Омежий гарем
22 ноября 2025 г., 03:47
За пологом была стена, так что Санджи чуть лбом не стукнулся. Но Джулиан быстро поднял палец и очертил квадрат — прямо в плотной каменной стене образовалась дверь, куда прошмыгнул Джулиан, волоча за собой пораженного Санджи.
— Дьявольский фрукт, ничего особенного, — бросил тот, быстро-быстро топая по коридору за стеной. Поворот сменялся поворотом, и Санджи как ни пытался, уже не был уверен, что сможет найти дорогу назад. Тем более дверь за ними растворилась после закрытия.
Стены были толстыми, потому никакой музыки бала не было слышно, только гулкие шаги двух омег. Они бежали довольно долго, когда Джулиан так же резко остановился, и Санджи чуть не сбил его с ног. В ничем не примечательной стене он очертил квадрат двери, чтобы пройти через еще одну стену.
И вот за ней в лицо Санджи ударил солнечный цвет и аромат цветущих кустов, они оказались в обширном саду, окруженным высоченной стеной. Санджи видел ее еще на подступе к замку и думал, зачем такая стена вокруг половины. Как и ожидалось, это был омежий гарем.
Потому что в нос Санджи ударили не все цветы сада, а сладкие, пьянящие, манящие и дразнящие ароматы омег. Они были здесь, в цветущем зеленом саду. Несколько десятков точно — сидели на траве на покрывалах, устроив пикник, кто-то писал картину у мольберта, кто-то беседовал, сидя за белоснежным садовым столиком. На них были свободные красивые одежды, а на лицах — умиротворенные улыбки. Один молодой омега играл со здоровеньким малышом у себя на коленях, другой в дорогом сером камзоле расчесывал роскошные рыжие волосы. Некоторые со сдержанным любопытством поглядывали на парочку, вышедшую из стены. Никто не паниковал и не нервничал. Здесь витал аромат умиротворения, Санджи редко ощущал подобный от омег. Джулиан расслабленно втянул воздух обеими ноздрями и улыбнулся прекраснейшей и лукавейшей из улыбок:
— Добро пожаловать в омежий гарем.
— Робин, бровастый там… — начал было сходу Зоро, но Робин строго стрельнула в него взглядом. Тут ведь Гай, надо поддерживать легенду.
— Кок там… — поправился Зоро. Робин испепелила его взглядом.
— Господин мечник, мы уже с вами беседовали по этому поводу, не стоит давать моему супругу никаких прозвищ.
Зоро состроил угрюмую мину, продолжая игнорировать хозяина вечера. Сколько бы команда ни старалась, ни к Зоро, ни к Луффи не желали прилипать даже кусочки этикета. Поэтому все смирились.
— Там к твоему супругу этот верткий прилип, все хотел что-то тайное сказать, — мотнул Зоро головой на другую сторону зала и замер, открыв рот: — Они исчезли!
— Ох, — совсем не удивленно удивилась Робин, так что даже Зоро это заметил.
— Если вы о Джулиане, то он наверняка просто повел угостить вашего прекрасного супруга пуншем. Он всегда привечает новичков в первую очередь, чтобы чувствовали себя расслабленно, — речь Гая текла, как густой мед его запаха.
— Коку пить нельзя. Он дурной становится, — поведал Зоро Робин. Она присела перед хозяином в глубоком реверансе.
— Благодарю за познавательную экскурсию. Я отлучусь на минуту, чтобы преподать своему слуге урок вежливости и исполнения своих обязанностей.
— Конечно, я проведаю остальных гостей, — так же низко поклонился Гай, выражая достоинство в каждом движении головы. Зоро захотелось зарычать.
— Робин! Он пропал, мелкий точно его спиздил! — затараторил он, стоило Гаю отойти. Рука Робин успокаивающе коснулась его руки, неосознанно сжимающей рукоять катаны.
— Я знаю, мечник-сан. Но пока наш Санджи в безопасности.
— Как это ты знаешь?! И чего ты так спокойна?!
Робин вздохнула. Она была рада, что Зоро на подавителях, иначе бы тут половина омег заскулила или в обморок попадала. Многие из местных парней-омег были довольно изнежены, практически с детства их растили в тепличной роскоши, готовя на продажу.
— Я заметила, что он проверял укус Санджи, когда подходил познакомиться. И что он подал знак своему омеге. Тот проверял его укус, когда подошел к вам?
— Ну… типа того? Я не знаю, как там у них все устроено. Но зачем?
— Дело в том, что не только я отвлекала Гая, когда беседовала с ним об оркестре и ложах. Но я заметила, что и он отвлекает меня, чтобы умыкнуть моего омегу, — легко улыбнулась Робин. — Думаю, он приглянулся нашему хозяину.
— И что в этом хорошего?! Кока надо спасать!
— Отнюдь, — Робин умиляло, как кипятится и места себе не находит молодой мечник, сам не понимая, что с ним. — Это первый этап. Думаю, оба пришли к выводу по испугу Санджи, когда кто-то приближается к его шее, что метка была поставлена насильственным способом. И что омега пережил огромный стресс.
Зоро помрачнел, но наоборот не потерял решимости и поставил ноги шире, чтобы крепче упираться в землю.
— Ну и что. Разве тут не у всех омег так? Мы уже с коком много где потаскались, чтобы усвоить, как с омегами-парнями обходятся.
Робин покачала головой. Судя по тому, что она увидела на балу, многие омеги тут были очень хорошо ухожены и воспитаны. Быть может, их семья продала их заранее еще в юности, и их готовили стать супругом богатого альфы, давая отличное образование и сдувая пылинки. Зная, что иначе в мире их ждет суровая судьба, омеги с радостью цеплялись за право быть купленными супругом.
— Кок-сан своим ярким поведением неизбежно привлек к себе внимание этого альфы, — тем временем сказала она Зоро. — Но когда он откажется сбежать ради того, чтобы быть одним из сотни супругов, а значит, практически не обслуживать альфу, наступит второй этап. Богатейший из альф предложит нам баснословный выкуп, чтобы мы сами отдали Санджи. Даже любопытно, сколько же это будет!
Робин была спокойна, Гай годами устраивал приемы, потому скандалов и убийств на них быть не должно. Репутация для него была превыше всего, если хочет и дальше не искать омег по свету, а чтобы ему на блюдечке приводили полюбоваться на лучших омег во всех морях. А он выбирал из них с ленцой, как из груды апельсинов. А поскольку для многих омеги дорогие, но все же аксессуары, за достаточную сумму тут продадут каждого.
Вот почему омеги поумнее при всей шикарности бала лишь прятались за спинами альф и старались быть скромнее. Потому что догадались. И боялись приглянуться, и тогда их альфе сделают предложение, от которого жаль будет отказываться. Но это история не про Санджи.
— Черт! — дернулся Зоро, бешено озираясь по залу. — Его срочно надо вытаскивать, Робин! Кок, он… Он может и согласиться!
Спокойная светская улыбка на лице Робин дрогнула, она попыталась взять эмоции под контроль:
— О чем вы, мечник-сан? — Зоро озирался, игнорируя Робин, и той пришлось развернуть его к себе руками. — Что вы знаете?
— Ну…как бы… у нас тут с коком был кое-какой разговор… Короче, я как бы предложил ему стать частью нашей стаи.
— И?! — Робин знала ответ.
— И он как бы отказался.
— Но… но почему?! — Робин побледнела, всякие попытки соблюдать внешние приличия были утрачены.
Она думала, прикормленный и обласканный запахами команды кок был у них в кармане. Он льнул по утрам ближе к Робин, когда подавал ей кофе, купаясь в ее теплом со сна аромате, он жмурился от удовольствия, когда Нами поправляла ему галстук, оставляя метки запаха. Даже Луффи было разрешено на него бросаться. Не на всего, конечно, но цепляться за ногу и волочиться по полу уже было нормально.
И хотя Чоппер настаивал на медицинской тайне, Робин была уверена, что если Санджи пригласит его несравненная пара, тот просто на инстинктах тут же согласится.
— Что-то про то, что омегам очень трудно найти место в этом мире. И что он не имеет права красть такую прекрасную стаю у Виви.
— Какая глупость, — Робин закрыла лицо рукой, ругая себя. Она прекрасно знала, что Санджи чуткий человек. Даже до того, как он раскрылся омегой, ее очаровала его чуткость и забота. Потому они должны были поговорить с ним о Виви и о том, что стая еще не завершена, гораздо раньше. Но они считали это слишком очевидным, да и слишком уже своим, близким, казался всем Санджи.
— Да, я так же сказал! Но он прямо реально отказался! И знаешь, Робин, он ведь и к старикану тому Зеффу вернуться не может. Он был такой… отчаянный. Мне это не понравилось. Готовый уже на все, чтобы хоть где-то приткнуться и не мешать нам! А ты говоришь, они ему место предложат, где альфе почти до него дела не будет! Он ведь дурак, ты же понимаешь это, Робин! — Зоро повысил голос, но Робин не замечала.
Не в этих выражениях, но Робин понимала это про Санджи. Он не желал быть обузой, видел тяжесть судьбы омег, и не хотел быть вором самого ценного у даже незнакомой ему Виви. Этот Санджи, их глупый-глупый милый Санджи, пытающийся отдать нуждающимся даже больше, чем у него есть… он должен быть частью ИХ СТАИ.
Робин резко собралась и сложила руки, отращивая свой рот прямо на канапе в руках Усоппа. Тот вскрикнул где-то в дальнем конце зала.
— Усопп-сан, планы меняются. Санджи был похищен Джулианом. Мы должны найти его быстро, пока не случилось непоправимое, — сказало с пола канапе. Чоппер потыкал его копытцем.
Робин открыла глаза рядом с Зоро. Тот нервно оглядывал толпу, бессмысленно втягивая воздух ничего не чующим носом. И вдруг зарычал:
— Черт! Этот медовый ублюдок Гай! Он тоже исчез! Надо перехватить его, пока он не сделал что-то с коком!
— Чаю? — предложил рыжий омега с измурудно-зелеными глазами.
— А? Да? Благодарю… — Санджи мало того, что загляделся на его неземную красоту, так еще и не привык, чтобы его обслуживали за столом, а не он всю команду. Омеги в сотый раз многозначительно переглянулись. — Я могу быть неловок, — вежливо улыбнулся Санджи, — я прежде не бывал в подобных местах.
— Да уж, я это понял, — фыркнул весело болтавший ногой Джулиан. Он сидел за летним столиком напротив, лопал красивые рассыпчатые пирожные и крошил на праздничный шелковый наряд. Ему было плевать, он не боялся наказания. — У каждого есть своя комната, а еще этот огромный сад. Каждый занимается тем, что ему нравится. Вот Фредди рисует картины. Мы даже подписали парочку поддельным именем альфы и продали в картинные галереи. Мерлин любить шить, это он мне сшил. Красиво же, да?
И Джулиан сделал плавную волну рукой, как парящей в небе птичкой, струящаяся ткань рукава повторила тонкое движение.
— Так, что дыхание захватывает, — честно сказал Санджи. Он не привык делать комплименты мужчинам. В Джерме на кухне его окружали грубые беты и пожилые альфы, в семье к братьям нельзя было проявлять мягкость. Но Джулиан был чем-то вне пола, просто прекрасным созданием, и это невольно стирало все рамки и предубеждения в голове Санджи. Он про себя называл это «магия настоящего омеги».
— А ты что любишь делать? Можешь ничего не любить, это не обязательно, — искренне придвинулся к нему Джулиан. Вокруг на траве стояли или сидели другие омеги: разных возрастов, но все ухоженные и пахнущие уверенностью и дружелюбием. Против воли Санджи расслаблялся, забывая, что хотел выведать у Джулиана, где хранятся сокровища дворца.
— Я… готовить. Я готовлю для всех в своей кома… для Робин-чван! — неловко закашлялся Санджи.
— Готовить?! — восхитился Джулиан, слова Санджи почему-то произвели фурор среди омег. Рыжий красивый омега фыркнул и задрал нос:
— Я тоже хорошо готовлю.
— И вредничаешь тоже хорошо, — показал ему язык Джулиан. И доверительно прошептал Санджи: — Розе готовит только мои любимые сладости. Но не потому что я ему нравлюсь, он надеется, что я растолстею, и Гай наконец обратит на него внимание.
— Он добровольно желает привлечь внимание альфы! — предательские слова сорвались с уст Санджи быстрее, чем он успел подумать. Эта странная успокаивающая смесь запахов омег, обступивших его со всех сторон, была как сыворотка правды.
Все омеги вокруг него как-то сочувственно переглянулись. Чуть полноватый парень лет тридцати мягко похлопал Санджи по плечу в знак сочувствия.
— Скажи мне, эта метка под ожерельем, она ведь поставлена против воли?
Санджи вскинул на него испуганный разоблаченный взгляд, и только сейчас увидел, что ни у одного омеги в этом волшебному саду, кроме них с Джулианом, нет на шее омежьего «ошейника». Все они гуляют тут свободными от покусительства альф. Альф с острыми клыками, рвущими плоть на шее и одежду одновременно.
— Н-н-нет, как вы могли подумать… — руки его потели, тонкий фарфор дрожал, когда он ставил чашку на стол.
— Ты думаешь, ты первый омега, который дергается от одного взгляда альфы на его шею? Который сам не замечает, как всегда поворачивает весь корпус вслед за самым опасным альфой, не желая поворачиваться загривком? — серьезным тоном спросил Джулиан. — Как думаешь, сколькие из сорока омег здесь пережили то же самое?
— Я вовсе не… — врать почему-то не получалось. Дело было в ощущении теплых объятий запаха, в котором можно утонуть и расплакаться от всех унижений, которые нужно было тащить на своих плечах, не желая признаваться в слабости.
Какой-то омега коснулся пальцами дорогого плетения ожерелья у затылка, и Санджи резко дернулся, выдавая себя с потрохами.
— Все… все не так. У нас с Робин-тян отличные отношения! — запротестовал он, заглядывая в глаза молчащим, лишь с пониманием слушающим омегам.
— Ты красивый, — внезапно сказал Джулиан, снова переключая внимание на себя. Санджи не знал, что ответить. Это Джулиан, Розе, да и все остальные были красивы природной красотой омег. — Редкой для омеги красотой, — спокойно продолжил Джулиан. — Ты высокий и сильный, как альфа, но гибкий и колкий, как бета, и у тебя красивые глаза и нежные волосы, как у омеги. Ты очень редкий экземпляр. Как думаешь, когда они с тобой наиграются, за сколько они тебя продадут?
После сладких комплиментов последняя фраза свистнула хлыстом мимо уха Санджи.
— Моя команда меня не продаст!
— Они пираты, — закатил глаза Джулиан. Санджи открыл рот, понимая: их раскусили. Или знали с самого начала, что они притворщики, но все равно позволили войти. Ради чего?
— Ты яркий омега. И ты нервничал при виде любого альфы. Я приказал не трогать никого из этой шайки ради тебя. Я хотел пригласить на чаепитие тебя.
Его рука протянулась через весь столик и крепко сжала дрожащую руку Санджи. Ореховые глаза глядели с сочувствием и пониманием прямо ему в душу.
— Я решил подыграть в этом представлении, чтобы спасти тебя.
На секунду сердце Санджи пропустило удар. Было что-то глубинно искреннее в простых словах «спасти тебя». Мир не говорил ему таких слов, мир вечно требовал, чтобы он спасался сам или был съеден. Или чтобы предавал и крал чужое место в стае, если хочет выжить. Но этот прекрасный и нежный омега пожелал его спасти.
— Я… — голос Санджи дрогнул. Омеги вокруг понимающе улыбались, быть может, каждый из них был так же спасен из внешнего жестокого мира в ограниченный рай сказочного Сераля.
— Вы уже пьете чай! Простите, долго искал, где ты в этот раз дверь решил поставить, — из не прикрытой до конца двери, откуда вышли с той стороны стены Санджи и Джулиан, шагнул уверенным шагом медовый альфа Гай.
Против воли Санджи испуганно вздрогнул. Он насторожился, с благодарностью ощущая на себе вес омежьего колье от Нами. Мугивары были далеко, но это было хоть какой-то защитой в ловушке, в которую он сам себя загнал. Здесь никто не услышит криков сопротивления.
— Эй, Гай, ты рано! — по-детски разозлился и надул щеки Джулиан. — Мы еще не поболтали как следует! Смотри, ты его пугаешь.
Против воли Санджи излучал резкий и кислый запах лимона, если бы запах мог шипеть, он шипел бы как кошка.
— Он так вкусно пах, пока ты не заявился, — фыркнул омега, выражая небрежение владельцу всего гарема.
— Зато я рад тебя видеть! — просиял в улыбке Розе и красиво откинул на спину высокий хвост огненно-рыжих волос.
— Заткнись, — цыкнул на него Джулиан совершенно буднично, даже не удостаивая взглядом.
— Ну, прости, прости, уж больно этот парень любопытный, не хотел, чтобы кто-то из наших гостей положил на него глаз и опередил нас, — Гай спокойно прошел через омег, слегка расступившихся перед ним. Их запахи не менялись, все такие же мягкие и успокаивающее, только Розе стал благоухать утренними розами в три раза сильнее и упрямее, привлекая альфу.
— Привет всем, ребята, — дружелюбно махнул рукой Гай. — Ну как вы? — он встал за спинкой стула Джулиана и нагнулся, чтобы обнять его за плечи и прижаться щекой к щеке. — Может я так спешил, потому что хотел тебя увидеть?
— Ой, не подлизывайся, — бросил Джулиан, но было видно, как он сам прильнул назад в объятия альфы. Это было так нежно, что Санджи смутился и отвел в сторону глаза.
Это и есть гарем? Альфе определенно нравится только Джулиан, остальные омеги не в опасности. Разве что Розе жаждет его внимания и стать фаворитом, явно он тут главный автор омежьих интриг. Но если все так, то откуда ребенок у другого омеги? Альфа все равно покрывает по очереди всех по праву владения, пусть это и может огорчить его любимца?
Санджи вдруг стало очень горько, и не только за омег в неволе, но более даже за искренне влюбленного Джулиана, покорившегося ради любви таким условиям. Он может делать двери где угодно, но любовь держит его более крепкой цепью, чем любые кандалы. Джулиан же сидел напротив и благоухал, придавая густому тяжелому запаху меда альфы весенний аромат цветов, вместе их запах смешивался и танцевал отдельным букетом.
— У вас очень милый… сад, — выдавил Санджи учтиво, боясь сказать «гарем» и ранить чувства омег.
— Благодарю, это ребята сами все обустраивали тут. Мы не пускаем сюда никого из внешнего мира, — серьезно ответил Гай. Он обнимал Джулиана, но его анализирующий, опасный по-альфьему взгляд сканировал Санджи.
— Не пялься, — вдруг легонько треснул его по лбу холеной рукой Джулиан. — Ты его пугаешь. Ты все верно угадал, это насильственная метка.
— Я этого не говорил! — вспыхнул Санджи.
— Твое тело сказало, болван! — вклинился Розе.
— Заткнись, Розе, ему даже не нравится Гай, он не твой конкурент! — буднично одернул его Джулиан.
— Пирожных? — Розе уже подавал на подносе Гаю свою выпечку, как всегда игнорируя приказы Джулиана заткнуться. Он брал быка за рога.
— Спасибо, я на фуршете поел, — на ответ Гая Розе всего перекосило, и он сложил руки на груди, оттопырив губу. Альфа не желал принимать его знаки внимания.
— Нравится — не нравится, но альф тут не ахти чтобы много, — выдал тот. — Пройдет годик, сам будет жаждать, чтобы альфа на него посмотрел с вожделением.
— Да не хочу я, чтобы альфа на меня так смотрел! — возмутился Санджи и испуганно уставился на Джулиана. Чай, быть может, они подмешали какую-то сыворотку правды в чай? Или это запах одного из омег так развязывает рот?
— Видишь, — поучительно пояснил своему альфе прекрасный омега. — Он травмирован, но уверен, что эти пираты его не продадут.
— Погоди, погоди, Джулиан, опять ты бежишь впереди паровоза, — легко засмеялся Гай. — Ты не тех пиратов обличай, а расскажи ему, как у нас безопасно. Эй, омега, — Санджи вздрогнул, когда альфа с терпким запахом меда, который гасил всю кислоту его паникующих лимонов, обратился к нему по полу. Тут было сорок омег, но Санджи понял, что к нему: — Ты в курсе, что я не кусал и не прикасался ни к одному из омег в этом саду, кроме Джулиана?
