кто-то кто раздавал эти метки, посчитал, что два идиота до последнего будут не верить в свое «счастье».       И правильно думал, кстати.       На протяжении всей недели, Наруто с завидным упорством пыталась отмыть с помощью мочалки и мыла эти проклятые иероглифы. Что предсказуемо, ничегошеньки у неё не получилось. После пришла истерика на тему «Почему именно он, а не, например, Гаара?!», которая со временем сменилась апатией.       Спустя месяц апатия переросла в гнев на одного Учиху, метка у которого явно проявилась раньше, но он не удосужился ничего ей рассказать. Теперь понятны те странные взгляды, что он бросал на неё в пятнадцать лет и перед уходом в странствия. Этот теме всё знал, но молчал как партизан! К тому же, метка начала нещадно жечь.       По началу девушка это гордо игнорировала, но с каждым днём терпеть становилось всё сложнее, пока не дошло до того, что захотелось просто срезать кусок кожи вместе с, уже ненавистным, соулмейтом. Ну, или же найти свою пару.       Последнее было крайне проблематично, ведь куда конкретно направился этот идиот, она не знала, а сам он бы к ней не пришел. Во-первых, слишком гордый, а во-вторых, терпеть боль — это хобби у него такое. Ведь это закаляет, делает сильней! Именно такого мнения была обо всём этом самая невезучая девушка в Конохе.       Но Наруто была бы не Узумаки, если бы опустила свои руки! Собрав провизию, накопленные деньги, попрощавшись с друзьями, блондинка таки отправилась в путь на поиски своего «счастья». А когда найдёт — никаких «если», только «когда» — сначала обнимет, потом убьёт, потом пойдёт к Орочимару, возродит Саске и насильственно потянет домой.       Уж кто-кто, а она не собиралась терпеть блудного муженька. Нетушки, раз судьба у неё такая, всю жизнь с одним Учихой нянькаться, то джинчуурики его к себе намертво привяжет и пусть только попробует дёрнуться. В конце концов, она дочь Кровавой Хабанеро, даттебайо!       Желанная цель нашлась ровно через два с половиной месяца в какой-то Ками забытой глуши. Но метка пульсировала всё слабее, а знакомая чакра всё ближе, потому действуя по принципу «Вижу цель, не вижу препятствий», девушка направилась в какой-то убогий бар, в котором черт знает что, забыл потомок Индры.       Секунду нерешительно постояв перед деревянной дверью, блондинка закрыла глаза и в следующую секунду вновь их открыла, с уверенностью и неким задором смотря вперёд, в буду… кхм, точнее в дверь. С тяжелой руки девушки, дверь распахнулась, являя её взору обыкновенный трактир с кучей не очёсанных мужиков, которые тут же впились маслянистыми взглядами в слишком яркую для здешней атмосферы девушку. Единственное, что выбивалось из общей среды — сидящий в углу парень в тёмном плаще. Сейчас от него исходила волна недовольства, пусть и очень слабая.       Ни минуты не раздумывая, она направилась прямо в сторону этого тёмного «пятна».       — Саске!.. — только сказала, собираясь высказать всё, что о нём думает, как её резко схватили за руку и поволокли на улицу. Ошарашенная таким поворотом, куноичи даже сказать ничего не успела, как оказалась где-то в лесу, среди густых зелёных крон деревьев и кустов.       — Что ты здесь забыла? — наконец-то остановившись, отпустил чужую руку, пусть и весьма неохотно. Пока он держал её, метка даже не напоминала о себе. Это было непривычно, ведь последние года три она только то и делала, что адски болела. А этой Узумаки всё хоть бы хны, даже метка не появилась, что заставляло чувствовать себя несколько оскорблённым.       Он тут страдает, метку получил не желательную, а эта даже не подозревает о подобном. Нет, Учиха слышал, что очень редко бывают люди с парой, которая их не признаёт, а если быть точнее, то имеет совершенно другую метку или не имеет вовсе, но вносить себя в число этих людей ему не хотелось. Саске всегда был уверен, что у него либо вообще не будет пары, либо будет идеальная во всём девушка — мирная, покладистая, ласковая и добрая, что будет смиренно сидеть дома, не смея и слова сказать против обожаемому супругу. А досталось… это.       — За тобой пришла, — сложив руки на груди, недовольно поджала губы джинчуурики. — Навевает воспоминания, не так ли, теме?       — Хм, заткнись, добе, — беззлобная усмешка против воли появилась на губах молодого человека. — Чего тебе надо в этот раз, я вроде бы больше не считаюсь преступником, и уничтожать Коноху не собираюсь.       — Ты.       — Что?.. — одно слово ввело Последнего Учиха в замешательство.       — Я говорю, что мне нужен ты, теме, — голубые глаза выражали чистое недовольство с примесью детской обиды. Интересно, что же конкретно могло понадобиться этому ребёнку?       — И зачем же? — прикрыл глаза парень.       — Ну-у-у… ты же мой соулмейт, это естественно, даттебайо, — не понимая, чего же непонятного в её намерениях, сказала Наруто.       — Откуда ты… — искреннее удивление в единственном видном глазе развеселило будущую Хокаге. И разозлило тоже, напомнив, что именно из-за него она так долго мучалась, находясь в неведении о собственной паре. Вместо ответа Узумаки показательно подняла целую руку и столь же показательно отдёрнула рукав кофты, демонстрируя свою метку. — Я думал, что ее у тебя нет.       — А её и не было, появилась только четыре месяца назад, Саске, а вот у тебя она явно была давно, — сверкая глазами, проговорила девушка, переполняясь раздражением и становясь чертовски похожей на свою мать в такие моменты. — Если не найдёшь оправдание в течение пяти минут, я теб!..       Её просто прервали поцелуем, не дав договорить. При чём эта сволочь даже глаза не закрыла, просто накрыл её губы своими и сейчас смотрит своим глазом на неё и даже врезать уже как-то не хочется. Она скучала. Правда. Почему-то, раньше казалось, что никакой любви между ними нет, но раз метка… кажется, всё это время они оба просто были слепы. С самого детства, отрицая какую-то странную симпатию.       — Раздражаешь, — отстранившись, выдал этот индивидуум, заставив покрасневшую девушку нервно дёрнуть глазом.       — Ур-р-рою, сволочь!..       — Доберись сначала, усаратонкачи, — ухмыльнувшись сказал Саске и спокойно развернувшись, медленным шагом направился вперёд, вглубь леса.       — Если клан Учиха сейчас-таки вымрет, я не виновата, — хрустнув пальцами гневно прошипела Наруто, думая, что пришел теме конец. Уж кто-кто, а Героиня Четвёртой Войны точно не из тех, кто такое прощает и, отпускает свою собственность. А Учиха именно ею являлся, не зря же она угробила на него столько лет своей жизни! — Беги, Саске, но знай, тебя это не спасёт!..