into you

— О, а я как раз жду тебя, Эванс.       Скрестив руки на груди, я поудобнее усаживаюсь на диване в гостиной, стараясь при этом не упустить планшет, покоящийся у меня на коленях. — Ну это логично, учитывая, что мы в отношениях и живем вместе, — кивает он. — Что случилось, котеночек?       Крис уже знает, что если я встречаю его так, то это неспроста. Хоть мы вместе немногим больше полугода, все равно уже успели выучить практически все привычки и повадки друг друга. Еще бы, с такими-то притирками. Во время периода осознания наших отношений и понимания, что твой партнер — принципиальная вредина, что у нас тоже взаимно, помимо чувств, казалось, будто все это, толком не успев начаться, закончится расставанием. Если вообще не дойдет до убийства. Но нет, выдержали, сейчас стало проще. Видимо, экзамен все-таки сдали, пусть не на «отлично», но хотя бы на «удовлетворительно». А когда мы не ссоримся, так точно «хорошо», еще и с плюсом.       О, да кого я обманываю. Я счастлива с ним, пусть мы и живем, как кошка с собакой. Точнее, кошка с котом, регулярно дающим мне множество поводов для порождения миллиона вопросов. Сегодняшний день также не стал исключением и был плодотворным, поэтому… — Тебя ждет допрос, — воодушевленно заявляю я. — По какому поводу? — удивленно хмурится Эванс. — «Вечернее свидание с Крисом Эвансом», — зачитываю я название статьи, открытой на планшете, — и это «Космо», мой милый друг, так что тебе не отвертеться. — Боже мой, как ты это нашла? Ему же уже сотня лет, не меньше, — ворчит он. — Всего два года, так что его все еще можно считать актуальным, ведь более свежих подобных интервью я что-то не припомню. — Я стал серьезнее. Обзавелся девушкой, — с улыбкой перечисляет Крис. — А она, кстати, почему-то ворошит мое рекламное прошлое. — То есть здесь ты говорил неправду? — уточняю я. — Думаешь, я знаю, что там?       Логично. Ему приходится учить множество текстов, и подобный опрос явно не задержался бы в его памяти. Но я освежу воспоминания, ничего страшного. — «Девушка сексуальнее всего выглядит в трикотажном топе, спортивных штанах или шортах», — зачитываю я, — что ты на это скажешь? — Когда мы познакомились, ты вообще была в пижаме.       Крис, предчувствуя долгий разговор, опирается плечом о дверной косяк, тоже скрестив руки на груди, как сделала я еще несколько минут назад. — Ага, совершенно без макияжа, — это отсылка к его словам про излишек косметики на лице, — и зареванная. То есть в твоем понимании я тогда выглядела сексуально? — Принцесса, на тот момент ты только-только рассталась со своим прошлым парнем, и я не стал бы называть нашу первую встречу свиданием.       Это правда. У нас с Крисом есть общая подруга. И когда произошел этот мой болезненный разрыв, она оказалась далеко от меня, поэтому вместо себя, беспокоясь обо мне, прислала Эванса, чтобы он присмотрел за мной во избежание каких-либо необдуманных поступков и глупостей с моей стороны. Ну вот он и присмотрел… — Ладно, — соглашаюсь я. — К тому же, тогда ты вызывала у меня лишь желание обнять тебя и успокоить, — ласково произносит он. — Не пытайся сменить тему, — пригрозив ему пальцем, я продолжаю, — свидания-прогулки, хм, здесь явное совпадение.       Мы оба не любим бесцельно сидеть за ресторанным столиком друг напротив друга. Нет, в смысле, мы можем поужинать где-нибудь, но это, скорее, данность, чем идеальное свидание. А вот поваляться в снегу, поиграть в снежки, или в теплую вечернюю пору пройтись по пляжу, наслаждаясь общением — это именно то, что нам нравится. — «С драгоценностями и духами легко промахнуться, поэтому…» ты подаришь девушке одежду, серьезно? — дальше следую я по содержанию статьи, хотя это больше похоже на блиц-опрос, — но ты ведь дарил мне кольцо, — я отрываю взгляд от экрана планшета и вопросительно смотрю на Криса. — То, которое ты предварительно показала мне. — И ни разу не дарил ту самую одежду, — подытоживаю я. — Тебе по душе книги, ежедневники… — Достаточно, я поняла. А вот как быть с подарком для тебя? Ты хочешь коллаж? — озадаченно спрашиваю я, исходя из его ответа в тексте, — я всегда дарила тебе всякие горячие эксперименты. — И я очень доволен этим, — лукаво улыбается он. — Ну еще бы, — фыркаю я. — «Слушай ее, а не старайся произвести впечатление». Как быть с этим? — Я до последнего не знал, что ты ко мне чувствуешь! — оправдывается Крис, старательно сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.       Нет, ладно, слушать он и правда умеет. И не заваливал меня подарками, пытаясь покорить так. Наоборот, это были поступки, но не пафосные или кричащие о чем-то, а действительно показывающие его серьезное и трепетное отношение ко мне. Правда, все же насчет впечатления я могу поспорить, потому что водится за ним пара грешков, о которых я никогда не расскажу нашим детям, если мы дойдем до такого серьезного этапа в отношениях. — Хорошо, — ворчу я, — я принимаю этот ответ. В остальном, вроде бы, вопросов нет. С цветами тоже все понятно, — мимолетно покосившись на подаренный мне вчера букет, констатирую я, — а вот как быть с твоей тягой к наготе? Что-то я не замечала за тобой вуайеристских наклонностей.       Хотя это лишь приписка, основанная на фактах, найденных о нем на просторах интернета, но все же кто-то где-то обмолвился об этом, вот данная щекотливая подробность и всплыла. — Когда я рядом с тобой, у меня всегда тяга к наготе, — мурлычет он. — Прекрати, — отмахиваюсь я, — у нас серьезный разговор. — Из-за какой-то там статьи?       Крис подходит и садится рядом со мной на диване. — Но ты ведь говорил это, — оправдываюсь я. Выходит не очень. — Котенок, что не так?       Вот теперь и он серьезен, даже обеспокоен. — Просто хочу знать, насколько я подхожу тебе, если исходить из твоих же предпочтений. — А, то есть ты до сих пор сомневаешься? — с усмешкой выдыхает Эванс, обнимая и притягивая меня к себе, и я едва успеваю убрать планшет в сторону. — Ну я не идеальна. — О, да. — Ничего не скажешь? — кашлянув, сердито задаю я вопрос. — Нет, — невозмутимо сообщает он. — Ну-ну. — Я тоже не идеален. Довольна? — Почти. — Принцесса, скажу честно — ты не соответствуешь некоторым моим предпочтениям, но полностью отвечаешь самому важному из них, я бы даже сказал — первостепенному. — Какому? — взволновано спрашиваю я. — Я люблю тебя.       Эта фраза Криса, произнесенная им тихо-тихо, путается и теряется у меня в волосах, когда он губами касается моего виска, но зато плотно заседает в моем сердце, разливаясь нестерпимо приятным теплом в груди. — Ничего не скажешь? — с легким безобидным ехидством дразнится Эванс. — Нет.       Вздохнув, он ложится, утягивая меня за собой. — Я выбрал себе в девушки ужасного-ужасного котенка, просто жуткую вредину. — О, ты не выбирал, — я крепче обнимаю его, теснее прижимаясь к нему. — А кто же тогда? Ты? — Любовь. Все сделала любовь. — Согласен. Видишь, соответствовать моим предпочтениям не так уж и сложно? — Похоже на то. — А теперь я испытываю острейшую тягу к оголению, — задорно сообщает Крис. — Нет. — Да. И приготовься отвечать на мои вопросы. — Это еще какие? — я изумленно смотрю на него. — Каверзные и непристойные, — с многозначительной усмешкой говорит Эванс. — Неужто я покраснею от них? — подыгрываю ему я. — Всенепременно, — заверяет меня он. — Это будет допрос… с пристрастием. — Тогда приступим, чего зря оттягивать момент. Заодно сразу получишь свой рождественский подарок. — Но до Рождества еще…       Я не даю ему договорить, целуя его первой.       В конце концов, и правда главным требованием друг к другу является любовь, а остальное… для этого и существует период притирок.