̶А̶л̶ь̶ф̶а̶ Безбилетник

      К выбору таверны, где будет праздноваться вступление Санджи в стаю, команда подошла очень придирчиво. И чтобы была вкусная еда, и чтобы не было слишком много оголдавших альф вокруг, и чтобы выпивка…       Но Нами перечеркнула весь список из двадцати пунктов, которые составляла команда полвечера, когда с горящими глазами прибежала на корабль на следующем же острове. И выпалила, едва отдышавшись: — Ребята, там барменша — альфа!       И Санджи сиял, несмотря на немного тесноватую таверну, потому что мог безудержно флиртовать с альфой за стойкой. Высокая статная женщина примерно возраста Робин быстро просканировала внимательно смотрящую на нее из-за спины стаю и кивнула, принимая правила игры: болтать можешь, трогать нельзя. Быть может, так сильно вмешиваться в романтические дела Санджи было излишним, но они хотели сделать ему подарок в этот день, а не женить по-быстрому. А это означало никаких похищений и поползновений, один бесконечный безопасный флирт, от которого Санджи таял и пах лимонными карамельками, до того сладко.       Пахнущая крепким кагором альфа лишь улыбалась, кивала и хохотала над его комплиментами так, что люстра тряслась. — Так уж и прекраснейшая из винных?       Его комплименты были наивны на фоне тесной портовой таверны, но его запах приятно ласкал ей ноздри.       Санджи был совершенно очарован повадками барменши-альфы, а еще призывным, страстным запахом, от которого немного взмокал затылок под волосами. Она соблазняла его своими феромонами, и впервые Санджи не ощущал опасности от проявившей к нему интерес альфы. Ведь ну… она была девушка. Девушки прекрасны и безопасны. И потому он позволял себе аккуратно смаковать крепкий аромат с каждым вздохом. — Еще две бутылки, пожалуйста, — от любования красивыми локтями альфы, которые так споро двигались при жонглировании бутылками, Санджи отвлекла Робин. Он поднял немного захмелевшую голову со стойки. — Моя вина, Робин-чан, вы должны были сидеть, если вам нужно было, ик! Еще! Я бы сам все принес и обслужил. — Не стоит, кок-сан, я просто хотела размяться, — Робин внимательно посмотрела на барменшу, та фыркнула и подала бутылки, тут же поднимая ладони вверх. Дескать, хватит на меня из угла зыркать, вот они руки — при себе держу. — Кок-сан, вам не нужно освежиться? — Робин положила руку ему на плечо, специально притираясь запястьем в пиджак, чтобы обновить запах альфы из его стаи. — Я могу составить вам компанию. — Что? Не стоит так беспокоиться обо мне, Робин-чван! У меня все прекрасно! Не хочу быть обузой вам, я просто покурю и тут же вернусь, — Санджи пьяный скорее от аромата альфы, чем от выпитого вина, слегка пошатнулся и направился к выходу.       Пяток альф из темных уголков зала лениво проводили его взглядом, но ни один не поднялся последовать за омегой. Все прекрасно видели, с какой стаей он пришел, и что тут лучше не соваться.       Робин покачала головой, проводив его взглядом, и забрала бутылки. За шумным столиком мугивар Зоро тут же поднялся со стула, не дождавшись даже бутылок, за которыми пошла Робин. — На свежий воздух, — коротко пояснил он. — Конечно, — махнула рукой Нами, хитро улыбаясь. — Только не потеряйся, будь добр. — Да я только подышу и обратно! — гаркнул покрасневший Зоро и шумно протопал прочь, только и кивнул угрюмо подходящей с напитками Робин. Та улыбнулась команде, совершенно не волнуясь за их омегу. Тот под хорошей охраной.       На улице Зоро сразу понял, где кок. Какой-то щуплый альфа сбоку от входа заголосил: — Эй, омега, хочешь выпить за мой…       Зоро просто технично вскинул локоть и вмазал ему по зубам, даже не оборачиваясь. Не сильно, не ломая зубов, ведь предложить выпить не преступление. Так, разве что нос ему разбил, чтобы не лез. Тот заскулил, скрючиваясь на тротуаре.       Санджи стоял на углу таверны и курил, глядя сквозь увешанные фонарями и флагами крыши домов на звездное небо, тусклое из-за огней порта. Это был довольно богатый и спокойный остров, где на каждом углу были если не трактиры, то купальни или даже театральные помостки, на которых играли музыканты или ставили пьесы уличные актеры. — Маримо? — отреагировал Санджи на появление мечника совершенно спокойно. Он был полон упоения и выдохнул сигаретный дым в небо с блаженной улыбкой. — Какая ночь, а? — Ага, — смерил его взглядом Зоро, лениво зевая. — С большими сиськами.       Санджи подавился сигаретой, вот надо же Маримо ляпнуть и все опошлить. — Одноклеточное ты растение, Маримо. Очарование женщины не заключается исключительно в ее груди! — Твои глаза весь вечер говорят иначе, — усмехнулся краем губ Зоро. Не то чтобы он шел сюда специально дразнить бровастого, просто тот так увлекся этой барменшей, что про команду забыл. Было немного обидно, Чоппер скучал по коку. Одновременно Санджи так радовался, что обе ведьмы не позволили Зоро подойти к бару лично и испортить это счастье. — Арр, Маримо, ты просто завидуешь, что у меня такая ночь! Не говори мне, что сам никогда не был очарован хотя бы мимолетно прекрасной незнакомкой, с которой вас свела лишь одна мимолетная встреча!       Зоро нахмурился и сложил руки на груди. — Не был. Начерта мне незнакомки, они же незнакомые. У них может кинжал за пазухой. Не вдохновляет. — А может там цветок или шоколадная конфета! — Санджи страстно переубеждал его, размахивая сигаретой. — Может. Но чаще всего — кинжал. И я не настолько люблю конфеты, чтобы лишний раз выяснять. К черту чужаков. — Пффф, ты так никогда не найдешь свою судьбу, если будешь доверять только своей стае. — Ничего. У меня своя цель — стать лучшим, а не по омегам бегать. Мне пара не нужна.       Решившая словно сыграть ироничную шутку судьба именно в этот момент подкинула им молодую женщину в довольно откровенном наряде, открытый вырез подчеркивали стеклянные бусы в форме клубничек. — Эй, альфа, как насчет пропустить стаканчик со свободной девушкой? — наклонилась та вперед, демонстрируя просто великолепно колышущийся бюст. Но вместе с наклоном на нее повеяло и запахами парочки, и довольно миловидное лицо перекосило. Она с раздражением глянула на Санджи, распознавая свежий омежий аромат. — Да что же за ночь такая, и этот занят. Я думала, ну уж тут-то беспроигрышный вариант, дай подойду. В этом городе вообще свободные альфы есть?! — Я готов выпить с вами в этом баре, милая меллорин! — тут же оживился Санджи, хотя девушка явно была омегой. Пол красоте не помеха (если это девушка, конечно же!). Та цыкнула и смерила Санджи оценивающим злым взглядом. — Вот уж нет. Мне тут конкуренты не нужны.       Зоро внезапно положил руку на плечо Санджи и с опасным прищуром посмотрел на девицу, чтобы та испарилась в толпе как можно скорее. Она и вовсе плюнула им под ноги и ретировалась. — Ты зачем ее отпугнул своей рожей, Маримо? — надулся Санджи, не отстраняясь от руки. Сегодня вся команда его трогала, чтобы в таверне все знали, с кем он, так что было честным принять касание и от Зоро. А то будет чувствовать себя изгоем стаи.       Зоро вздохнул, глядя на кока. Тот совершенно не догадывался, что это была омега-проститука, которая хотела предложить Зоро ночь, если за выпивкой тому понравится ее запах. Но она сочла Санджи своим конкурентом. Этого он точно коку говорить не собирался. Кок считает Зоро наивным, а сам проститутку с первого взгляда отличить не может.       Зоро любил выпивать в одиночку, так что к нему часто в барах такие подсаживались. И он научился отпугивать их одним своим видом, уж точно они под своими юбками шоколадных конфет не носят. — Пусть катится. Она про тебя гадости думала. — Гадости? — Санджи наклонил голову на бок. — Серьезно, Маримо, ты не можешь распугивать от себя людей просто потому, что сам придумываешь им мысли. — Я ничего не придумал. Она плюнула! — Просто на этом острове так заведено! — Арр! Как можно быть таким тупицей! — Очень легко! Я просто копирую тебя каждое утро по пять минут! Вот и напрактиковался! — Санджи выдернул плечо и зашагал вдоль переулка. Зоро не собирался отцепляться: — Ты куда? — Куплю цветы для милых альф в таверне, и тут же назад. А тебе удачно найти обратную дорогу! — и Санджи быстро скрылся в вечерней суетной толпе, он специально пригнулся, как только смешался с людьми, чтобы Зоро не видел, куда он идет. Он был раздражен на Маримо.       И даже не из-за пахнушей дешевыми духами и застарелой засахаренной клубникой девушки, а потому что Маримо даже шанса себе на любовь не давал. Как можно иметь весь этот прекрасный мир перед собой с этим звездным небом и добровольно себя кастрировать в любовном деле? Любить ведь так легко, что ему стоит, жлобу эдакому?       Купив цветы (два белых букетика для Нами и Робин в знак чистой привязанности и один алый для барменши), Санджи заметил краем глаза озиравшегося у дверей сауны Зоро. Тот явно потерялся и был озадачен, как пить дать не может найти дорогу в таверну, стоя от нее в трех шагах.       Санджи мстительно ухмыльнулся, глядя, как Зоро сделал круг вокруг большой рекламной бочки и оказался в том же месте с тем же недоуменным лицом.       Это было зрелище, которое питало не самые благородные его чувства, но зато такие сладкие. Зоро — всегда такой уверенный, такой альфистый, что омега даже без запаха от Зоро обратилась к нему, как к альфе. Санджи хотелось хоть капельку мести.       И он быстро прикинул, что наслаждаться злоключениями Зоро надо с лучших мест, тем более там меньше шансов быть пойманным.       Потому он быстро нашел подъем на крышу какой-то закусочной, которая днем служила летней террасой, но под вечер с нее уже убрали все столы и стулья. Остались только обвитые лозой перила и прекрасный вид на оживленную площадь, где Зоро тыкался не в те двери. — Хе-хе, лучшие билеты на спектакль, могу себе позволить в такой день, — Санджи облокотился на перила, когда Зоро вообще вошел в частный дом и в него с визгом брызнули из чашки. И тут же присел, когда Зоро скользнул взглядом по верхам. Чуть не разоблачили! Когда он отважился высунуться, Зоро внизу задумчиво гладил стоящую с тележкой лошадь. — Точно, ты у нее еще дорогу спроси, Маримо, — прохихикал Санджи, и тут же вздрогнул от раздавшегося неожиданно близко низкого голоса: — Какая неожиданная встреча. Так ты все же решил плавать с ними. Санджи резко вскочил, инстинктивно насупливаясь и разводя плечи — как альфы, когда насторожены перед незнакомцем. Но перед ним на крыше стоял слегка удивленный чернильный капитан Дозора, правда без формы, а в легкой цветастой рубашке. Он смекнул, что напугал Санджи, и услужливо отступил на шаг назад. — Я в отпуске, я вас не выслеживал. Просто это популярный среди дозорных курорт. — Хах, — а ведь и правда. Столько гуляющих свободно омег, не страшащихся даже ночи, куча более-менее приличных заведений. Да и в порту больше торговых кораблей, чем суден под сомнительным флагом. Команда так увлеклась выбором таверны, что даже как-то не заметила десяток косвенных признаков, что весь остров кишит дозорными в штатском. — Это тебе подарили? — задал неожиданный вопрос Конор, и Санджи опустил взгляд на цветы в руках. — А, нет! — смутился он. — Это цветы для Робин-чан и Нами-сван… — Так ты и правда продолжаешь плавать с мугиварами, — помрачнел Конор. И пусть он был не в столь подходящей ему форме дозора, даже под легкой рубашкой угадывалась выправка офицера. — Тебе лучше не светиться с пиратами, это опасная стезя.       За последние недели Санджи стал лучше разбираться в ароматах альф. Поддержка команды и их запахи, ненавязчивое присутствие Зоро на шумных рынках рядом с торговцами заставили его сознание не закрываться от любого слишком настойчивого запаха альфы, сразу списывая его в панике в похоть или опасность. Защищенность позволила Санджи приоткрыться, и сейчас Санджи с удивлением вдыхал этот пафосный, такой слишком альфий аромат Конора.       Ни капли похоти и доминирования. В летнем воздухе с цветами, пылью и едой из ресторана этажом ниже танцевал встревоженный запах чернил. Конор по-настоящему, искренне волновался за него. Чужой сильный альфа не делил территорию, как обычно они делали это с альфой-Санджи, не исходил липким возбуждением при виде редкого омеги.       И теперь Санджи по-настоящему смутился и покраснел, было глупо делать это с дозорным, но он отвернулся обратно к перилам, чтобы скрыть свое необъяснимое смущение. Он пробормотал, спешно зажигая сигарету, чтобы скрыть пляшущий запах: — Я пытался найти место и сойти на сушу. Но внезапно оказалось, что среди самых опасных пиратов нескольких морей мне куда безопаснее, чем среди добрых самаритян и благородных защитников омег. Мир показал мне несколько своих довольно уродливых сторон.       Конор подошел и встал у перил, но не слишком близко, чтобы не пугать Санджи напором. — Было непросто, да? — хмыкнул он. — Но, судя по запаху, ты гораздо счастливее, чем раньше. И твой запах стал сильнее и ярче, как бы его ни пытались замаскировать мугивары. — Оу, — смутился еще сильнее Санджи. — Спасибо, наверное… Ах да, и за постер спасибо. Маримо потешался над рисунком, но я понял, что это подарок мне, если я захочу покинуть команду. Но я решил стать частью стаи.       От стоящего рядом Конора запахло тоскливыми чернилами. — Они опасны. — Весь мир опасен для меня. Пираты по крайней мере не выдают себя за кого-то другого, — жестко прервал его Санджи. Теперь Мугивары были его стаей, он не хотел слушать напраслину про них. — Хах! — Санджи радостно показал подбородком на Зоро на маленькой площади. Тот закрыл глаза, помедитировал секунду и крутанулся, не открывая глаз, начиная идти куда-то наугад. — Вау, — прошептал Санджи. — Это многое объясняет.       Может, кинуть Зоро букет, как подсказку? Очень романтический жест — путеводные цветы. — Я не про пиратов, — сказал вдруг тихо Конор, с такой же улыбкой наблюдая за Зоро. — Мугивары известны тем, что пекутся друг о друге. Но они не могут быть сильнее всех, сильнее йонко. — Хах, при чем тут йонко? — Санджи повернулся к Конору, позабыв даже о том, куда потопал Маримо. Конор давно уже смотрел не вниз, а на него — очень серьезно, очень внимательными серыми глазами. — Твой постер, такая высокая цена и надпись «только живым», это же не я придумал. У Дозора нет таких денег, выплачивать за омегу без списка преступлений такой гонорар. Тебя ищут, Санджи.       Санджи опешил, выпрямляясь, ему вмиг стало не так тепло и уютно в эту черную упоенную ночь. Пришел Конор и напомнил обо всех опасностях внешнего мира. — Я смог прикрыть тебя лишь картинкой, чтобы тебя не узнавали случайные пираты и прохожие. Но другие… они ведь знают, как ты выглядишь. Пойми!       Конор тоже выпрямился и сделал шаг к Санджи, словно пытаясь убедить его спасать свою жизнь от чего-то ужасного, надвигающегося. Санджи невольно сделал шаг назад от надвигающейся реальности. Уперся лопатками в стену здания впритык, которое служило днем источником тени для кафе на крыше. — Я не стою на месте, мы постоянно меняем острова, — пробормотал он. — И ты постоянно на виду, ты же редкий омега, — Конор стоял прямо перед ним, почти нависая, но ни нотки опасного желания или угрозы не было в его запахе. — Тебе нужно скрыться на тихом островке, где нет чужаков, а твой запах сокроют лимонные рощи. — Я… — Санджи прикусил губу, вдруг он начинал колебаться. Если за ним охотится кто-то опасный — верно ли подвергать команду риску? — Но ведь я наведу беду и на твой островок? — неуверенно парировал он.       Конор склонился ближе, оперся рукой о стену совсем недалеко от плеча Санджи. У его рубашки были подвернуты рукава, и запах от запястья теперь прикрывал Санджи от чужих запахов со всех сторон. Запах надежных чернил, которыми пишутся скучные журналы капитана и одновременно невероятные истории. Санджи сглотнул. — Санджи, я Дозорный, — и хотя тон Конора был спокойный и размеренный, Санджи слегка вздрогнул от своего имени на его губах. — Это моя профессия — защищать невинных и свидетелей, я спрячу тебя так, что они не смогут найти. Но ты будешь свободен. — Свободен… — повторил Санджи зачарованно. После встречи с омежьим гаремом он видел, какой малой бывает свобода редких омег — только в пределах огромного сада. И все равно, их судьба была в разы счастливее проданных на аукционе. — Я не требую ничего взамен, — негромко и бархатисто нашептывал Конор. — Когда ты будешь в безопасности и свободен, тогда мы сможем говорить на равных. Но ты должен согласиться, чтобы я помог тебе скрыться…       Зеленые и свежие лимонные рощи, покрывающие холмы на небольшом островке, море, к которому можно выйти в любой момент. Свобода не скрывать свой запах, не стыдиться, что ты проигрываешь другим альфам в альфовости…       Конор склонился совсем низко к его уху, голос его был не приказным, а почти молящим. — Позволь мне помочь тебе. — Я… — А ну отвалил от него нахуй, а то вскрою, как моллюска, — в зачарованные образы лимонных рощ ворвался рык Зоро. Санджи вздрогнул, приходя в себя, словно с него спал морок. К шее Конора прижималось острое лезвие катаны. — Ма… Маримо, — у него сперло горло от интенсивности запаха Конора. — Какого хуя ты стоишь, кок?! Он тебя альфьим голосом заговаривает! — Альфьим? — Санджи разозлился. — Совсем тупица, Маримо. Он на меня не рычал. Попробовал бы только рыкнуть, я бы ему задницу отшиб! — А ну отошел! — прорычал Зоро как раз этим альфьим приказным рыком, которым альфы повелевают слабыми омегами и запугивают других альф. У Санджи приподнялись волоски на затылке, как всегда внутреннее желание подчиниться вызывало разочарование к себе и злость на альфу, который посмел применять альфий голос. Санджи нахмурился.       Конор мягко оттолкнулся от стены и осторожно отошел, стараясь не задеть кожей следующую за ним катану под пристальным взглядом Зоро. Кокон защитного запаха оставил Санджи, и он едва не подался вперед вслед за этим ощущением и образом летней лимонной рощи. — Ты совсем дебил, кок! Если тренироваться, альфьим голосом можно и не рычать! Просто обычно альфам такое лень учить. — Ты врешь! — выпалил Санджи. Отец, братья, все встреченные им альфы всегда рычали свои альфьи приказы, потому что никто не находил нужным говорить с омегами мягче, стерпят и рык. В картине ценностей всех альф, что знал Санджи, было невероятно глупым учить не рычать на омег, требуя повиновения. — Это он врет! Я иду и вижу, а он тебя альфьим голосом с ним сбежать уговаривает! — Нет, он бы не… — Санджи был в смятении. Он сверялся со своими чувствами, и те путали его.       Это был альфий голос без рыка? Такой мягкий, обволакивающий, заставляющий поверить в то, что говорит этот альфа — верно, и что он будет под защитой этого голоса. Альфий приказной тон, который не унижает и не велит подчиниться, но которому так сладко тянет подчиняться. — Конор? — сбитый с толку Санджи поймал взгляд дозорного, все еще стоящего с катаной у горла. — Опасные люди выставляют такие награды, Санджи. Я просто хочу спасти тебя во что бы то ни стало.       Так значит, использовал голос на нем. Мягкий, уютный, шепчущий, но альфий голос! — Ах ты ублюдок! — взорвался Санджи, а омега в нем жаждал еще. Испытать эту близость и защищенность еще раз. — Прикончить его? — предложил Зоро. — Что? Зачем, Маримо?! Он и правда пытался меня защитить! За такое не убивают. — Тебя — защитить. А нашу стаю — ограбить на омегу. За такое вообще-то приканчивают. — Убери катану, Маримо! — рявкнул Санджи, сам почти что рыча альфьим голосом, но его связки давно утратили последнюю способность имитировать этот гортанный альфьий рык. В последние недели омега в нем особо счастливо вычищал остатки альфы из организма, и Санджи не поспевал за изменениями в своем теле. — Не командуй мной! Он хотел обчистить нашу стаю! — Зоро только распалялся. — Уй! Сначала красный букет прилетел точно в лоб Зоро, тот сморщился, но катаны не опустил. Тогда ему в лицо с размаха полетели следующие — первый белый, на второй белый он все же дернулся и прикрыл лицо рукой. — Харе швыряться! — Харе пытаться прикончить людей, которые не пытаются меня продать подороже. Их не так-то и много!       Зоро обнажил один клык, пробормотал про себя что-то недовольное, но в итоге убрал катану от горла Конора. Тот сразу с облечением выдохнул. Зоро всегда производил впечатление альфы, который редко убирает в ножны катану, не обагрив ее кровью. — Молодец, Маримо. А теперь надо найти ребят и Луффи. Этот остров — курортная база Дозорных, нам надо срочно сматывать удочки. Тут полно офицеров в штатском. — Вот жеж… — новость и для Зоро оказалась внезапной. — Что, и та твоя сиськастая альфа-барменша. — Капитан Дозора альфа-бармен, — поправил его серьезно Конор. — Она просто любит практиковаться в отпуске. Хочет бар открыть, как в отставку уйдет.       Санджи аж икнул от неожиданности. Он охмурял весь вечер Капитана Дозора, а потом чуть не попал под альфье очарование другого капитана. Да что же он за пират такой?! — Подумай о моих словах, эта награда не от Дозора! Это могущественные люди! — бросил встревоженный Конор в спину уже сбегающего с крыши по лестнице Санджи.