Монарх и Диктатор

      — Приехали, — сообщил Артур.       Я молча вышла из машины и проследовала по подземной проковке за парнем. Он был одет в черные джинсы и такую же рубашку, которая хорошо подчеркивала широкие плечи и талию. Он явно занимается спортом, готова поспорить, что и не один час в неделю.       — Знаешь, я начинаю понимать, почему тебя называют диктатором…       — О, ты еще и половины не видела! Смотри не влюбись, — как-то по-дьявольски улыбнувшись и показав два ряда ровных зубов, сказал парень.       Я последний раз влюблялась лет в двенадцать, после этого с семнадцати были какие-то отношения, иногда даже затягивающиеся на пару месяцев, но мы быстро расставались. Это было закономерностью: я не могла объяснить куда пропадаю и кем работаю, домой не звала, к сердцу не подпускала, только пару раз в неделю куда-нибудь выбиралась, о каком доверие может идти речь… Единственное, что они обо мне знали, так это то, что я могу среди ночи прибежать вся в слезах и потребовать меня обнять. Мда…       — Это ты не влюбись, — хмыкнула я.       — Это с чего вдруг? Или я тебе не нравлюсь?       — Нет, не ты. Я тебе не понравлюсь. Хотя и ты не кажешься больно соблазнительным вариантом, не мой тип, — да, все парни, которые мне нравились и нравятся — это спокойные и чуткие ребята, а не этот сумасброд.       — У тебя плохой вкус, — отозвался диктатор.       — У меня он хотя бы есть, — парировала я, напоминая о том, что он чуть ли не со всей мировой элитой перевстречался.       Так мы и прошествовали в магазин, поочередно называя минусы друг друга. В магазинах же быстро нашли подходящий наряд для игры на публику — красное платье в пол с вырезом на ноге и чёрный смокинг с бабочкой в тон. Классика, но красиво. На самом деле мне приглянулось маленькое черное платье от Шанель, но у него был один существенный недостаток: оно делало девушку со светлой кожей, коей была я, хрупкой, нежной, мягкой и скромной. Это совершенно не тот эффект, который я хотела бы произвести. Поэтому сразу забила на него.       — Мне кажется, эта вещь тебе подойдет, — сказал парень за спиной.       — Чт…- начала задавать вопрос я, но осеклась. Он держал то самое черное платье, но в другом магазине. Мои глаза расширились.       — Отлично, я его куплю! — улыбнулся Артур.       — Нет, не нужно ничего мне покупать, не надену. У тебя нет на это причин.       — Ты не можешь указывать мне на то, как я должен тратить деньги.       — Зачем?       — Люблю смотреть на красивые и необычные вещи и обладать ими. Ты восхитительна, а в этом платье станешь невозможной девушкой. Я определенно его покупаю, заверните, — выдал парень, таща меня к кассе.       Только хотела высказать все, что думаю, как парень, резко дернул за руку и, схватив пакеты, рванул к выходу.       — Чёрт, папарацци, — спустя мгновение крикнул мне и поволок в неизвестном направлении.       — Зачем так от них бегать? Тебе же наоборот надо, чтобы нас заметили! — спросила, когда мы оторвались.       — Это не те люди, которым хочется попадаться на глаза. Так, ты сейчас идёшь на работу, мой водитель тебя отвезет. Там стараешься находиться в людных местах до конца дня. Постарайся при том не психовать, а вести себя обыденно.       — Я в людных местах не ошиваюсь. А если ты не скажешь в чём дело, то и слушать не стану, — сказала, чётко выделяя каждое слово.       Парень сильно сжал моё запястье и толкнул на задние сиденье машины. Блин, вот синяков мне еще не хватало!       — Ты моя, а защищать своё — моя обязанность. А от кого или чего я это делаю, тебя заботить не должно, — он на секунду опрометчиво ослабил хватку, от чего я смогла замахнуться и почти дать ему пощёчину.       — Зря, — сказал парень, захлопнув дверь.       Было пол девятого утра, когда водитель выпустил меня у входа в здание офиса. Разумеется, я в него не пошла, ибо подчиненным лишний стресс устраивать не стоит. Переодевшись в подходящую для университета одежду, вызвала такси и направилась в учебное заведение, всё это время за нами ехала какая-то черная иномарка. Может, действительно стоило остаться дома? Благо у универа заметила Александра, подъезжающего на очередном дорогущем мотоцикле. Окликнула, и он радостно, но не без доли удивления подошел ко мне. Еще бы, после того, что он мне вчера вывел, я не могла так просто отпустить, но отчаянные времена требуют отчаянных решений.       — Не знал, что даже её высочество может прогулять первую пару, — наигранно воскликнул парень.       — Все мы смертны, — отмахнулась я.       — Вот не скажи, некоторые думают, что ты у нас безэмоциональный робот.       — А ты, что эскортница и верчу парнями. Даже не знаю, что лучше.       — Прости, я тогда был зол и готов за это ответить. Могу убить каждого, кто будет говорить подобное о тебе, хочешь? Только попроси, — сказал парень, приобнимая за плечи и ведя к зданию.       — Пожалуй, откажусь.       В обычной ситуации я бы скинула его руку и глазом не моргнув, но сейчас был другой случай. Мне хотелось хоть на долю секунды почувствовать защиту и поддержку, не важно от кого. Не быть одной.       — Спасибо, — улыбнулась я, отстраняясь, когда мы вошли в здание университета.       — Если ты действительно мне благодарна, то с этого момента называй меня «Сашей», — отмахнулся он от моей благодарности и куда-то испарился.       «Сашей» значит? Попробую. После этого, пошла на лекцию по дизайну, где сегодня описывали все веяния в современной архитектурной идее. Мысленно причислив себя к диаграммистам, я покинула аудиторию и была сразу перехвачена Александром Сашей.       — Не хочешь сходить и выпить по чашке кофе?       Я бы отказалась, если бы не заметила на крыльце тот же чёрный джип. Чёрт.       — Хорошо, Саш, только идём пешком. Я на твой транспорт не сяду.       — Человек стал доминирующим видом на земле не из-за того, что он сильнее, умнее, выше или быстрее, потому что он умеет адаптироваться, Алексия. Мы берем большой камень и видим копьё. Из куска металла мы создаем транспорт. Это и есть эволюция. Может всё-таки поддашься на уговоры? — обаятельно улыбаясь сказал парень, открывая передо мной тяжелую дубовую дверь.       Вот умеет человек говорить красиво, даже думаешь, что он умный, если не знаешь ближе.       — Хорошая попытка, но не весь транспорт стоит доверия, как, впрочем, и водители.       — Хэй! Я могу и обидеться, — сказал парень, толкая меня в плечо и наигранно обижаясь.       — На это и расчёт. Так ты идёшь?       — Да, только сделаю один звонок.       — Стой, если это твоя новая девушка, то лучше иди к ней.       — Нет, это просто знакомая.       — Тогда ты всё равно должен идти к ней, ведь у тебя, наверно, была договоренность. Не стоит отменять свои планы, тем более у меня тоже сегодня есть дела.       — Опять пойдешь в книжный и промедитируешь там часа три? — вскинул бровь парень, спускаясь по ступенькам во двор.       Он знал, что я часто бываю в книжном. Однажды мы там случайно столкнулись. Не знал лишь то, что эти книги я потом относила в часовню к родителям. Александр, как и мой брат, обожает читать детективы и научную фантастику, иногда советует мне неплохие книжки.       — Ну да, книжный по вторникам.       — Как скучно живете. Книжный по вторникам, отварные овощи на обед, в аудитории всегда на одном и том же месте, тебе никогда не хотелось что-то изменить в ритме жизни?       — Эти маленькие ритуалы и придают жизни смысл, — Саша на секунду замолчал, а потом потрепал меня по макушке.       — Откуда ты такая взялась? — раскатисто засмеялся парень, превращая мои волосы в гнездо неизвестной птицы.       — Всё… Перестань, пора! — засмеялась я.       — Стой… Парень за твоей спиной с коридора за нами следует. У меня проблемы, отойди подальше, а потом позвони по этому номеру, — вдруг насторожился парень, всучивая мне визитку.       Я демонстративно покружилась, чтобы мельком увидеть смотрящего. Это был высокий плечистый брюнет в солнечных очках. Я бы поверила, что он за Александром, но меня давно преследует одна машина, та самая, у которой стоит преследователь…       — Нет, это за мной. Буду рада помощи, — спокойно бросила я и направилась к машине. Александр не последовал за мной — это даже к лучшему.       — Здравствуйте, вы за мной следите? Если нет, то я, наверно, очень глупо выгляжу… — не успела договорить, как меня закинули в машину и куда-то повезли. Странно, может враги Диктатора или старый конкурент отца, хотя он уже давно хранит тишину в эфире.        Меня молча, ничего не объясняя довезли до моего дома и проводили в подъезд, там и отпустили, вот это уже странно…       — Так ты выполняешь то, что я тебе сказал? — холодно процедил Артур, когда я зашла в подъезд. Из каморки показался озабоченный Пит, я дала отмашку, мол «я не знаю, что происходит, но мы разберемся сами как-нибудь», тот лишь кивнул.       — Так это все ты?! Какого черта? — оторопела я.       — Это я должен у тебя спросить «какого черта» ты делала с Александром Поповым? Я с самого начала понимал, что ты падкая на богатых, но глупо надеялся, что это относится только ко мне! — кричал парень, я моментально дала ему звонкую пощёчину и направилась к лифту. Попутно сдобрив его нелестными эпитетами и негодованием по поводу того, что происходит, а также его способности видеть картинку в целом, ведь не будь преследователей, я бы еще недели три не обращала внимания на Попова. В целом смысл слов, брошенных сумасшедшему диктатору, был прост: «С какой стати я должна пропускать занятия по прихоти какой-то выскочки?»       — Ты хоть понимаешь, что сделала?! — вопил он, когда лифт известил о прибытии. — Не знаю, как в твоей, но в моей вселенной репутация значит очень многое, а ты чуть не втоптала всё в грязь!       — Я ни с кем… — хотела объяснить ситуацию, но меня перебили. Ладно, пусть перебесится, а потом я все объясню.       — Когда я сделал тебе предложение о заключении устного контракта, ты уже тогда должна была расстаться со всеми, с кем имеешь связь.       Я пятилась, пока не оказалась в лифте и все пути к отступлению не были перегорожены одним сумасшедшим. Эмоции уже зашкаливали.       — Я не встречаюсь ни с кем, — процедила я.       — А это что? — спросил он, швыряя мне в лицо фотографиями часовой давности, на которых меня приобнимал Александр, а потом тряхнул меня за плечи так, что в глазах на секунду потемнело. Вот как недоедание сказывается, сейчас только в обморок грохнуться не хватало, — Да ладно бы с кем-то встречалась до меня, но с братом! Не знаю, как ты завладела благосклонностью наследника Пегасуса, но теперь тебе нужно большее, твоя цель JETSETenc?! — выдавал один бред за другим парень, которого я недавно считала не таким уж плохим.       — Не суди всех по себе! Я и есть наследница компании Пегасус. Не просто наследница, а владелица, идиот. Твой брат мне и даром не нужен, как и ты. Отстаньте от меня оба! — кричала я так, что голос сорвался, а глаза неприятно защипало подступившими слезами. Но Артур… Артур смотрел с такой ненавистью. Он не слышал, не хотел слышать.       Я замахнулась для удара. Правая рука была больно перехвачена и сцеплена над головой. Зато вторая моментально достигла цели и только потом присоединилась к первой. Он молча прожигал меня взглядом, пока я прятала лицо. Никто не увидит моей слабости, а сейчас я загнана в угол этим психом. Странно, что после столь неприятного и недолгого знакомства, слова Артура задели меня, словно их говорил кто-то очень близкий. Отдышавшись, я вдруг отключилась. Также как и в компании, просто внушила себе, что сильная, сердце перестало отбивать бешеные ритмы, а лицо снова стало безэмоциональным. Стала Карамельным Монархом, который руководствуется только разумом. Посмотрела ему в глаза и с самой холодной интонацией, на которую только была способна, тихо, разделяя каждое слово, разрезая им тишину лифта, произнесла:        — Предала тебя? Это не я собрала по тебе непроверенную информацию и послала анбалов на танке следить за тобой. Хотя да, поздравляю, ты победил. Заставил меня почувствовать себя беспомощной и загнанной в угол. Ты хоть примерно знаешь, каково это, когда тебе не к кому обратиться, когда ты совсем один? Нет? Какая же ты сволочь, Артур, — последние слова я бросила особенно жёстко. Парень молчал, но на долю секунды в его глазах скользнуло что-то почти неуловимое понимание моих слов или смятение. Я дернулась, он лишь сильнее сжал мою руку и всё также молчал.       — Если ты так меня ненавидишь, то просто откажись от контракта. Я согласилась на устный контракт только потому, что компания для меня выше каких-то личных интересов. Она и есть мой личный интерес. Я отдам тебе проект, лишь бы больше не иметь ничего общего с вашей семьей! — голос дрогнул, самообладание меня предавало, боль в руках была невыносимой, а от последних слов он ещё сильнее сжал мои запястья.       — Что плохого в слежке за тем, что принадлежит мне? Предполагал, что со мной ты настоящая, что в тебе осталось что-то. Ты смогла обмануть, даже сейчас ты лжёшь. Я это знаю, но твои слова звучат так наивно, так хорошо.       Страшно, но надо не отводить взгляд, казался сильной, если не можешь быть таковой.       В мгновение ока оказалась прижатой к стене, его руки находятся по обе стороны от моего лица, а правое колено между ног. Он не позволяет присесть и вывернуться из такого положения. Его металлические глаза прожигают своей ненавистью. Кожей лица чувствую тяжелое, горячее дыхание парня с запахом виски и сигарет. Опять пьян… Не успела я обдумать это, как он приблизился ещё на сантиметр и впился в мои губы, сминая их поцелуем. Жёстким, требующим немедленного ответа, который я упрямо сдерживала, тогда он переместился на шею. Дыхание сбилось, а губы попытались произнести мольбу о прекращении этих мук. Он воспользовался этим и запечатал губы, моментально углубив поцелуй. Моя рука невольно потянулась к шее Артура, медленно зарываясь в мягкие волосы, приятно, страшно, долго… Его рука — уже очертила овал лица и переместилась на затылок, вызывая трепет в груди. Я хотела поддаться. Все порывы души несли меня в направлении полной капитуляции, он полностью завладел моими желаниями, мыслями. Неожиданно упавший на пол телефон Диктатора позволил вспомнить о том, кем я являюсь, где нахожусь и кто он такой. Мотнула головой, прикусила его язык и во рту почувствовался металический привкус, смогла отстраниться с боем прекращая поцелуй. В эту же секунду нарываясь на потемневший от злости взгляд парня. Молчу и с вызовом смотрю на парня, пусть только попробует повторить. Не моя ошибка, это он прижал меня к стене и теперь удерживает мой взгляд, схватившись за подбородок.       — Тебе не хватает покорности, — «а тебе мозгов», — хотелось ответить Артуру.       — Что ты… — не успела сказать я, как его большой палец проник в мой рот. Он надавил на нижний ряд зубов, тем самым открывая его шире.       — Открой рот, Алексия, — спокойно сказал Артур, будто это не он меня к этому принуждает сейчас.       — Дай мне попробовать тебя, — приблизив лицо, шепчет мне в губы, — Моя, — и моментально целует, углубляя поцелуй, не позволяя закрыть рот.       Я всегда видела поцелуи как проявления нежности, страсти, любви. Сейчас же поняла, что в таком жесте может скрываться угроза, жестокость, ненависть. Страх сводит скулы, слезы, мокрыми дорожками сбегают по шее и его руке, начинаю пытаться укусить, убрать лицо от себя, но он быстро пресекает мои попытки и отстраняется. Только я порываюсь к выходу, как меня перехватывают со спины, подхватывают под грудь и проводят рукой по шее.       — Нет, пожалуйста, отпусти… — дыхание сбивается, от голоса остался только жалобный писк.       — Не убегай, Алексия, — шепчет прямо на ухо, вызывая еще более странные ощущения.       — Нет, Артур, пожалуйста…       — Скажи мое имя еще раз, — приказывает, опаляя шею своим дыханием.       — Ар… — его губы касаются шеи, — Артур, — выдыхаю я и каким-то чудом дотягиваюсь до кнопки «открыть» на панели управления.       Парень на секунду отвлекся и ослабил хватку, так что я пулей вылетаю из лифта и бегу ко входу в пентхаус, благо ключь-карта быстро срабатывает. Судорожно трясущимися руками закрываю дверь на все замки. Ноги не держат, прислоняюсь спиной к входной двери, оставляя Артура снаружи. Сползаю вниз по холодной двери, чувствую, как с подбородка начинает капать влага. Так быстро я ещё никогда не бегала, так сильно я ещё никого не боялась. Стук в дверь, сердце замирает, а я даже не пытаюсь встать, только шарю рукой по стене, чтобы вырубить сигнализацию. Не хочу смотреть ему в лицо. Просто жду, пока это закончится, обхватив руками лицо.