Прикоснуться к Смерти

Ночь для Драко выдалась тяжелая. Мальчик глаз не сомкнул, пытаясь придумать, что делать с той информацией, которую он узнал. Малфой не поделился ей даже с Крэббом и Гойлом, он решил, что этим недоумкам, которые считали его своим другом, еще рано все знать. Потому что Драко понимал, что умом ребята немного обделены и могут случайно растрепать все, что он узнал ночью. А это было недопустимо. Ведь отец Драко часто повторял, что любая информация в правильных руках и с правильной подачей - мощнейшее оружие. Поэтому всю оставшуюся ночь Драко ворочался в постели, даже не думал о сне. Ведь он хотел уничтожить Поттера, растоптать его, показать Хогвартсу, что он вовсе не герой, а гнусный убийца. Но стоящего плана Драко за ночь так и не выработал. Мальчик был слишком перевозбужден одной мыслю о том, что скоро каждый ученик в Хогвартсе будет знать, кто такой на самом деле Поттер. Драко даже подумывал привлечь своего отца в это, он, как член родительского комитета и человек имеющий определенные связи в Министерстве Магии, мог бы добиться исключения из школы и придания огласки дефектности Поттера. Ежедневный Пророк с его противными, назойливыми репортерами был бы просто в восторге от такой информации. Драко уже видел заголовки газет «МАЛЬЧИК-КОТОРЫЙ-ВЫЖИЛ – УБИЙЦА» или «УБИЙСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ ГАРРИ ПОТТЕРА», а под под ними фотографии, скрывающегося от камер, щуплого очкарика. Когда начало светать Драко еще даже не решил, хочет ли он уничтожить Поттера морально, просто рассказать, кто виновен в смерти его друга или публично. Мальчик не мог выбрать как ему поступить, потому что каждая из идей была хороша, но и у каждой из них были минусы. Поэтому Малфой решил еще немного подождать, кто знает, может Поттер что-нибудь такое вытворит, после чего все, что узнал Драко придется как нельзя кстати.

***

Гарри проснулся, как только первые лучи восходящего солнца проникли в спальни Гриффиндора. Мальчик сразу же осмотрел остальные кровати, как он и надеялся, остальные еще спали. Поэтому Гарри по-быстрому выполз из своей кровати, натянул школьную форму и направился в гостиную, чтобы пересидеть там часок в одиночестве, пока не начнут спускаться остальные гриффиндорцы. Теперь, когда уже практически все не проявляли к Гарри никакого интереса, Поттер больше не старался избегать людей. Мальчик всего лишь вставал немного раньше остальных, чтобы немного посидеть перед камином в одиночестве. Но сегодня, когда Гарри спустился в гостиную, он увидел ту самую девчонку с пушистыми волосами. Сегодня они были еще более растрепанными чем обычно, а сама девочка, напряженная до невозможности, листала три огромные книги, которые лежали перед ней на столе и помечала что-то на листе пергамента. Весь ее вид говорил, что она полностью поглощена работой. Поэтому мальчик тихонько последовал к камину, решив, что девочка даже не заметит его. Но, как только Гарри подошел к своему креслу, девчонка отвлеклась от своих записей и взглянула, затуманенными от бессонной ночи глазами, на мальчика: – Привет, уже утро, да? Гарри был слегка ошарашен. Как можно работать так, чтобы не замечать, который сейчас час? – Э-э, да – Прекрасно, уже утро, а у меня еще не готова работа по зельеварению, – защебетала девчонка – Я, кстати, Гермиона Грейнджер. А ты Гарри Поттер верно? Приятно познакомиться, – Гермиона говорила так быстро, что у Гарри просто не было времени на ответ, поэтому он просто молча стоял. Поттер и сам не заметил, что он вот уже полчаса сидит и слушает щебетание этой девчонки, пока она дописывает свою работу. И неожиданно для себя Гарри заметил, что в ее компании у него не возникает чувства неловкости, наверное потому что он постоянно молчит, пока Гермиона рассказывает, рассказывает какой чудесный преподаватель профессор Фливик и как она восхищается профессором МакГонагал. Грейджер как раз закончила свою работу к тому моменту, когда из спальни Гарри вышли мальчишки: Рон, Симус и Дин. – Ну, Гарри, увидимся на занятиях. Ты хороший собеседник, – пролепетала Грейнджер и вихрем вылетела из гостиной, видимо побежала искать место потише. Гарри подумал,ч то это было даже немного смешно. Ведь за все время в гостиной Гермиона Гарри и пару слов не дала сказать, а потом назвала его хорошим собеседником. От этой мысли Поттер даже улыбнулся. Из размышлений его вырвал голос Рона: – Кажется мне или ты действительно с зазнайкой Грейнджер подружился? Ты хороший собеседник, Гарри, бла-бла-бла – рыжий почти похоже изобразил голос Гермионы.

***

На занятиях не происходило ничего необычного. Наверное, потому что сегодня у гриффиндорцев и слизеринцев не было совместных уроков. Последним занятием была лекция у профессора Бинса, который снова появился из классной доски и монотонно рассказывал текст о вторжении троллей в Хогсмид. Сегодня Гарри продержался, чуть дольше, чем другие ученики. Поттер уснул только лишь через пятнадцать минут, в то время как другие провалились в сон уже после пятой минуты. Одна лишь Гермиона обладала иммунитетом к монотонному чтению профессора – она конспектировала каждую лекцию. Хорошо выспавшись на занятия Гарри решил прогуляться к Хагриду, потому что он еще в первые дни пообещал великану как-нибудь заглянуть к нему в гости, но обещание свое так и не сдержал. И Гарри было немного неловко, ведь Хагрид ему нравился да и великан всегда был добр к нему. Поэтому, когда лекция профессора Бинса закончилась, Гарри, сладко потягиваясь, вышел из кабинета и миновав лестницу, перепрыгивая через ступеньку, направился к парадному входу. Выйдя на улицу мальчик сразу же направился к хижине, которая была расположена неподалеку от главных ворот между Запретным лесом и Хогвартсом. В окнах горел свет, а из трубы, которая располагалась на крыше, поднимался серый дымок – Хагрид топил печь. Возле хижины Гарри заметил небольшой огород, где великан выращивал разные овощи. Мальчик уже предчувствовал теплую встречу с великаном, как вдруг до него донеслись звуки голосов и чьи-то тихие всхлипывания. Внутренний голос подсказывал Гарри, что лучше не сворачивать с пути, но мальчик, который так долго сам был изгоем, просто не мог пройти мимо. Поэтому Гарри побежал ориентируясь на звуки. На севере от хижины Хагрида под огромным деревом Малфой и его дружки издевались над Невиллом Долгопупсом. Невилл лежал на земле, а Малфой держал в высоко поднятой руке, какую-то вещь, которая видимо принадлежала гриффиндорцу. И каждый раз, когда Невилл пытался встат, Крэбб и Гойл толкали его он снова оказывался на земле. У Гарри от гнева кровь застучала в ушах. Ему было все равно, что их болше. Мальчик закричал: – Эй ты, гнусный Малфой, ты сейчас у меня получишь по заслугам, – и побежал. Гнусная улыбка на мгновение сошла с лица Драко, однако через секунду она заиграла с новой силой.

***

Услышав крик, Малфой на секунду испугался, но потом, когда он увидел, кому принадлежит голос, в голове у мальчика родился план. Крэбб и Гойл бросили всхлипывающего краснощекого Невилла на земле и встали стеной возле Драко. Но Поттера это не спугнуло. Он был так разъярен и даже не думал, что громилы-слизеринцы могут его в порошок стереть. Они остановили Поттер и также, как и Долгопупс, он оказался на земле. Драко подумал, что очкарику надо отдать должное, ведь он не испугался да и сейчас не боится Крэбба и Гойла – брыкается. А еще он выкрикивает оскорбления в адрес Драко и говорит, что расскажет все профессору МакГонагал. Как будто Драко боится эту старую курицу, его отец может по щелчку пальцев ее уволить, она и пикнут не успеет. Солнце спускалось за горизонт и мальчик решил, что он не может ждать лучшего момента, чтобы навредить Поттеру. Драко решает действовать. – Оставьте нас, – командует Малфой Крэббу и Гойлу, которые до сих пор прижимают очкарика к земле, потом он смотрит на Невилла и добавляет, – и ты, плакса, тоже. Слизеринцы удаляются, а Долгопупс смотрит то на Гарри, то на Драко и не уходит. Тогда Малфой размахивается и бросает напоминалку плаксы как можно дальше. Долгопупс убегает, чтобы найти ее в траве около Хогвартса быстрее, чем это сделают Крэбб и Гойл. Драко мысленно улыбается: весь этот фарс гриффиндорцев, о том, что они никогда не бросят в беде друга – пустые слова. Поттер встает, отряхивая свою мантию от земли, на которой только что валялся. Его щеки почти такие же красные, как и у Долгопупса, только не от слез, а от гнева. – Сейчас ты у меня получишь, Малфой, – говорит сквозь зубы Поттер. – О, Поттер, я бы так не спешил с угрозами, ведь ты можешь так и не узнать, что случилось с твоим дядюшкой и драгоценным другом, – Драко специально растягивает слова, внутренне ликуя при виде того, как меняется выражение лица очкарика. – Ты не можешь этого знать, – от былого гнева в голосе Поттера теперь не осталось и следа. – Еще как могу. Понимаешь, я вчера прогуливался по замку и нечаянно услышал разговор Дамблдора с одним из профессоров, – Драко сделал паузу. Он выжидает реакции Поттера. – Ну, говори же, – очкарик почти кричит – Так вот, услышав разговор и немного поразмыслив ночью, все встало на свои места. Ты убил своего друга, Поттер

***

– Ты все врешь, Малфой. Ты наглый врун! – Гарри кричит, он не может поверить, что это правда. – Тогда скажи мне, Поттер, почему ты носишь перчатки? – в глазах Драко скачет озорной огонек, – Уж не потому ли, что твое прикосновение убивает? Гарри ничего не ответил ему. Теперь все кусочки паззла сошлись воедино. Теперь он понял, почему он жил один и ему не разрешали гулять с другими детьми, почему умер Мал, как только дотронулся его ладони, почему друг приснился ему и кричал о том, что Гарри убийца. Узнав правду, мальчику захотелось убежать, скрыться от ликующего взгляда Малфоя. Но он знал, что своим побегом доставит Драко еще больше радости. – Иди к черту, Малфой. Если мое прикосновение убивает, сам ты меня не боишься? – Гарри показушно снял перчатку. Глаза Малфоя расширились от страха, а ноги уже несли его в Хогвартс. Под большим деревом Гарри остался один, мальчику многое нужно было обдумать.